[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Daria Khokhlova", "author_type": "self", "tags": ["\u043c\u043d\u0435\u043d\u0438\u044f","\u0434\u0435\u043d\u044c\u0433\u0438","\u0431\u043e\u043b\u044c\u0448\u0438\u0435_\u0434\u0435\u043d\u044c\u0433\u0438","\u043e\u0447\u0435\u043d\u044c_\u0431\u043e\u043b\u044c\u0448\u0438\u0435_\u0434\u0435\u043d\u044c\u0433\u0438","\u0430\u043b\u0435\u043a\u0441\u0430\u043d\u0434\u0440_\u043c\u0430\u043c\u0443\u0442","\u043f\u0440\u0435\u0434\u043f\u0440\u0438\u043d\u0438\u043c\u0430\u0442\u0435\u043b\u0438","\u043c\u0438\u0445\u0430\u0438\u043b_\u0444\u0440\u0438\u0434\u043c\u0430\u043d","\u043d\u0430\u0441\u043b\u0435\u0434\u0441\u0442\u0432\u043e"], "comments": 28, "likes": 17, "favorites": 4, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "15651", "is_wide": "1" }
Daria Khokhlova
8 235

«Каждый отец хочет, чтобы его состояние осталось в семье»

Российские предприниматели о том, стоит ли оставлять детям крупное наследство

Поделиться

В избранное

В избранном

20 мая 2016 года миллиардер и основатель «Альфа-групп» Михаил Фридман заявил, что не собирается передавать своё состояние собственным детям в качестве наследства. С аналогичным заявлением выступил в колонке для издания Forbes и предприниматель Александр Мамут.

Редакция vc.ru узнала, что думают о подобных решениях российские предприниматели.

«Естественное, что я собираюсь завещать детям — какую-то разумно малую толику, которая обеспечит им нормальный прожиточный минимум, но не сможет их испортить», — пишет Александр Мамут в своей колонке для издания Forbes. Предприниматель полагает, что целью воспитания ребенка должно быть, в том числе, формирование сильного характера, который позволит его обладателю с успехом выходить из жизненных испытаний и построить карьеру самостоятельно.

Той же позиции придерживается и Михаил Фридман: «Худшее, что я мог бы сделать для своих детей — это передать им крупную сумму денег», — говорит он.

Российские предприниматели, дети которых не входят в список самых богатых наследников Forbes, поделились с vc.ru своим мнением о заявлениях Фридмана и Мамута.

Алексей Андреевуправляющий партнёр брендингового агентства Depot WPF

Вопросы передачи наследства, как и вообще, тема «отцов и детей» не могут быть линейной процедурой. Огромное количество факторов влияет на развитие данного сюжета: от национальности и вероисповедания до модных трендов и конъюнктуры рынка. Это такая же чёрная дыра и сплошное враньё, как и отношения мужчины и женщины. Все запутано, универсального ответа не существует. И правды не существует, а, заодно и справедливости. Люди находятся во власти страстей, а на вечные заповеди смотрят с унылым пониманием.

Каждый отец хочет, чтобы его состояние осталось в семье, и это факт. Это базовый принцип. Маргинальные же истории передачи всех средств на благотворительность — редкость и не представляют интереса для статистики, а групповая драка бывших жён и детей за наследство — это пошлая бытовуха и совсем другая тема.

Нормальный отец хочет дать ребенку шанс состояться как личности. Для этого он инвестирует в учебу, воспитание и безопасность любимого дитя. При этом он как огня боится вырастить нарцисса и баловня судьбы. Я часто наблюдаю, как дети «больших пап» находятся в спартанских условиях, их помещают даже в более суровую среду, нежели обычных детей.

Но всё равно, пусть даже наследник ездит на ржавых «Жигулях» и живёт на съёмной квартире, учится на повышенную стипендию и разгружает вагоны по ночам, всё равно папино состояние ждет его. В какой форме? Это не важно. Умные отцы дают возможность своим детям развиться и повзрослеть, до поры не подпуская к золотому сундуку. Но в итоге все сказки заканчиваются одинаковым хэппи-эндом.

Особенно эффектно выглядят истории, когда 30-летний учитель физики в школе или бренд-менеджер средней руки однажды утром просыпаются председателями совета директоров глобальной компании. Приятный шок, что и говорить. Тем более, что ожидая своего часа, многие «золотые дети» начинали уже всерьёз дёргаться и беспокоиться — а вдруг папа сошёл с ума и ничего им не оставит?

В среднем и малом бизнесе картина мира принципиально иная. Там большинство детей не хочет наследовать дело отца. Причина проста: дети «средних русских» живут в очень комфортных условиях, наслаждаясь благами и комфортом, и мечтают о кресле председателя «Сбербанка» — не меньше. При этом они видят, что папин хлеб — не из лёгких. Именно поэтому на официальное предложение взволнованного отца возглавить семейную ферму, типографию, частную школу или брендинговое агентство, сын морщится, крутит у виска и сочувственно хлопает папашу по плечу, мол, вот уж нет, сам рули своими проблемами. В этом вся драматургия.

Дети олигархов в итоге куда более полезны для прогресса и развития страны, нежели юные пижоны из среднего класса.

А ответ на вопрос, кому оставлять наследство, однозначный. Просто нужно смотреть на него хотя бы в среднесрочной перспективе. Тогда сразу отпадают всякие интеллигентские всхлипы вроде «мой сын должен добиться всего сам, и томика Пастернака в качестве наследства вполне достаточно».

Анатолий Сморгонскийбывший руководитель Yota, Tele2, предприниматель и инвестор

Я далеко не олигарх и не миллиардер, но очень уважаю и разделяю позицию Михаила Фридмана — совершенно согласен с этим подходом.

Конечно, как родители, мы, с одной стороны, хотим, чтобы наши дети были прежде всего счастливыми, но не всегда деньги, особенно очень большие и пришедшие внезапно, принесут это самое счастье.

Прежде всего, я считаю, у человека должна быть цель, к которой он идёт, а деньги появляются на пути к этой цели, но не наоборот. Большие деньги — это, если хотите, сопутствующий продукт достижения достойной цели, а вот эта цель и миссия в комплекте со сложившейся личной жизнью и делает человека полноценно счастливым. И если деньги пришли таким путём, то с ними приходят и определённые качества и навыки, определённый опыт и мировозрение. Не случайно многие миллиардеры разделяют подход, который озвучил Михаил Маратович.

Такие деньги приходят ещё и с навыками с ними обращаться, делать самому новые деньги, разбираться в людях и самому оставаться человеком, в их отношении именно к тебе, не к богатству, с умением защищаться от фальши и сопутствующих рисков обладания состоянием.

С моей точки зрения, правильно дать детям достойное образование и воспитание, и помочь определиться с той самой целью и сформировать систему ценностей, научить быть человеком. Оставить кучу денег, не сделав того, что я описал выше — это лишить своего ребёнка цели, лишить мотивации её добиваться, лишить здоровых амбиций и породить множество рисков вокруг не готового к ним человека. С ними придёт и поток зависти и неискренних людей, которых он просто не сможет идентифицировать и среагировать правильно. Если мы говорим про наследование, то предполагается, что вас уже нет — и вы не сможете подсказать, направить и подстраховать.

Считаю, нужно оставить удочку и рассказать, как ей пользоваться, а не рыбу.

Марина Сурыгинаоснователь и генеральный директор онлайн-кинотеатра TVzavr

Во всём должен быть здравый смысл, и очень многое зависит от воспитания. Мы видели много людей, испорченных большим наследством, но есть и другие — замечательные ученые, предприниматели, которые не смогли бы добиться таких успехов без материального обеспечения своих родителей. Даже в Советском Союзе было большое расслоение. И те, кто мог себе позволить учиться за рубежом, не думал о куске хлеба, добились больших успехов. Деньги — не залог успеха, но без них только единицы, как Ломоносов, смогли стать известными людьми.

Сейчас в России практически нет семейного бизнеса, но разве это не здорово, когда, например, булочная или кафе переходят от отца к сыну с неизменным сохранением качества продукции? Мне кажется, это здорово. Такой вид наследства — и опыт, и материальная поддержка.

Главное — воспитать в детях то, что деньги — это не золотой ключик, открывающий все двери, но, если хочешь быть уверенным в том, что ты сможешь обеспечить свою семью, сможешь помогать другим — нужно учиться, найти свое любимое дело, работать — тогда всё получится.

Леонид Рябоштансооснователь и руководитель авианаправления в OneTwoTrip

Я считаю, что можно завещать детям бизнес, долю в бизнесе, «родовое гнездо» или другую недвижимость, но не внушительную сумму денег. Потому что с определённого момента дети должны содержать себя сами.

Разумеется, они не смогут сами заработать на образование, в этом должны помочь родители, но в остальном им нужно научиться справляться самим. При этом, конечно, я могу дарить своим детям любые подарки.

#Мнения #деньги #большие_деньги #очень_большие_деньги #Александр_Мамут #предприниматели #Михаил_Фридман #наследство

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Голосовой помощник выкупил
компанию-создателя
Подписаться на push-уведомления