[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Slava Solodkiy", "author_type": "self", "tags": ["\u0431\u043b\u043e\u043a\u0447\u0435\u0439\u043d"], "comments": 40, "likes": 19, "favorites": 25, "is_advertisement": false, "section_name": "blog", "id": "27599" }
Slava Solodkiy
8 412
Блоги

«Блокчейн, криптовалюта и ICO — наш новый рок-н-ролл, а Виталик Бутерин — новый Курт Кобейн»

Манифест «поколения пузыря» от управляющего партнера фонда Life.SREDA Владислава Солодкого.

Поделиться

В избранное

В избранном

Владислав Солодкий

Мы — поколение, которое родилось в эпоху 9/11, доткомовского пузыря, пузыря недвижимости, Путина и Трампа, Брекзита и Каталонии, приближающейся крупнейшей волны безработицы за счет внедрения AI-технологий и роботов, — вы можете всё нам запретить и всё у нас отобрать. Но, если честно, у нас и так ничего нет. Предыдущее поколение всё потеряло до нас.

Здесь мы сформулировали The Bubble Generation manifesto — это не библия, не американская конституция, это приглашение сторонников криптовалюты и ICO и их противников к совместному диалогу. Мы открыты и хотим общаться.

Без обсуждения и с текущей жесткой критикой и давлением эта огромная по своим размерам индустрия переместится из текущей «серой» зоны не в «белую», а в «чёрную». И вот тогда это «подполье» действительно станет большой проблемой. Причём для всех.

Основные пункты The Bubble Generation Manifesto

1. Пузырь — это не плохо. Это хорошо, очень хорошо

Пузырь — это показатель появления новой идеи, которая захватила многие умы. Это обратная связь общества на то, что где-то есть большая боль, потребность или возможность, которая не удовлетворена.

Один из основных принципов создания любой современной компании — fail fast — то есть быстро что-то запустить, и, если не работает, убить идею и взяться за новый проект. Это позволяет не плодить компании-зомби, которыми так богата традиционная экономика. Такие компании и не растут, и не умирают.

Пузырь — следствие стремительного и неконтролируемого роста. Это нормально для любой только формирующейся системы. Ещё никто не знает, что получится в итоге, никто не знает, как правильно, а как нет. Но главное — рост.

Если его чрезмерно контролировать, он остановится, и организм, так и не успев сформироваться, будет слабым, постепенно зачахнет и умрет. Попробуйте контролировать пятилетнего ребенка так же, как вы контролируете сорокалетних. Он станет имбецилом. Выросшим под полным контролем, предсказуемым, безрисковым имбецилом.

Любой пузырь должен лопнуть. И это нормально — так система стабилизируется: сформировавшись, она отбрасывает лишнее, оставляя важное и необходимое. Посмотрите на историю любых пузырей. Да, есть такие, которые проигрывали, но если смотреть на долгосрочную перспективу, то после каждого пузыря выживали такие компании, как Google, Netflix, PayPal и Amazon, которые меняли ландшафт экономики. И что самое главное, приносили клиентам намного больше пользы, чем старые игроки.

Откат и рост игроков, выживающих после лопнувшего пузыря, многократно компенсирует потери от его прорыва. Как говорится в поговорке: «Для того чтобы открыть новые земли, нужно иметь храбрость потерять из виду горизонт».

2. Основная борьба — за таланты, а не за ресурсы

Раньше все боролись за ресурсы: землю, воду, нефть, деньги. Теперь основная борьба развернулась за таланты — не за то, что уже есть, а за доступ к умам тех, кто может придумать что-то клёвое в будущем. Acqui-hiring (приобретение компаний не за их финансовые результаты, активы, продукты или технологии, а из-за людей, которые в них работают) стал повсеместным явлением среди самых успешных технологических компаний.

А теперь посмотрите на «корпорацию» The Bubble Generation, объединяющую мир криптовалют и ICO — да, на каждые 100 человек приходится 90 мошенников и проходимцев (а сколько людей у вас, судьи, в организации реально приносят основную ценность?). Но если сосчитать вместе всех десятерых из каждой сотни, не думаете ли вы, что The Bubble Generation лет через пять станет лидером по количеству привлеченных талантов?

Вы можете сколько угодно говорить, что за криптовалютой и токенами нет никакой материальной ценности — тогда сколько стоит компания, которая агрегирует самое большое количество талантов вокруг себя? И их не нужно будет заставлять работать вместе — они сами так договорились? Им не нужна будет инфраструктура — они сами построили свои технологические рельсы? Им не нужны будут внешние правила, спущенные сверху вниз, — они сами найдут решение? Им не нужны будут контролёры и надзиратели: они — самоорганизующееся сообщество?

«Основная метрика, по которой нужно судить о капитализации Bitcoin, это не объем транзакций, а количество его сторонников».

3. Если что-то непонятно — не значит, что это плохо

Ряд регуляторов по всему миру запрещают криптовалюты или ICO. Почему? Потому что этот новый мир стал настолько крупным, что с ним уже нельзя не считаться. И он стал аккумулировать реальные ресурсы. Такие шаги выглядят как желание владеть этими ресурсами, контролировать их распределение, но нежелание разбираться в природе новых вещей и брать риск на себя. Но так нельзя — чтобы создать что-то новое, новую ценность, которой еще не было, нужно идти на риск. Это закон. Либо кто-то просто хочет подстраховаться на всякий случай. Давайте будем честны — это так?

Почти все крупные банки отказываются принимать деньги после конверсии криптовалют себе на счет. Назовем вещи своими именами — традиционные банки ненавидят криптовалюту. Но эта ненависть рождена не злобой, а непонимаем, страхом от неопределенности и ленью. Когда в банк поступают деньги после конверсии криптовалют — они попадают на контроль в комплаенс.

Там сидят 40-50-летние «опытные» сотрудники, которые просто не понимают, что это и откуда взялось. А дальше происходит глупейшая вещь: если эти сотрудники потратят время, чтобы разобраться в вопросе, то их за это никто не «похвалит» (поэтому у них нет никакой мотивации), а вот если они ошибутся — их уволят. Вам не кажется, что здесь что-то не так?

4. Может быть, новая система не будет идеальной, но старую точно надо менять

По данным социологического опроса компании Edelman, в 2017 году доверие людей к государственным учреждениям рекордно снизилось за всё время проведения. Жители 28 стран, участвовавших в опросе, признались, что меньше всего доверяют своему правительству.

За последние десять лет центробанки развитых стран 637 раз понижали свои процентные ставки, $12,3 трлн было потрачено правительствами на скупку активов в рамках программ количественного смягчения, но это не привело к заметному экономическому росту или разгону инфляции.

Экономисты рассуждают о том, что до сих пор использовавшиеся меры по стимулированию экономики — близкие к нулю или негативные ключевые ставки и количественное смягчение — исчерпали себя, нужны новые инструменты.

Судя по всему, таким инструментом могут стать «вертолетные деньги». Термин был предложен лауреатом Нобелевской премии по экономике Милтоном Фридманом в 1969 году в работе «Оптимальное количество денег». Смысл идеи Фридмана заключается в том, что самый простой способ увеличить инфляцию до целевых показателей и стимулировать экономическую активность — это прямые денежные переводы. Люди заметят увеличение количества денег в обращении и начнут тратить свободнее.

Есть основания предполагать, что «вертолётные деньги» могут превратиться из гипотетического в реальный инструмент стимулирования экономики. Citigroup, HSBC и Commerzbank — все эти компании за последние две недели в своих отчетах для инвесторов упоминали эту идею.

В 2002 году председатель Федеральной резервной системы США Бен Бернанке заявил, что они «почти наверняка» могли бы быть эффективным стимулом потребления и, следовательно, цен. Президент ЕЦБ (Европейский центробанк — vc.ru) Марио Драги в марте 2016 года заявил, что, хотя в европейском регуляторе не обсуждали «вертолётные деньги» всерьёз, «это очень интересная концепция».

Аналогичным образом чуть позднее высказался член правления и главный экономист ЕЦБ Питер Прает: в интервью он сообщил, что теоретически любой центробанк может печатать деньги и выдавать их населению, вопрос лишь в том, будет ли этот инструмент уместен.

«Мы не знаем наверняка, будут ли "вертолётные деньги" следующим спасительным шагом, однако эта тема получает всё больше внимания, — цитирует Bloomberg экономиста аналитической фирмы Oxford Economics Габриэля Штейна. — Вероятность того, что где-то будет использована какая-либо из форм [этого инструмента], достаточно высока».

Американский миллиардер Рэй Далио, считающийся самым успешным управляющим хедж-фондов в мире, заявил о приближении новой эпохи радикальной монетарной политики, элементом которой, возможно, станут «вертолётные деньги». Инвестор утверждает, что центральные банки не способны добиться оживления экономики, используя текущие методы.

В записке для своих клиентов Далио сказал, что такие меры, как снижение ключевой ставки, количественное смягчение и негативные процентные ставки, исчерпали себя. «Хотя количественное смягчение слегка увеличит стоимость активов, инвесторы всё равно будут склонны к накоплению, кредиторы останутся осторожными и осмотрительные заёмщики останутся таковыми, так что мы по-прежнему будем пытаться "впихнуть невпихиваемое" (в оригинале pushing on a string)», — написал он, имея в виду ситуацию, когда монетарная политика не приводит к росту потребительских расходов и инвестиций.

Эффективным инструментом распределения «вертолётных денег» могут стать криптовалюты: они гораздо эффективнее с точки зрения затрат и скорости, чем обычный «печатный станок», максимально прозрачны с точки зрения контроля использования и оборота. Прозрачность и эффективность управления новой денежной массой положительно скажется и на возврате доверия к институтам государственного управления.

5. «Identity is the new money»

Почему, чтобы начать пользоваться большинством мобильных приложений, достаточно скачать их из Apple Store или Google Play? Но почему с большинством новых финансовых сервисов в большинстве стран мира мне нужно пойти в какое-то физическое место, подписать бумажные документы и поговорить с человеком глядя ему в глаза?

Ваш подход звучит примерно так: «Мы за мир с электромобилями, но обязательно найдите в них место для нашей нефти»

Единая цифровая идентификация и KYC-система (know your customer, знай своего клиента) — перестаньте смешить нас выступлениями об этом на своих конференциях, это уже не мечта о будущем, это необходимая данность, с которой вы никак не можете смириться и наконец-таки сделать.

Blockchain-based fully digital KYC — это необходимый стандарт сегодняшнего дня. Такие страны, как Эстония, Сингапур, Австралия и несколько других, уже начали этот путь — их должно быть гораздо больше. Хорошо бы ещё, чтобы их регуляция в это плане была синхронизирована между собой.

И эта верификация не должна иметь географических границ. Почему, чтобы воспользоваться финансовыми или страховыми услугами в новой стране, человек должен заново объяснять, кто он, чем занимается и откуда у него деньги?

Банковская система в каждой стране прежде всего нацелена на работу в конкретных географических границах и удержание человека в их рамках. Во-первых, кто главный клиент для банка — человек или регулятор? Выглядит, как будто второе. Во-вторых, посмотрите вокруг, люди постоянно мигрируют, отрасли подстраиваются под «плоский мир» уже лет 20, а банки — нет.

Digital KYC должно быть не только для людей, но и для бизнеса. В современном мире, с учетом роста гиг-экономики (экономики совместного пользования — vc.ru), количества коворкингов, фрилансеров и независимых подрядчиков, работающих с маркетплейсами и on-demand-сервисами, такими как Uber и Airbnb, мы должны иметь возможность открывать счета и пользоваться финансовыми сервисами как для себя, так и для бизнеса в любой стране.

Посмотрите на такие проекты, как E-Residency от Эстонии или Atlas от Stripe, — почему у них получается, а у вас нет? Мы хотим открывать компанию в облаке, счет в облаке, предоставлять услуги людям в разных странах и сами при этом иметь возможность свободно перемещаться.

Мир блокчейна изначально создавался как трансграничный и международный. Уже сейчас, на текущем этапе развития видно, что в самое ближайшее время будут появляться всё новые и новые микро-, p2p-, p2b-, SME-, students-, POS-платформы, создаваемые на базе блокчейн-технологии и использующие криптовалюту в процессе своих транзакций. Блокчейн-мир изначально строился на фундаменте доверия и прозрачности.

Всем стартапам будет нужен универсальный медиатор-посредник, хранитель «репутационных паспортов», которые они будут учитывать и применять при оценке добросовестности клиента и куда будут вписывать негативные отзывы в случае его неблагонадежности. И это решение должно быть сразу трансграничным и бесшовно интегрируемым с блокчейн-миром.

В будущем эмитентом собственных цифровых денег может стать каждая компания, каждое сообщество и даже каждый человек — так, по крайней мере, считает один из самых известных визионеров в области финансовых сервисов Дэвид Бёрч, автор книги Identity Is The New Money.

И в основе эмиссии новых денег (особенно это касается мира криптовалют и токенов) будет лежать идентичность каждого человека. Такие решения, как blockchain-based digital KYC от BAASIS ID, — первый шаг к построению такого «паспорта доверия».

«Зачем ограничивать эмиссию только банками? — задается вопросом Дэвид Бёрч. — Почему бы не разрешить выпускать собственные деньги, например, компании, показывающей хорошую отчетность?». Более того, уверен автор, дело дойдет и до эмиссии персональных денег.

Еще вопрос — почему, перебравшись в новую страну, у человека появляется плохой кредитный рейтинг просто на основании того, что вы о нем ничего не знаете? То, что вы ничего не знаете, — должно понижать рейтинг вам, а не мне. Лишенным географических границ должна быть не только верификация, но и скоринг.

Оценка добропорядочности клиента должна строиться не только на основании финансовых транзакций, но и гораздо большего (и лучше говорящего о вашем поведении) количества big data: социальных сетей, геолокации, биометрии, мессенджеров, фитнес-трекеров — их уже изобрели сотни, а вы все сводите дебет с кредитом.

По поводу больших данных: вы не умеете хранить даже малые данные, вы это уже показали. И регулировать такой риск тоже не умеете.

Посмотрите на Китай — «система социального кредита и доверия» за последние три года достигла гораздо больших и лучших результатов, чем ваши «динозавры» за последние 30 лет. Ваша система абсолютно не работает для 2,5 млрд человек, которые никогда не пользовались финансовыми услугами до этого. Вы «регулируете» их исключение из будущей картины мира?

6. Давайте будем честными — традиционные банки вас ненавидят

Капитализация биткоина — в районе $70 млрд, капиталиция эфира — в районе $30 млрд, суммарная стоимость привлеченных средств в рамках ICO — более $2 млрд. И вас всех (да, вас всех) никто не ждет.

Если вы конвертируете криптовалюту в фиат и переводите на банковский счёт менее $50 тысяч, скорее всего, всё пройдёт гладко, и вы пойдёте на рынок говорить, что проблем никаких нет и всё работает без сбоев. Если вы конвертируете от $100 до $300 тысяч — тут уже ситуация 50 на 50.

А вот если свыше $500 тысяч — то точно нарвётесь на комплаенс вашего банка. KYC, AML, источники доходов — было бы хорошо, что всё это спрашивают, если бы они работали более технологично и если бы они действительно хотели разобраться.

Но в вашем вопросе никто не хочет разбираться — поэтому держите вашу «заморозку счёта» и «уведомление о необходимости закрытия в течение 30 дней».

Почему комплаенс банков не хочет с вами разбираться? Во-первых, потому что у них уже есть большой и понятный бизнес, а новый и маленький (пусть и быстрорастущий) им не интересен. Потому что доходность от него пока что небольшая, а риск потерять текущий бизнес — есть.

Второе: представьте себе специалиста в комплаенсе. Ему 50 лет, это не самая высокооплачиваемая профессия и с точки зрения карьерных перспектив — тупиковая. Его мировоззрение построено на том, что было, а не на том, что будет, а его решения обусловлены слоганом «как бы чего не вышло плохого», а не «как бы сделать так, чтобы чему-то хорошему было проще и удобнее расти».

Через его руки проходит множество транзакций каждый день — и вот попадает в руки какая-то непонятная транзакция после конверсии криптовалюты. И, конечно, он её блокирует.

Почему? Нет, совсем не потому, что он плохой человек. Просто потому, что он ничего не знает про блокчейн, криптовалюты и ICO — а в его мире запрещено всё, что непонятно. И он мог бы даже разобраться с вопросом и клиентом — но если возьмётся, то потратит много времени, а премии за это никто не даст. А вот если ошибется — то его уволят. Поэтому он шлет страницу-две муторных вопросов, а потом просто блокирует счет.

Есть ли обходные пути? Конечно, есть. На каждую страницу-две вопросов отвечать 10-20 страницами дотошных и подробных ответов — и брать банк измором. Но для этого вы должны оперировать большими суммами — потому что вам придётся изрядно потратиться на собственный бек-офис (юристы и бухгалтеры). Для этого:

  • Собираете и всегда аккуратно храните все бумажки, электронные выписки и скриншоты по всем транзакциям майнинга, получения, покупки и продажи криптовалюты.

  • Оперативно кидаете задающему вопросы исчерпывающие объяснения (со схемами и заключениями), что такое блокчейн, криптовалюты и ICO.

  • Объясняете, как вы прошли сами и как вы проводите для своих контрагентов процедуры KYC, AML, source of funds.

  • Проводите полный обзор и заключение по работе с партнерскими биржами, с которыми работаете.

  • Нанимаете крупную аудиторскую компанию (вроде Deloitte или E&Y), которая за $30-50 тысяч верифицирует для вас регулярно: что вы сами за бизнес, с кем работаете, откуда у вас криптовалюта и на что вы потом тратите фиатные деньги.

  • Каждый раз придумываете разные назначения платежей из вашего банка — потому что у «принимающего банка» также будут вопросы по происхождению средств, а регулярные похожие транзакции с одинаковыми обоснованиями будут вызывать вопросы.

Либо находите какой-нибудь подозрительный банк в стране третьего мира, который не будет задавать вопросы. Но в реальности они никуда не денутся — каждый раз, когда вы будете платить из этого банка наружу, они будут появляться на свет.

Предположим, вы нашли дружественный к такому типу операций банк или, вооружившись армией юристов, бухгалтеров или аудиторов, побороли свой чистый и большой традиционный банк. Проблемы всё равно никуда не уйдут.

Если вы будете проводить операции в долларах США (а большинство транзакций рано или поздно переводятся в доллары), то вы попадаете на «проблему банков-корреспондентов» в системе SWIFT. Так вот, у вашего банка должен быть банк-корреспондент в США, чтобы его транзакции ходили по всему миру через таких вот «лишних посредников».

И если вдруг ваш банк вызовет вопросы у банка-корреспондента (а рано или поздно — особенно с ростом такого рода транзакций — вопросы возникнут), тогда вашему дружественному банку объяснят, с кем дружить, а с кем нет.

И тут вам следует определиться: вы хотите быть как можно более незаметным, не привлекающим внимание, и постоянно ото всех бегать, чтобы вам не задавали вопросов, или вы легально заработали свои деньги и хотите заниматься строительством новых сервисов и новой экономики, а не тратить время и ресурсы на всякую политическую и бюрократическую чушь?

Почему существующие крипто-кошельки и крипто-карты не могут решить эту проблему? Так как это половинчатые решения — всё равно что клеить всё больше и больше пластырей на руку, пораженную гангреной. Вы зависите от банка-партнера, на котором вы всё это делаете.

И если вы достигните каких-то больших объемов внутри его денежных потоков (а фактически бизнес-стратегия банков-партнеров, согласных на такой дополнительный для себя риск, — это «утопить» ваши транзакции в основном бизнесе, чтобы их не заметили, а за риск получить дополнительный доход), то это не отменяет риски того, что этот банк и его старшие братья (регуляторы и банки-корреспонденты) не попросят вдруг не работать с вами.

Проверьте лимиты по тратам по такого рода картам — отлично, что такие карты вообще есть, но лимиты по ним позволяют покупать безболезненно только кофе и футболки. Для более крупных покупок или для ведения полноценного бизнеса такие лимиты не подойдут. Они работают только с розничными клиентами. А что делать компаниям? Или фрилансерам-предпринимателям?

7. Только открытая архитектура. Монопольное владение инфраструктурой — это зло

Старая финансовая система — надетые друг на друга дырявые презервативы: каждый раз, когда предыдущий не способен выдержать нагрузку или удовлетворить потребности клиентов, он рвётся, и на него надевают новый в виде дописок к ПО или вспомогательных сервисов.

Такие системы тяжело и дорого менять, на их поддержку уходит огромное количество денег и человекочасов (что, конечно, на руку обслуживающим такие контракты компаниям). Иногда дешевле и проще не пытаться показать окружающим, что труп жив, пропуская через него электричество и заставляя этим двигаться, а написать систему заново.

Современные сервисы должны уметь общаться между собой через открытие API. В мире, где почти всё можно найти по модели SaaS, нам нужны bank-as-a-service-, broker-as-a-service-, insurance-as-a-service- и другие платформы.

Бизнес AWS в два раза больше основного бизнеса Amazon — традиционные игроки либо переймут этот опыт, либо будут держаться за свои лицензии и инфраструктуру (а регуляторы их в этом поддерживать), либо умрут. Инфраструктура — больше не конкурентное преимущество ни для кого, если она не открытая.

Кстати, как насчёт government-as-a-service? Например, со стороны Эстонии или Сингапура. Судя по реакции регуляторов ряда стран на инновации, миру от этого будет только лучше.

8. Правила, конечно, нужны. Но что делать, если старые не подходят? Кому придумывать новые?

Криптовалютному и ICO-миру не помешал бы ещё один вид верификации — верификации на человеческие ценности. У таких компаний, как Zappos, очень хорошо получается строить успешный бизнес на базе правильных ценностей и культуры, а не правильных технологий и функциональных знаний.

Тем более холакратия как способ организации и управления, исповедуемая в этой компании, как нельзя кстати подходит природе блокчейн-мира. Надо добавить, что финансовый сектор — один из самых «мужских», технологический — самый маскулинный: в этом контексте блокчейн-миру дважды не повезло. Раз это зарождающаяся новая экономика, необходимо, чтобы в ней было достаточное количество diversity advocates (сторонников «разнообразия») и она с самого своего начала была правильной. Ценности должны быть выше прибыли.

Хорошо говорить о пользе выхода из зоны комфорта, попивая 18-летний виски за корпоративный счёт и сидя в дорогом кожаном кресле. Хорошо говорить про Agile-подход, предпринимательский дух, lean-стартапы в гараже и строить корпоративные акселераторы, думая только о том, как получить многомиллионный годовой бонус. Слишком много корпоративных инновационных лабораторий — слишком мало инноваций.

В книге «Дилемма инноватора» Клейтон Кристенсен, автор термина disruptive innovations, анализируя то, как большим и успешным корпорациям удаётся и дальше оставаться успешными и инновационными, приходит к выводу, что единственный путь — это полностью отделить свой новый бизнес от старого.

В новом должны быть свои цели и задачи (не пересекающиеся со старыми), свои люди и их корпоративная культура, даже свои отдельные здания и униформа.

Так и с блокчейном, криптовалютами и ICO — пытаясь впихнуть их в старые рамки, процессы, подходы и регуляцию, вы натыкаетесь на то, что они отторгаются и не приживаются, умирают сами и наносят ущерб «старому телу»

Дать жизнь новой экономике можно, только дав ей определенную степень свободы — возможности взять на себя риск, попробовать, совершить ошибки и не быть наказанными. Страх совершить ошибки губит любые инновации — это давно доказанная аксиома.

Надо признать, что старые правила и регуляция, если мы действительно хотим вырастить что-то новое и полезное для общества, не работают. А новых еще нет, их только предстоит создать. Поэтому регулятор должен регулировать с осторожностью: не как судья, а как ментор.

Регуляторы в силах убить что-либо, но ни один регулятор не в силах создать что-либо — это удел предпринимателей

Понимая, что правила только формируются — нельзя наказывать игроков за то, что было совершено до их введения. Нельзя регулировать слишком жестко то, что еще не появилось и не сформировалось — так можно только убить.

Мы за то, что если регуляция вступает в противоречие с логикой, прогрессом и пользой для клиентов — такая регуляция должна быть изменена. Правила — это не библия, они придуманы с оглядкой на вчера, а не на завтра. Они создаются, чтобы помочь достигнуть какую-либо цель, и если цель меняется, то и правила должны меняться.

Если что-то непонятно — это не значит, что это что-то плохое. Это что-то, что бросает нам вызов изучить его, помочь ему вырасти.

Дорогой Джейми Даймон и компания, вы называете нас «пузырем»? Мы — The Bubble Generation. Блокчейн, криптовалюта и ICO — наш новый рок-н-ролл. А Виталик Бутерин — наш новый Курт Кобейн. Отстаньте от нас. Или лучше присоединяйтесь к нам.

Мы не собираемся никого разыгрывать — но мы можем ошибаться (потому что нельзя сделать ничего нового, не ошибившись). И чтобы мы сделали меньше ошибок и они были не такими драматичными, нам нужна помощь от вас и от других банкиров и регуляторов по всему миру.

Мы не против правил и регуляции — мы как раз за то, чтобы с вашей помощью (или сопротивлением) сформировать новые. Потому что старые правила не подходят для новой экономики. Подпишите эту петицию на Change.org, чтобы показать, что мы не одни. До чего много людей «банят» просто потому, что не понимают, что и как они делают.

Если бы люди так активно взялись за отстаивание своих прав и свобод, как они выступают против ICO, то мы бы жили в дивном новом мире. Попытаемся это исправить, сформулировав вопросы, которые нас волнуют, проблемы, которые мы хотели бы решить, и принципы, на основе которых можно найти консенсус и диалог.

Мы не хотим воевать — мы хотим строить

#блокчейн

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Приложение-плацебо скачали
больше миллиона раз
Подписаться на push-уведомления