[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]
{ "author_name": "Никита Евдокимов", "author_type": "self", "tags": ["\u0447\u0438\u043b\u0438","\u043b\u0430\u0442\u0438\u043d\u0441\u043a\u0430\u044f_\u0430\u043c\u0435\u0440\u0438\u043a\u0430","\u044d\u043a\u043e\u043d\u043e\u043c\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u0438\u0435_\u0440\u0435\u0444\u043e\u0440\u043c\u044b","\u0447\u0438\u043a\u0430\u0433\u043e_\u0431\u043e\u0439\u0437"], "comments": 8, "likes": 15, "favorites": 16, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "12993", "is_wide": "1" }
Никита Евдокимов
6 371

Документальный фильм «Чикаго-бойз»: как группа чилийских студентов создала рыночную экономику в условиях диктатуры

В ноябре 2015 года на экраны вышел документальный фильм о группе чилийских экономистов «чикаго-бойз», которые во время правления диктатора Аугусто Пиночета стали проводить рыночные реформы, сделав страну одной из богатейших в Латинской Америке.

Редакция vc.ru публикует перевод материала издания Slate о фильме с комментариями режиссера Каролы Фуэнтес.

«В 1995 году Чили не представляло собой никакой ценности, но сегодня всё иначе», — говорит экономист Арнольд Харбергер в одной из сцен документального фильма Chicago Boys. С 1953 по 1991 год он преподавал в Чикагском университете бок о бок с Мильтоном Фридманом — фигурой, ставшей непререкаемым авторитетом для группы чилийских экономистов, получавших образование в США в 1950-е годы.

Именно там члены группы увлеклись учением Фридмана о рыночной экономике, а затем, вернувшись на родину, применили полученные знания на практике в масштабах целой страны. Всё это происходило во времена диктатуры Аугусто Пиночета.

Члены «чикаго-бойз», приблизительно 1957 год. Слева направо: Луис Артуро Фуэнзалида, Альберто Вальдес, Ларри Сйастад, Педро Джефтанович и Сергио де Кастро

В 2011 году, когда в Чили разразились массовые студенческие протесты против экономического неравенства и увеличения стоимости высшего образования, журналистка Карола Фуэнтес отметила изменения, наступающие в обществе: «До недавних пор чилийцы гордились национальной экономикой. Но что же случилось? Почему люди стали несчастными? Эти вопросы мы решили задать тем, кто разрабатывал существующую экономическую модель — "чикаго-бойз"».

Чем обернулось для Чили внедрение наиболее радикальной версии модели Фридмана? Был ли этот рискованный опыт «краш-тестом» перед тем, как аналогичный эксперимент проведут лидеры других стран — Рональд Рейган и Маргарет Тэтчер? Это попытались выяснить Карола Фуэнтес и Рафаэль Вальдевельяно, снявшие документальный фильм, который вышел на экраны Чили в ноябре.

«Многие реформы, которые в США еще только обсуждались, в Чили уже давно были проведены — например, приватизация пенсионной системы, — рассказывает Фуэнтес. — Но я жила в США, поэтому знаю, что наши страны во многом различаются. У американцев есть и социальное неравенство, и противоправные действия предпринимателей, но не в таких масштабах, как в Чили».

В фильме рассказано, что в 1956 году Чикагский и Католический университеты Чили подписали соглашение о международном сотрудничестве при поддержке Ford Foundation. В результате в США отправилась группа студентов, которой предстояло познакомиться с монетаризмом — теорией, предлагающей государству устраняться от регулирования рынка и управлять лишь объемом предложения денежной массы.

Идея Фридмана, разработанная в середине 1940-х годов, казалась чересчур радикальной в первые годы после «Нового курса» Рузвельта. Но постепенно под ее влиянием факультет экономики Чикагского университета стал интеллектуальным центром Америки по изучению теории свободного рынка.

«Обмен студентами был частью инвестиционного плана Государственного департамента по увеличению влияния США в странах Латинской Америки, ведь в то время власти были обеспокоены распространением коммунистических идей в регионе. Вот вам наглядные свидетельства внешнеполитического влияния США на Чили», — заявила Карола Фуэнтес.

С 1956 по 1961 год в Чикаго прибыли 25 чилийских студентов. Некоторые из них тут же купили видеокамеры (что невозможно было сделать на родине) и начали снимать едва ли не все моменты своего путешествия — именно эти архивные кадры использовали в фильме режиссеры. Вечеринки, занятия, прогулки по кампусу — глядя на их студенческие будни, сложно представить, что перед нами — будущая экономическая элита чилийской военной диктатуры.

Вернувшись в Чили, «чикаго-бойз» надеялись на практике применить то, чему научились в Америке. Они начали разрабатывать программу экономических реформ, которую представили кандидату в президенты Жоржу Алессандри.

Однако на выборах 1970 года он проиграл кандидату от социалистов Сальвадору Альенде. Уже при нем продолжились работы над проектом реформ — таким объемным, что он получил название El Ladrillo (кирпич). Финальная версия за авторством одного из членов группы Сергио де Кастро легла на стол адмирала Хосе Торибио Мерино.

Впоследствии Мерино примкнет к хунте, которая при поддержке ЦРУ свергнет Альенде и поставит во главу государства генерала Аугусто Пиночета. Де Кастро при новой власти станет министром экономики, а некоторое время спустя — министром финансов. Другие участники «чикаго-бойз» также получат должности в правительстве милитаристов и будут оставаться «у руля» все 17 лет существования режима.

Их программа развития экономики предполагала сокращение бюджетных расходов для снижения уровня инфляции и решения финансовых трудностей. Они открыли страну для иностранного импорта, разрешили приватизацию десятка государственных компаний и устранили государственный контроль над активностью частного сектора. Чилийская экономика становилась всё более открытой, но в то же время в стране начались гонения на политическую оппозицию. За 20 лет правления Пиночета тысячи людей пропали без вести или были убиты.

Страна, оказавшаяся под шквалом критики за массовые нарушения прав человека, первой взяла на вооружение экономические принципы Фридмана. Спустя годы знаменитый экономист назвал результаты работы своих последователей «чилийским чудом». В 1975 году он лично посетил Чили и, встретившись с Пиночетом, похвалил шаги, сделанные его правительством и «чикаго-бойз» для поддержания экономики. Для США связь Фридмана с диктатором стала одной из наиболее противоречивых сторон его наследия.

По мнению режиссера фильма Каролы Фуэнтес, в Чили прошел первый и наиболее радикальный эксперимент для реализации экономической модели, которую сейчас называют неолиберализмом: «Мы помогли сформировать экономическую модель других государств. Без опыта Чили невозможно представить реформы Тэтчер в Великобритании или Рэйгана в США».

Более того, она утверждает, что «чикаго-бойз» до сих пор гордятся своим вкладом в развитие страны, хотя многие чилийцы после резонансных дел о коррупции потеряли веру в возможность существования саморегулирующегося рынка: «"чикаго-бойз" никак не могут понять, почему же чилийцы не благодарны им за то, что они сделали».

Пиночет ушел в отставку в 1990 году после сокрушительного поражения на конституционном референдуме. Но даже спустя годы экономическая модель, реализованная «чикаго-бойз», оставалась нетронутой. Экономическая политика последующих демократических правительств не отличалась от эпохи Пиночета, и только ко второму президентскому сроку Мишель Бачелет, избранной от социалистической партии, были предприняты шаги по реформированию трудового законодательства, пенсионной системы, образования, здравоохранения, а также по регулированию финансовой системы.

Всё это встретило сопротивление со стороны консервативных групп. Сегодня многие чилийцы убеждены: за годы диктатуры Пиночета кучка людей, приближенных к режиму, богатела за счет остальных жителей страны. Вскипевшая ярость вылилась в недавние протесты.

«Да, чилийская экономика заметно выросла, но для кого? — задается вопросом Карола Фуэнтес. — Большинство чилийцев влезло в долги, оплачивая расходы на образование, здравоохранение, передвижение по междугородным трассам и так далее. У рабочих осталось совсем немного прав, да и те почти всегда нарушаются работодателями».

Половина работающих чилийцев получает меньше $445 в месяц, в то время как 0,1% населения страны — $900 тысяч. Фуэнтес предрекает, что недовольство экономической системой будет нарастать: «Авторы реформ верят в то, что обеспечили экономический рост Чили, но, на мой взгляд, на самом деле, мы отстаем».

Фильм «Чикаго-бойз» получил приз Национального кинофестиваля в Сантьяго за лучшую режиссуру. Уже через два с половиной месяца после премьеры он стал вторым по популярности документальным фильмом в стране. Сейчас авторы ищут возможность организовать сеансы в США — на родине чилийского «экономического чуда».

#Чили #Латинская_Америка #экономические_реформы #чикаго_бойз

{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления