[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Daria Khokhlova", "author_type": "self", "tags": ["\u0434\u0438\u0437\u0430\u0439\u043d","\u043a\u0440\u0435\u043c\u043d\u0438\u0435\u0432\u0430\u044f_\u0434\u043e\u043b\u0438\u043d\u0430","june","\u043f\u0440\u043e\u0431\u043b\u0435\u043c\u044b_\u043a\u0440\u0435\u043c\u043d\u0438\u0435\u0432\u043e\u0439_\u0434\u043e\u043b\u0438\u043d\u044b"], "comments": 18, "likes": 13, "favorites": 6, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "20006" }
Daria Khokhlova
4 006

Мнение: «Всё в Кремниевой долине создаётся не для пользователей, а просто ради совершенствования технологий»

Издание Fast Company опубликовало заметку журналиста Марка Уилсона об «умной» духовке June, которая самостоятельно подбирает оптимальные параметры приготовления и сообщает владельцу, когда блюдо оказывается готово. По словам Уилсона, June «демонстрирует все проблемы Кремниевой долины». Редакция vc.ru публикует адаптированный перевод материала.

«Я помещаю кусок лосося в June — самую продвинутую духовку в мире. В неё встроена камера, датчик температуры, Wi-Fi-адаптер, а также сложное ПО. Такая духовка обойдётся вам в $1500. Чтобы создать её, потребовалось почти $30 млн венчурного капитала. Эта техника — детище дизайнера, подарившего нам новую камеру в iPhone, и дизайн-фирмы Ammunition, занимавшейся проектированием наушников Beats», — пишет Fast Company.

«Мы используем серьёзные технологии, алгоритмы искусственного интеллекта и глубокого обучения, собираем данные с сенсоров — для того, чтобы создать продуманный и простой интерфейс, который сделает вашу жизнь лучше, — говорит один из основателей June, бывший работник Apple и сооснователь сервиса по заказу поездок Lyft Мэтт Ван Хорн. — Мы хотим вдохновить пользователей больше готовить».

Основная идея, которую транслируют основатели, — если готовка будет требовать от человека меньше усилий, он станет заниматься ей чаще и больше. «Однако покупая June, пользователь становится потребителем, а не создателем еды. June просит повара довериться программному обеспечению, а не совершенствовать свои навыки готовки, которые пригодятся ему на любой кухне», — пишет Fast Company.

«Лосось оказывается в печи, я закрываю дверцу и выбираю на панели слово "лосось". Загораются лампочки, печь начинает жужжать. Мой лосось будет готов ровно через 10 минут и 38 секунд. Не слишком ли быстро? Откуда мне знать. Однако 10 минут превращаются в 20, а потом в 40. Уже почти семь вечера, а таймер продолжает скакать. Всё как прошлым вечером — когда мы готовили стейк, а печь присылала нам сообщения с текстом: "NOTIFCATION_ETA_PESSIMISTIC"», — продолжает автор материала.

«Рыба была готова в 18:52, когда я уже собирался поставить блюдо в обычную печь. Правда, после публикации этого материала со мной связались представители June. Они изучили данные с моей печи и пришли к выводу, что рыба была готова спустя 31 минуту после того, как я поставил её в духовку (это всё ещё в три раза больше первоначального прогноза), а то, что я продержал её дольше — только моя вина. Я действительно получил уведомление на смартфон, но непонятно, почему печь в таком случае продолжила работать».

Уилсон вспоминает, как Ван Хорн описывал работу печи в одном из своих выступлений: «Лосось получается просто невероятный!». «Это то, что говорит официант, когда кто-то за столом не употребляет глютен. На самом деле рыба была приготовлена хорошо — но точно так же её можно было приготовить и в любой другой печи».

При этом, говорит автор заметки, он отвлекался от своих дел даже чаще, чем если бы готовил рыбу самостоятельно. «В этом куске лосося — метафора для всей Кремниевой долины. Автоматизация и отвлечение внимания. Хвастливость и посредственность. Уверенность в себе и ошибочность суждений».

June создана не для пользователя, а просто ради совершенствования уже имеющихся технологий. Когда вы сами готовите лосося, то учитесь на своих ошибках. Когда лосося готовит June, обучаетесь не вы, а машина.

По словам Уилсона, идея June действительно весьма заманчива. «Это просто печь, которая отслеживает степень готовности блюда с помощью встроенных температурных датчиков. С помощью камеры она распознаёт оказавшиеся внутри продукты и предлагает оптимальные параметры приготовления. Вам нужно просто выставить настройки и забыть о готовке. Мы живём во время, когда для этого наконец-то появились нужные технологии».

Однако интерфейс June, продолжает он, демонстрирует все проблемы, которые сопутствуют разработкам из Кремниевой долины. «Чтобы воспользоваться большинством кухонных приборов, нужно нажать всего одну кнопку. Вы крутите ручку у духовки, и она начинает работать. Нажимаете на кнопку на кухонном комбайне, и он рубит продукты. Это очень просто — потому что пользователь знает, что нужно делать».

Например, если пользователь установил неправильную температуру в микроволновке, он выключит её, настроит нужные параметры, и запустит снова. June пытается облегчить приготовление пищи с помощью подсказок, рассказывает Уилсон. «Как-то мне захотелось приготовить тост. Печь задала вопрос: насколько прожаренный хлеб я хочу получить, — и порекомендовала нужные настройки. А затем я две минуты пялился в экран, пытаясь понять, почему тост не готовится. Оказывается, мне нужно было подтвердить действие — как если бы я попытался удалить файлы с компьютера».

«Приложение June на смартфоне точно так же перегружено лишней информацией, которая только отвлекает владельца от готовки. Это контент ради контента. Вы можете не только узнать, в каком состоянии находится блюдо, но и посмотреть, какие системы печи включены, а также в реальном времени наблюдать на приготовлением еды. После того, как она приготовится, можно скачать таймлапс-видео о процессе», — объясняет автор материала.

Завершает поток ненужной информации график, который описывает разницу между температурой в печи и температурой готовящегося блюда. Если вы гадали, почему оно готовилось 45 минут, вот и ответ.

«Конечно, ни одна из ошибок разработчиков не является такой уж страшной. И всё же June лишает процесс приготовления пищи чего-то очень важного: возможности наблюдать и учиться. Шипение стейка на сковороде подскажет степень его готовности. Запах укажет на то, не пережарилось ли мясо. Эти навыки мы получаем, когда готовим сами», — объясняет автор материала на Fast Company.

По мнению Уилсона, устройства вроде June не дают пользователю учиться. Они заставляют обучаться саму машину. «И хотя в перспективе это повышает ценность продукта, в конечном итоге это отразится на нас как на личностях. Кроме того, June усредняет вкусы миллионов людей, и в итоге еда окажется... средней», — продолжает он.

«Приготовление пищи — это всегда что-то личное. Единственный метод обучения здесь — путь проб и ошибок. Но когда через 40 минут я достал лосося из печи и поставил его на стол, я понятия не имею, что мне стоит сделать по-другому в следующий раз, кроме одного: никогда не использовать печь June».

#Дизайн #кремниевая_долина #june #проблемы_кремниевой_долины

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Компания отказалась от email
в пользу общения при помощи мемов
Подписаться на push-уведомления