Gennady Zolotukhin
749
Блоги

Дыхание Блокчейна-Стокса: как перестать бояться биткоинов и начать жить

Советник главы платежного сервиса ChronoPay о том, почему власти медлят с легализацией криптовалют и почему это не самая лучшая тактика.

Поделиться

В избранное

В избранном

Геннадий Золотухин

Российские монетарные власти считают, что использование криптовалют может создать дополнительные риски в финансовой системе. Однако они и сами настолько успешно дестабилизируют отечественные финансы, что никакой биткоин с ними не сравнится. На самом деле их пугает невозможность контроля над новым активом.

Московский арбитражный суд отказался включать биткоины должника в состав имущества, которое передается кредиторам, так как российское законодательство не считает их ни валютой, ни активами. Парадоксальным образом программный код, который руководители отечественной экономики называют не иначе как «финансовой пирамидой» или «денежным суррогатом», оказался на территории Российской Федерации наиболее защищенным от страновых рисков активом. При этом каждый день сложившейся неопределенности играет против финансовой системы, а значит создает дополнительные риски в экономике.

Что власти говорят о криптовалюте

В конце прошлого года, когда курс биткоина начал активно расти, в среде отечественных финансистов возродился жанр апокалиптических прогнозов. Помимо разного рода криптоскептиков на общественных началах, мощно выступила Эльвира Набиуллина. Председатель Центрального банка сказала, что «нынешний механизм использования криптовалют имеет признаки пирамиды», а «стоимость во многом растет из-за того, что вовлекается в эти схемы все большее количество участников». «Конечно, большой вопрос в том, нужно ли легализовать. Мы пирамиды вообще-то с вами не легализуем», — добавила госпожа Набиуллина.

Обычно подобные заявления из уст чиновника категории «А» имеют эффект самосбывающегося пророчества. Особенно это касается финансовой отрасли, где большинство активов — чистая абстракция, а их ценность определяется доверием и ожиданиями участников рынка. Когда в 2008 году Владимир Путин пообещал «послать доктора» владельцу компании «Мечел», акции последней в тот же день рухнули более чем на треть, что в деньгах стоило минус пять миллиардов долларов капитализации. За Эльвирой Набиуллиной таких эффектных высказываний замечено не было, но это тот случай, когда дела говорят сами за себя: за время ее руководства регулятор отозвал лицензии у 330 банков, с общей суммой активов почти в 3,5 триллионов рублей.

Ситуацию усугубляет то, что регулятор не одинок в своей оценке. Во-первых, трогательное единство с Центробанком продемонстрировал Минфин: «Биткоины — это не денежные знаки Российской Федерации, не рубли. Доверия к ним никакого. Это обычный суррогат, денежный суррогат. Кто-то сравнивает это с пирамидой, с МММ» — высказался глава ведомства Антон Силуанов. А во-вторых, и в главных, риски использования криптовалют подчеркнул Владимир Путин: «Прежде всего это возможность отмывания капитала, полученного преступным путем, ухода от налогов и финансирование даже терроризма и, конечно, распространение мошеннических схем, жертвами которых могут стать рядовые граждане».

После таких заявлений тему почти любого финансового инструмента на территории Российской Федерации можно было бы считать закрытой, но в этот раз что-то пошло не так. На момент этих заявлений, а это было осенью 2017 года, курс биткоина находился в районе 4-5 тысяч долларов, затем к концу декабря достиг планки в 20 тысяч, и даже после январского падения детище Сатоши Накамото все равно торгуется по цене около 10 тысяч за монету. В какой-то степени причина в том, что биткоин — глобальный феномен, а доля России в мировом ВВП всего около 3%. Отчасти это подтверждается тем, что запретительные меры китайцев (18% от мирового ВВП) пошатнули биткоин. Но ненадолго. Похоже, что криптовалюты все-таки имеют отличные от национальных правительств источники стоимости.

Почему доводы властей — это риторика

Несмотря на множество материалов о технической стороне работы пиринговой платежной системы, никто еще не пытался проанализировать внедрение криптовалют с точки зрения макроэкономики. С одной стороны, есть опасливые заявления финансовых властей, а с другой мы слышим злорадные декларации диванных анархистов и прочих «визионеров», которые предрекают скорый слом существующей финансовой системы, упразднение банков и фиатных валют, после чего возникнет дивный новый мир криптосчастья. По сути обе стороны предсказывают одно и то же, расходясь только в оценке прогноза. На самом деле нет ничего более далекого от реальности, чем эти фантазии.

Основная проблема властной риторики против биткоина в ее откровенной ненаучности. Складывается впечатление, что при столкновении с криптовалютой у российских монетарных властей происходит редукция базовых экономических знаний.

Невозможно поверить, чтобы Эльвира Набиуллина, экономист с огромным опытом работы, серьезно верила в то, что биткоин — финансовая пирамида. К сожалению, у него нет единого центра, который мог бы это опровергнуть. Но если его нет, то кто же тогда является конечным бенефициаром пирамиды? Как пирамида может существовать без вершины, до конца непонятно. Конечно, есть модели извлечения прибыли, основанные на создании повышенного ажиотажа вокруг какого-либо актива, чтобы войти дешево, а продать задорого, но какое это имеет отношение к финансовым пирамидам?

Антон Силуанов утверждает, что биткоин — суррогатная валюта, но кто поверит, будто министр финансов Российской Федерации не знает, что суррогатные валюты достаточно распространенное явление в мире? В тех же США их более трехсот, и ничего — живут как-то. Да, российские власти их крайне не приветствуют, но кто мешает легализовать биткоин не в качестве средство платежа, а как актив? Потом, невозможно допустить, что Силуанову не знаком закон Коперника — Грешема, который постулирует, что «худшие деньги всегда вытесняют из обращения лучшие». Представьте, что в некоей стране ходят золотые и медные монеты. Многократно проверено, что через какое-то время все золотые монеты окажутся на руках у населения, а иметь хождение будут только медные. Даже если легализовать криптовалюту как платежное средство, то несложно догадаться, что осядет в карманах россиян — ежегодно теряющие от инфляции рубли или биткоины, инфляция которых не предусмотрена на уровне самой архитектуры сети.

Слова президента Путина о том, что криптовалюту могут использовать в противоправных целях на самом деле являются суждением о человеческой природе, а не о феномене криптовалют. Ведь любую вещь или явление можно использовать как во благо, так и во вред. И даже достойнейшие из достойных могут внезапно заняться поставками муки из Аргентины. Однако, похоже, что при этом президент отчетливо понимает экономическую суть криптовалюты. «В случае сбоя системы или надувания "пузырей", как сейчас модно говорить, по ним не будет юридически ответственного субъекта», — считает президент. И он абсолютно прав. По биткоину нет «юридически ответственного субъекта», как его нет по многим другим активам, которые сейчас свободно обращаются на рынке. Например, такого субъекта нет по золоту.

Сравнение биткоина с золотом давно уже стало общим местом, и это правильная аналогия. Но для того, чтобы понять, какое место займут криптовалюты в финансовой системе будущего, нужно сделать усилие и воспринять эту аналогию буквально. Представьте, что ученые открыли новый металл, который назвали золото 2.0. Его характеристики полностью совпадают с обычным золотом, за исключением того, что из него невозможно сделать украшение или использовать в электронике. Но вместо этого оно обладает способностью легко делиться на любое количество частей и мгновенно перемещаться в любую точку пространства. Полагаю, что только очень сильно альтернативно одаренные люди догадаются расплачиваться такой штукой в булочной. Очевидно, что значительная часть нового металла сразу же осядет в качестве средства накопления и сбережения, а на рынке будет торговаться лишь незначительная часть, так же как это сейчас происходит с настоящим золотом.

Почему власть на самом деле медлит с легализацией криптовлют

Действия регулятора в отношении основ финансовой системы государства — национальной валюты и банковского сектора — вызывают множество вопросов. Даже если не вспоминать обрушение рубля 2014 года (хотя валютные ипотечники наверняка очень хотели бы найти «юридически ответственного субъекта»), то вот несколько новостей с начала текущего года. Агентство по страхованию вкладов начало взыскивать с граждан деньги, снятые со вкладов в обанкротившихся банках. Верховный суд признал право банка не выдавать вкладчику деньги в случае подозрений в легализации средств. В Казани задержали несколько десятков вкладчиков обанкротившихся банков. Банкам рекомендовали пристальнее следить за мелким бизнесом.

Но и бездействие регулятора в отношении рынка криптовалют тоже лишь ухудшает положение. Ситуация на нем сейчас напоминает положение накануне Брестского мира, когда народный комиссар по военным делам Лев Троцкий выдвинул лозунг «Ни мира, ни войны, а армию распустим!» Немцы позицию выслушали, а затем двинули войска дальше вглубь страны. После уже Ленину пришлось заключать «похабный и унизительный» мир на гораздо более тяжелых условиях. Сейчас каждый день промедления легализации криптовалют ведет лишь к тому, что рынок все больше уходит в тень, а значит казна ежедневно теряет из-за несобранных налогов, а самое узкое место системы — обменные операции — все больше криминализируются.

При этом, так как торгующие криптовалютой биржи находятся на полулегальном положении, оценить, как изменился оборот биткоинов в России можно лишь приблизительно и на основании косвенных признаков. Так, по данным Яндекс.Вордстата, по запросу «купить биткоин» в октябре 2017 года было 72 тысячи запросов, а к декабрю в максимуме их стало уже 355 тысяч. Явно что-то происходит, но что именно, и сколько там оборачивается денег — непонятно. Быстрее всех заподозрил неладное Владимир Путин. По итогам того же совещания, где он обратил внимание на риски криптовалют, им были даны поручения разработать законодательство, регулирующее их оборот. Беда в том, что реализовывать поставленную задачу будут все те же Центробанк и Минфин, которые, как мы видим по их публичным выступлениям, не вполне понимают сущность феномена криптовалют.

Нынешняя ситуация худшая из возможных. С одной стороны, мы имеем полуподпольный, и по этой причине насыщенный мошенниками и различными «схемами», рынок криптовалют. С другой — непредсказуемый банковский сектор. Вместо того, чтобы легализовать биткоин, стабилизировать его деривативами, начать лицензировать обменники и биржи, власти старательно зачищают финансовую деятельность как таковую.

История знает прецеденты разрушения государствами финансовых институтов. Орден Тамплиеров, занимавшийся в том числе денежными переводами, настолько разбогател на этом, что начал кредитовать монархов. Закончилось это для него крайне печально. Французский король Филипп Красивый, также имевший прозвище Король-фальшивомонетчик за то, что безбожно портил монету, задолжал всем и вся вокруг, в том числе и тамплиерам. Ситуацию осложняло то, что Орден подчинялся непосредственно Папе Римскому, что в Средние века было совсем не пустым звуком. Филипп разрешил ситуацию не без некоторого изящества: после смерти Папы, он надавил на конклав, который избрал новым понтификом ставленника короля. В благодарность за услугу новоизбранный Папа Климент V лишил тамплиеров покровительства Святого престола, после чего Филипп осудил верхушку Ордена за ересь и сжег на костре. Отдавать долги стало некуда.

Если бы организация тамплиеров не имела единого центра управления, а транзакции и обязательства фиксировала децентрализованная сеть феодалов, то это была бы качественно другая ситуация. Похоже, что и сейчас речь на самом деле идет не о рисках для населения или экономики, а о банальном нежелании архаичных властей терять контроль над деньгами подданных.

Журнал TIME в апреле 2011 года писал о том, что, когда платежные системы под давлением США заблокировали возможность пожертвований в адрес WikiLeaks, люди начали переводить Джулиану Ассанжу биткоины. Статья называлась «Онлайн-валюта может бросить вызов правительствам и банкам». Прошло всего семь лет, но это уже весьма устаревшая формулировка: большинство развитых стран легализовали криптовалюты, а их совокупная капитализация исчисляется сотнями миллиардов долларов. Теперь вопрос звучит так: «Не победят ли оставшиеся страны сами себя в уже проигранной борьбе с биткоином?»

#блокчейн #криптовалюты

{ "author_name": "Gennady Zolotukhin", "author_type": "self", "tags": ["\u0431\u043b\u043e\u043a\u0447\u0435\u0439\u043d","\u043a\u0440\u0438\u043f\u0442\u043e\u0432\u0430\u043b\u044e\u0442\u044b"], "comments": 7, "likes": 8, "favorites": 2, "is_advertisement": false, "section_name": "blog", "id": "34630", "is_wide": "" }
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Подписаться на push-уведомления
[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "bscsh", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-1104503429", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=bugf&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byzqf", "p2": "ftwx" } } } ]