[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]
{ "author_name": "Дмитрий Кошельник", "author_type": "self", "tags": ["\u0441\u0448\u0430","\u0438\u0441\u0442\u043e\u0440\u0438\u044f_\u0443\u0441\u043f\u0435\u0445\u0430","\u0434\u0436\u043e\u043d_\u0440\u043e\u043a\u0444\u0435\u043b\u043b\u0435\u0440","\u0431\u0438\u043e\u0433\u0440\u0430\u0444\u0438\u044f","\u0432\u0430\u043d\u0434\u0435\u0440\u0431\u0438\u043b\u044c\u0442","\u0434\u0436\u0435\u0439_\u0433\u0443\u043b\u0434","\u043a\u0430\u043a\u044d\u0442\u043e\u0431\u044b\u043b\u043e"], "comments": 7, "likes": 14, "favorites": 20, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "19405", "is_wide": "1" }
Дмитрий Кошельник
5 511

«Мефистофель с Уолл-Стрит» — биография финансиста Джея Гулда

Обозреватель vc.ru изучил историю американского финансиста и предпринимателя Джея Гулда, который выстроил железнодорожную империю, захватил контроль над Western Union и взвинтил цены на золото в США.

Среди методов Гулда — манипуляции с ценными бумагами, использование собственной газеты для давления на конкурента и похищение партнера, который оказался мошенником.

Среди предпринимателей, строивших США, много ярких личностей, но современники редко восхищались их достижениями — чаще их называли хищниками и врагами простых людей. Даже среди них Джей Гулд имел репутацию готового на все разбойника. При этом предприниматель был одним из лучших финансистов своего времени, создавшим огромное состояние с нуля.

Джей Гулд

Ранние годы Джея Гулда. Первый бизнес

Джейсон Гулд родился в 1836 году в городе Роксбури, в небогатой семье фермеров. Он с детства был довольно болезненным ребенком, и тяжелая работа на ферме не шла на пользу его здоровью. Вдобавок фермера из Гулда не получалось, и такая жизнь его не устраивала. Джей решил, что хочет учиться, и долго уговаривал отца отправить его в школу. Тот был против, но Гулд-младший не сдавался и все же достиг цели.

Учился он cначала в местной школе, а позже в Hobart Academy, где показал себя талантливым учеником. Особенно высокие результаты Гулд показывал в математике и картографии, которая станет одним из его главных увлечений. Есть сведения, что будущий предприниматель имел литературные способности и в 1856 году, в 20 лет, написал историческое сочинение History of Delaware County, and Border Wars of New York.

В Hobart Academy Гулд не задержался: ему не нравилось обучение, построенное на заучивании. Встречается информация, что он бросил учебу в 16 лет.

После ухода из академии или, по другой информации, еще в процессе обучения Джей благодаря отличным отношениям с директором получил должность счетовода в магазине кузнеца. Есть сведения, что уже через год работы кузнец предложил Гулду половину своего магазина. В 1854 году часть, полученная Джеем, будет продана его отцу.

В 18 лет он нашел себе новую работу — на этот раз землемера. Используя знания картографии и навыки черчения, он создал сборник карт. Дальше источники расходятся: часть из них считает, что Джей собрал $5 тысяч, работая землемером, а другие — что это был гонорар за его карты и за сочинение об истории штата Делавэр.

В любом случае к 20 годам Гулд создал стартовый капитал и теперь мог начать собственное дело. В 1856 году он стал акционером завода по дублению кожи, позже более известного как завод Голдсборо, который он создал вместе с Зэдоком Праттом. В этом же году Гулд стал пайщиком еще одного товарищества. На этот раз его партнером стал Чарльз Леупп — зять Гидеона Ли, одного из наиболее успешных предпринимателей в отрасли кожевничества и видного политика.

В дальнейшем Джей попытается заполучить контроль над обеими компаниями. Долю Прэтта он попросту выкупит, воспользовавшись желанием компаньона выйти из бизнеса.

Джей Гулд (справа)

При этом не обошлось без обмана: популярная версия гласит, что Гулд выводил прибыль из фирмы в созданный им самим банк. Его компаньон обо всем догадался, но судиться не стал и попросту оставил компанию. Чтобы уладить дело, Гулду осталось выплатить партнеру компенсацию, но и здесь он оказался в выигрыше. Прэтт вложил в дело $120 тысяч, а вернулось к нему только $60 тысяч. Деньги на выкуп доли компаньона Гулд получил от Леуппа, который стал пайщиком завода Голдсборо.

С Льюипом история гораздо интереснее. Обычно все источники утверждают, что их общее дело процветало и оба партнера были довольны. Впрочем, Гулд продолжал тратить деньги фирмы на различные спекуляции. Есть мнение, что тем самым он захватил рынок кож.

В 1857 году произошел экономический кризис, вошедший в историю как «Паника 1857 года». Леупп разорился и в 1859 году покончил с собой. Гулд же каким-то образом предсказал события, выждал момент и, воспользовавшись общим обесцениванием активов, выкупил все имущество партнерства. Существует версия, по которой Леупп покончил с собой, когда понял, что его партнер перехватил контроль над предприятием, — впрочем, ее активно оспаривают.

Победой Гулд наслаждался недолго: шурин Леуппа Дэвид Ли и третий акционер товарищества быстро сориентировался, назвал Джея мошенником и захватил контроль над заводом Голдсборо. Гулд вернул завод себе, но борьба была не закончена и обещала вылиться в длительную судебную войну. Гулд согласился на мирные условия и выгодно продал акции одному из братьев Ли.

Знакомство с Фиском и Дрю. Война за Erie

Потеряв долю в бизнесе, Гулд нашел своим способностям новое применение — он отправился в Нью-Йорк, где собирался заняться торговлей акциями. Ему нравился рынок ценных бумаг, сулящий умелому дельцу огромную прибыль.

Его будущий тесть Дэниел Миллер вовсю поддерживал заинтересованность Гулда и обратил его внимание на растущий рынок железнодорожных компаний. Миллер в этой сфере имел свои интересы: перед «паникой» он вложился в железнодорожную компанию Washington and Rutland Railroad. Она переживала не лучшие времена, и Миллер захотел заручиться помощью Гулда.

Воспользовавшись тем, что после «паники» акции подешевели, Гулд сумел приобрести контроль над Washington and Rutland Railroad. Стоимость одной акции составила 10 центов, а железнодорожная компания со временем превратилась в ценный актив. Обычно источники умалчивают об успехе Гулда в руководстве Washington and Rutland Railroad, но можно найти и лестные отзывы. Гулд активно вкладывал деньги и в другие компании этого направления.

В 1860-е годы за Гулдом закрепилась слава биржевого спекулянта, ведущего дела на грани фола. В это же время он познакомился с Джеймсом Фиском, который во многом был похож на Гулда: не чурался рискованных и даже мошеннических сделок, планировал стать очень богатым, а также верил в Уолл-Стрит и в свое умение прогнозировать рост ценных бумаг.

Фиск отправился в Нью-Йорк, собираясь создать свою брокерскую фирму, но она продержалась всего несколько месяцев. Если верить источникам, раздосадованный Фиск пообещал, что Уолл-Стрит ему за все заплатит.

После знакомства Гулд и Фиск вместе стали членами политического общества Демократической партии «Таммани-холл». Обычно предприниматели предпочитают республиканцев, но со стороны Гулда и Фиска это был продуманный шаг. «Таммани-холл» на то время была главной политической силой штата, и полученные там знакомства могли пригодиться финансистам в будущей работе.

«Таммани-холл» возглавлял один из самых коррупционных политиков в истории Америки — Уильям «Босс» Твид. Некоторое время он будет способствовать деятельности Гулда и станет для него весьма ценным союзником.

В этот же период Гулд с Фиском познакомились с Дэниелом Дрю, биржевым спекулянтом и давним врагом Корнелиуса Вандербильта. Он был признанным специалистом в манипуляциях с ценными бумагами и владел внушительной долей железнодорожной компании Erie Railroad, которую не хотел отдавать заинтересованному в ней Вандербильту.

C его подачи Гулд и Фиск вошли в число акционеров компании. Борьба обещала быть нешуточной, и партнеры, используя связи в «Таммани-холл», смогли заплатить нужным людям и получить поддержку властей. В частности, Твид с их подачи стал одним из директоров Erie.

Затем троица разработала план противодействия захвату компании. Его создателем принято считать Дрю: используя положения казначея Erie и слабости законодательства, он начал дополнительную эмиссию акций, чем раз за разом разрушал планы Вандербильта. Гулд в это время столкнулся с богатейшим человеком США в другом направлении.

Вандербильт активно использовал наемников для того, чтобы посеять панику и заставить акционеров Erie дешево продавать свои доли. Гулд перенял тактику противника и, скупив оружие и списанные пушки, создал собственные отряды защиты.

В процессе войны с Вандербильтом Гулд проявил себя большим мастером «партизанской» войны. Джей пользовался слабыми сторонами своего противника: общественным имиджем скупого богача, агрессивностью и мстительностью, вынуждая Вандербильта действовать резко и необдуманно. С подачи Гулда в газетных публикациях высмеивали Вандербильта и называли его монополистом.

Общество была настроено против Вандербильта, а акционеры Erie — Дрю, Гулд и Фиск, в будущем известные как бароны-грабители, — стали чуть ли не национальными героями. Гулд на всю жизнь усвоит, как полезно использовать прессу, и в сложных ситуациях будет применять этот урок.

«Война за Erie», пусть и прошла успешно, закончилась для троицы неудачно. Вандербильт в попытках поглотить Erie потерял $7 млн и подал на противников в суд, мотивируя иск тем, что дополнительно выпущенные 100 тысяч акций были фальшивыми, ведь их выпуск не был одобрен советом директоров. Изначально троице удалось уйти от ответственности, используя свои связи: власти уравняли фальшивые и настоящие акции. Вандербильт на этом не сдался и задействовал свои знакомства в судах.

Есть версия, что в процессе дело дошло до ордера на арест Дрю, Гулда и Фиска, и дуэт сбежал в Нью-Джерси, прихватив с собой деньги и бухгалтерию. Дом, где засела троица, охраняла нанятая Гулдом армия, а Вандербильт готовился его штурмовать. Эта история встречается не во всех источниках и поддается сомнению: слишком она кинематографична. Зато точно известно, что в итоге Вандербильт вынудил Фиска и Гулда вернуть ему $6 млн. Дрю сохранил около $1,5 млн — во многом благодаря большому опыту в подобных разбирательствах.

Гулд и Фиск получили контроль над Erie Railroad и усвоили из этого несколько уроков. Первым об этом узнал Дрю. После борьбы с Вандербильтом он покинул компанию и даже задумался о пенсии. Его ученики в это время использовали все тот же прием с эмиссией и к 1870 году выпустили около 5 млн ничем не подкрепленных акций.

Так Дрю лишился $1,5 млн, вложенных в компанию. Позже он столкнется с целой чередой неудач и потеряет свой капитал, превратившись из могущественного финансиста в человека, которого содержит сын.

Манипуляции с рынком золота. Участие в картеле South Improvement Company

После борьбы за Erie компания долго оставалась глубоко убыточной. Гулд вскоре начал ценовую войну все с тем же Вандербильтом. В процессе существенно снизилась стоимость перевозки скота. Вандербильт не растерялся и стал по своему обыкновению демпинговать — поставил цену перевозки в 1 цент за голову.

Уровень перевозок вырос, и победа, на первый взгляд, была за Вандербильтом. Гулд оценил цены Вандербильта, приобрел весомую часть скота на рынке и стал возить его на продажу со скидкой от конкурента.

Единственное, что не до конца известно в этой истории, — о каком именно Вандербильте идет речь. Корнелиус после «войны за Erie» постепенно отходил от руководства, уступая сцену сыну Уильяму.

Главным проектом Гулда в то время не было издевательство над Вандербильтом, будь то отец или сын. Он планировал сделать прибыльной принадлежащую ему Erie Railroad и решил добиться нужного эффекта хитрыми манипуляцими.

Доллар в то время был лишь внутренней валютой, а международной по-прежнему оставалось золото. Гулд подсчитал, что если увеличить стоимость золота, то фермеры поймут выгоду от продажи на экспорт, а это неминуемо повлечет рост железнодорожных перевозок и их стоимости.

Гулд решил перестраховаться и проверить планы властей на случай, если он затеет свою игру. Среди многочисленных знакомых финансиста был Абель Корбин, шурин президента Улисса Гранта. Он обещал помочь Гулду в его затее. В деле также участвовал Фиск, который оставался напарником Джея в его операциях. Финансисты точно знали, сколько золота есть на рынке. Они могли его скупить, но оставалась одна проблема: правительство США способно было прикрыть авантюру за счет золотого резерва страны.

Абель Корбин устроил встречу Гулда с президентом Грантом. Выслушав идею финансиста, тот отметил, что урожай большой, а низкий доллар выгоден для экспорта. Есть версия, что с Грантом встречался Фиск — гораздо более обаятельный, коммуникабельный и умеющий строить диалог с властями. В любом случае согласие президента дало начало одной из самых громких авантюр Гулда. Для выполнения операций Джей использовал, по одним источникам, собственный банк, а по другим — принадлежавший Твиду.

Используя деньги еще некоторых дельцов, Гулд выкупил золота на сумму $7 млн — цена на него подскочила на 40%. Рынок прочувствовал этот скачок, а Грант потребовал у Корбина прекратить покупку золота. Гулд тем не менее продолжил игру — правда, теперь с подставными лицами, чтобы было легче защищаться от подозрений. Затем цена увеличилась на 65%.

Апофеоза ситуация достигла 24 сентября 1869 года. Недовольные подорожанием золота нашли способ надавить на Гранта, а тот распорядился срочно разобраться с проблемой. Казначейство выбросило на рынок золото из своих резервов. Цена сразу упала на 30%, но Гулд был к этому готов и не только сохранил вложения, но и заработал $3 млн (есть версия, что $11 млн). Остальных решение правительства уничтожило: началась волна банкротств компаний и упадок Нью-Йоркской биржи.

Гулд за день превратился в одного из наиболее ненавистных американцев. В то же время его признали влиятельным финансистом, который способен манипулировать рынком и правительством в угоду своим интересам. Некоторое время ему пришлось прятаться: однажды разъяренная толпа банкротов едва не линчевала дельца, поймав его на улице. Финансист не поменял свое взгляды, но озаботился безопасностью — вплоть до паранойи.

Размер манипуляций Гулда оценивают по-разному. По одной из версий, изначально он приобрел золота на $50–60 млн и увеличил стоимость золотого доллара к обычному на 5 центов, до $1,4, а к 24 сентября его цена выросла до $1,62. Дальнейший ход событий от этого не меняется.

В начале 1870-х годов Гулд не без успеха вел ценовую войну на железнодорожном рынке и увеличивал протяженность своих линий в США. Эти действия финансиста считаются одним из самых позитивных в его жизни, но современники их недооценивали.

В это же время Гулд ввязался в интересную схему, которую чаще связывают с именем Рокфеллера, — но Гулд не терялся на фоне более известного сейчас бизнесмена. В 1871 году Том Скотт, глава Pennsylvania Railroad и один из соперников Гулда, предложил Джону Рокфеллеру план выхода из кризиса на нефтяном рынке. Он хотел создать картель South Improvement Company, куда войдут железнодорожные компании, Standart Oil и все желающие нефтяные компании.

Суть объединения была в том, что все входящие железнодорожные компании в несколько раз повышают цену на перевозку нефти для нефтяных компаний, не входящих в SIC. При этом те, кто вошел в картель, получали скидку 50% за фиксированное число перевозок. Рокфеллер получал бонус получше: перевозка одного барреля для него стоила около 40 центов плюс 40 центов с каждого барреля конкурентов.

Гулд получал 27,5% трафика от этой затеи и имел другие менее очевидные преимущества. Конкуренция между железнодорожными компаниями в то время была чрезвычайно жестокой.

Гулд, славящийся партизанскими войнами и мошенническими схемами; демпингующие и не брезгующие никакими средствами Вандербильты; и Скотт, который в Гражданскую войну был помощником военного министра и не растерял друзей в Вашингтоне, — все они вели жесткую войну, от которой порядком подустали.

Теперь они получили возможность разделить сферы влияния и взвинтить цены на перевозку нефти — но общественность вместе с нефтедобывающими компаниями была против. Их противостояние разрушило SIC, а затем закончилась эра Гулда в Erie.

Гулд против Гордона Гордона. Потеря контроля над Erie

После SIC дела компании шли по-прежнему не очень хорошо: сказывалась уже многими забытая война с Вандербильтом. Гулд выжал из Erie все, что можно, и захотел захватить над ней полный контроль.

В то время должны были пройти новые выборы главы Erie, и вполне вероятно было его смещение с поста. Джей не рассчитывал на случай и разработал план действий, включавший сторонние вложения. На помощь от американских инвесторов он не надеялся из-за неоднозначной репутации, зато иностранный капитал, казалось, сам шел к нему в руки.

В 1872 году Гулт познакомился с лордом Гордоном Гордоном, который представился знатным, влиятельным и чрезвычайно богатым шотландским аристократом. Связи Гордона Гордона придавали вес его словам. Гордон cмог убедить Гулда, что завладел крупным пакетом акций Erie. Более того, он готов был привлечь капитал с помощью друзей, чтобы помочь Гулду взять компанию под контроль.

Лорд Гордон Гордон

Непонятно, как умный и хитрый Гулд попался на удочку, но этот лорд ему очень понравился. Чтобы заручиться его поддержкой, Джей пошел на неосмотрительный шаг — передал ему $1 млн акциями Erie, Oil Creec and Allegheny Railroad, деньгами и другими активами. По условиям соглашения, до определенного момента акции нельзя было продавать.

Несмотря на договоренности, Гордон сразу сбросил акции, ухудшив положение Гулда в Erie. Джей пригрозил партнеру ответственностью перед законом, но в ходе разбирательств Гордон схватил деньги и сбежал в Канаду. Гулд пришел в ярость: виновника нужно было срочно наказать. Гордон Гордон заверял власти Канады, что Гулд на него наговаривает, — благодаря его харизме и умению манипулировать доводы звучали убедительно.

Правда, Гордону не повезло, и один из друзей Гулда увидел мошенника в Виннипеге. Финансист и несколько его друзей решили силой вернуть Гордона в США. Предприятие было незаконным, но Гулда этот факт не останавливал. Похитителями стали Гулд с друзьями, которые в будущем сделают блестящую политическую карьеру: трое из компании станут конгрессменами, а двое — губернаторами Миннесоты.

Прежде эти люди не делали ничего подобного. Похоже, имел представление о подобных операциях только Майкл Хой, ранее занимавший заметное место в правоохранительных органах.

Дальше события разворачиваются, как в боевике. Хой с помощником схватили Гордона Гордона, связали и в крытой повозке повезли в США, но на границе их поймали полицейские. С точки зрения закона нарушителями стали Хой с друзьями, и их отправили в тюрьму без права выхода под залог.

Взятие американских граждан под стражу было международным скандалом. Первым отреагировал губернатор Миннесоты: он потребовал вернуть американцев на родину и начал мобилизацию ополчения.

До войны США с Канадой дело не дошло: после переговоров американцев вернули. Гулд по-прежнему был зол и принялся решать проблему по-другому — добиваясь содействия канадских властей. Напрягаться ему не пришлось: скандал с кражей привлек внимание всего мира, к тому же всплыли на поверхность некоторые другие аферы Гордона. В 1874 году на имя Гордона Гордона был выдан ордер на арест, а дальше ему предстояла депортация в США.

Авантюрист устроил себе пышные проводы в отеле, а утром застрелился. Гулд так и не отомстил, а история, вопреки его стараниям, дожила до сегодняшнего времени и встречается в разных вариациях.

Есть сведения, что в процессе переговоров Гулд не только передал Гордону Гордону часть активов, но еще и по требованию «лорда» вышел из правления Erie: мошенник якобы хотел доказательств, что Гулд разрывает все связи со старым руководством. После этой аферы Гулд потерял шансы захватить Erie, пост президента и власть над компанией.

Создание железнодорожной империи. Захват Western Union

Впрочем, из железнодорожного бизнеса финансист не ушел, а просто нашел другие компании — Union Pacific и Missouri Pacific. Контроль над Union Pacific он заполучил в 1874 году. Компания в то время пережила скандал Credit Mobilier. Это был европейский банк, который конкурировал с финансовыми организациями Ротшильдов, участвовал в создании промышленных компаний, а также спекулировал акциями. В Европе его история закончилась в 1871 году.

Филиал в США был основан в 1867 году с целью создания железной дороги Union Pacific. Методы использовались коррупционные — в том числе компания предоставляла акции конгрессменам за государственные льготы. В 1872 году об особенностях работы банка узнала пресса, и всплыли интересные факты вроде того, что в число акционеров входил вице-президент США и за работу было заплачено $73 млн, когда реальная ее стоимость составляла $50 млн.

В 1873 году Union Pacific еще и пострадала от очередного биржевого краха. Только после всех этих событий железная дорога оказалась в руках Гулда. Финансист на этот раз не стал затевать рискованных сделок и дополнительных эмиссий — он просто взялся за бизнес, и дела пошли в гору.

Гулд тщательно изучил особенности работы, модернизировал администрацию и проработал ценовую политику — в общем, из компании, построенной на коррупционных операциях, он сделал действительно сильного игрока. Параллельно Гулд приобретал другие железнодорожные линии: наиболее значимой покупкой стала Missouri Pacific, тоже пережившая не лучшие времена. Оказавшись в 1879 году в руках Гулда, она начала стабильно работать. Уже к в 1882 году финансист контролировал 15% национальной сети железных дорог.

История Гулда в Union Pacific закончилась в 1883 году. Финансист сильно увеличил свое состояние, и вскоре за него взялось федеральное правительство: финансист будто бы имел долг перед США. Аспекты дела довольно противоречивы: можно найти информацию, что долг лежал на самой Union Pacific. В любом случае Гулду пришлось оставить компанию.

Его империя от этого мало пострадала, тем более что в 1881 году Гулд добавил к ней Western Union — крупнейшую телеграфную компанию США, фактически монополиста рынка. В числе акционеров был Уильям Вандербильт, который длительное время ее возглавлял. В общем, казалось, что контроль над Western Union невозможно получить извне, но Гулд справился, хотя это заняло у него чуть ли не десятилетие.

На первых этапах Гулд действовал оригинально: он уводил у Western Union патенты, за баснословные суммы приобретая права на перспективные изобретения. В 1875 году вместе с еще несколькими инвесторами он захватил Atlantic and Pacific Telegraph Company. Популярна версия, что Гулд создал ее сам, но эта компания появилась еще в 1854 году.

Atlantic and Pacific Telegraph Company давно конкурировала с Western Union, и Гулду она нужна была для оказания давления. Финансист не скрывал свои планы, а громко заявлял, что создает конкурента, чем провоцировал падение акций Western Union. Параллельно Гулду удалось сманить из компании Томаса Экерта, ставшего президентом Atlantic and Pacific Telegraph.

Следующим шагом Гулда стало ужесточение тарифной войны между компаниями. Через три года она закончилась, и Гулд, измотав конкурента, продал ему Atlantic and Pacific Telegraph. Источники спешат отметить, что финансист на этом отлично заработал, но конкретную сумму не называют — но для Гулда это было лишь окончанием еще одного раунда.

Новую атаку Гулда предварял стратегический прокол Western Union: она отказалась приобретать патент Белла на телефон. Изобретатель вместе с партнерами создал Bell Company и смог найти аудиторию для разработки. Конкуренция ужесточилась, а Western Union попыталась создать свой телефон и запустить услуги в этой сфере. Закончилось все судебной тяжбой, которую Western Union проиграет, но Гулд в процессе начал создавать второй фронт против телеграфной компании и смог ее заполучить.

В 1879 году Гулд приобрел газету New-York World — в первую очередь для того, чтобы получить рычаг давления. Сразу после этого газета начала публиковать материалы, в которых ставилась под сомнение финансовая чистоплотность «монополии» Western Union. Используя агентов на бирже и других финансистов, Гулд затеял игру на понижение акций телеграфной компании.

Оказавшись под ударом с двух сторон, Western Union вынужденно пошла на сделку с Bell Company и покинула рынок телефонной связи, что негативно сказалось на курсе акций. Нападки Гулда через прессу продолжались. Закончилось все тем, что в 1881 году New-York World, а также агенты и союзники финансиста обрушили акции Western Union до нужного уровня, и Гулд захватил над ней контроль.

Так длительная война закончилась победой Гулда, но больше времени он все равно уделял железнодорожным компаниям. Некоторые из них он захватил же способом — манипуляциями через прессу. С New-York World он расстался в 1883 году, когда она уже выполнила свое предназначение.

В 1886 году началась крупная забастовка на Юго-Западных железных дорогах. Гулд на уступки не шел и о судьбе трудящихся не заботился. Он нанимал штрейхбрейкеров, чтобы наладить работу, а как-то сказал, что мог бы нанять половину рабочего класса, чтобы эти люди убили вторую половину.

В том же году Гулд, используя нажим прессы, получил контроль над Manhattan Elevated Railroad — монополистом в сфере наземных железных дорог в Нью-Йорке.

В 1889 году Гулд закончил создание Trminal Railroad Association of St. Louis для консолидации контроля над входящими и исходящими из Сент-Луиса железнодорожными перевозками, в частности через реку Миссисипи. В ассоциацию вошли шесть железных дорог. После смерти финансиста федеральное правительство направило против этого учреждения антитрестовый иск.

Личность Джея Гулда. Наследники империи финансиста

Гулд был одним из самых ненавистных людей США, которого презирали и боялись как простые люди, так и бизнесмены. Даже прозвища Гулда « Мефистофель с Уолл-Стрит» и «Барон-грабитель» многое говорят о его репутации.

Захватывать компании и обрушивать акции финансисту позволяли его поразительные способности к анализу и стратегии. Он был довольно молчаливым и закрытым, что только усиливало его славу дельца. Встречаются сведения, что такая репутация была частью стратегии Гулда: якобы он сам заказывал материалы, преувеличивающие циничность его методов.

Из-за этого дошедший до нас образ Гулда сильно искажен. Его описывают как всеми ненавидимого человека без друзей и родных, но у Гулда была вполне благополучная семья и шестеро детей. О друзьях уверенно говорить сложнее: известно только, что в обществе финансиста не любили.

Одной из излюбленных тактик Гулда было создать у противника иллюзию, что он находится в шаге от краха. Он одним из первых начал объявлять о своем банкротстве в газетах в качестве тактического маневра.

За свою жизнь Гулд пережил несколько покушений и получил огромное количество писем с угрозами ему самому и его родственникам. Неудивительно, что он постоянно держал возле себя вооруженную охрану. Это были сотрудники детективного агентства Пинкертона —большие специалисты в подавлении заводских стачек и телохранители других сильных мира сего.

Как и полагается богатому человеку, Гулд с 1880 года имел официальную резиденцию — поместье Линдхерст, походившее на средневековый замок. После покупки Гулд внес в него несколько изменений на свой вкус. До смерти финансиста Линдхерст считалось местом, откуда всесильный Гулд манипулирует экономикой США.

Линдхерст

Впрочем, в поместье он обычно отдыхал летом — в остальное время ему было чем заняться. Будучи одним из крупнейших игроков на железнодорожном рынке, Гулд постоянно контролировал работу своих компаний. Для деловых поездок у него был собственный вагон под названием « Атланта». В поездках его сопровождали уже упомянутые детективы, а перед приездом Гулда ситуацию в том или ином городе изучали агенты.

Джей Гулд умер от туберкулеза в 1892 году, когда ему было 57 лет. Он оставил после себя состояние, которое обычно оценивается в $72–77 млн. Есть сведения, что оно достигло отметки в $100 млн, но финансист нашел способ обойти налоги, и данные о реальном наследстве довольно запутанны. Даже к своей смерти Гулд подошел масштабно: мавзолей для него начали возводить еще при жизни. Впрочем, в те времена среди магнатов это было модно.

Подход Гулда был виден в другом. Он знал, что иногда для получения выкупа тела из мавзолеев похищают, и создал систему охраны, чтобы этого избежать. В мавзолее была сигнализация на случай проникновения и сложный замок на двери. Еще десять лет мавзолей охраняли сотрудники Пинкертона.

Мавзолей Джея Гулда

Каждый из трех сыновей Гулда пытался заниматься бизнесом, но высот отца никто не достиг. Обычно главным наследником империи называют старшего сына финансиста Джорджа Джея, который на момент смерти оставил после себя около $5 млн.

Заработанное предпринимателем богатство помогло его потомкам в заключении удачных браков — с представителями знатных семейств, герцогами и баронами. Империя Гулда распалась, от его капиталов со временем не осталось ничего, зато его потомки вхожи в высший свет, а биография финансиста осталась интересной страницей в истории бизнеса.

#США #история_успеха #джон_рокфеллер #биография #Вандербильт #Джей_Гулд #КакЭтоБыло

Статьи по теме
История Standard Oil: как компания Джона Рокфеллера захватила рынок переработки и перевозки нефти
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Голосовой помощник выкупил
компанию-создателя
Подписаться на push-уведомления