[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Дмитрий Кошельник", "author_type": "self", "tags": ["\u0441\u0448\u0430","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u0443\u0441\u043f\u0435\u0445\u0430","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u043a\u043e\u043c\u043f\u0430\u043d\u0438\u0438","\u0431\u0438\u043e\u0433\u0440\u0430\u0444\u0438\u044f","\u0432\u0430\u043d\u0434\u0435\u0440\u0431\u0438\u043b\u044c\u0442","accessory_transit_company","\u043a\u0430\u043a\u044d\u0442\u043e\u0431\u044b\u043b\u043e"], "comments": 9, "likes": 25, "favorites": 39, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "19046" }
Дмитрий Кошельник
16 400

От лодочника до богатейшего человека в мире — биография Корнелиуса Вандербильта

Обозреватель vc.ru изучил историю американца Корнелиуса Вандербильта, построившего транспортную империю и ставшего одним из первых в мире мультимиллионеров. Как и многие предприниматели 19 века, Вандербильт начинал с нуля — не имея ни связей, ни денег, ни образования.

Ранние годы Корнелиуса Вандербильта

Корнелиус Вандербильт родился в 1794 году в Статен-Айленде, в семье фермеров с голландскими корнями. Он стал четвертым ребенком в семье. Отец предпринимателя, также Корнелиус, совмещал фермерство и лодочные перевозки. Особого богатства у Вандербильтов не было, но семья не бедствовала и жила вполне счастливо.

Корнелиус с детства проявлял упорный, жесткий и независимый характер. В 11 лет он бросил школу, при этом едва выучившись писать, — из-за этого у него будут проблемы в начале предпринимательской деятельности. Сам Вандербильт объяснял, что если только учиться, то не будет времени заниматься чем-то еще. Без учебы он не пустился в приключения — вместо этого помогал отцу.

В 16 лет юноша объявил матери, что собирается записаться на флот. Она поняла, что Корнелиус стремится к независимости, и предложила ему альтернативу — $100 в долг на покупку собственной лодки. Было одно условие: в течение месяца Вандербильт должен был обработать и засеять участок в восемь акров.

По поводу условленного срока есть расхождения: часто встречается версия, что Вандербильту было дано всего 26 дней. Этот вариант выглядит правдоподобно, если уточнить, что срок заканчивался на день рождения Корнелиуса — 27 мая. Работа была нелегкой, но Корнелиус был к ней привычен, а к тому же его подогревала возможность начать свое дело. Он уложился в нужный срок.

На предоставленные матерью деньги Вандербильт приобрел небольшую баржу и начал перевозить грузы и пассажиров. Главный его маршрут был от Статен-Айленда до Манхеттена. За свои услуги он брал около 18 центов. Хотя грузоперевозки — довольно опасный бизнес, чреватый потерями лодок и грузов, Вандербильт попал в аварию лишь однажды.

Корнелиус положительно себя зарекомендовал, к тому же он был готов к отплытию независимо от погоды. Клиентов становилось больше, и через год предприниматель вернул матери долг и добавил еще тысячу долларов на семейные нужды.

Ежедневно занимаясь перевозками товаров, он обратил внимание на разницу в ценах в Статен-Айленде и Нью-Йорке и стал зарабатывать на продаже товаров. Вандербильт обзавелся небольшим флотом, состоящим из барж; бизнес оказался неплохой, но развиваться было некуда.

Все изменил 1812 год, когда вспыхнула англо-американская война, называемая второй войной за независимость. Английские корабли блокировали Нью-Йорк, и прибрежные форты нуждались в припасах.

Вандербильт уже заслужил известность перевозчика и завел связи, так что ему удалось выиграть государственный контракт на поставку в эти форты. Выполнить условия соглашения было нелегко, учитывая блокаду, но Вандербильт барж не терял. Именно тогда он получил прозвище «коммодор» — правда, часть источников считают, что прозвище появилось уже в 1830-е годы.

Денег, заработанных на военных поставках, хватило на расширение флота: Вандербильт обзавелся шхуной Dread и еще двумя небольшими кораблями. Только перевозками он не занимался — большую часть его внимания занимала торговля продуктами.

К 1817 году молодой предприниматель скопил капитал приблизительно в $9 тысяч. Казалось логичным развивать свое дело дальше, но Вандербильт поступил иначе. Он заинтересовался пароходным бизнесом, но начать его самостоятельно еще не мог и решил поработать на других. В 1818 году Вандербильт, по одним источникам, продал, а по другим, передал управляющему свой бизнес, а сам нанялся капитаном на пароход Томаса Гиббонса. Его жалование составляло около $1000 в год.

В процессе работы Вандербильт убедил Гиббонса, что нужно построить собственный пароход. Судя по всему, проектом занимался сам Корнелиус, хотя некоторые источники это отрицают, ведь у него не было соответствующего образования. Так или иначе, не без усилий Вандербильта был построен корабль «Беллона». После этого Корнелиус вложился в бизнес Гиббонса и стал его партнером. Часть западных источников указывает, что пароход Гиббонс купил еще в 1818 году, а Вандербильта нанял в качестве капитана.

До этого момента Гиббонс занимался исключительно перевозкой пассажиров из Нью-Йорка в Нью-Брансуик по реке Раритан. Вандербильт же предложил расширить деятельность на Нью-Йоркский залив. Гиббонс согласился, но все оказалось не так просто.

Пароходные перевозки в этом направлении полностью контролировала монополия Ливингстона и Фултона. Законодательное собрание предоставило им монополию на 30 лет, и все желающие работать в этом направлении были вынуждены приобретать у них лицензию.

Ливингстона и Фултона уже не было в живых, а их лицензию получил бывший сенатор Аарон Огден. Гиббонс имел федеральную лицензию на перевозки, но этого было недостаточно: нужно было получить еще и аналогичное разрешение от штата.

Тогда Вандербильт применил метод, который в будущем использует еще не раз, — тотальное снижение цен. Перевозки, производимые на пароходе «Беллона», назло монополисту стоили всего $1. От пассажиров не было отбоя. Убытки Вандербильт пытался компенсировать высокими ценами на еду и выпивку.

Отчаявшись победить при помощи конкуренции, Огден решил использовать правительство штата. Формально он имел на это право, ведь необходимой лицензии у Гиббонса не было. Монополист подал в суд и выиграл дело. Затем начались попытки арестовать Вандербильта, но он постоянно ускользал от погонь, да еще умудрялся продавать больше билетов, используя преследование как своеобразный аттракцион.

Встречается информация, что на «Беллоне» имелась потайная каюта, где Вандербильт прятался. За все время предприниматель лишь один раз был близок к задержанию. Пароход тогда находился в порту, но Вандербильт, заметив полицейского, приказал отчаливать. Тот не пожелал оставаться на борту и вернулся на берег вплавь.

В конце концов дело дошло до Верховного суда, где закон штата Нью-Йорк неожиданно признали неконституционным: он нарушал полномочия конгресса в отрасли торговли. Так закончилась первая бизнес-война Вандербильта. Кстати, по некоторым версиям, иск в Верховный суд подал Гиббонс. На случай неудачи судиться должен был еще и Вандербильт, его дело против монополии должно было рассматриваться следующим.

Томас Гиббонс умер в 1826 году, и Вандербильт продолжил работать в партнерстве с сыном Гиббонса — Вильямом. Сотрудничество было успешным: к 1829 году Корнелиус заработал около $30 тысяч. Тогда он решил, что пора начинать собственное дело отдельно от всех. Есть сведения, что Вандербильт сначала пытался выкупить компанию Гиббонса, но тот отказался.

Встречается красивая история: якобы, когда Вандербильт решил переехать в Нью-Йорк и начать там бизнес, Томас Гиббонс предлагал вдвое увеличить ему жалование, но жена и дети Корнелиуса были против переезда. Здесь есть два несоответствия: Томас Гиббонс к тому моменту уже умер, а жена Вандербильта София, привыкшая к жесткому характеру мужа, не выражала недовольство его решениями.

Кстати, София Вандербильт, пока ее муж боролся с монополиями, руководила небольшим отелем «Беллона» в порту Нью-Брансуика. Открыл отель Корнелиус, он же обеспечивал рост клиентов за счет скидок и рекламы.

Отель «Беллона»

Создание пароходного бизнеса

В 1830 году Корнелиус создал в Нью-Йорке пароходную компанию. Его целью стало создать маршруты из Нью-Йорка в ближайшие регионы. Начал он с линии Пиксилл. У него сразу нашелся сильный конкурент в лице Дэниэла Дрю, и в итоге Корнелиус вынужденно выкупил бизнес конкурента. Их интересы еще не раз пересекутся, и борьба в разных отраслях станет одним из самых интересных предпринимательских противостояний того времени.

Встречается версия, что уже после первого поединка Дрю с Вандербильтом втайне заключили партнерство, а врагами выглядели лишь для общественности.

Следующей целью Корнелиуса стал маршрут Нью-Йорк — Олбани, где вполне успешно работала Гудзонская речная ассоциация. Вандербильт действовал в своей манере: снизил цену до $1, затем до 10 центов, а позже вообще начал работать бесплатно. В отличие от конкурентов, он мог себе это позволить. Еще одним подходом Вандербильта стал популизм: он назвал созданный маршрут «Народной линией» по аналогии с лозунгами президента США Эндрю Джексона.

Гудзонская речная ассоциация не смогла ничего противопоставить конкуренту, и ей остались только решительные меры — единоразовая выплата в $100 тысяч и еще по $5 тысяч в год в течение 10 лет за то, чтобы Вандербильт ушел с этого рынка.

Корнелиус принял предложение и был вполне удовлетворен таким поворотом событий. Есть мнение, что это не единственный раз, когда предприниматель соглашался на отступные вместо того, чтобы добить уже поверженного противника. В дальнейшем Вандербильт подчинит себе весомую часть нью-йоркских линий.

Солидную прибыль Вандербильт тратил на расширение флота, который достиг ста судов. При этом он не экономил на пароходах и следил за тем, чтобы они были совершенными как в техническом плане, так и с точки зрения эстетики и удобства.

Вандербильт не намерен был останавливаться на пароходах — для большего контроля в Нью-Йорке ему нужны были недвижимость и железные дороги. Последними Вандербильт заинтересовался еще в начале 1830-х годов, и его интерес не остановила даже Хайстаунская катастрофа, в которой он получил серьезные ранения.

В 1840 году Вандербильт обратил внимание на Стонингтонскую железную дорогу, соединяющую Нью-Йорк и Бостон. Для ее владельцев это означало наступление тяжелых времен. При этом приобретать активы по себестоимости предпринимателю не хотелось, да и акционеры Стонингтона были против такого покупателя.

Вандербильт выбрал более долгий путь: заполучив конкурирующие железные дороги, он начал ценовую войну, сбросив стоимость рейса до минимума. В 1847 году Стонингтон все еще держалась, а вот на бирже запаниковали и обрушили акции компании.

Этого Вандербильт и ждал, а потому сориентировался быстрее остальных и заполучил Стонингтон под свой полный контроль. Нынешние исследователи за такой подход называют Корнелиуса мастером демпинга, а современники считали его хищником и боялись попасться ему на пути.

С недвижимостью Вандербильт тоже не мелочился и тратил большие деньги не только на покупку зданий, но и на застройку приобретенных земельных участков. Некоторые источники указывают на заявления магната о том, что он не собирается ждать строительства инфраструктуры от властей и предпочитает создать ее самостоятельно.

Несмотря на успехи в бизнесе и состояние, которое оценивается в несколько миллионов, Вандербильт так и не стал своим в высшем свете Нью-Йорка. Его приглашали на вечера, но произвести хорошее впечатление Вандербильту не удавалось: необразованный, привыкший к окружению моряков, он грубо ругался, постоянно курил сигары и не выбирал выражений в разговоре. К тому же среди представителей высшего общества хватало людей, чей бизнес Вандербильт раздавил, пока строил свою империю.

Создание Accessory Transit. Война с нечестными управляющими

В 1848 году началась Калифорнийская золотая лихорадка. Зарабатывали на ней в основном не золотоискатели, а торговцы необходимым инвентарем и припасами, а также транспортные компании. Тихоокеанское почтовое пароходство, которое контролировало панамское направление, делало миллионы

Вандербильт в это время создал компанию Accessory Transit Company. Он добавил новый маршрут, создав канал между Карибским морем и Тихим океаном. Для этого Вандербильт в 1849 году заключил с правительством Никарагуа договор, по которому получал исключительные права на строительство канала, но из-за разногласий между Великобританией и США у него ничего не вышло.

Тогда Вандербильт нашел другой маршрут, но столкнулся с новой проблемой: река Сан-Хуан была признана не судоходной. Вандербильт, имевший огромный опыт в этой сфере, расчистил русло Сан-Хуан, а позже сам встал у руля парохода, продемонстрировав, что остальные заблуждались.

Сам проложенный путь можно было считать настоящим туристическим маршрутом. Желающих принимали на борт в Нью-Йорке, везли к побережью Никарагуа, после чего вверх по реке. Затем была пересадка и поездка по суше до озера Никарагуа, где опять нужно было сесть на пароход. Даже несмотря на обилие пересадок, маршрут был короче, чем у конкурентов, так что свою аудиторию Вандербильт получил и на золотой лихорадке зарабатывал больше миллиона в год.

В 1850-е годы Вандербильт стал крупнейшим американским судовладельцем. Его капитал увеличился до астрономической по тем временам суммы в $11 млн. На территории США было мало людей, готовых бросить вызов Вандербильту. Уверившись в прочности своей империи, предприниматель решил взять первый в своей жизни отпуск.

Довольно скупой Вандербильт решил отдохнуть с небывалым комфортом и даже специально построил яхту «Северная звезда». Яхта длиной 80 метров, проработанная по всем требованиям Корнелиуса и внутри напоминавшая дворец, стала визитной карточкой предпринимателя: по ней люди в портах узнавали, что в город прибыл Вандербильт.

«Северная звезда»

В путешествие предприниматель взял семью и несколько друзей. Руководить бизнесом остались надежные, по мнению Вандербильта, управляющие. Дела Accessory Transit он доверил руководителям Моргану и Гаррисону — в некоторых источниках они даже упоминаются как компаньоны Корнелиуса.

В любом случае управляющие, пусть и знали о суровом характере Вандербильта, начали вести свою игру. В первую очередь речь шла о захвате Accessory Transit, о чем глава компании узнал, вернувшись из путешествия. Второй шаг стал известен предпринимателю гораздо раньше — это была финансовая поддержка авантюриста Уильяма Уокера, который решил в Центральной Америке построить собственную Карибскую империю.

В авантюру было вложено около $20 тысяч. За эти деньги Уокер принялся нанимать людей для экспедиции в Никарагуа. Он создавал отряд для помощи местным либералам, которые взамен должны были выделить ему 52 тысячи акров земли и право называться колонистами. Обычно эта операция приравнивается к пиратским рейдам. Узнав, во что влезли его компаньоны, Вандербильт был чрезвычайно недоволен, но до поры до времени не вмешивался.

Намного сильнее магната разозлило, то что Морган и Гаррисон совершили переворот. Узнав об этом, Вандербильт написал своим бывшим доверенным лицам письмо о том, что он знает о попытке обмана, но не собирается с ними судиться, так как тяжба займет много времени. Гораздо легче будет их раздавить.

Вандербильту не составило труда создать альтернативный маршрут через Панаму, ведь предатели-партнеры лишили его права на перевозки через Никарагуа. Методы давления были проработаны — падение цен, пусть даже себе в ущерб. Уже через год Морган с Гаррисоном обанкротились, и Вандербильт вернул себе контроль над активами Accessory Transit.

Есть информация, что Вандербильт, будто бы отказавшийся от суда, все же подал иск на Гаррисона и Моргана. Первого он обвинил в мошенничестве, потребовав компенсацию в $500 тысяч, а Моргана — в сотрудничестве с Уокером. Корнелиус начал требовать возместить ущерб чуть ли не в $1 млн, и после этого они сдались.

В этой истории были и другие пострадавшие: несколько пароходных компаний, также работавших в этом направлении, Вандербильт практически разорил. В итоге они пошли на сделку и согласились платить $40 тысяч в месяц за закрытие маршрута через Никарагуа. Золотая лихорадка постепенно утихала, спрос на перевозки уменьшался, а Вандербильт продолжал отлично зарабатывать. Позже он вытребовал увеличение суммы до $56 тысяч. Cудя по всему, сделка была заключена уже после возвращения Accessory Transit под контроль Вандербильта.

Уокеру повезло гораздо меньше. По имеющимся данным, именно он подговорил Моргана и Гаррисона пойти против Вандербильта и помог захватить компанию с помощью рычагов в новом правительстве Никарагуа. Предприниматель не стал это прощать. Кроме того, Уокер явно не желал подчиняться Корнелиусу, считая себя самостоятельной фигурой, и даже пытался давать ему указания.

Когда дела были в руках компаньонов Корнелиуса, Уокеру активно поставлялись дополнительные силы и оружие. Теперь же ситуация в корне изменилась. Первым делом Вандербильт прикрыл авантюристу поставки. Затем начал через своих агентов в Лондоне готовить морскую блокаду побережья Никарагуа, давил на правительство США, пытаясь заставить их отречься от Уокера.

Параллельно с этим предприниматель использовал свои связи в Никарагуа, чтобы заставить ее президента избавиться от Уокера. Агенты Вандербильта создавали альянс против авантюриста с помощью других государств Центральной Америки и даже возили оружие в Коста-Рику. Есть мнение, что Вандербильт набирал наемников, чтобы поскорее разобраться с Уокером.

Вандербильт достиг цели и в 1856 году: Гватемала, Эквадор, Коста-Рика, Гондурас и Сальвадор объявили войну Уокеру. При этом Вандербильт был готов предоставить воюющим свои корабли, а англичане — пушки и боеприпасы. Президент США принимать дипломата авантюриста не стал. В южных штатах были попытки организовать митинги в поддержку Уокера, но толку от них не было.

Авантюрист смог провести государственный переворот в Никарагуа и стать президентом, но закончилось все для него печально. В сентябре 1856 года произошла эскалация конфликта, а уже в мае 1857 года теснимая союзниками и блокированная английскими кораблями армия Уокера капитулировала.

В США Уокера привлекли к суду за нарушение нейтралитета, но благодаря митингам в южных штатах он сильно не пострадал и даже подготовил еще несколько неудачных экспедиций. Правда, уже после первого поражения над ним насмехались и в дальнейшем ситуация не стала лучше.

Бытует мнение, что, если бы Уокер не перешел дорогу Вандербильту, его авантюра закончилась бы гораздо успешнее и ему было бы вполне по силам достичь поставленных целей. Так, Уокер заплатил своими мечтами за попытку перейти дорогу одному из богатейших людей США.

Пока шли разбирательства в Никарагуа, Вандербильт налаживал трансатлантические рейсы. Конкуренция тут была выше, но дело было прибыльным. Источники называют разное время, когда Вандербильт вышел на этот рынок, — от начала до середины 1850-х годов.

Главными конкурентами Вандербильта были американец Эдвард Коллинз и его компания Collins Line, а также британец Сэмюель Кунард со своей Cunard Line. Обе компании поддерживались правительствами их стран и вполне уверенно себя чувствовали. Вандербильт опирался исключительно на свою деловую хватку и капитал и вышел победителем.

Для этого предприниматель использовал все тот же подход — демпинг. Кроме того, он добавил на суда третий класс — несмотря на неудобства, желающих было хоть отбавляй. Вандербильт правильно подобрал целевую аудиторию, сделав ставку на небогатых пассажиров и эмигрантов.

Чтобы оставаться на плаву, Вандербильт экономил в том числе на страховке своих судов. Это удавалось благодаря тщательно подобранной команде и пароходам, сделанным настолько хорошо, что даже на ремонт Вандербильт тратил гораздо меньше денег и времени, чем Коллинз. Так не получавший государственной помощи Корнелиус навязал оппонентам борьбу, хоть и жаловался, что конкурировать с субсидируемыми компаниями тяжело.

Следующим маневром Вандербильт продемонстрировал свои намерения и заодно прорекламировал компанию. За $600 тысяч он заказал один из крупнейших пароходов своего времени — «Вандербильт». Встречается информация, что это судно получило «Голубую ленту Атлантики», но в списке победителей упоминания об этом нет.

В любом случае Вандербильт, которого не поддерживало правительство США, выглядел для обывателей предпочтительней Коллинза. Корнелиус снизил цены, строил огромные пароходы, вовремя платил команде и предоставлял услуги всем желающим, а вдобавок его корабли не тонули.

Коллинз же в 1856 году потерял два корабля. К тому же, чтобы не потеряться на фоне конкурента, он потратил баснословную сумму на свой гигантский пароход. Вот только у Вандербильта были связи и четкие требования к судну, а Коллинзу построили пароход плохого качества. Он выдержал несколько путешествий и был продан, а его владелец потерял $900 тысяч.

После этого Вандербильт стал выглядеть предпочтительнее даже для правительства. Коллинз потерял государственное субсидирование и обанкротился еще до конца 1850-х годов. Кунарду повезло больше, и его компания существует до сегодняшнего дня. Вандербильт свой бизнес в этом направлении продал в 1861 году за $3 млн.

Стоит рассказать, что в 1850-е годы Вандербильт стал причиной важного кулинарного открытия. В 1853 году он ужинал в ресторане одного из фешенебельных отелей Moon's Lake Lodge. Едва прикоснувшись к заказанному фирменному блюду — это был жареный картофель, — гость приказал вернуть его на кухню: картофель для него был порезан слишком толсто. Есть сведения, что Корнелиус забраковал блюдо трижды.

Шеф-поваром в ресторане был знаменитый впоследствии Джордж Крам. Со злости или шутки ради он нарезал картофель очень тонко, пожарил и приказал подавать. Крам рисковал, ведь Вандербильт не славился добротой, но предпринимателю и его друзьям блюдо понравилось. После этого в меню ресторана появилось новое фирменное блюдо «Чипсы Саратога». Постепенно чипсы стали известны во всем мире.

Империя Вандербильта в гражданскую войну. Железнодорожный король

В 1861 году началась гражданская война в США. Вандербильт тогда пытался продать северянам свой самый крупный корабль «Вандербильт». В правительстве оценили стоимость сделки и отказали предпринимателю, и тогда он стал сдавать его в аренду военным.

Все изменил броненосец конфедератов «Вирджиния», успешно прорвавший блокаду. В такой ситуации Линкольну пришлось обратиться к Вандербильту за помощью. Предприниматель согласился предоставить свой крупнейший корабль и даже не стал брать с правительства денег, похоже, посчитав, что помощь может окупиться в будущем. «Вандербильт» был переоборудован и снаряжен тараном.

«Вандербильт» в период Гражданской войны

Кроме того, на корабль была тщательно подобрана команда. Уничтожить «Вирджинию» флагману флота Вандербильта все же не довелось, но в войне он поучаствовал. В частности охотился за пиратствующим кораблем конфедератов «Алабама».

В 1864 году Вандербильт, которому в тот год исполнялось 70 лет, продал весь свой флот и заработал на этом $40 млн. По общему мнению, в то время этот шаг восприняли, как старческий каприз богача.

Следующим шагом Вандербильта стало вхождение в железнодорожный бизнес. У него уже были какие-то владения в этой области, но их предпринимателю было недостаточно. Первым делом Вандербильт собрался приобрести Harlem Railroad.

История этой покупки тесно связана с именем старого противника Вандербильта — Дэниэла Дрю. Тот стал видным брокером и ввел термин «разводненный капитал». Используя свои возможности, Дрю занимался биржевыми спекуляциями и играл на понижение акций. Так случилось, что и он, и Вандербильт владели акциями Harlem Railroad. Руководство собиралось увеличить протяжность линий, и Вандербильт их в этом поддерживал.

У Дрю было другое мнение, и он, используя связи в городском совете Нью-Йорка, с помощью взятки смог заблокировать строительство. Следующим его шагом стала игра на понижение акций. Идея оказалась прибыльной, но было препятствие в лице Вандербильта, который ставил на рост Harlem Railroad, недолюбливал Дрю и терял деньги.

Ответным шагом предпринимателя стала докупка акций до $5 млн, а также более щедрое предложению городскому совету Нью-Йорка. Стараниями Вандербильта стоимость акций с $90 увеличилась до $285. Дрю потерял $1,5 млн, а Вандербильт получил желаемое и мог продолжать успешно работать. В 1865 году Harlem Railroad окончательно оказалась в руках Вандербильта. Затем он добавил к ней еще и Hudson River Railroad.

Налаживая бизнес, Вандербильт столкнулся не только со старыми врагами, но и с не до конца честными партнерами. Среди них значилась знаменитая New-York Central Railroad. Одна из линий Вандербильта в Олбани соединялась с ней, что делало их стратегическими партнерами.

Central Railroad в зимнее время использовала услуги одной из линий Вандербильта для доставки пассажиров в Нью-Йорк. Летом руководство Central Railroad это прельщало меньше, а потому пассажиры компании добирались до Нью-Йорка на ее же пароходах в обход линии Вандербильта.

Эта бизнес-модель не понравилась предпринимателю, и он быстро нашел выход из сложной ситуации. Он стал высаживать пассажиров за несколько миль до Олбани, при этом от станции Central Railroad их отделял Гудзон. Клиенты были в ужасе, а бывшие партнеры Вандербильта начали переговоры. По другой версии, Вандербильт зимой отказался принимать пассажиров и грузы Central Railroad, фактически отрезав ее от подконтрольных себе регионов.

Все закончилось тем, что Корнелиус купил контрольный пакет и получил линию длиной в 400 миль под свой контроль. Объединив ее с остальными своими дорогами, Вандербильт стал одним из крупнейших игроков в отрасли. В это же время предприниматель ввязался в одну из самых жестких бизнес-войн в его карьере.

Теперь его интересовала линия Erie Railroad, и в битве за нее предприниматель вновь столкнулся с Даниэлем Дрю. Он гораздо раньше приобрел акции этой компании на $500 тысяч, а в 1857 году вошел в число ее директоров и стал казначеем. Дрю усвоил опыт последнего поражения и в этот раз не стал бороться против Вандербильта один на один, найдя сильных сторонников в лице Джея Гулда и Джима Фиска.

Вандербильт, принявшись за поглощение Erie, не ожидал противостояния, но ответил привычным методом: благодаря быстрому приобретению акций он заполучил третью часть компании и место в совете. Чтобы спровоцировать держателей избавляться от акций, Вандербильт нанимал людей, которые нападали на поезда и наносили Erie убытки. Оппоненты не отступали, и Гулд приобрел списанные пушки для охраны поездов. Так бизнес война стала походить на настоящую.

Оппоненты Вандербильта выпустили 58 тысяч акций, которые сами и купили. Так у них в руках оказался контрольный пакет компании. Следующим шагом стала продажа этих акций, что снизило стоимость компании и привело к тому, что Вандербильт потерял деньги.

В ответ бизнесмен, заручившись поддержкой банкиров, продолжил активную покупку акций. Дрю провел еще одну дополнительную эмиссию ничем не подкрепленных акций и выбросил на рынок пакет в 50 тысяч ценных бумаг. Вандербильт пытался скупить и их, но не добился своего. На этой войне предприниматель потерял около $7 млн.

Вандербильт знал, что его соперники мошенничают, а потому подал на них в суд, называя дополнительную эмиссию акций незаконной, ведь решение об их выпуске не было утверждено советом директоров.

Вот только в этот раз Дрю застраховался от вмешательства властей, дав крупную взятку. При содействии уполномоченных органов фальшивые акции попросту стали считаться равными настоящим. После этого война стала судебной, и Вандербильт в ней преуспел больше: используя свои связи, он смог сбить с мошенников $6 млн.

Приблизительно $1,5 млн остались у Дрю, который оказался более ловким, чем его партнеры. Есть версия, что они с Вандербильтом заключили перемирие, но многие источники с ней не согласны: они основываются на том, что предприниматель был злопамятен и редко прощал людей, бросавших ему вызов.

Говоря о «войне за Эри», нельзя не упомянуть другие версии событий. В частности, некоторые источники утверждают, что Вандербильт стал использовать наемников, уже узнав о дополнительных эмиссиях и проиграв первый суд. Некоторые вовсе не упоминают Дрю, делая акцент на Фиске и Гулде. Дрю и впрямь держался в тени, но его влияние на этот относительный успех в противостоянии с Вандербильтом бесспорно.

По итогам «войны за Erie» проигравшие и победившие поменялись местами. Партнеры фактически потеряли все преимущества, полученные Дрю, и отдали Вандербильту $6 млн. Корнелиус Erie так и не получил, но она все равно пребывала в катастрофическом состоянии и не могла противостоять линиям Вандербильта. Проиграв Erie, предприниматель все равно получил то, что хотел.

Дальше он расширил свою железнодорожную империю, купив Лейк Шор, Канадскую Южную, а также Мичиганскую Южную и Центральную дороги. Эти покупки сделали его крупнейшим игроком в отрасли и практически монополистом. Общий капитал компаний его империи составлял $150 млн. При этом Вандербильт не забывал о старых методах и продолжал снижать цены по сравнению с конкурентами, чем еще больше упрочил положение своей империи.

Личность и взгляды предпринимателя. Наследники империи и ее дальнейшая судьба

Выходец из простой семьи, Вандербильт нисколько не стеснялся своего происхождения и даже подчеркивал его: о манере бизнесмена вести себя в обществе уже было сказано. Дела предприниматель вел жестко, не оглядываясь ни на конкурентов, ни на законы.

При этом Вандербильт был довольно скупым человеком, не склонным тратиться просто так, и сильно ограничивал в деньгах даже свою семью. Он предпочитал старые костюмы и не носил с собой портсигар, чтобы ни с кем не делиться сигарами. В 1876 году, когда предприниматель заболел, врачи советовали ему пить шампанское для уменьшения боли в желудке, но тот отказался, потому что счел такое обезболивающее слишком дорогим.

Кроме манер Вандербильта, общество потешалось над его вкусами. В частности, вызывал смех его особняк на Статен-Айленде, который представлял собой безвкусно оформленный дворец с бронзовой статуей самого Вандербильта. Скульптор изобразил заказчика античным богом на троне.

Американскому высшему обществу и представителям европейских аристократических семей поведение Вандербильта казалось бестактным, но тот не считался с их мнением и позволял
себе разного рода выходки — от матросских ругательств в обществе дам, до аренды целого театра в Лондоне, чтобы развлечься с друзьями и семьей. Манеры Вандербильта копировали такие же разбогатевшие бизнесмены, вышедшие из бедноты. При этом сам Корнелиус нуворишей не любил и все же стремился стать частью высшего общества.

У предпринимателя было 13 детей (до взрослого возраста дожили только 11), которых он вовсе не баловал. Особенно доставалось сыновьям, которых Вандербильт не считал достойными продолжить его дело. Изначально он возлагал надежды на младшего из трех сыновей Джорджа, но тот умер в 25 лет.

Средний — Корнелиус — страдал от эпилепсии, был большим любителем выпить и развлечься, а также азартным игроком. Предприниматель несколько раз отправлял его в лечебницу для душевнобольных и не надеялся, что сын изменится.

Оставался еще старший сын Уильям, но его Корнелиус не привечал и решил избавиться от него специфичеким способом — отдал ему запущенную ферму на Статен-Айленде, просто чтобы тот мог прокормить семью. Уильям неожиданно для отца привел дела в порядок, значительно расширил свои владения и даже восстановил заброшенную железную дорогу на Статен-Айленде. Вандербильт-старший оценил способности сына и привлек его к семейному бизнесу, а позже сделал вице-президентом.

Уильям Вандербильт

По политическим взглядам Корнелиус Вандербильт был республиканцем — хотя это мало влияло на его действия, он не особенно поддерживал партию. Можно привести в пример общение Вандербильта с полководцем и президентом США Улиссом Грантом. Грант взял в долг у Корнелиуса $150 тысяч, оставив в залог право на недвижимость, свои медали и шпагу. Предприниматель такой залог принял и не стал предоставлять Гранту особенных условий, хотя тот был культовой личностью для жителей северных штатов и особенно для республиканцев.

При жизни Вандербильт сделал пожертвование в $1 млн на Центральный университет в городе Нашвилл, который теперь известен как университет Вандербильта. Иногда встречается информация, что деньги были вложены уже по завещанию, а также по нему около $50 тысяч получила церковь в Нью-Йорке.

Корнелиус Вандербильт умер в 1877 году, будучи богатейшим на тот момент человеком в мире. Состояние в $105 млн он распорядился разделить неравномерно: $95 млн и компанию получил старший сын Уильям, ставший единственной надеждой отца, а остальным детям в сумме досталось около $9 млн.

Иногда встречается информация, что остальные дети магната получили только по $100 тысяч. Они пытались отсудить у Уильяма полагающиеся им средства, пытаясь доказать, что, подписывая завещание, отец был не в себе. Тем не менее ни один суд не вынес решение в их пользу. Уильям, получивший бизнес отца, увеличил состояние до $200 млн.

Уильям пережил Вандербильта-старшего только на восемь лет. В отличие от отца, он поровну разделил деньги между восемью своими детьми. Наследники не обладали особыми амбициями и способностями: получив деньги, они жили на широкую ногу, строили дворцы и играли в карты.

Среди них были видные меценаты, яхтсмены и светские дамы, а вот предпринимателей, равных Корнелиусу и Уильяму, не было. Империя Вандербильта была потеряна.

Один из известных нам выходцев этого рода — Джеймс Вандербильт, написавший сценарий к новой дилогии «Человека-паука». Парадоксально, но со временем Вандербильты из нуворишей стали яркими представителями американского высшего общества. При этом сейчас никто из них не входит в число богатейших людей мира и все они уступают в славе своему великому предку.

#США #история_успеха #история_компании #биография #Вандербильт #Accessory_Transit_Company #КакЭтоБыло

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Компания отказалась от email
в пользу общения при помощи мемов
Подписаться на push-уведомления