[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Konstantin Panphilov", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u043d\u0432\u0435\u0441\u0442\u0438\u0446\u0438\u0438","uber"], "comments": 53, "likes": 18, "favorites": 8, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "16507" }
Konstantin Panphilov
9 582

Зачем Uber продолжает привлекать миллиарды долларов инвестиций — колонка The New York Times

Кирилл Черняков из команды Newочём перевел для vc.ru материал The New York Times о том, как и зачем компания Uber продолжаёт привлекать миллиардные инвестиционные раунды и во что может вылиться такая стратегия.

Складывается такое ощущение, будто бы каждую неделю выходит по статье о том, как Uber получает деньги: «Uber получил инвестиции в размере 1,6 миллиарда долларов» «Uber и Саудовская Аравия: инвестиции в размере 3,5 миллиардов долларов». На прошлой неделе была вот такая статья: «Uber скоро получит около двух миллиардов заемных средств».

Если сложить все инвестиции Uber, начиная с 2009 года (а именно тогда основатели компании загорелись идеей: не смогли поймать такси в Париже), то выходит, что приложение по вызову такси вскоре принесет компании колоссальные 15 миллиардов долларов. И это реальные деньги, а не какая-то там примерная оценка стоимости бумаг (а они, кстати, стоят 68 миллиардов долларов). У них вышло получить столько денег, оставаясь при этом частной компанией.

Управляющий директор Uber Трэвис Каланик настаивает, что выходить на биржу в ближайшей перспективе они не планируют. «Я сделаю всё возможное, чтобы как можно дольше оттягивать этот момент», — повторял он неоднократно.

Только вдумайтесь: когда Amazon вышла на биржу, компания привлекла 54 миллиона долларов, её оценили в 438 миллионов долларов.

Так куда же Uber тратит все эти деньги? И что говорит об Uber (да и о финансовом рынке в целом) тот факт, что недавно компания опустилась до продажи аналога спекулятивных облигаций?

Да, Uber нужны деньги, чтобы поддерживать полномасштабную войну за рынки Китая и Индии. Но корни проблемы куда глубже: «денежный пылесос» от Uber, кажется, является частью стратегии по захвату территорий.

Каждый раз, когда Uber привлекает очередной миллиард долларов, инвесторы всё больше и больше теряют интерес к конкурентам: Didi Chuxing, Lyft, Gett, Halo, Juno. Иначе говоря, успехи Uber в привлечении финансов стали способом повлиять на конкурентов — теперь борьба идёт не только за потребителей. Сейчас это борьба за выживание, безумная гонка, цель которой — отобрать деньги у соперника.

Пока что успех Uber — палка о двух концах. Появилось множество других больших и маленьких компаний, которые твердят: «Мы тоже так можем!» Но со временем маленькие компании обанкротятся — им-то нужно платить водителям еще больше, чтобы переманить тех у Uber, — а инвесторы дважды подумают, прежде чем снова осаждать цитадель Uber.

Гонка «фондовых» вооружений Uber происходит на фоне падения стоимости компаний-«единорогов» — частных организаций, чья стоимость выше миллиарда долларов. Очевидно, все спешат вывести деньги, пока это еще возможно.

«Это уже не вторая попытка и даже не шестая. Это четырнадцатая подача в пятичасовом матче по бейсболу», — комментирует ситуацию известный инвестор Билл Гарли, владелец акций Uber и член совета директоров. В своём блоге он предупреждал инвесторов о владельцах компаний-«единорогов», ищущих финансовой поддержки: «Не думайте, что вы какие-то особенные — они пришли лишь из-за того, что просто не осталось другого выбора».

Долгое время индустрия перевозок считалась довольно закрытой из-за эффекта сетевой выгоды (эффект, который пользователь товара или услуги оказывает на ценность этого продукта или услуги для других пользователей — прим. ред.). Чем больше пользователей у Uber, тем больше к нему подключается водителей — конкурентам очень сложно бороться с подобным. Скорее всего, на каждом рынке будет по паре серьезных игроков, не больше (вскоре мы ещё вернёмся к этому, здесь всё не так просто).

Вопрос в том, принесут ли инвестиции какую-либо прибыль. И куда более серьезный вопрос: сможет ли огромный капитал Uber отпугнуть инвесторов, которые были бы не против поддержать конкурентов компании? Посмотрят они на счёт Uber — а там сейчас 6 миллиардов долларов пылятся без дела — и просто помашут белым флагом?

Пока что Uber определенно лидирует в этой игре: стоимость компании больше, чем всех её конкурентов вместе взятых.

Однако Uber всё ещё не лидирует в сфере инвестиций: хотя Didi, лидер китайского рынка, сперва и проигрывал Uber по инвестициям, они только недавно получили 7 миллиардов долларов, часть из которых ― от Apple. (Каланик тоже намеревался получить деньги от них, даже запланировал встречу с управляющим директором на той же неделе, когда Apple объявила о своих намерениях)

Довольно странно, что парочка инвесторов (включая BlackRock и Tiger Global), поддержавших Uber, также поддерживает китайскую Didi, поэтому пока едва ли можно говорить о том, что капитал Uber отпугивает инвесторов от Didi. Но это только пока. Стоит также упомянуть, что некоторые инвесторы надеются на слияние Uber и Didi.

Недавняя кампания Uber по привлечению инвестиций — на этот раз они сфокусировались на рынке ссуд — имеет своей целью внести разнообразие в нынешний состав акционеров. Они привлекли Morgan Stanley, Barclays, Goldman Sachs и Citigroup, чтобы привлечь кредит на 2 миллиарда. Избегая привычных раундов финансирования, компания также избегает риска продать себя по завышенной цене.

Учитывая то, насколько низка сейчас ставка кредитования, инвесторы, ищущие выгоды, вполне могут вложиться в Uber.

По заявлениям Uber, с вычетом всех налогов и выплат по процентам, компания остаётся в плюсе в Северной Америке, Европе, Среднем Востоке, Африке и Австралии. Сейчас Uber изо всех сил старается попасть на два крупнейших рынка: в Китай и Индию. По подсчетам специалистов, пока Uber так сильно завышает плату водителям и собирает пользователей на этих рынках, компания будет терять до двух миллиардов долларов в год.

А это значит, что Uber придется расплачиваться за полученные инвестиции. Но если стоимость компании продолжит расти, это будут просто пустяки по сравнению со стоимостью акционерной доли. Uber планирует отбить вложенные в них инвестиции с дополнительным бонусом в 4% или 4,5% от вложенного.

Компания Uber планирует провести первичное публичное размещение акций через три-четыре года. Все потому, что некоторые из прежде выпущенных ими конвертируемых облигаций обеспечивают инвесторам дополнительный доход, если компания все еще не провела IPO и не стала публичной.

Но судя по темпам роста Uber, никто точно не знает, сколько денег соберет компания к 2018 или 2019 году. Может, они ей и не будут нужны.

Вопрос в том, не выйдут ли ее конкуренты из гонки еще раньше.

#инвестиции #uber

Статьи по теме
Uber привлёк $3,5 млрд от арабского фонда и достиг оценки в $66 млрд
«Uber нельзя рассматривать как ролевую модель для стартапа»
«Мой пакет акций Uber сейчас стоил бы десятки миллионов долларов»
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Хакеры смогли обойти двухфакторную
авторизацию с помощью уговоров
Подписаться на push-уведомления