[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Лена Очкова", "author_type": "self", "tags": ["\u0430\u043b\u0435\u043d\u0430_\u0432\u043b\u0430\u0434\u0438\u043c\u0438\u0440\u0441\u043a\u0430\u044f","\u043e\u043b\u0435\u0433_\u0442\u0438\u043d\u044c\u043a\u043e\u0432","pruffi","\u0430\u043d\u0442\u0438\u0440\u0430\u0431\u0441\u0442\u0432\u043e"], "comments": 29, "likes": 21, "favorites": 11, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "14587" }
Лена Очкова
12 775

Интервью Алены Владимирской Олегу Тинькову: «Пока студент учится, он должен делать стартапы»

Редакция vc.ru приводит выдержки из интервью предпринимателя Олега Тинькова с основательницей рекрутингового агентства Pruffi Аленой Владимирской, опубликованные в блоге «Тинькофф Банка».

Олег Тиньков: Расскажи про себя.

Алена Владимирская: Я такая старая-старая черепаха. Рекрутирую больше десяти лет, для интернета это очень много. Хотя сейчас мы работаем не только с ИТ, а еще с кучей других отраслей. Но не потому что сами пошли — это другие отрасли стали работать через интернет: банки, ритейл.

Не поверишь, но по образованию я балетный критик. Это оказалось абсолютно не нужно. Хорошо, что я вовремя профориентировалась.

Расскажи, чем ты занимаешься.

Я ищу персонал. Еще я занимаюсь большой историей про «Антирабство», она про соискателей.

В чем суть: есть люди, которые почему-то остались без работы. Одни ее лишились и не знают, как искать, у вторых карьерный кризис. Вот дошел ты до сорока лет — и всё, устал. Был хорошим юристом, и думаешь: «Больше не хочу». Мы помогаем таким людям найти смысл в другой работе.

То, что ты рассказала, — это, по-моему, называется, middle-life crisis.

Да-да, но мы назвали красиво — «Антирабство».

Чем Pruffi отличается от других агентств?

Мы первые в России начали открыто хантить через социальные сети. Через приложение, рекомендации, просто публикацию вакансий. Что было до нас? Даже если кто-то пытался хантить через соцсети, то делал это тихо.

Я первая стала публиковать в Facebook вакансии с зарплатой в 1,5 млн рублей в месяц.

У хантеров был имидж великих и таинственных людей, которые приезжают в дорогих костюмах на дорогих машинах. Я рассказала, что хантер — это не великая миссия, а функция. Причем не самая интересная.

Мы научили людей хантить друг друга. Ты рекомендуешь человека и, если он выходит на работу, получаешь за это деньги. Так мы убрали издержки на поиск соискателя. У меня нет девочек-ресечеров, как в стандартном кадровом агентстве. Потому что за нас это делаете вы, когда рекомендуете друг друга.

А обороты и прибыль скажешь?

Сейчас не говорю. Одно время говорила, потом акционеры запретили.

Ты планируешь продавать компанию?

Есть два типа покупателей. Первые — это большие кадровые агентства, в основном зарубежные. Они хотят выйти на российскую территорию, поэтому покупают тебя как филиал. Это мне неинтересно, потому что тогда я уйду в найм. Периодически приходят разные порталы — они хотят нас купить как функцию. То, о чем я мечтаю, пока не случилось: хочу, чтобы нас купил LinkedIn.

А LinkedIn в России популярен?

Нет, непопулярен. И это лучшее, что может быть для меня, — ведь ему надо развиваться. Точнее, он популярен, но в узком сегменте. Если ты хочешь работать в международной компании, то активно используешь LinkedIn.

Напомню, что ты работала в Mail.ru Group.

Очень долго, да. Я много лет работала в найме

А сейчас ты предприниматель. Наши зрители мечтают открыть свой бизнес. Что ты об этом думаешь?

Не делайте! Если можете не делать — не делайте. Это ужас.

Куча работы?

Лучше в найме, да.

А почему ты решилась?

Я решалась четыре раза. Четыре раза приходила к Гришину (Дмитрий Гришин — соучредитель Mail.ru Group) и говорила: «Дима, я хочу, отпусти меня».

Я хотела проверить свой навык в реальном бизнесе. Когда работаешь внутри компании, ты всегда востребован, если не совсем дурак. Ну, ты делаешь и делаешь. А навык проверяется только деньгами.

Если юзер голосует за тебя рублем, значит, твоя услуга востребована.

Три раза меня Дима уговаривал, и мы открывали интересные проекты. На четвертый он сказал правильную мысль, в духе: «Слушай, я могу тебя оставить, но единственная потребность, которую я не могу изменить, — это желание сделать свое. Иди, делай. Если что, я всегда помогу». И он мне много помогал. Два года компания ждала меня обратно. Но я уже не вернулась, потому что мне понравилось.

Что важно для своего дела?

Ответственность за себя и за тех, кто рядом. Думаю, ты это отлично понимаешь. Еще склонность к риску и дисциплина. У людей, которые долго работали в госструктурах или похожих компаниях, ничего этого нет. Это все отмирает. Поэтому они будут мучиться и ничего не получится.

Что важнее в компании: мотивация или дисциплина?

Мне стыдно говорить, но у меня вообще нет никакой дисциплины. Потому что у нас такая работа: если хантишь топов, то первая встреча может быть в семь утра, последняя — в десять вечера. Вот представь: поймать тебя, чтобы проинтервьюировать. О какой дисциплине можно говорить, о каком рабочем дне?

Единственная дисциплина, которая существует, — это дисциплина по закрытию вакансий. В хантинговом агентстве все партнеры, потому что у нас есть невысокий оклад и большая прибыль от закрытия вакансий. Дисциплина образуется сама собой.

Хорошо. Теперь про женщину в бизнесе. Считается, что в России шовинизм.

Нет никакого шовинизма.

Почему ты так считаешь?

Потому что мальчики мне всегда помогали. Ты приходишь, такая девочка, и к тебе лучше относятся, советуют. С тебя, как ни странно, меньше спрашивают. Это не значит, что надо меньше работать, но это приятно.

Никогда не сталкивалась с шовинизмом. Я много работаю со стройкой, ритейлом — там я этого тоже не вижу. Возможно, это есть в очень жестких отраслях.

Главная проблема — это проблема времени. Потому что ты 16–18 часов на работе. Все эти разговоры вроде «Надо работать не 12 часов, а головой» подходят для тех, кто не начинал свое дело. Вот я с 16 часов перешла на 12.

Но это интересно?

Да, потому что прет. Но семья дико страдает. Поэтому советую девочкам: если вы хотите свое дело, то сначала устройте хорошую семью, родите и вырастите ребенка. Главный конфликт — это выбор между ребенком и своим делом. Мамино сердце рвет по полной.

Что ты посоветуешь молодым людям? На чем сейчас сконцентрироваться, чтобы не остаться через 10 лет за обочиной?

Все просто: если вы идете в старые отрасли и в старые компании, вам будет плохо. Потому что там руководят люди, которым 40−45 лет. Они здоровые, сильные и никогда не отдадут свое место. Вы быстро зайдете в карьерный тупик — без особенных денег и реализации. Не ходите в старые компании, не ходите в старые отрасли.

Мы на пороге технологической революции, поэтому надо идти в новые отрасли либо в компании, которые меняют старые. Это возможность реализоваться, быстро делать карьеру и много зарабатывать.

Что лучше для молодого человека: работать в большой компании и потом создавать свой бизнес — или лучше сразу попытаться?

Пока студент учится, он должен делать стартапы. 99,9% стартапов умрет, это понятно. Но он попробует свое дело. Хоть на очень маленьких объемах, хоть за 100 рублей в месяц, но потрогает, как это все работает.

После выпуска молодой человек должен пойти в большую компанию. Она даст другое видение рынка — не иллюзорное снизу, а видение лидеров. А еще связи и новые ниши. А дальше либо он в найме пойдет вверх, либо откроет свое дело. И тогда будет «обкэшивать» свое имя, знания и возможности. Правильный путь такой.

Поговорим про кризис. Я сижу в офисе и смотрю на страну через монитор. Я не вижу ее, не ощущаю. Ты — на острие. Расскажи, что происходит.

Много бизнеса умирает, особенно малого и среднего. Предприниматели стали проситься в найм.

Последние годы малый и средний бизнес постепенно уходил на работу вбелую. Предприниматели не хотели платить больше налогов, но думали: «Вот еще немного, и меня кто-нибудь купит, мне нужен хороший кредит в хорошем банке». А для этого надо быть белым.

Сейчас все изменилось: чтобы выжить, бизнес возвращается в серую зону. На предприятиях задерживают зарплату или переводят сотрудников на неполную рабочую неделю. Люди из маленьких городов соглашаются, потому что им некуда идти.

Очень плохо в туризме, в банках, рекламе, пиаре и медиа. Стало нехорошо в девелопменте, медицине и госсекторе.

А спрос есть?

Спрос есть в ИТ. Он даже вырос, потому что все отрасли стали работать с ИТ. Интернет до сих пор самая дешевая и быстрая площадка для продаж, поэтому айтишники нужны всем.

#алена_владимирская #олег_тиньков #Pruffi #Антирабство

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Компания отказалась от email
в пользу общения при помощи мемов
Подписаться на push-уведомления