[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Daria Khokhlova", "author_type": "self", "tags": ["\u0437\u043e\u043b\u043e\u0442\u043e\u0439\u0444\u043e\u043d\u0434"], "comments": 39, "likes": 54, "favorites": 20, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "15921" }
Daria Khokhlova
45 979

Интервью основателя «Вымпелкома» Дмитрия Зимина Олегу Тинькову: «Я миллионер, но у меня нет денег на трамвай»

Редакция vc.ru публикует конспект из интервью предпринимателя Олега Тинькова с основателем корпорации «Вымпелком» и некоммерческого фонда «Династия» Дмитрием Зиминым, опубликованный в блоге «Тинькофф Банка».

Олег Тиньков: Расскажите о себе.

Дмитрий Зимин: В моей жизни было три крупных периода. Первый занял тридцать лет. После окончания МАИ пришел работать в радиотехнический институт. Стал начальником отдела, потом замом главного конструктора, защитил диссертацию и получил государственную премию. Работать закончил одновременно с развалом Советского Союза.

Следующие десять лет жизни — возможно, самый яркий период жизни. Это «Вымпелком». Это была первая российская компания, которая совершила IPO на Нью-Йорской фондовой бирже.

Третий период — когда я ушел в отставку. Мне было почти 70 лет. Следующие пятнадцать лет отдал благотворительности и фонду «Династия».

«Вымпелком» начал с GSM?

Нет, его почти не было. Это целая новелла, как мы выходили в GSM.

Представьте, конец 96 года, первая российская компания выходит на биржу. Мы приезжаем в Москву, чтобы получить лицензии на GSM. МТС выдают, а нам нет. Говорим чиновникам: «Дорогие, что вы делаете, почему такое неравновесие на рынке? При такой политике мы год продержимся, но нас же вышвырнут. Уравновесьте рынок». Не буду повторять объяснения, почему они не выдали лицензию — можете сами догадаться.

«Вымпелком» на бирже, и всем понятно, что мы идём ко дну. По количеству абонентов ещё в лидерах, но без GSM не выдерживаем. 98-й год, прошло два года. Меняется правительство, связь начинает курировать Немцов. И чудо — прорываюсь к нему в Белый дом. Объясняю ситуацию и понимаю, что у нас много общего.

Он тоже занимался электродинамикой, выпустил статью о прохождении радиоволн в анизотропных средах. Вспомнили школы, летние лагеря про дифракции. Поговорили, и через несколько дней родилась бумага за подписью замминистра связи и Немцова: «Выдать "Билайну" лицензию на GSM».

Но нам поставили условие заплатить — не помню цифру точно — ну, допустим, 5 млн долларов. Причём деньги бы пошли космическому агентству: тогда падала станция «Мир», а в бюджете нет средств. Я обрадовался, что нашли спасение для компании, и отдал деньги.

Через неделю лицензию на GSM аннулировали. Частоты понадобились другой компании: её приватизировали, и чтобы поднять капитализацию, запросили лицензию на GSM на всю Россию. У нас частоты отобрали и передали этой компании. Спас дефолт: кому нужна приватизация при дефолте? И это только одна история. Таких было много.

Откуда были деньги на «Вымпелком»?

В отличие от сверстников, мы создали компанию с нуля и без приватизации. Мы одна из немногих компаний, которая в состоянии ответить на вопрос, откуда взялся первый миллион.

Мы выросли на кредитах поставщиков. Первую сеть в Москве построили на деньги Plexsys, американского производителя сотовой аппаратуры. Второй кредит — от Ericsson. Поставщики дали нам кредит за честные глаза: представляете, 7−8 млн долларов, без обеспечения.

До «Вымпелкома» не было сотовой связи?

Считайте, не было. Мы вышли на рынок с телефоном, который умещался в кармане, а у всех были чемоданы. Я застал зарождение рынка, когда сотовая связь было чудом, а сейчас он превращается в рутину. «Поговорить» перестало быть бизнесом. Сотовые телефоны как водопровод — к ним все привыкли.

Какой для вас самый яркий момент?

Сложно выбрать. Мы выросли внутри страны, где радиотехнический институт, зарплаты не платят. А мы платили — работать в «Вымпелкоме» за счастье считали, в очереди стояли.

Мы многое делали впервые. Первыми в России показали, насколько важна торговая марка. Кто до этого в стране знал, что это и зачем? Мы первыми вышли на IPO, и к этому трудно было привыкнуть. Я тридцать лет провел на секретном военно-промышленном комплексе, и биржа устроила революцию в мозгах. Сейчас все знают, что на бирже работают деньги пенсионеров, но тогда это была дикая мысль. Мы вообще не понимали, что такое «длинные деньги».

Мы учились по-другому общаться. На курсы ходили, чтобы понять, как себя вести в приличной компании. Если ты шепнул кому-то, а потом продали или купили твои акции — всё, ты нарушил права акционера, на тебя подадут в суд. Если собрался что-то говорить, выпускай пресс-релиз и сообщай акционерам.

Или еще: я миллионер, потому что у меня пакет акций, при этом нет денег на трамвай. Я не могу продать акции, когда захочу. Я обязан заботиться об акционерах и не устраивать панику на бирже: если инсайдер продает акции, значит, в компании беда.

Чтобы получить деньги за акции, я предупреждаю заранее о продаже, и продаю только после квартальных отчетов.

В акционерном обществе другая мотивация сотрудников. К этому тоже надо было привыкнуть. Мой партнер, Фабела, подходит и объясняет: «Ну что ты делаешь? Смотри, как зарплату разогнал! Ты подумай, какие у тебя будут административные расходы на конец года? Если ты зажмешься, к концу года капитализация поднимется на столько-то. На зарплате ты заработаешь 200 тысяч долларов, на капитализации — 2 млн долларов. Зажимай административные расходы и стремись к капитализации». Поведение акционерного общества устремлено в будущее. Советским людям это незнакомо.

Какое самое важное решение в жизни?

Когда я решил создать «Династию» и отдать состояние на благотворительность. Фонд работает самостоятельно, я отдал деньги и больше не имею к ним отношения. Конечно, я это делал с согласия сына и жены.

Чтобы этого добиться, подключил команду юристов, которые проанализировали американский опыт и нашли решение. Сделали траст, куда я отдал 90% всех денег. Юристы прописали жесткое условие, что бенефициаром этих денег не могут быть моя жена, сын, никто из родственников. Деньги идут только на благотворительность, и за этим следит траст. В России я не смог бы создать такой фонд, не позволяют законы.

Расскажу случай. В Дрезне есть фабрика Зиминых, её построил мой прадед. Чиновники со мной связались и попросили денег на юбилей города. Управляющие фонда отказались мне давать денег, сказали, что эта моя личная трата, пусть я из своих денег и плачу.

Я уверен, в 60−70 лет только так и можно делать. В молодости надо зарабатывать, а когда построишь бизнес — отдавать. Бизнес провалится без доброго взгляда на мир.

Кого вы считаете талантливым предпринимателем?

Миша Фридман (владелец «Альфа-групп» — прим. ред.) — один из самых талантливых, Давид Ян (основатель ABBYY — прим. ред.) — толковый парень, Волож (Аркадий Волож, сооснователь «Яндекса» — прим. ред.), Галицкий (Сергей Галицкий, основатель сети «Магнит» — прим. ред.). Но эти люди другого поколения, мне не с кем их сравнивать. Я смотрю на них издалека и восхищаюсь.

Вы считаете, предпринимательству можно научиться? Или это врожденное качество?

А чёрт его знает. Меня не учили бизнесу — это точно. И некому было учить, не те времена совершенно. Мной двигал невероятный азарт: всю жизнь работал на военных, согласовывал каждый шаг, а в своем бизнесе я сам решаю.

Расскажу потешный эпизод. Начинаю собирать команду, чтобы пощупать, что такое сотовая связь. Подхожу к толковому парню, рассказываю ему про компанию. А он мне: «Ты, Зимин, охренел», — он грубее сказал на деле, — «Тут жрать нечего, а ты о какой-то сотовой связи говоришь». Эта фраза вошла в историю, он до сих пор работает в «Вымпелкоме».

Вы считаете, у предпринимателей что-нибудь получится в России?

В электродинамике есть понятие «ограниченное условие»: чтобы решить задачу, надо задать условие на границах. Именно это ограничение определит, что будет на выходе.

В России так же — возможность ведения бизнеса определяется ограничениями. Например, состоянием судебной системы, отсутствием разделения властей и конкуренции. При таких ограничениях всем достичь мировых высот не получится, но талантливые люди делают большие дела.

На днях был в бизнес-школе. Смотрю, молодые ребятишки. Меня познакомили с несколькими, такая прелесть некоторые. Например, парень сделал компанию по производству протезов. Качество на мировом уровне. Когда он рассказывал про детей, которые впервые хлопали в ладоши благодаря протезам, слёзы в глазах встали. Бизнес этого парня — не только деньги, это нечто большое.

Я восхищаюсь такими людьми. Поговоришь с ними, и появляется заряд социального оптимизма.

Но несмотря на ограничения, сейчас лавина возможностей. За всю историю человечества на людей не валилась столько новых возможностей: каждый день, каждый час возникают новые технологии и направления бизнеса. Успевай поворачиваться — в мое время такого не было. Главное — за это ухватиться.

Что вы посоветуете молодым предпринимателям?

Ой, вы знаете, ребята. Самая тяжелая задача, не имеющая решения — это быть адекватным к Богом заложенным талантам. В 70 лет я понял, что меня вдохновляют стартапы. Вот это начало, когда компания умещается за одним столом — моё. Гигантский бизнес, совет директоров, соблюдение процедур — чуждое. Я понял это и ушёл.

Изучайте себя. Не упустите дело, которое вас вдохновляет, которое вы будете копать сутками. Не занимайтесь не своим делом, каким бы оно ни было денежным. В своё дело надо влюбиться, а деньги придут.

#золотойфонд

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Нейронная сеть научилась читать стихи
голосом Пастернака и смотреть в окно на осень
Подписаться на push-уведомления