[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Дмитрий Кошельник", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u0443\u0441\u043f\u0435\u0445\u0430","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u043a\u043e\u043c\u043f\u0430\u043d\u0438\u0438","\u0433\u043e\u043b\u043b\u0430\u043d\u0434\u0441\u043a\u0430\u044f_\u043e\u0441\u0442_\u0438\u043d\u0434\u0441\u043a\u0430\u044f_\u043a\u043e\u043c\u043f\u0430\u043d\u0438\u044f","\u043a\u0430\u043a\u044d\u0442\u043e\u0431\u044b\u043b\u043e"], "comments": 34, "likes": 63, "favorites": 75, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "15429" }
Дмитрий Кошельник
49 762

200 лет Голландской Ост-Индской компании: почему богатейшая в истории фирма обанкротилась

Обозреватель vc.ru изучил историю Голландской Ост-Индской компании, которая длительное время практически монопольно контролировала торговлю специями и совершила несколько крупных географических открытий. Её стоимость, по данным Yahoo Finance, в период расцвета оценивалась в $7,4 трлн в пересчёте на современные деньги.

Мощные современные конгломераты вроде Apple или Google, которые превышают по бюджету крупнейшие государства мира, тем не менее значительно уступают по финансовым показателям своим историческим аналогам. Яркий пример — Голландская Ост-Индская компания, которая была основана в начале 17 века и стала одной из доминирующих в мире сил.

Штаб-квартира Ост-Индской компании в Амстердаме

Предыстория Голландской Ост-Индской компании

Начало, возможно, крупнейшей в истории человечества компании было положено в эпоху великих географических открытий. Со школы все помнят о Колумбе, Васко Да Гама и других первооткрывателях. Многие из них происходили из Португалии и Испании, и вскоре именно эти страны получили возможность торговать пряностями, что стало настоящей золотой жилой.

После коронации Филиппа II Испания значительно укрепилась: в 1556 году к ней были присоединены так называемые 17 провинций — проще говоря, Нидерланды. В 1581 году к Испании перешла еще и территория Португалии. Такое расширение стало возможно из-за гибели португальского монарха и политической активности его родственника Филиппа II.

В Нидерландах, впрочем, было неспокойно, и против власти Филиппа поднимались восстания. В конце концов после поражения Непобедимой армады и нескольких неудач на суше голландские провинции были разделены на две части. Северная стала независимой, и в ней в основном исповедовался протестантизм, южная осталась с Испанией — главным образом благодаря военным силам этой страны, а также католическому вероисповеданию. Это разделение имело в дальнейшем важное последствие: Соединенные провинции потеряли некоторые бонусы в виде пряностей и других товаров, которые испанцы ввозили из экзотических стран.

В определенный момент Филипп II попросту запретил голландским кораблям заходить в испанские и португальские порты. Тем осталось два выхода: смириться или пойти на ухищрения. Терять пряности голландцы не хотели, и среди них нашлись смельчаки, которые решили выведать у испанцев торговые маршруты к источникам пряностей, главным образом на Индонезийские острова.

Этими храбрецами были братья Корнелис и Фредерик де Хаутман. Последние то ли по собственной инициативе, то ли по приказу правительства в 1592 году отправились в Португалию, где в Лиссабонском порту попытались разговорить моряков. Миссия была секретная, и за подобные расспросы их могли запросто обвинить в шпионаже, что вскоре и произошло.

Братья оказались в тюрьме, где встретились с пиратами и бунтовщиками. Последние не пылали любовью к Испании и её королю, а потому поделились некоторыми сведениями. Когда правительство внесло за де Хаутманов выкуп, они знали уже достаточно, чтобы отправиться в путешествие. На родине они встретились со своим соотечественником, купцом Линсхотеном. Сопоставив все имеющиеся сведения и получив одобрение правительства, братья начали готовиться к экспедиции, конечной точкой которой должны были стать «Острова пряностей» — Молуккские острова.

Чтобы организовать всё на высшем уровне, была основана торговая компания «Де Веера». Братья получили в свое распоряжение четыре корабля и команду в 250 человек. Путешествие было нелегкое, вместе с моряками в экспедицию отправились ещё и купцы, которые стремились поскорее достичь конечной точки в ущерб команде.

До острова Суматры, который был важной целью путешествия, голландцы смогли добраться лишь 17 месяцев спустя. К моменту возвращения на родину от команды осталось около 87 человек и только два корабля. Экспедиция все равно была признана успешной и стала точкой отсчета для Голландской Ост-Индской компании.

Создание компании

Основанию этой первой акционерной компании предшествовала конкуренция среди голландских купцов, вспыхнувшая после успехов де Хаутманов. Правительство страны быстро поняло, что их соотечественники соперничают не только друг с другом, но и с теми же испанцами, и это плохо влияет на прибыль. Государство решило объединить компании этой направленности в одну с капиталом в 6,5 млн флоринов. Она и получила название «Голландская Ост-Индская компания».

Формально её учредителем стал политический деятель Йохан ван Олденбарневелт. Официально всё было оформлено в 1602 году. Компании сроком на 21 год были сданы в аренду все фактории и владения в Ост-Индии. Среди них, например, представительство в Тернате, который в то время был крупнейшим производителем гвоздики. Также к ним перешли фактории в Аче, Бантаме, на островах Банда, Джохоре и Патами. Ост-Индская компания продлевала аренду у государства 12 раз. Несмотря на, казалось бы, внушительное присутствие, голландцы значительно уступали испано-португальскому влиянию в регионе.

Голландская Ост-Индская компания существенно отличалась от всех тогдашних, да и современных подобных учреждений. Государство разрешило ей вести переговоры и заключать союзы с местными правителями, чеканить собственную монету, строить фортификационные сооружения, вести войны. И хотя Ост-Индская компания подчинялась Генеральным штатам, её власть в колониях была практически безграничной. Фактически она самостоятельно вела внешнюю торговлю на Востоке и влияла на позиции Соединенных провинций на международной арене.

Ещё одним важным вопросом стала безопасность. Местные правители, пираты и племена туземцев — вот лишь небольшой список непредсказуемых партнеров, с которыми пришлось иметь дело цивилизованным европейцам. Стоит отметить, что братья де Хаутман, которые позже ещё несколько раз отправлялись в подобные экспедиции, в итоге нарвались на туземцев и попали к ним в плен. Корнелиуса, по некоторым источникам, съели, а Фредерику повезло больше: его позже выкупили.

Чтобы обезопасить сотрудников, Ост-Индская компания создала собственный военный флот. Частично в него вошло несколько военных судов, принадлежащих государству, с опытными боевыми капитанами. Изначально военные силы нанимались в Европе и оттуда прибывали на Восток, но в дальнейшем большую часть отрядов компании стали формировать из местного населения. Профессионализм наёмников от этого, конечно, пострадал.

Как уже упоминалось, Ост-Индская компания была первой акционерной фирмой в мире. Руководил ею совет из 17 купцов: восемь из Амстердама, четверо из региона Зеландия, и по одному из Мидделбурга, Делфта, Хорна, Роттердама и Энкхейзена. Официальный устав компании гласил, что её акционером может быть каждый желающий. Акции можно было передавать по наследству.

Стоит отметить, что подобный раздел акционеров по регионам был вовсе не данью равноправию, а идеальной схемой контроля: реальную власть имели восемь купцов из Амстердама. Со временем большая часть акций оказалась в руках потомственных держателей, и Ост-Индская компания стала семейным делом.

У представителей фирмы было несколько подходов к вхождению на восточные рынки. Самыми популярными были завоевание территории, конкуренция с другими странами за счет более выгодных условий и установление монополии на торговлю. Некоторые источники утверждают, что предпочтительным вариантом была именно монополия. Впрочем, часть историков склонна считать, что компания изначально стремилась к полному подчинению территории и созданию колониальной империи.

Стоимость акций компании росла с колоссальной скоростью и уже через два года выросла на 110%. Дело оказалось очень прибыльным, хотя на первых порах работать было нелегко: сказывались сложности с местными жителями и война с Испанией. При этом голландцы все-таки сумели закрепиться на территории современной Индонезии. В 1602 году к важным владениям Ост-Индской компании можно было отнести порт Бантам, где находилась их фактория. Сюда отправлялись военные флоты — как государственные, так и принадлежащие компании. Совместными усилиями и союзами с местными правителями голландцы существенно подвинули позиции Португалии.

В те времена успехи Ост-Индской компании были связаны с адмиралами ван дер Хагеном и ван Варвейком. Последний ставил себе целью выход на рынок Китая и с этой целью пытался в 1604 году получить рекомендации от сиамского короля, но это ему не удалось. Он отправился в Китай сам, но в порты его не пустили. Тогда ван Варвейк отправился во Вьетнам и разграбил несколько флотов португальцев, которые везли товары из Китая. По подсчётам, выгода этой экспедиции составила 167%.

Ван дер Хаген не отставал от своего коллеги и продолжал бороться против португальцев, используя свои связи с местными племенами. Он не только обстреливал форты и грабил флоты, но и поднимал бунты за счет местного населения. Благодаря ему был подчинен остров Амбон и архипелаг Банда. Нельзя сказать, что все эти территории становились частью компании — скорее им под дулом пушек навязывались договоры, выгодные голландцам. Например, жители Амбона действительно признали себя вассалами голландцев, а правители островов Банда подписывали договоры о всесторонней помощи и содействии.

В конце концов в 1609 году, когда был заключен двенадцатилетний мир между Голландией и Испанией, в распоряжении Ост-Индской компании была часть Молуккских островов, хотя доминировали испанцы и португальцы. Вместе с влиянием на вышеперечисленные территории голландцы получили право на монопольную торговлю с ними, а значит, мускатный орех и гвоздику.

В 1610 году голландцы привезли в Европу цейлонский чай, и в будущем Амстердам будет одним из главных центров торговли этим продуктом. Позже голландцы отберут Цейлон у португальцев, используя для этого Кандийское царство. Хотя голландцы сами привезли отсюда в Европу чай, двигаться в этом направлении они не станут и будут выращивать на острове в основном кофе, какао, корицу, перец и кардамон. Цейлонский чай стал выращиваться здесь промышленно лишь после захвата англичанами в 1796 году.

Ост-Индская компания, несмотря на рост и влияние в Ост-Индии, переживала кризис руководства. Совет семнадцати был слишком оторван от территории, и требовалось укрепить управление на местах. Для этого было учреждено звание генерал-губернатора, и первым эту должность занял Питер Бот. Прибыв в центральный офис в Бантаме, он был поражен проблемами компании в регионе. В первую очередь они были связаны с руководителями отдельных факторий, которые, получив власть, стали вовсю развлекаться, спиваться и издеваться над местным населением.

Бот получил огромное количество жалоб и начал жестко наводить порядок, начав с кадровых перестановок. Вскоре он обратил внимание на 26-летнего Яна Питерсзона Куна. Тот уже успел побывать в этом регионе в составе одной из экспедиций и сделал внушительную карьеру в Ост-Индской компании. Начинал Кун на должности младшего купца, но постепенно дорос до высшего руководства.

Владеющий шестью языками, а также местными диалектами, умеющий масштабно мыслить и знающий, как извлечь выгоду, Кун вскоре стал правой рукой Бота. Генерал-губернатор предоставил молодому человеку должность главного бухгалтера компании, сделав его фактически своим заместителем. В дальнейшем именно Кун создаст основу для дальнейшего тотального роста Ост-Индской компании.

Получив полномочия, Кун предложил руководству неожиданный ход — создать голландскую колонию на острове Ява, в центре пересечения морских путей.

Кун понимал: пока голландцы и испанцы сражаются за «Острова пряностей», они совершенно упускают из виду другие богатства региона, а значит, их можно заполучить раньше конкурентов.

Разрешение на реализацию Кун пока не получил, но начал закладывать фундамент. Узнав, что один из сотрудников компании приобрел на Яве землю для создания фактории, Кун воспользовался её расположением возле реки и построил поблизости верфь. После этого он попытался выбить у властей аборигенов разрешение на строительство форта, но это не удалось. Тогда Кун выстроил защитные сооружения, которые официально считались хозяйственными постройками. Так без ведома руководства остров Ява стали готовить к превращению в центр торговли.

Бот с переменным успехом руководил компанией в регионе, пытаясь при помощи дипломатии установить деловые отношения с местными властями и племенами. Население регулярно устраивало восстания, что в сочетании с постоянной борьбой между местными князьками и необъявленной войной с Испанией не позволяло называть этот регион спокойным.

Бот в этих условиях достиг кое-каких результатов, захватив испанский форт Марико на острове Тидор. Впрочем, при нём окончательно испортились отношения с пангераном (правителем — прим. ред.) Бантана, что привело к реальному рассмотрению плана Куна о переносе столицы владений на Яву, а именно в Джакарту. Процесс затянулся из-за продолжающейся борьбы с Испанией и Португалией. Совет семнадцати потерял терпение и сменил генерал-губернатора, назначив на эту должность Герарта Рейнста. Рейнст прибыл в регион в марте 1615 года.

Как и его предшественник, Рейнст сразу же очутился между нескольких огней: ему пришлось бороться с испано-португальскими флотами, восстаниями местного населения и новыми конкурентами из французской и британской Ост-Индских компаний. Он одержал несколько побед, в том числе в ходе длительной блокады подавил бунт на острове Пуло-Ай. Впрочем, он не успел развернуть деятельность, так как в декабре 1615 года умер.

Пока Совет семнадцати размышлял над новым назначением, всю полноту власти получил Кун и сразу же ею воспользовался. Его целью было не допустить увеличения влияния англичан и французов, и он применял для этого все возможные меры, начиная с запугивания и заканчивая арестами. Прибывшие в регион французские корабли имели в составе своих команд голландцев. Кун, воспользовавшись влиянием на местные власти, арестовал их всех. Французы, потеряв значительную часть команд, вынуждены были избавиться от нескольких кораблей, чтобы вернуться на родину.

Оказавшись в Европе в 1617 году, они поспешили обратиться с жалобой в голландский суд и дело вроде бы выиграли: им выплатили значительную компенсацию. Впрочем, для Совета семнадцати такой штраф был небольшой платой за издержки.

Руководителей Ост-Индской компании поразила самостоятельность Куна и умение действовать в сложных условиях. Вскоре было принято решение назначить Яна Куна генерал-губернатором. Правда, перед ним на этой должности успел поработать Лауренс Реаль, но особых успехов не достиг и сам подал в отставку.

Жесткая стратегия Яна Куна. Возведение Батавии

Ян Кун продолжил бороться с экспансией англичан и французов. Кроме того, у него снова возникли проблемы с пангераном Бантама, который мнил себя самостоятельным правителем. Ситуация усугублялась политикой арестов иностранных кораблей и голландских членов команд, которую продолжал активно использовать Кун. В конце концов им было задержано два французских корабля. Адмирал успел сбежать и спрятался у правителя Бантама. Кун потребовал выдать француза и получил отказ. Более того, пангеран вообще запретил голландцам вывозить пряности с острова.

Поняв, что в такой ситуации нужно действовать решительно, Кун приказал готовиться к блокаде Бантама и закрыть местную факторию. По всей видимости, генерал-губернатор собирался перенести свою штаб-квартиру на Яву. Узнав о подготовке, пангеран пошел на перемирие. Это Куна не остановило — он готовился к тому, чтобы силой подавить волнения в регионе.

Новую политику Ост-Индской компании первыми оценили жители Молукка: здесь выращивалась и продавалась гвоздика, и голландцы владели ею фактически монопольно. Кун, знавший о том, что эту пряность вывозят суда не только европейских, но и соседствующих стран, взамен привозя одежду и другие припасы, запретил им вхождение в этот порт. Другие высокопоставленные члены Ост-Индской компании попытались опротестовать подобные решения, но успеха не добились.

Следующим пунктом стала Джакарта. Местный пангеран не обрадовался новостям о том, что голландцы собираются устроить здесь свою главную резиденцию, и, судя по всему, не поддался на обещания громадных прибылей от торговли. Он понимал, что голландцы делиться ни с кем не будут. Главной его проблемой была голландская крепость (кстати, её возведением принудительно занимались местные жители). Пангеран решил обратиться к недружелюбному к голландцам Бантаму. К делу присоединились англичане, желавшие укрепить свои позиции в регионе.

Таким образом, Кун оказался во враждебной обстановке и с меньшими силами, так как подкрепления не пришли. В конце концов генерал-губернатор вместе с флотом вырвался из Явы, а коменданту форта перед отплытием велел продержаться подольше и если сдаваться, то англичанам. Сам генерал-губернатор в это время планировал дальнейшие действия по спасению ситуации. Англичане в итоге договорись о сдаче голландцев, но войска правителя Бантама, который по договору претендовал на форт, неожиданно вторглись в Джакарту и стали диктовать свои условия.

Английский адмирал, опасаясь армии Бантама, ушел, решив не вмешиваться в местные разборки. Голландцы передумали капитулировать. Вместе с этим бантамская армия низложила местного пангерама. Кун, оценив изменение ситуации, начал затягивать переговоры о мире, а сам тем временем объединил все свои силы в регионе.

Вскоре военный флот Ост-Индской компании отправился на Яву. Здесь голландцы благодаря преимуществам в вооружении разгромили армии и Бантама, и Джакарты. Окончательная победа позволила Куну заполучить часть территории острова и назначить новым управляющим королевством Джакарты Ост-Индскую компанию. На месте разоренного войной города началось возведение столицы владений фирмы — Батавии.

Кун на этой победе не остановился. Отчаявшись вести дела цивилизованно, он решил поставить недовольных на колени при помощи силы. Первым это почувствовал Бантам, который попал в разорительную морскую блокаду. В этот же период силы Ост-Индской компании нанесли несколько поражений англичанам, фактически вытеснив их из региона. Дальше начались расправы с несогласным местным населением: восстание жителей Банда было жестоко подавлено и в конце концов превратилось в резню. Подобным образом стали поступать со всеми бунтарями.

Кун приказал действовать подобным образом всем губернаторам и военным силам. Вместе с этим он вновь заинтересовался Китаем, хотя страна по-прежнему не пускала в свои порты голландцев. Кун воспользовался отсутствием у Китая значительных морских сил и начал действовать как пират, выжигая прибрежные поселения и грабя корабли. Вылазка закончилась строительством голландского форта Зеландия в Тайване. Благодаря грамотному расположению они смогли заставить китайские торговые суда отправляться в основном в Батавию.

Тем временем Совет семнадцати вопреки желанию Куна договорился с Британской Ост-Индской компанией совместно действовать в регионе. Позже этот просчёт нанесет компании вред, но тогда — с учетом борьбы с местным населением и вражды с Испанией и Португалией — идея казалась хорошей.

В 1623 году Ян Кун отправился в Амстердам. Эта поездка была вызвана желанием, с одной стороны, получить причитающиеся ему почести за укрощение Ост-Индии, а с другой, представить собственный план развития компании в регионе. Получив щедрую награду от Совета семнадцати, он тем не менее был снят с поста. Причиной стал международный скандал, вызванный Амбонской резней, когда в 1623 году по недоказанному обвинению в шпионаже и измене был арестован и частично казнен персонал английской фактории. Кун не был виноват в расправе, ведь он на тот момент уже отправился на родину, но наказание понес.

С уходом Куна закончился первый этап развития Голландской Ост-Индской компании. Ян Питерсзон Кун сумел всего за четыре года значительно упрочить позиции в регионе и положить начало целой колониальной империи. Заменивший Куна Карпентье не стал продолжать его жесткую стратегию в регионе, сконцентрировавшись в первую очередь на постепенной застройке Батавии и упорядочивании других территорий. Впрочем, его успехи в строительстве затмила война с Матарамом, ещё одним государством на Яве.

В 1627 году Кун вернулся на пост генерал-губернатора и оказался в осажденной матарамскими войсками Батавии. Судя по всему, осад было несколько. В 1629 году правитель Матарама распорядился бросать трупы солдат в реку, протекавшую через Батавию. В городе вспыхнула дизентерия, от которой Кун и умер. Впрочем, голландцы защитили столицу своих владений.

Голландская Ост-Индская компания после Куна

Куна в этот раз заменил Жан Спекс, о котором не сохранилось такого количества информации, как о предшественнике. В молодости он прославился как специалист по налаживанию отношений с Японией и Кореей. На своем посту он помогал Сиаму в борьбе с Испанией и Португалией. В это же время Совет семнадцати, используя проработанный Куном план, инвестировал деньги для создания торговой системы в Ост-Индии с целью уменьшить постоянный поток золота из Европы в регион.

В 1632 году Спекса сменил Хендрик Браувер, который повел борьбу с контрабандистами и бантамским правителем. Последний, не особо рассчитывая на свои войска, вёл партизанскую войну прямо возле Батавии, а местное население, которое теперь не боялось жесткой руки Куна, оказывало поддержку партизанам.

Браувер принял неоднозначное, но логичное решение, став вассалом Матарама и его правителя Агунга. Ситуацию это исправило, но депутации послов Ост-Индской компании с дарами и данью выглядели позорно. Браувер продержался на своей должности только четыре года, и его заменил Антони ван Димен.

Всё время, пока существовала Голландская Ост-Индская компания, она постоянно вела с кем-то войну, подавляла восстания, совершала набеги на сушу или грабила суда. Местному руководству во главе с генерал-губернатором приходилось постоянно лавировать, используя вражду между местными правителями и интересами Совета семнадцати. Кто-то справлялся успешно и оставался на более длительный срок, другие покидали должность через четыре года и меньше.

Заняв должность генерал-губернатора, ван Димен начал использовать Агунга в своих интересах. Формально оставаясь вассалом Матарама, он, с одной стороны, позволял своему сюзерену вести завоевательные войны, которыми тот наносил урон другим оппозиционерам голландцев, а с другой — препятствовал упрочению его позиций.

Голландцам повезло, что Агунг вскоре влез в войну с Бали. Тем временем в 1641 году Ост-Индская компания наконец захватила Малакку — главный оплот португальцев в регионе. Так Агунг потерял возможного союзника, с которым длительное время вел переговоры. Следующим шагом правителя Матарама стала попытка установить союз с Османской империей, но его послы, которых любезно пытались доставить англичане, были захвачены и перебиты голландцами.

В 1642 году Агунг снова предпримет попытку разделаться с голландцами, объединившись с Бантамом, но успеха не добьется, а его временный союзник вообще заключит с Ост-Индской компанией мир. Стравливая между собой местных правителей, голландцы в итоге все равно добивались своего.

Еще одним методом интеграции для Ост-Индской компании был постепенный захват контроля. Например, в Суматру голландцы прибыли еще в 1615 году. Тут выращивали перец, и на первых порах построившие свою факторию голландцы вели себя достаточно миролюбиво. Впрочем, целью, как и раньше, была монополия, поэтому доброжелательный период продлился только до тех пор, пока представительство Ост-Индской компании не стало достаточно влиятельным.

В 1640 году голландцы уже вовсю стали диктовать свои условия одному из местных князей, властвовавшему над Палембангом. Последний получил предложение от Ост-Индской компании, которая хотела превратить факторию в крепость для защиты от Матарама и Португалии.

Князю такая доброжелательность показалась подозрительной, и он решил отправиться к Агунгу в поисках союза и защиты. Вот только часть его придворных уже была куплена, и обо всем узнал ван Димен. Последний не церемонился, приказав флоту перехватить корабль и вернуть князя домой. Вскоре этот правитель вынужден был заключить договор о вечной дружбе и предоставил монополию на покупку перца голландцам. Вдобавок он обязался выдавать должников и контрабандистов.

Подобным образом поступали голландские губернаторы и в других княжествах Суматры, зачастую заполучая монополию на производимые товары. К тем, кто отказывался, применялся другой метод: Ост-Индская компания сворачивала деятельность и выезжала, а к несогласным прибывали военные флоты, начинавшие или блокаду, или бомбардировку города.

Параллельно с этим Ост-Индская компания укрепляла свои позиции в Сиаме и Камбодже, временами сталкиваясь с несогласием местных правителей и разнообразным противодействием. Еще одной заслугой ван Димена стало растущее влияние на рынках Японии. В 1639 году сегунат Токугава окончательно разошелся во взглядах с Португалией, чем этим и воспользовались голландцы, получив монопольное право на торговлю с Японией.

Местные власти голландцев в порты не пускали, а для торговли предоставляли им искусственный остров Десима. Они относились к европейцам с осторожностью, запрещали голландцам торговать книгами и требовали прятать их в своем присутствии.

Расцвет компании

В 1645 году ван Димен перед смертью самостоятельно назначил себе преемника, что было нарушением устава, но Совет семнадцати на это все же согласился. Корнелиус ван дер Лейн был одним из самых миролюбивых генерал-губернаторов. Благодаря ему был наконец заключен мир и начата торговля с Матарамом. К началу 1650-х годов власть Ост-Индской компании укрепилась настолько, что она фактически полностью контролировала воды региона. Сиамский король и другие монархи принимали генерал-губернатора как равного себе.

В 1650 году ван дер Лейна заменил Карел Рейнис, но особых успехов не добился и через три года подал в отставку. Похоже, главным его достижением стало строительство в Южной Африке города Капстад, из которого в итоге вырастет Кейптаун.

Это фактически первое поселение европейцев в Африке, которое упростило деятельность компании в регионе, принесло прибыль и дало миру легенду о Летучем голландце. На смену Рейнису прибыл Ян Мацуйкер — рекордсмен по длительности пребывания на посту генерал-губернатора (занимал должность 25 лет), при котором Голландская Ост-Индская компания достигла пика своего влияния.

Мацуйкер добился внушительных успехов. Он усиливал борьбу между разными правителями, торгуя оружием, жестко подавлял восстания и расширял свои территории с учетом направления главного удара — Макасара, ещё одного царства, ставшего за многие годы серьезным оппонентом голландцам.

Война шла почти все 1660-е годы, но в конце концов победа осталась за Ост-Индской компанией. Макасар был захвачен, а его князья (500 человек) в ходе специальной церемонии признали себя низложенными и передали свои крисы Мацуйкеру. Последний вёл параллельно ещё несколько войн, но, оценив их дороговизну, предпочел использовать тактику переворотов и пропаганды, стравливая князей между собой. Так ему удалось почти подчинить компании Суматру.

Благодаря Мацуйкеру позиции компании стали необыкновенно прочны, дивиденды от акций превращали директоров, среди которых были крупные политики, в богатейших людей мира. Приблизительно в этот период стоимость акций Ост-Индской компании ежегодно росла минимум на 10%. Желающих их приобрести от этого меньше не стало — более того, наличие акций компании было своего рода статусным символом.

Успех Ост-Индской компании не означал, что у Соединенных провинций не было никаких проблем. Пока купцы зарабатывали миллионы и покоряли восток, Нидерланды успели повоевать и с Англией, и с Францией. Последняя после воцарения Людовика ХIV стала намного более активной в вопросе колоний. Ост-Индские компании этих стран вовсю пытались сдвинуть голландцев с их позиций в Азии, но у них это не получалось.

Более того, голландское правительство благодаря успехам купцов достаточно успешно вело войны со своими недружелюбными соседями. Частично благодаря успехам Голландской Ост-Индской компании государство постепенно превратилось в одну из передовых европейских держав. Успехи голландцев в Ост-Индии неудержимо манили к себе англичан, французов и датчан, которые понимали, что их ждут сверхприбыли. Впрочем, до конца 17 века компания им успешно противостояла.

Её влияние в регионе тем временем становилось все прочнее. К середине 1680-х компания прижала Бантам и Матарам, которые лишились независимости и стали марионеточными государствами. К концу 17 века географически под контролем Голландской Ост-Индской компании оказалась не такая уж большая территория, но ее агенты были повсюду. Большая часть Индонезии и Малайи заключила с голландцами кабальные договоры, которые подчинили себе все эти государства и монополизировали рынок.

На тот момент они были главными поставщиками в Европу мускатного ореха, перца, гвоздики, корицы и других товаров. Годовой доход компании в это время составлял больше 50 млн гульденов, а ее акции было покупать так же выгодно, как государственные облигации. Торговые суда компании в своих экспедициях доходили до берегов Африки и Австралии, попутно совершая массу географических открытий.

На протяжении 17 века в этот регион было снаряжено более 1700 судов и привезено более 300 тысяч поселенцев. Новые селения возникали практически по всему маршруту кораблей компании, что было важным моментом для дальнейшего укрепления в регионе. Экспансивная торговля сделала настоящий прорыв в судостроении и других отраслях, что позитивно сказалось на дальнейшем мировом развитии.

Голландская Ост-Индская компания в 18 веке

С началом 18 века позиции Голландской Ост-Индской компании стали неумолимо ослабевать. Виной тому было не только осложнение положения Соединенных провинций, но и общий упадок управления компанией. Добившиеся тотального доминирования голландцы были чрезмерно самодовольны, их кадры стали заниматься контрабандой, пользуясь царящей вседозволенностью и отсутствием эффективного контроля. Частично в этом была виновата сама компания, слишком мало платившая наемным сотрудникам и сконцентрированная на дивидендах акционеров. Впрочем, в начале века эти черты еще не проявлялись в полную силу, а потому дела шли достаточно хорошо.

Некоторые источники склонны считать, что начало века было самым успешным периодом деятельности компании, что похоже на правду с учетом ее территориальных приобретений и оборота. Впрочем, коррупция начала процветать в период губернаторства ван Ауторна, то есть как раз в начале 1700-х годов. Доходы компании шли в основном на поддержку ее деятельности в регионе, что не давало особой прибыли. Ситуация исправилась при фон Имгофе, который имел четкий план восстановления влияния компании, но реализовал его лишь частично.

Главным направлением деятельности Голландской Ост-Индской компании в XVII веке стала адаптация к меняющимся рыночным условиям, когда нужно было всеми силами расширять ассортимент товаров и не давать конкурентам сделать то же самое. Вскоре началась борьба с англичанами за китайский чай, который обещал стать настоящим золотым дном для того, кто сможет первым захватить этот рынок.

Задача была не из легких, так как обе компании вцепились в эту нишу. Если бы голландцы смогли удержать свои позиции в Тайване, то их положение было бы несравненно лучше, чем у англичан. К несчастью, они потеряли крепость Зеландия еще в 1630-х. Голландцы, в отличие от противников, были вынуждены покупать чай у китайцев, привозящих его в Батавию. Зарабатывали они хорошо, но Британская Ост-Индская компания была лучше. Последние приезжали к китайцам с шерстяными изделиями, хлопком, а также опиумом, который производили в Бенгалии и имели на него монополию.

Другой проблемой Голландской Ост-Индской компании были пираты. Для местных правителей монополия голландцев выглядела незыблемо, их боялись и уважали. Пираты же не обращали на это внимания. Зная, что китайцы за большие деньги купят тот же перец, чтобы продать англичанам или обменять на опиум, они грабили торговые суда и успешно прятались от карательных экспедиций. Таким образом, Британская Ост-Индская компания вскоре заполучила весомую часть Китая, успешно подсадив его на опиум. В будущем англичанам это еще аукнется опиумными войнами.

Этой же валютой англичане уговаривали некоторых правителей Индонезии тайком нарушать монополию голландцев. Последние знали об уровне контрабанды, но решительных действий предпринять не смогли.

Тогда просто не было деятелей уровня Яна Куна или Яна Мацуйкера.

Лучше у голландцев шли дела на рынке кофе: они не только торговали им с арабскими странами, но и выращивали сами на острове Ява и Цейлоне. В 1740-х годах голландцы будут получать хорошую прибыль, но это уже будет началом конца. Именно в это время на первый план вышли злоупотребления сотрудников компании и проблемы, связанные с поддержкой государства.

В 1747 году штатгальтером Соединенных провинций стал Вильгельм IV, вместе с этим он занял должность генерального директора Голландской Ост-Индской компании. В руках этого человека сосредоточилась судьба страны. Он более или менее справлялся со своими обязанностями — правда, нанес серьезный урон мелким купцам, изменив систему налогообложения. Вильгельм прожил до 1751 года, сделав титул штатгальтера наследственным. Наследнику Вильгельму V тогда было три года, что означало длительный период регентства, негативно повлиявший на страну и на Ост-Индскую компанию.

Когда к власти пришел Вильгельм V, дела пошли еще хуже. Правитель попытался опереться на взаимоотношения с Британией, но не выиграл от этого. Его окружение составляли агенты других государств, влиявших таким образом на политику Соединенных провинций. В 1780 году все это кончилось объявлением войны со стороны Англии, которую голландцы с треском проиграли.

В войне Ост-Индская компания потеряла миллионы гульденов и торговые корабли. Поражение стоило голландцам монополии в морской торговле. Некоторое время еще продолжались попытки восстановить былой блеск Голландской Ост-Индской компании, но реализовать эти планы никто не смог. В 1796 году были национализированы жалкие остатки некогда богатейшей компании, которая оставила колоссальный долг в 100 млн флоринов.

Голландская Ост-Индская компания повлияла и на предпринимательство, и на историю открытий в целом. Самая дорогая компания за всю историю человечества продержалась почти два столетия, став фактически символом голландского государства. Её развал произошел по тем же причинам, по которым разоряются компании сейчас: коррупция, хищения, отсутствие квалифицированных руководителей и инноваций.

#история_успеха #история_компании #голландская_ост_индская_компания #КакЭтоБыло

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Хакеры смогли обойти двухфакторную
авторизацию с помощью уговоров
Подписаться на push-уведомления