[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]
{ "author_name": "Дмитрий Кошельник", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u043a\u043e\u043c\u043f\u0430\u043d\u0438\u0438","\u0441\u043e\u043b\u043e\u0434\u043e\u0432\u043d\u0438\u043a\u043e\u0432","\u0431\u0438\u043e\u0433\u0440\u0430\u0444\u0438\u044f","\u043a\u0430\u043a\u044d\u0442\u043e\u0431\u044b\u043b\u043e"], "comments": 21, "likes": 13, "favorites": 19, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "14654", "is_wide": "1" }
Дмитрий Кошельник
5 050

«Скупой меценат»: на чем зарабатывал купец Гаврила Солодовников

Обозреватель vc.ru изучил биографию Гаврилы Солодовникова — одного из наиболее богатых московских купцов, владельца магазина и театра. На деньги Солодовникова был построен театр на Большой Дмитровке (впоследствии Московский театр оперетты), лечебница и комплекс домов с дешевыми квартирами.

В известных литературных произведениях часто отмечали скупость, жестокость и безграмотность русских купцов. Стереотип закрепился в умах многих поколений читателей, и люди до сих пор продолжают считать купцов предприимчивыми хитрецами, которые выжимали последние копейки у простых людей.

Гаврила Гаврилович Солодовников вполне соответствовал общественному мифу: экономил на мелочах, ради личных амбиций поступал, как ему заблагорассудится, мог обмануть ближайших партнеров. Странноватый купец, ставший героем исторических анекдотов, не раз удивлял современников — как при жизни, так и после смерти.

Ранние годы. Переезд в Москву и начало карьеры

Гаврила Гаврилович Солодовников родился в семье серпуховского купца в 1826 году. Его отец состоял в третьей гильдии и не был особо богат. По слухам, торговать хлопчатобумажными товарами он начал на Украине, а позже обзавелся собственными лавками и торговал на ярмарках. Когда родился Гаврила, в семье было уже четверо сыновей — по мере взросления отец приобщал их к семейному делу. Часто утверждают, что у Солодовниковых было предприятие по изготовлению солода, но, похоже, это просто попытка объяснить происхождение фамилии.

Гаврила с детства помогал отцу — подметал полы в магазине. Солодовников-старший таким образом готовил сына к будущей деятельности на купеческом поприще, ну и почти бесплатно получал дополнительного помощника: он часто приговаривал, что богатство складывается из копеек. Гаврила Гаврилович перенял эту склонность к экономии — она сделала его одновременно очень богатым и известным своей скупостью.

Гаврила Гаврилович так и не получил систематического образования, и многие считали его человеком почти неграмотным. Некоторые исследователи считают, что купец просто хотел создать такое впечатление о себе и допускал ошибки только в тех случаях, когда мог получить от этого пользу.

В юности Гаврила Солодовников сменил несколько должностей в семейном бизнесе, поработав в том числе и приказчиком. Неизвестно, как бы развернулась жизнь будущего предпринимателя, если бы в 1842 году не умер его отец. По завещанию семейный капитал был разделен на пять частей, и каждый из братьев, получив долю, начал собственное дело. Самым амбициозным оказался 16-летний Гаврила Гаврилович: он отправился покорять Москву и приобрел небольшую текстильную фабрику, ставшую его главным проектом. По некоторым источникам, эта покупка была сделана не сразу — сначала он просто открыл лавку, где торговал мануфактурными товарами.

Биографы предпринимателя, которым нужно было описать этот период его жизни, сталкивались с проблемой: Солодовников умел хранить свои секреты и не распространялся о себе. В разных источниках его описывают диаметрально противоположно: одни говорят о нем как о человеке замкнутом, но предприимчивом, а другие подчеркивают его умение заводить знакомства и втираться в доверие. Вполне вероятно, что Гаврила Гаврилович просто умел составить о себе мнение, которое было ему выгоднее в определенный момент.

Как бы то ни было, фабрика под руководством будущего миллионера быстро развивалась, а сам он уже в 20 лет воплотил мечту своего отца и стал купцом первой гильдии. Многие его современники шли к этому несколько десятков лет. Впрочем, ничего революционного Солодовников не сделал — просто вовремя понял перспективы развития текстильной отрасли. Если за что-то и хвалить предпринимателя, так это за умение идти на риск: в первое предприятие Солодовников вложил все деньги. Если бы он разорился — остался бы без крыши над головой.

Развивая фабрику и увеличивая объемы производства, Гаврила Гаврилович открывал собственные лавки, вывозил продукцию на ярмарки, но главным направлением его деятельности была оптовая торговля. Вскоре работа позволила ему получить достаточно свободного капитала, чтобы начать работать и в других отраслях.

Предпринимательская деятельность и имидж

К 1860 году предприниматель стал одним из крупнейших оптовых торговцев в Российской империи. Рост прибыли обозначился на его амбициях, и Солодовников стал гораздо больше денег вкладывать в другие отрасли. Следующим его предприятием стало приобретение домов и земельных участков, на аренде которых Гаврила Гаврилович, по некоторым источникам, зарабатывал около 400 тысяч рублей в год. Впрочем, часть исследователей относят эти занятия к более позднему периоду.

Кроме того, в 1860-х годах Солодовников стал вкладывать деньги в железные дороги (в частности в Московско-Самарскую): их строительство только начиналось и обещало немалые дивиденды. Также Гаврила Гаврилович вошел в Московский земельный, Нижегородско-Самарский земельный и Азовско-Донской коммерческий банки — стать акционером банка тогда стремился каждый уважающий себя купец. Позже он стал приобретать доли в различных фирмах и товариществах, но сам управлять не стремился — предпочитал спрашивать с других и получать пассивный доход.

Став публичной личностью, Солодовников все больше привлекал внимание современников: люди видели в нем типичного скупого богача из литературы. Стали говорить, что он экономит на мелочах: в трактирах обедает дешевой вчерашней кашей, выхватывает фрукты у лоточников, банщикам дает минимальные чаевые. Многие знали, что купец живет в скромных условиях, экономит и на доме, и на мебели. По слухам, он заставлял своих арендаторов привозить ему пустые ящики, которыми будто бы отапливал помещение. Часть из этих историй подтверждалась, другие оказывались выдумкой, которая хорошо подходила к карикатурному образу.

При этом Солодовников был безусловно талантливым предпринимателем, безжалостным как к должникам, так и к партнерам. Говорили, что он способен забрать последнее у того, кто задолжал. Впрочем, на деле такие рассказы не всегда подтверждались. Есть история о том, как Солодовников, сидя в гостях, узнал, что предприятие хозяина на грани разорения. Тогда он угостил приятеля обедом — правда, дешевым, какой предпочитал сам, — а после одолжил ему денег, чтобы исправить ситуацию.

Легенды о скупости купца удивительным образом сочетались с репутацией Солодовникова-филантропа. Еще в 1848 году благодаря его финансированию был основан Варваринский сиротский приют. Во время Крымской войны он жертвовал деньги госпиталям — правда, современники приписали этот жест к попытке получить звание почетного гражданина Москвы. В дальнейшем Гаврила Гаврилович совершит много громких пожертвований, но его дурную славу это перевесит только в наше время.

Солодовниковский пассаж. Судебная тяжба

В 1862 году Солодовников пришел в гости своему другу купцу Ускову. Тот, не удержавшись, рассказал Гавриле Гавриловичу, что почти заключил крупную сделку и скоро купит за 2 миллиона рублей новое здание, которое планируется перестроить под пассаж. Главной причиной хвастовства Ускова стала не сама покупка, а то, что он сбил цену с 2,5 миллионов.

Солодовников поспешил воспользоваться информацией: навестил владельцев и заплатил им положенные 2,5 миллиона. Как сложились его дальнейшие отношения с Усковым, история умалчивает, но можно предположить, что они вряд ли остались друзьями. Многие купцы начали опасаться обсуждать дела в присутствии Гаврилы Гавриловича. Более того, о нем пошла слава как о беспринципном дельце, который не умеет держать слово и готов на что угодно, лишь бы оно обещало выгоду.

Некоторые считают, что Солодовников сам построил пассаж, а история с Усковым — не более чем поздняя мистификация. Впрочем, легенда об обмане популярнее.

Под руководством Гаврилы Гавриловича Солодовниковский пассаж стал одним из популярнейших мест в Москве, и дело не столько в приписываемой ему роли в борьбе за права женщин, а в качественном обслуживании и большом разнообразии товаров. Также здесь была своя доставка: сейчас это норма, а тогда была новинка. Благодаря этому проекту предприниматель получил звание почетного потомственного гражданина Москвы и вошел в предпринимательскую элиту. Многие современники стали интересоваться, каким образом Солодовников богатеет, — тот обходился общими фразами и подчеркивал, что у него нет бухгалтеров, а всю свою канцелярию он держит в голове.

На первых порах Солодовников сдавал места в пассаже довольно дешево, что позволило ему привлечь и торговцев, и клиентов, довольных сервисом и низкими ценами. Вскоре оказалось, что это был рекламный трюк: как только владелец пассажа заметил, что место стало известным и привлекает покупателей, он сразу начал повышать цены для съемщиков как минимум вдвое.

В 1866 году Солодовников стал миллионером, но это мало повлияло на его привычки предпринимателя: он, как и прежде, продолжал экономить деньги. В 1874 году Гаврила Гаврилович расширил Солодовниковский пассаж за счет соседнего торгового дома Татищева. Есть мнение, что предпринимателю и в этот раз повезло узнать необходимую информацию: он подслушал в юридической конторе разговор о продаже соседнего с пассажем дома. Сумма сделки составляла 275 тысяч рублей. Покупатели пытались сбить цену до 250 тысяч, но не успели: требуемую сумму владельцам здания заплатил Солодовников.

В 1878 году пассаж и дом Татищева были наконец соединены, а на втором этаже появился небольшой театр. С покупателями у Солодовниковского пассажа проблем не было никогда: предприниматель сумел сделать из него популярное место для прогулок и свиданий. Нельзя не отметить, что этот проект Гаврилы Гавриловича пережил несколько пожаров, революции и приход большевиков. История здания закончилась во время бомбардировок в 1941 году.

В 1881 году Москва смаковала новую историю с участием Солодовникова: на него подала в суд Аделаида Андреевна Куколевская, мать его детей. Она рассказала, что сожительствовала с Солодовниковым более 15 лет и у нее от купца пятеро детей. Солодовников выдавал на детей деньги до 1881 года, когда окончательно разорвал с ней все отношения и нашел новую пассию. Главной проблемой было вовсе не наличие любовницы, а нежелание предпринимателя идти на компромисс и признавать детей.

Первое время Солодовников отбивался тем, что был просто благодетелем Куколевской без каких-либо личных связей. Но услышав, что о нем свидетельствуют, купец стал предъявлять чеки на покупки и суммы затраченных на женщину счетов, заявив, что деньги она тратила нецелесообразно, да и обошлось это ему недешево.

Куколевская доказывала, что предприниматель оставил ее ни с чем и может выдавать гораздо больше, — а Солодовников пытался снизить сумму, аргументируя, что заплатил достаточно. В конце концов Аделаиде Андреевне (или, скорее, ее детям), претендующей на 300 тысяч рублей, присудили около 12 тысяч в год. По тем временам это было неплохо. Этот суд впоследствии стал известен репликой адвоката Солодовникова: он спросил, как Куколевская докажет, что ее дети от купца, если сожительство не было скреплено законом. Итоги слушаний многие посчитали справедливыми. Имиджу купца сильнее навредило само разбирательство, чем решение суда: оно подчеркнуло его репутацию скряги, хранящего все чеки и записывающего все покупки.

В погоне за дворянским званием. Солодовниковский театр

В начале 1890-х годов Солодовников решил добиться звания статского советника, что позволяло войти в дворянское сословие. Многие биографы считают, что это решение было вызвано усталостью предпринимателя от издевательских шуток и песен. Вместо того чтобы улучшить свой имидж, он решил войти в более привилегированный класс. Одного богатства здесь было мало — требовались еще и конкретные действия на благо общества.

Предприниматель обратился к властям, и ему предложили возвести венерологическую клинику. Солодовникову идея не понравилась: такой клинике должны были присвоить имя того, кто ее возвел. Представив вывеску, купец решил повременить с вхождением в дворянское сословие. Дальше были еще две попытки, и каждая из них заканчивалась тем же предложением от местных властей. В конце концов Солодовников все же сдался и принялся за строительство — правда, потребовал, чтобы его имени не было в названии медицинского учреждения. Он все же получил потомственное дворянство — вместе со званием статского советника, которое приравнивалось к генеральскому. Построенная им в 1894 году лечебница сейчас известна как Клиника кожных и венерических болезней МГМУ.

За год до возведения клиники Солодовников принялся за еще один громкий проект — создание театра. Такие заведения в то время строили многие представители купеческой элиты, а Гаврила Гаврилович, привлекавший людей в свой пассаж при помощи театральной залы, понимал, что дело может быть еще и финансово выгодным. Он подошел к проекту с размахом: нанял знаменитого архитектора Константина Терского и несколько раз заставил его вносить изменения в проект, пытаясь сделать его более глобальным. Ради большей вместимости Солодовников даже сократил количество торговых площадей внутри здания, чего с ним никогда раньше не случалось. Концертное здание на 3000 мест стало едва ли не одним из самых больших в Москве.

Строительство заняло около восьми месяцев. В конце 1894 года театр Солодовникова был готов. Казалось бы, дело осталось за малым — пройти проверку и получить одобрение от властей. Но городская комиссия отказалась принимать здание: из-за стремления к масштабности пострадало качество работы. Проверка выявила большое количество нарушений: отсутствие запасных выходов, проблемы с вентиляцией, несоблюдение санитарных норм. Претензии были ко всему — от планирования до внутренней отделки.

Солодовников не хотел идти на большие траты и просто стал водить для проверки комиссии в другом составе. Некоторые источники обвиняют предпринимателя в попытках подкупа — но это скорее попытка еще больше дискредитировать репутацию купца. Автор проекта Терский, который также оказался под шквалом критики, привел в здание 40 специалистов — участников российского съезда архитекторов. Те несколько часов изучали здание, но избегали внятно высказываний о нем, чем фактически подтвердили мнение властей.

Ни одна из комиссий театр не одобрила, а купец не сдавался — и дело дошло до судебной тяжбы. Солодовников действовал чуть ли не в трех направлениях: удерживал позиции в суде, приводил в порядок здание и искал труппы для театра. Последнее заняло не так много времени: купец умел продавать свои проекты. Когда Солодовников понял, что желающих приехать на гастроли много, он стал выбирать из вариантов, охотно давая обещания и отказываясь от них, если появлялись более выгодные претенденты. Купца не смущало то, что здания у него еще не было, а труппы, которым он сорвал планы, могут обанкротиться.

Больше всего досталось режиссеру Артемьеву: он заключил с Солодовниковым устный договор, по которому не только согласился платить на 2000 рублей больше, но и не имел свидетелей, которые смогли бы подтвердить некоторые пункты соглашения. Впрочем, Артемьев допустил классическую ошибку, понадеявшись на слово Солодовникова. Для других купцов сдержать такое обещание было делом чести, но для Гаврилы Гавриловича оно ничего не стоило: он менял условия договора, как пожелает.

Артемьев набрал персонал и готовился выступать, но разрешения властей еще не было. Режиссер влез в долги, а купец получал деньги, даже когда театр простаивал. Труппа Артемьева ждала целый год, актерам приходилось жить за счет добровольных пожертвований от коллег. В конце концов Артемьев подал в суд на Солодовникова, но, похоже, не добился желаемого.

Тяжба о здании с местными властями шла с переменным успехом. В конце концов специальный комитет в Петербурге дал рекомендации: сделать больше выходов, расширить фойе и проходы в залах, расчистить улицы. Солодовников решил, что выполнять все предписания не обязательно, и начал устранять самые явные нарушения. Параллельно он вел переговоры с московским генерал-губернатором Великим князем Сергеем Александровичем, и в 1895 году тот все же разрешил эксплуатацию здания.

Первое время в нем выступала труппа режиссера Лентовского. Самым крупным арендатором стал Савва Мамонтов со своей Частной оперой. Стоит отметить, что дальнейшее отсутствие проблем и разрывов договоров свидетельствует о том, что Гаврилу Гавриловича полностью удовлетворила сумма, выплачиваемая предпринимателем. Впрочем, влияние Мамонтова и его финансовые возможности вряд ли оставляли Солодовникову шанс провернуть очередную сделку.

В 1898 году театр существенно пострадал от пожара, и общественность сразу вспомнила о том, что в здании с самого начала были нарушены нормы безопасности. Благодаря усилиям пожарных никто не пострадал, а уже к концу года театр был восстановлен. Сюда вернулась Частная опера Мамонтова, которая продолжала тут выступать до 1904 года. В дальнейшем здание переживет еще несколько пожаров, перестройку, сделанную купцом Зиминым, революцию и Отечественную войну. В 1961 году здесь расположился Московский театр оперетты.

Прощальный поклон

Последнее громкое деяние, связанное с именем Гаврилы Солодовникова, произошло после его смерти, в 1901 году. Есть предположение, что семье предпринимателя пришлось нанимать пустые кареты, чтобы создать впечатление, что на похороны купца приехало много людей. Эта версия ничем не подтверждена, но известно, что на похоронах присутствовали только родственники и несколько близких друзей.

Для своих недоброжелателей Солодовников, как оказалось, подготовил прощальный подарок. Открыв завещание предпринимателя, родные узнали, что близким — не только семье, но и разного рода управляющим — он оставляет в наследство чуть больше 800 тысяч рублей. Остальные деньги, а это была астрономическая сумма в 20 миллионов, ушли на благотворительность. При этом Солодовников сам расписал, на какие проекты пойдет его наследство, и потребовал неукоснительно выполнить его желание.

Две трети суммы должны были пойти на постройку женских училищ, профессиональных школ и детских приютов. Остальную сумму предписывалось потратить на возведение жилья для бедных и рабочих сословий. Воплотить волю Солодовникова должен был его сын Петр, на это в завещании отводилось около 15 лет. Чтобы понять дальнейшие действия наследника, нужно знать, что Гаврила Гаврилович с детства приучал детей к экономии, наследства им не обещал и стремился, чтобы они начинали свои предприятия.

О Петре Гавриловиче недостаточно информации, чтобы можно было уверенно назвать его скупым человеком, но, безусловно, воспитание отца не прошло даром. После оглашения завещания московские власти не дождались начала строительства. В ответ на их обращения Солодовников-младший объяснял, что времени впереди много, а экономика пока что нестабильна, да еще и стройматериалы подорожали. В конце концов городской управе пришлось даже выдать специальное постановление, которое предписывало провести переговоры с распорядителем имущества Солодовникова и наконец начать строительство.

В 1904 году Петр Гаврилович был вынужден начать действовать, но перед этим успел еще несколько раз отказать властям в строительстве. Работа закончилась в 1909 году. В первом доме под названием «Свободный гражданин» должны были селиться холостые люди, а в «Красном ромбе» — семьи. В народе эти здания потеряли свои оригинальные имена, связанные с работами французского утописта Фурье, и стали называться солодовками.

В каждом из хорошо обустроенных домов располагались собственные магазины и лифты, было подключено электричество. В «Красном ромбе» был еще и детский сад. Если бы туда заселились, как хотел Гаврила Гаврилович, рабочие, для них это был бы настоящий рай. Власти, решили иначе, и первыми сюда вселились государственные служащие, которые усиленно выбивали деньги у душеприказчиков. Также квартиры понравились представителям дворянского сословия — естественно, не самым богатым. В конце концов сюда заехали и рабочие, но скорее для подтверждения того, что последняя воля Солодовникова выполнена. Оба дома сохранились до нынешнего времени.

Петр Гаврилович, будучи видным банкиром, выгодно вложил деньги, предназначенные для строительства еще нескольких домов, и увеличил сумму чуть ли не до 40 миллионов рублей. Московские власти из них больше ничего не получили: они требовали отчетностей, но Солодовников-младший их не давал. Немного позже он заявил, что осуществит постройку в ближайшие 20 лет и что ему как финансисту виднее, когда начинать строительство.

После прихода к власти большевиков Петр Гаврилович эмигрировал в Париж, но деньги, похоже, не вывез, и солодовниковские миллионы оказались на счетах СССР. Так окончилась история этого купеческого рода. В 2001 году именем подзабытого предпринимателя была названа национальная премия фонда «Торговля нового тысячелетия».

Гаврилу Солодовникова нельзя причислить к крупным промышленникам или к людям, повлиявших на развитие определенной отрасли. Его успех был построен на умении заключать выгодные сделки, оценивать перспективы и вкладывать деньги. Эти качества, дополненные беспринципностью и готовностью пожертвовать репутацией, позволили Солодовникову превратиться в одного из богатейших людей Российской империи с капиталом около 21 миллиона рублей. При жизни он стал одним из наиболее обсуждаемых и высмеиваемых купцов — хотя это не отменяло его меценатской деятельности, какие бы мотивы ей ни приписывались.

#история_компании #Солодовников #биография #КакЭтоБыло

{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Приложение-плацебо скачали
больше миллиона раз
Подписаться на push-уведомления