[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Дмитрий Кошельник", "author_type": "self", "tags": ["smirnoff","\u0440\u0435\u043a\u043b\u0430\u043c\u0430_\u0430\u043b\u043a\u043e\u0433\u043e\u043b\u044f","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u043a\u043e\u043c\u043f\u0430\u043d\u0438\u0438","\u0430\u043b\u043a\u043e\u0433\u043e\u043b\u044c","\u0441\u043c\u0438\u0440\u043d\u043e\u0432\u044b","\u043a\u0430\u043a\u044d\u0442\u043e\u0431\u044b\u043b\u043e"], "comments": 19, "likes": 18, "favorites": 24, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "14452" }
Дмитрий Кошельник
9 674

«Водочный король»: как Петр Смирнов создал всемирно известный бренд

Обозреватель vc.ru изучил историю рода Смирновых и семейное дело, которое привел к успеху Петр Арсеньевич Смирнов — предприниматель с оригинальным подходом к продвижению и общению с сотрудниками.

Наша страна впервые вошла в топ пьющих государств вовсе не в статусе Российской империи или того раньше, а в 1930-х годах, во времена СССР. К этому времени российская алкогольная продукция была известна на весь мир, и для этого много сделала семья Смирновых.

Как и полагается известным брендам, у Smirnoff длинная и запутанная история. В процессе становления она прошла через кризисы, изменения конституции, запрет на распространение в собственной стране. Большую роль в развитии бренда сыграл Петр Арсеньевич Смирнов — он стал «водочным королем» и единственным поставщиком алкоголя для императорского двора. Талантливый предприниматель и блестящий новатор, Смирнов создал бренд, который и поныне занимает лидерские позиции в своей отрасли на мировом рынке.

Род Смирновых

Смирновы, как и многие крупные бизнесмены заката империи, имеют крестьянское происхождение. По наиболее распространенной версии, братья Арсений и Яков Смирновы, крепостные, в 1811 году отправились на оброк в Москву, где они торговали алкоголем, работая на купца Корчашкина. Позже к ним присоединился третий брат, Иван: он был еще молод, но блестяще проявил себя и помог братьям не только хорошо выполнять свои обязанности, но и заработать на этом. Благодаря его усилиям в 1837 году Смирновы смогли выкупить себя из крепостных.

Постепенно Иван Алексеевич дорос до купца первой гильдии и стал почетным гражданином Москвы. Приблизительно в 1860 году Арсений Смирнов решил отделиться от бизнеса брата и открыл собственный ренсковый погреб — лавку по продаже вина, от исковерканного слова «рейнские».

После этого в истории рода фигурирует сын предпринимателя Петр. Он родился в 1831 году, к моменту открытия лавки ему было уже около 30 лет, так что все, кто представляет его на тот момент молодым и неопытным, заблуждаются. Уже в 15 лет он работал приказчиком у Ивана Смирнова и начал получать разносторонний опыт и знания о сфере, в которой ему предстояло работать всю жизнь.

Неудивительно, что в 1860 году Петр был опорой для отца и фактически руководил семейным делом. Молодой человек не хотел ограничиваться только лавкой — он мечтал о заводе и своем бренде. По одной из версий, деньги на новое предприятие Петр собрал сам, день и ночь занимаясь торговлей, но есть легенда, что ему посчастливилось выиграть в лотерею, причем билет понравившемуся продавцу подарила зашедшая в лавку дама.

Как бы то ни было, в этом же году Петр открыл ренсковый погреб, а через три года создал небольшой завод, положивший начало бренду. Есть предположение, что Арсений Алексеевич, впервые попробовав московскую водку — так называли настойку трав, кореньев и ягод на алкоголе, — оказался ей совершенно недоволен и часто говорил, что Смирновым пора делать свою. Эта мысль и увлекла Петра Смирнова — он начал всерьез раздумывать о запуске предприятия.

Есть распространенная версия, в которой Арсений Смирнов не фигурирует вовсе, а за дело сразу же взялся его сын, но она достаточно спорная.

Подход к руководству, производству и сбыту продукции

Создавая предприятие, Петр Арсеньевич сразу выдвинул главным принципом высокое качество продукции. Сначала на заводе работало не больше 10 человек, а объем производства составлял всего десяток бочек. Это не мешало Смирнову требовать от сотрудников эффективной работы, и он достиг значимых результатов. Уже через год на заводе работало 25 человек, а от заказчиков не было отбоя. Петр Арсеньевич приобрел четырехэтажное помещение возле Чугунного моста, где расположились квартиры предпринимателя, склады, винная лавка и сам завод.

Такой рост всего за год заставляет задуматься о том, как Смирнов наращивал клиентскую базу. У Петра Арсеньевича были подставные клиенты: он создал из завсегдатаев трактиров сеть агентов, которые должны были время от времени спрашивать, продается ли «смирновка». Раз люди спрашивают — значит, эта продукция обязана быть в ассортименте.

Это был не единственный прием по продвижению бренда. Смирнов понимал, что большая часть его аудитории — полуграмотные или вовсе неграмотные мещане и бывшие крепостные, которые вряд ли станут читать на этикетке, кто производитель и что они покупают. К этой аудитории нужен был особый подход, и предприниматель стал размещать на бутылках изображение своей штаб-квартиры у Чугунного моста в Москве — это мог понять любой. Этикетки были яркими и запоминающимися.

Еще одна оригинальная особенность: разные напитки разливались в разную тару. Если покупатель хотел купить «Сибирскую» — он знал, что ему нужна бутылка в форме медведя. Кроме алкоголя, в смирновских лавках можно было приобрести плакаты с изображением продукции — так сообщалось о многообразии ассортимента.

Кроме клиентов, Смирнову нужно было найти для предприятия подходящих рабочих. Петр Арсеньевич предлагал людям, которые хотели устроиться на его завод, продегустировать свой товар. Сам предприниматель был совершенно непьющим человеком, и многие об этом знали. Первым побуждением работников было отказаться, но затем часть из них все же пробовала напиток. Таких людей Петр Арсеньевич отказывался принимать на работу: ему не нужны были те, кто не держит слово.

В то же время Смирнов был известен разумным и аккуратным отношением к своим сотрудникам. Он руководствовался правилом «Счастливый рабочий — эффективный рабочий»: на его производстве не было высоких штрафов, которыми не брезговали другие купцы, он строил для работников хорошее жилье, возводил больницы и неплохо им платил. За все время руководства Смирнова на его предприятиях не произошло ни одной забастовки — показатель для 19 века блестящий.

Стоит наконец рассказать о продукции предприятий Петра Арсеньевича. Напитки, которые выпускал Смирнов, получили множество международных наград, их предпочитали монархи, ими восхищалась половина Европы. Тем не менее некоторые исследователи утверждают, что часть продукции была невысокого качества: вредные примеси часто приводили к смертям в рабочих сословиях.

По легенде, конкуренция во время развития бренда Смирновых была колоссальной, на рынке были сильные игроки, с которыми сложно было бороться, и Петр Арсеньевич придумал вот что: он разделил продукцию на виды в зависимости от того, к кому на стол она пойдет. Императорская семья и высшие сословия действительно получали хорошее качество, а остальные — продукт гораздо хуже, но дешевле и в оригинальной бутылке со всеми марками, штампами и логотипами.

Это предположение исследователи не раз раскритиковали. У него нет практически никаких документальных доказательств, и оно появляется скорее в литературных источниках. Главный аргумент исследователей — тщательность, с которой разрабатывал собственный бренд Петр Арсеньевич Смирнов и его щепетильное отношение к тому, что говорят о его предприятии.

По русской традиции, на праздниках — чаще всего на Масленицу — проводились кулачные бои. Когда жил Смирнов, в этой народной забаве будто бы соревновались разные предприятия. Заводские работники Петра Арсеньевича были постоянными победителями в этих состязаниях, но однажды из-за крупного заказа руководители завода не отпустили главных силачей, и команда Смирновых проигрывала. Несколько человек сразу же отправились к предпринимателю, а тот распорядился отправить подкрепление, пообещав прибавку к жалованию за победу. Он с явным недовольством отметил управляющему, что позор в случае поражения будет хуже, чем производственные убытки.

Впрочем, в этой истории много нюансов — начиная с того, что кулачные бои Николай I официально отменил в 1831 году. Возможно, они проводились и без разрешения императора, но интересно другое — подтверждение, насколько Смирнов дорожил своим именем, раз это было известно рабочим.

Смирнов действительно богател на продаже алкоголя, но черту не переступал, поскольку дорожил репутацией бренда и жизнью клиентов. Естественно, его предприятия производили продукты различного качества и стоимости, но это не значит, что он подделывал продукцию. Более того, многие исследователи отмечают, что продукция Петра Арсеньевича была самого высокого качества, независимо от категории и цены.

Смирнов одним из первых начал всерьез экспортировать кавказские вина, что также приносило хорошую прибыль. Впрочем, он производил отличную продукцию и на своем заводе, где было разработано несколько сотен оригинальных рецептов. Важными товарами были ликеры и настойки — с разными вкусами и для разной аудитории. Предприниматель приглашал различных ученых, чтобы разрабатывать новые рецепты.

Этот подход в итоге приведет к возникновению еще одной легенды: якобы рецепт идеальной водки Смирнову помог создать сам Дмитрий Иванович Менделеев. Это выглядит сомнительно, учитывая объемы и количество сортов этого продукта, производимых предпринимателем. Да и Менделееву часть достижений приписывается ошибочно. Встречается версия, что у истоков этой истории стоял сам Смирнов: он обратился к Дмитрию Ивановичу, а позже использовал это в рекламе. Такой подход использовали многие предприниматели, и подтвердить или опровергнуть эту версию сейчас сложно.

Поставщик императорского двора

В 1871 году Петр Смирнов стал купцом первой гильдии — а значит, капитал его предприятия за десятилетие вырос как минимум до 50 тысяч рублей. И это при жесткой конкуренции на алкогольном рынке, где были не только российские, но и зарубежные игроки. В течение 1870-х годов бизнес Смирнова постепенно начал увеличивать обороты за счет широкого распространения оригинальной продукции. В начале десятилетия его фирма вышла еще и на рынок Средней Азии: предприниматель ставил себе целью международное признание.

В 1873 году в Вене проходила Международная промышленная выставка, где и дебютировала смирновская продукция. Несмотря на не слишком большой ассортимент, она все же получила почетный диплом. Эта награда еще не была каким-то значимым признанием — просто международное сообщество подтвердило приемлемое качество продукции.

Смирнов тем временем наращивал объемы продаж. В 1875 году производственные объемы достигли внушительной цифры в 1 миллион рублей, а сам купец готовился к очередной выставке — в американской Филадельфии. Именно здесь продукция Смирнова была удостоена золотой медали, которая вскоре появилась на фирменных бутылках бренда вместе со всем известным зданием, ставшим штаб-квартирой компании. В дальнейшем новые награды будут появляться на бутылках с продукцией Смирнова почти после каждой выставки.

В конце 1870-х годов крупные производители алкоголя расширяли линейку продукции. Главным достижением стало наличие своего «столового вина», как тогда называли предшественника современной водки. Есть мнение, что это название придумал сам Петр Смирнов, один из пионеров отрасли, успевший поездить по миру со своей «смирновской». Напитки вызывали восторженную реакцию на выставках и сопровождались различными хвалебными эпитетами от жюри. На предприятии Смирнова никогда не производился спирт — он закупался в провинции по цене гораздо ниже, чем обошлось бы производство.

В 1877 году Смирнов добился крупнейшего достижения: ему было разрешено размещать на бутылках государственный герб. Предприниматель продолжал отправлять продукцию на всемирные выставки и собирать всевозможные награды. Нельзя не отметить парижскую выставку 1878 года: продукция Смирнова произвела фурор и обошла другие страны, в том числе французов, которые всегда были лучшими в этой области.

Пока бренд покорял мировой рынок, Петр Арсеньевич продолжал расширять бизнес, строя заводы по производству тары. Обороты предприятия увеличились до трех миллионов рублей, а работало здесь уже около 270 человек. К середине 1880-х годов предприниматель был лидером на алкогольном рынке страны, и на Всероссийской художественно-промышленной выставке 1882 года представительство фирмы получило право на вторичное изображение государственного герба.

Пришли награды и к самому предпринимателю — не только награды для купцов, но и государственные. Для самого Смирнова успех бренда был важнее престижных личных наград. Судя по воспоминаниям современников, человеком он был достаточно скромным, передвигался в основном пешком и, как и полагается большим предпринимателям, праздности и роскоши предпочитал работу. Петр Арсеньевич легко находил общий язык с рабочими и знал их чуть ли не поименно — при том, что бизнес постоянно рос и присутствовала, как мы бы сказали сейчас, текучка кадров.

В 1886 году сбылось давнее желание Смирнова: Александр III на Нижегородской ярмарке продегустировал продукцию предпринимателя и остался так доволен, что сделал предпринимателя единственным поставщиком Двора Его Императорского Величества. Петр Арсеньевич пытался получить это звание еще в 1869 году, но тогда его не допустили до такой чести.

В 1886 году Петр Арсеньевич также был удостоен ордена Святого Станислава, позже награды ему выдали шведский и испанский короли. Последний оценил продукцию русского водочного короля на выставке в Барселоне и наградил его орденом Святой Изабеллы, а Смирнов преподнес ему ящик знаменитой водки. Нельзя не упомянуть, что на Нижегородской ярмарке, где присутствовал Александр III, прохожих к Смирнову зазывали люди, одетые в шкуры медведей и предлагавшие тем по стакану водки.

В конце 1880-х годов Смирнов готовил очередной революционный продукт — настойку, получившую название «Нежинская рябина». О ней до сих пор ходят самые противоречивые сведения, часть которых подтверждается, а другая считается домыслом. По самой популярной версии рябина для нее собиралась специально в деревне Невежино, где росли на редкость сладкие и ароматные ягоды. Позже в целях конспирации Смирнов назвал настойку Нежинской, отправив конкурентов за рябиной в украинский город.

Многие источники называют эту версию чрезмерно романтизированной и предлагают свою: рябина везде растет одинаково горькая, а Смирнов просто использовал для улучшения вкуса вредные искусственные добавки. Впрочем, жители Невежино говорят, что рябина у них действительно уникально сладкая. Как бы то ни было, в 1889 году «Нежинская рябина» покорила парижскую Всемирную выставку.

Переоборудование производства. Государственная винная монополия

Начало 1890-х годов стало новым взлетом для бренда. Оценив скорость промышленной революции, Смирнов оборудовал заводы новейшей техникой и увеличил число рабочих на заводах до внушительных 1,5 тысяч на предприятиях. Еще 5 тысяч человек работали на Смирнова в других местах. Также Петр Арсентьевич добавил на производство новые виды продуктов с оригинальными названиями и вкусами. По некоторым подсчетам, он занял 60% алкогольного рынка Российской империи. За год фирма реализовала около 100 миллионов бутылок.

Кроме того, предприниматель продолжает наращивать обороты и на мировой арене, открывая представительства в разных городах мира. Благодаря активному участию в разных международных выставках его компания не требует дополнительной рекламы и уже является признанным брендом. Особенно популярной маркой оказалось стоившее всего 40 копеек «Столовое вино № 21», которое продавалось почти по всему миру, его употребляли чуть ли не все слои населения. Этот продукт разливался в том числе на коронации Николая II.

На колоссальную по обороту отрасль обратил внимание министр финансов Российской империи Витте, решивший использовать ее во благо государства. В 1894 году началось введение винной монополии, которая распространялась в этот раз на крепкие напитки и очистку спирта. Из-за пошлин казенная водка стала более дешевой и доступной потребителю, в то время как предпринимательские продукты, хоть и были известнее, стоили дороже. Монополия вводилась постепенно, но достаточно быстро. Уровень продаж у Смирнова упал в 15 раз и его предприятия, хотя и занимали лидерские позиции, стали существенно меньше зарабатывать.

В 1894 году специальная комиссия во главе с Менделеевым начала проверку качества спиртного, которое было на рынке. Само собой, под проверку попали продукты производства Смирнова — в них обнаружили целый ряд вредных веществ, в том числе щелочную соль.

По поводу этого события данные расходятся: некоторые источники настаивают, что история надуманная и не выдерживает никакой критики. Другие говорят, что разновидности столового вина по составу почти не отличались от продукции низкого качества, попадавшей в том числе на императорский стол, и будто бы поэтому предприниматель потерял звание поставщика ко двору Его Императорского Величества. На самом деле Смирновы лишились этого права в начале 20 века, когда Петра Арсеньевича уже не было в живых.

Некоторые видят здесь правительственный заговор, призванный укрепить водочную монополию государства и окончательно сбросить с вершины Смирнова. Во всех версиях присутствует фамилия Менделеева, который работал в комиссии, но к водочному стандарту не имел никакого отношения — его фамилию использовали сами промышленники для рекламы продукции. Точку можно поставить на том, что результаты экспертизы были официально опубликованы в 1903 году и, похоже, не были столь жесткими, как описывают некоторые авторы.

Как бы то ни было, в 1896 году предприниматель стал официальным поставщиком Двора Великого Князя Сергея Александровича. В этом же году он получает подтверждение права изображать государственный герб на продукции.

Не похоже, что при жизни Петра Арсеньевича в производстве были какие-то нарушения. Стоит сказать, что после начала введения монополии государственные органы заметили популярность столового вина Смирнова по сравнению с правительственным аналогом. В вино запрещено было что-либо добавлять — можно было только пропускать его через уголь для очищения. Комиссия вскоре обратила внимание на чрезмерное использование угля на смирновском предприятии, и ученые поняли, что таким образом предприниматель обходит запрет на примеси и насыщает продукцию поташем (карбонат калия — прим. ред.), улучшающим вкус. Возможно, именно это и положило начало рассказам о вреде столового вина Смирнова.

Смерть П.А. Смирнова. Дальнейшая судьба семейного предприятия

После внедрения государственной монополии Петр Арсеньевич Смирнов управлял предприятием еще три года. Умер он в 1898 году. Семейное дело унаследовали сыновья предпринимателя Петр, Николай, Владимир, Сергей и Алексей; дела у них пошли не очень хорошо. В конце концов возглавил компанию Петр Петрович Смирнов, который действовал вполне успешно. В 1910 году он умер, и фирму некоторое время возглавляла его жена Е.И. Смирнова, которая пыталась наладить работу завода, но особых успехов не добилась.

В 1914 году был введен сухой закон, и производство пришлось переводить на безалкогольные напитки, а в 1918 году предприятия перешли под государственный контроль. Во время Гражданской войны часть Смирновых эмигрировала. Владимир Петрович участвовал в белом движении, а после его поражения отправился в Константинополь, где создал бренд Smirnoff, но особых успехов не добился. Позже он жил в разных европейских странах и в конце концов оказался в Польше, где вновь решил возродить семейный бизнес, но и эта попытка успехом не увенчалась.

В 1933 году, за год до смерти, он за $14 тысяч продал Рудольфу Куннету права на производство смирновской продукции в США, Канаде и Мексике. Куннет был лишь посредником: бренд в итоге получила компания Heublein. Далее права перекочевали к Diageo, на которую подал в суд Борис Смирнов, в 1991 году основавший компанию «Смирновъ». В конце концов «Смирновъ» стала частью марки Smirnoff, которая входит в Diageo. Впрочем, современная история семьи Смирновых достойна отдельной статьи.

Петр Арсеньевич Смирнов — один из самых незаурядных предпринимателей Российской империи. «Водочный король» заложил несколько главных принципов этой отрасли, создал международный бренд, оставил после себя состояние в 8,7 млн рублей и почти 300 оригинальных семейных рецептов. Капитал предприятий в последний год его жизни составил около 20 миллионов рублей.

После смерти Петра Арсеньевича главной проблемой дальнейшего развития бренда стала вовсе не сменившаяся в стране власть, а отсутствие единоначалия и большое количество наследников, которые не смогли управлять семейным предприятием. Часть исследователей называет Смирнова одним из величайших отечественных промышленников — другие говорят, что он ставил во главу угла вовсе не качество, а прибыль, и шел ради нее на любые жертвы.

#smirnoff #реклама_алкоголя #история_компании #алкоголь #смирновы #КакЭтоБыло

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления