[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Pavel Fedorov", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 0, "likes": 6, "favorites": 3, "is_advertisement": false, "section_name": "blog", "id": "27533" }
Pavel Fedorov
710
Блоги

Павел Городницкий: «Я не верю в безразличных инвесторов»

Автор телеграм-канала «Паша и его прокрастинация» Павел Федоров ведёт подкаст «Поредачим» и разговаривает с редакторами и коммерческими писателями о работе, принципах и деньгах. Во втором выпуске гостем стал главный редактор «Палача» Павел Городницкий. В материале — часть разговора о работе собственного медиа, деньгах и потенциальной продаже.

Поделиться

В избранное

В избранном

Полная версия интервью — в подкасте «Поредачим».

Павел Городницкий, «Палач»

— Твое медиа называется «Палач», тебя тоже называют «Палачом». Почему ты взял на себя такую роль?

Меня на самом деле расстраивает, что именно меня ассоциируют со словом «Палач». Павел «Палач» Городницкий. Нет, нас же трое. Мне неудобно перед ребятами: выходит текст под их именем, а какой-то фидбек идет ко мне, как будто я написал. Как будто люди уже не смотрят, кто автор, и просто по умолчанию считают, что автор я. Это не совсем верно. Это может получиться, как у Варламова.

Я бы никогда не пошел работать в медиа или в какое-то вообще другое бюро, студию, которое называется именем основателя. Я бы не пошел работать в бюро Артёма Горбунова, потому что мне не хочется работать на имидж Артёма Горбунова. Я бы не пошел к Артемию Лебедеву работать на постоянной основе, потому что все, что делает студия — создает вместе со своими проектами имидж Артемию Лебедеву.

И я не хочу, чтобы у нас писал Андрей Ставицкий или Роман Загребин, или Гоша Матавкин, а все причисляли мне. «Палач» — это медиа. Это уже издание, в котором есть несколько авторов. Мне бы не хотелось, чтобы его ассоциировали только со мной. Это попросту безграмотно, как говорил Гнойный на баттле с Оксимироном.

— Чего бы ты хотел добиться в плане карьеры?

Независимости от других медиа. Кроме своего. Это очень сложная цель, потому что и развивать медиа, и искать рекламодателей тяжело. И опять же, у каждого рекламодателя все равно свои требования, и полностью свободным ты не будешь никогда.

Но вот я сейчас смотрю на Дудя (мы немного общаемся, работали в шоу «Культ тура» на Матч-ТВ), и он полностью свободный человек. Когда у тебя есть такое количество просмотров, такая аудитория, то найдутся желающие занести тебе денег и получить интеграцию в обмен. Куча желающих. Если не подошел один рекламодатель, то подойдет другой. И ты можешь выбирать, что тебе нравится. Это свобода: и финансовая, и свобода совести, и свобода взглядов. Это круто.

— «Палач» сейчас просто бешено растет. Сколько у вас сейчас посещаемость?

Не бешено, уже не растет. «Палач» вырос за счет батла Оксимирона и Гнойного и за счет того, что Дудь взял интервью у Гнойного, а мы на этом тоже классно сыграли. Сейчас будет падение процентов не знаю на сколько. Думаю, что чуть ли не на треть.

Мы закрепились в районе, я думаю, 500 тысяч визитов в месяц. И у меня есть план пробить миллион. Но тяжело с монетизацией. Поэтому, если вы рекламодатель, то приходите на сайт. Мы вам сделаем крутую рекламу и везде раздадим её.

— Какие у «Палача» планы на развитие? Что ты хочешь сделать из «Палача» через несколько лет?

На несколько лет я не думаю. Я хочу, чтобы у меня были авторы, как Андрей Ставицкий. Авторы, которые понимают как нужно подавать новости, как их нужно отбирать, как их нужно писать, и, самое главное, как нужно работать. Андрей Ставицкий встает, мы с ним обговариваем темы, и он просто как пулемет их выдает.

А есть люди, которые исчезают. Ты им что-то предложил, они согласились и пропали. И вот мучиться с такими у меня реально нет сил. Просто я понимаю, что таких 99%, но моя задача найти 1% и скомпоновать команду авторов. Деньги на нее в принципе даже сейчас есть. Чтобы было еще 3-4 человека, как Андрей Ставицкий. И мы с Романом Загребиным: я — главный редактор, он — шеф-редактор. И мы бы смогли сделать миллионную посещаемость.

Конечно же, цели нужно ставить, исходя из каких-то чисел. Поэтому я бы хотел, чтобы мы прокачались в соцсетях, а не только в Телеграме, потому что и в Твиттере, и в Фейсбуке, и во ВКонтакте мы практически мертвые. У нас там собирают посты от 100 до 300 просмотров — это ни о чем, учитывая, что в Телеграме минимум 5 000 просмотров у анонса текста.

Задачи сейчас две: найти еще хороших авторов по самым разным темам и прокачать соцсети. Если нужна какая-то отрицательная цель, то моя задача — не скатиться до того, чтобы мы начали часто писать о политике. О политике писать можно много и даже качественно и естественно, хорошо собирать, но мне бы этого крайне не хотелось.

— Правильно понимаю, что «Палач» сейчас большую часть денег зарабатывает на Телеграм-канале?

Да, к сожалению, это так.

— Cколько сейчас зарабатывает «Палач»?

Если учитывать доход, а не чистую прибыль, то с Телеграма и сайта около двух тысяч евро в месяц.

— О, нормально, нормально. На что вы их тратите?

Подушка безопасности, зарплата новостнику, гонорары внештатным авторам. Гонорары небольшие, но соизмеримы текущим просмотрам. Будет больше просмотров, будут больше гонорары. Будут авторы сдавать всё совсем вовремя, будут больше гонорары. Есть у нас очень хороший автор, который получает меньше, потому что он иногда исчезает.

— Возможна ли ситуация, при которой ты готов будешь продать «Палач»?

Конечно. Я же даже публичную оферту оставил у себя в канале. 5 млн рублей за канал, 5 млн рублей за сайт. 10 млн нам на руки, что-то получит Андрей Ставицкий, и мы счастливы, делаем новое медиа за эти бабосы. Уже другое, вообще даже с другим направлением. Что-то оставили бы себе, а остальное вложили бы в новое медиа.

В принципе, по 5 лямов каждому за 2,5 года работы, учитывая, что мы зарабатывали еще что-то в течение этих 2,5 лет — это нормально, но никто «Палача» не купит. Дорого.

— Тебе не будет жалко, что кто-то взял «Палача» и будет писать более комплиментарно?

Я готов продать либо всего «Палача», либо ноль процентов акций. Другие инвестиции нам не требуются. На авторов и на новостника мы найдем деньги даже если «Палач» будет зарабатывать ноль — мы точно не умрём.

То есть либо я продам «Палача» целиком, либо оставлю себе. У нас не появится какой-нибудь акционер с 40% акций, который будет говорить: «Слушайте, блин, у меня Олег Юрьевич, кореш мой, просит, чтобы вы убрали текст, пожалуйста, ну надо удружить моему корешу Олегу Юрьевичу». А я не смогу сказать «пошел вон». Мне нужно будет так сделать, потому что он акционер. Это будет полное говно.

— А если вдруг появится инвестор, который готов дать денег, получить свою долю, но не вмешиваться? И ты четко будешь знать, что это так. Например, Андрей Коняев из N+1 рассказывал, что у него суперкрутой инвестор, который вообще никак не влезает и прямо все шикарно.

Это тяжело сделать чисто технически. Смотри, инвестор получает долю. Допустим, 30 процентов. Дальше нам нужно будет вести совсем жёсткую бухгалтерию, нам нужно будет каким-то образом сопоставлять то, что вкладывает инвестор, с тем, что мы можем получать рекламно, то есть искать баланс. Это себе дороже: больше времени и, опять же, я не верю вот в этих вот инвесторов безразличных. Рано или поздно случится ситуация, когда нужно будет что-нибудь где-нибудь потереть или что-нибудь где-нибудь поставить. Мне этого не очень хочется.

К тому же N+1 — научное издание, а мы — асоциальное регрессивное медиа. Сложнее будет делать так, чтобы инвестор не регулировал нашу тональность.

— А ты не думал зарабатывать как-то ещё? То есть, может быть, из «Палача» сделать какой-нибудь другой бизнес. Корпоративные блоги, нет?

Я, конечно, может быть и подумал бы об этом, но мы и свои-то планы выполнить пока не успеваем, так что о таком думать просто странно.

Вообще, я тебе так скажу: мы хотим просто вырасти до миллиона. Увидеть этот миллион с чем-нибудь на «Симиларе», пройти эту отметку. Почувствовать себя хоть сколько-нибудь большими. Мы были крошечными, сейчас мы маленькие, станем, наверное, средними по меркам русских медиа.

Всё-таки миллион на «Симиларе» — это уже заметно. Будем не совсем муравьями. И, начиная с этого момента, мы начнем и сами стучаться к кому-то по поводу рекламы, мы начнем сами говорить: «Вот у нас есть такая площадка», сами станем менеджерами по продаже рекламы.

По поводу корпоративных медиа совсем не думали.

— Что должно произойти, чтобы ты бросил все свои работы и сосредоточился только на «Палаче»?

Чистая прибыль с «Палача» 500 тысяч рублей в месяц на двоих несколько месяцев подряд. И после этого, если я сосредоточусь, эта чистая прибыль однозначно вырастет.

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления