[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Редакция vc.ru", "author_type": "self", "tags": ["\u0441\u0442\u0430\u0440\u0442\u0430\u043f\u044b","\u0431\u0438\u0437\u043d\u0435\u0441","\u044d\u043b\u0435\u043a\u0442\u0440\u043e\u043d\u043d\u044b\u0435_\u0441\u0438\u0433\u0430\u0440\u0435\u0442\u044b","\u0432\u0435\u0439\u043f"], "comments": 29, "likes": 39, "favorites": 22, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "20389" }
Редакция vc.ru
30 758

«Первая партия из 250 штук разлетелась секунд за 40» — 6 историй российских производителей электронных сигарет

Автор блога об электронных сигаретах ViVA la Cloud Дмитрий Каторжнов взял интервью у российских производителей электронных сигарет и компонентов для них. Предприниматели рассказали, с чего начинали бизнес, сколько на нем зарабатывают и с какими проблемами сталкиваются.

Создатель «Кайфуна» Сергей Новиков

Детали «Кайфунов». Фото: Сергей Новиков

«В конце 2011 года я придумал первый российский обслуживаемый бак. Он назывался “Кайфун-2" (тогда Новиков уже торговал необслуживаемыми баками — прим. ред.) — сделал для него интернет-магазин, поставил цену в четыре тысячи рублей за комплект. Первая партия — 250 штук — разлетелась секунд за 40», — рассказывает Новиков.

Баки для электронных сигарет бывают обслуживаемыми и необслуживаемыми. В последние пользователь вынужден устанавливать готовые испарители. Для обслуживаемых отдельно покупают проволоку и вату — это в несколько раз дешевле.

Одна из версий «Кайфуна»

«Кайфуны» как падали со станка, так и приезжали — железки в пакетиках. Их надо было открыть, отмыть, собрать. Я для этого домой купил посудомоечную машину. Насыпал контейнер — с женой ночами сидели, всё это собирали.

В феврале 2012 года, чтобы к интернет-магазину подключить оплату картами, организовали ООО «СвоёМесто». Народ стал заказывать — причем не только из России. Тогда в стране не работал PayPal: иностранцы боялись покупать банковским переводом.

На меня вышел наш бывший соотечественник из Германии, написал: «Я здесь собираю предзаказы, ты отправляешь, я раздаю, деньги получаю — тебе перевожу». Я согласился — из очередной партии, наверное, чуть ли не треть ушла туда — штук 50 или 70.

— Сергей Новиков

Согласно материалу на Forbes, за январь-апрель 2012 года Новиков продал более 500 электронных сигарет с тридцатипроцентной маржой. Инвестиции в «СвоёМесто» составили около миллиона рублей.

Новиков на производстве SMtec GmbH. Фото: Сергей Новиков

«“Кайфун" был латунным — иностранцам это не нравилось: они где-то вычитали, что там есть примесь свинца. Нужно было делать из нержавейки, но в России не было таких производств: это дольше и дороже, чем работать с мягкими металлами.

И тут на немецком форуме появился человек, который выложил фотки “Кайфуна" из нержавеющей стали и написал: “Я выточил". Он работал на металлообрабатывающем производстве и мог пользоваться станком по выходным. Сделали с ним версию под нержавейку. Это был “Кайфун-3". Заодно улучшили конструкцию — стенки тоньше, резьбы аккуратнее», — отмечает Новиков.

Фото: Сергей Новиков

«“Кайфун" из нержавейки продался со свистом. — рассказывает Новиков. — Народ хотел, чтобы бак был именно в европейских точках, в Германии. Нужно было делать немецкую фирму и работать из-под неё. Я прилетел в Германию, и 30 августа 2012 года мы создали SMtec GmbH. Название расшифровывается как System Metal Technik: чтобы и ассоциация со “Своим местом" была, и на электронных сигаретах не завязываться».

В конце разговора уточняю, занялась ли в итоге GmbH чем-то сторонним: «Нет — по вейпингу работы выше крыши, нам хватает, станок загружен».

«95% изделий мы продавали в Европе, — отмечает Новиков. — Когда грянул кризис, доля продаж в России была меньше 2%. Первые полтора года из GmbH не вывели ни цента: я с семьей жили на прибыль российской ООО. Мы продали несколько десятков тысяч “Кайфунов". Точнее не скажу — все-таки это коммерческая тайна».

Лазерная гравировка «Кайфунов». Фото: Сергей Новиков

В начале 2014 года Новиков передал управление российской компанией своему другу. Сам разработчик сосредоточился на создании новых продуктов в немецкой фирме.

«Сейчас российское ООО производит жидкости и продает железо — в том числе производимое SMtec GmbH в Германии, — говорит директор по развитию «СвоёМесто» Константин Раимов. — У нас три розничных магазина под брендом VPL. В компании работает около тридцати человек. 90% прибыли дают жидкости, остальное — железо. Не стану раскрывать, сколько зарабатывает фирма. Мне хватило на хороший автомобиль, его содержание и приличный костюм. Продукция компании “СвоёМесто" обеспечивает и сотрудников, и руководство».

Директор «Русского механика» Андрей Кириенко

«Летом 2014 года в вейпшопе на Большой Конюшенной я познакомился с мастером по ремонту электронных сигарет, — рассказывает Кириенко. — Он сказал, что может сделать механический мод, но нужны инвестиции».

Механические моды представляют собой простые железные трубы. Чаще всего с одной стороны у них откручивающаяся — чтобы вставлять аккумулятор — кнопка, с другой — резьба для бака или дрипки (приспособления, позволяющего парить — прим. ред.).

«Русский механик» в разобранном состоянии. Слева-направо: кнопка, пин, аккумулятор, тело, дрипка

«До получения первой перекрывающей расходы прибыли мы с партнером по бизнесу вложили где-то полмиллиона рублей личных средств, — отмечает Кириенко. — Всё было подсчитано: себестоимость металла, покраски, упаковки, количество выпускаемых изделий за час. Деньги отбились, но не так быстро, как мы хотели».

Делать единичные образцы несложно — стоишь рядом со станком, и на глазах из латунного прутка появляется образец. Но изменив какой-нибудь внутренний диаметр, мы должны были сделать новый резец для станка. Из-за этого предпроизводственные моды стоили пять тысяч рублей за штуку.

В конце 2014 года мы утвердили конструкцию и создали необходимые резцы. Токарь подключил остальных сотрудников, которые и сделали первые 200 штук. Самостоятельно перевезли их на покраску, потом гравировали. По другому проекту был офис, где всё почистили, собрали, провели отбраковку.

– Андрей Кириенко
Андрей Кириенко

«Часть модов разошлась среди команды. Только половина, наверное, поступила в продажу. Хорошая часть из этой сотни продалась благодаря “колхозу" — у человека, который его устраивал, был приоритет в продаже», — рассказывает Кириенко.

«Колхоз» — особая форма покупки электронных сигарет. Желающие отмечаются в табличке, вносят предоплату, руководитель «колхоза» выкупает товар по оптовой цене и рассылает покупателям. Даже со стоимостью доставки «колхоз» получается дешевле заказа из Китая, не говоря уже о российской рознице.

«Много модов разъехалось по разным городам через интернет-магазины, — говорит Кириенко. — С ними работали на предоплате. Мы создали несколько юридических лиц: если покупателю было удобно покупать за наличку — продавали через дружественный магазин, с НДС — предоставляли компанию с НДС, на упрощенке — давали фирму на упрощенке».

Фото: Андрей Кириенко

В «Русском механике» работает 16 человек: восемь на производстве, столько же в продажах и продвижении. Недавно мы объединились с петербургским производителем жидкостей — реализуем два продукта. В розницу почти не торгуем: гораздо интереснее продавать изделия оптом, чем содержать отдельный штат.

Всего мы продали в районе трех тысяч «Русских механиков». В сентябре 2016 года — 330−340 штук. Это нормальный показатель. «Русский механик» дает небольшую прибыль — это не убыточный, но и не сильно прибыльный проект. Не буду говорить точно, но наша накрутка — менее 50%.

— Андрей Кириенко

Создатель «Старплаты» Максим Бржевский

«В конце 2013 года я сделал первую версию “Старплаты". Она была больше, чем я хотел, и на 20 ватт. Следующая — условно, полуторная — на 30 ватт. А вторую версию, вышедшую в свет на 40 ваттах, потом “разогнал" до 50. Сейчас вышло третье поколение — на 75 ватт. Это единственная российская плата для электронных сигарет», — рассказывает Бржевский.

Электронная сигарета в виде трубки на базе «Старплаты»

Платы защищают пользователя от коротких замыканий и позволяют регулировать мощность тока. Базовая зависимость — чем больше ватт, тем больше пара. С развитием индустрии маломощные устройства уступили место монструозным аппаратам на сотни ватт. Скажем, в 2015 году одной из самых популярных электронных сигарет была VTC Mini на 75 ватт. В 2016 году — в два с половиной раза более мощная RX200.

«В разработку я постепенно вкладывал свою зарплату программиста — всего 300−500 тысяч рублей. Они ушли на доделки, переделки, новые закупки и затраченное время. На первую производственную партию пришлось занимать деньги», — отмечает Бржевский.

Часть компонентов производится в США, остальное — в Китае. Текстолит с дорожками делается в Санкт-Петербурге. Пины для сборки, процессор, резистор, экран — компоненты приходят разобранными, просто в пакетах. Уже на нашем производстве всё вручную собирается — как сигары на Кубе. Когда компоненты на руках, спокойно 100 штук в неделю выпускаем.

Где-то 60% плат идет на экспорт — преимущественно в Канаду и Малайзию. Остальные остаются в России — из них половина реализуется в Санкт-Петербурге. На складе платы не валяются почти никогда — сразу забирают. Сейчас спрос выше предложения.

— Максим Бржевский
Максим Бржевский

«Себестоимость платы недалека от оптовой цены: в нее включены гарантия, переделки из-за бракованных компонентов, варьирующаяся цена. Никаких 50% накрутки нет. “Старплата" приносит достаточно, чтобы не уходить в минус и купить себе немного сигарет. Это не какие-то там баснословные деньги, но производство дает работу пяти людям», — говорит Бржевский.

Разработчик Subnoto12 Василий Слесаренко

«Всё началось весной 2015 года. Тогда вейпинг переживал второе рождение. Всё развивалось дикими темпами. Я пошел на Митинский радиорынок, купил компоненты и собрал мод — рабочую лошадку, с которой ничего не может приключиться, — рассказывает Слесаренко. — За 10 тысяч рублей арендовал стенд на профильной выставке “Русский вейп". Все подходили, радовались. Я убедился — заинтересованность есть».

Василий Слесаренко

Первые несколько партий делал сам в гараже на даче. Собирал по 30 модов в месяц. В начальную раскачку вложил в районе 80 тысяч рублей — месячную зарплату.

Технологически «Сабното» — тоже механический мод. В нём нет платы — отсутствует защита. Однако устройства в форме, отличной от трубы, принято называть боксмодами: от английского box — коробка.

«Сейчас есть небольшое производство в Волгограде, — рассказывает Слесаренко. — Это мой родной город; там было легко всё организовать за разумные деньги. Летом 2016 года я нанял трех человек, обучил их и посадил в помещение. Они собирают примерно 100 коробок в месяц».

«Сабното» почти весь делается из иностранных компонентов. Коробка, салазки для аккумуляторов — США, коннектор из Китая, но я долго выходил на производителя. Те же корпуса могут сделать в России, но за три тысячи рублей. Могут и четыре, и пять попросить. Сейчас ищу, где это сделать со вменяемыми качеством и ценами.

Почти вся себестоимость «Сабното» — в долларах и евро. Я начинал, когда курс доллара был в районе 40 рублей. Со скачками помогает бороться то, что объемы увеличились. Заказывают не один-два корпуса, а сразу 500. Получается, сейчас я не сильно выигрываю от тогдашних цен.

— Василий Слесаренко

«Сабното» дает заработок 70−80 тысяч рублей в месяц. Он идет обратно в закупки, оборудование, на производство и рекламу. Мы пока не вышли на окупаемость — я вкладываю, но через пару месяцев надеюсь перестать. Хоть какие-то деньги «Сабното» начнет зарабатывать в ближайшие три-четыре года.

Я продал примерно 300 модов. За сентябрь только с сайта реализовал порядка 40 с чем-то модов. Примерно 80% ушло в регионы; процентов восемь — в Москву.

До Нового года нужно разработать модель с регулятором мощности. Она будет немного дороже: дополнительные элементы стоят денег. Несколько вариантов уже отрисованы. Вообще хотел бы менять модели минимум раз в год.

— Василий Слесаренко
Прототип новой модели «Сабното»

Сооснователь Moscow Vape Custom Shop Константин Половников

«6 декабря 2015 года мы первыми в СНГ показали вейп-станцию, — рассказывает Половников. — Тогда мы уже продавали бокс-моды — люди нас знали. Первые две вейп-станции заказали в Москве, третья уехала в Белоруссию — дальше уже поехали в Тулу, Казахстан. Сейчас наши станции стоят в вейп-барах и магазинах от Чукотки до Москвы».

Вейп-станции, в отличие от обыкновенных, аккумуляторных электронных сигарет, работают от сети. У них есть основной блок, к которому подключаются несколько «клиентских» шнуров (каналов). Пользоваться вейп-станцией могут несколько человек одновременно — притом мощность настраивается для каждого канала отдельно.

Вейп-станция. Фото: MVCS

«Оборудование, ремонт — всё куплено на личные деньги людей, помогавшим нам развиваться. Мы были стартапом — в нас вложились. Этот фрезерный станок с ЧПУ стоит где-то 290 тысяч рублей — человек просто подарил. Итоговые суммы инвестиций составили, думаю, от 750 тысяч до миллиона рублей. Многое оборудование потом продали: были станки, которые сначала купили — думали, пригодятся, — оказалось, нет», — отмечает Половников.

Половников в мастерской MVCS

Мы сделали около 70 вейп-станций. Их берут оптом: пять, семь, десять штук. Покупают в бары, чтобы сдавать в аренду. Минимальная цена — 27 тысяч рублей. Себестоимость с запчастями и работой — примерно 20 тысяч рублей. Блок питания стоит 3−5 тысяч. Корпуса, провода, японские платы тоже стоят денег. Килограмм покрасочного порошка — от 300 до тысячи рублей.

Сейчас в команде шесть человек. Кто-то занимается административными делами, кто-то — маркетингом, финансовой сферой. Я и еще один мастер всё собираем. Фиксированной ставки нет — все сидят на проценте от продаж, но проценты разные. Мы прекрасно себя чувствуем — денег хватает, чтобы покрыть все расходы. Просто так мы бы здесь не сидели.

— Константин Половников
Мастерская MVCS

Маркетолог Amerpoint Константин Дроздовский

«В начале 2014 года мы выпустили “Колибри" — мод с платой и сменными “стаканами" на три разных аккумулятора, — говорит Дроздовский. — За два года было продано около 4 тысяч штук. В месяц реализуем 300−350 различных устройств (в ассортименте компании есть баки и дрипки — прим. ред.). При этом львиная доля уходит на экспорт в Европу и Азию».

Слева-направо: «Колибри» под аккумуляторы формата 18 350, 18 500, 18 650. Фото: Amerpoint

«Мы производим и продаем стабильное количество продуктов. Резких взлётов и спадов спроса не происходит из-за выбранного сегмента — специализируемся на тугой “сигаретной" затяжке. На рынок продуктов для “навала" не лезем и не планируем», — отмечает Дроздовский.

Продажи электронных сигарет будут расти следующие несколько лет, утверждается в проведенном в мае 2016 года исследовании Ernst & Young. Аналитики предполагают тридцатипроцентное увеличение объемов продаж в 2017 году и двадцатипроцентное в 2018 году. В дальнейшем рынок продолжит расти с меньшей скоростью.

#стартапы #бизнес #электронные_сигареты #вейп

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Нейронная сеть научилась читать стихи
голосом Пастернака и смотреть в окно на осень
Подписаться на push-уведомления