Никита Евдокимов
6 737

«За пару минут мне удалось силой мысли нарисовать картину в стиле Пикассо»

История разработчиков российской платформы TuSion, которая позволяет управлять играми с помощью мозговой активности и тренировать концентрацию и релаксацию.

Поделиться

В избранное

В избранном

Команда TuSion. Слева направо: Юрий Коноплёв, Андрей Хапсасов, Дэйв Васкес и Лев Бахарев

Из программиста в нейробиологи

В 2012 году Юрий Коноплёв учился в магистратуре ИТМО на программиста. Однажды он прочитал роман Уильяма Гибсона «Нейромант» и заинтересовался киберпанком.

Его вдохновляла мысль, что в будущем с помощью имплантов и чипов люди смогут обрести дополнительные возможности: быстрее обучаться, легче запоминать большие объёмы информации и победить многие болезни.

Коноплёв решил приблизить будущее и в 2013 году поступил на магистратуру биологического факультета СПбГУ. Во время учёбы он узнал о биологической обратной связи. Это технология, с помощью которой человек в реальном времени получает данные об активности внутренних органов и тренируется изменять их показатели.

Коноплёв решил глубже разобраться в этой теме и в 2015 году поступил в аспирантуру Института мозга человека им. Н. П. Бехтеревой. Его научным руководителем стал Юрий Кропотов, заведующий лабораторией нейробиологии программирования действий.

В 1989 году Кропотов опубликовал исследование под названием «Мозговая организация восприятия и памяти: гипотеза программирования действий». Он выяснил, что благодаря тренировкам мозговой активности человек может подготовить себя к новому или несвойственному типу поведения — например, спокойнее реагировать на стресс.

Для этого используется нейронная обратная связь. В упрощённой версии это выглядит так: испытуемого подключают к электроэнцефалографу и показывают ему данные об активности мозга. Его задача — наблюдать за изменением значений и пытаться поймать внутреннее состояние, когда они находятся на пике.

Чтобы сделать процесс тренировки более «дружелюбным», исследователи добавляют визуальные эффекты. Например, директор Принстонского центра биологической обратной связи Лес Феми использовал источники света и звука, которые реагировали на мозговую активность испытуемых.

Феми изучил, как нейронная обратная связь влияет на состояние пациентов, которые страдали от связанных со стрессом заболеваний. От отобрал 132 человека и еженедельно на протяжении месяца проводил для них тренировки. Спустя месяц 90% испытуемых рассказали об улучшении самочувствия.

Изучив исследования о воздействии биологической обратной связи, Коноплёв решил сделать технологию доступнее и разработать игровое приложение для тренировки мозга, чтобы с его помощью пользователи могли снимать стресс, увеличивать концентрацию и повышать продуктивность мозга. Его ментором стал Юрий Кропотов.

В 2016 году Коноплёв нашёл единомышленников — программиста Константина Мазунина и дизайнера Льва Бахарева. Они создали MVP приложения под названием TuSion и попали в акселератор ИТМО Future Technologies. Их ментором стал маркетолог Дэйв Васкес. Он воодушевился проектом и спустя некоторое время также присоединился к команде.

В том же году к команде присоединился предприниматель Андрей Хапсасов — он стал генеральным директором TuSion и сосредоточился на стратегическом развитии проекта.

Первую публичную версию приложения команда TuSion показала на фестивале VK Fest летом 2017 года. Основатели разработали игру «Спиннер», где пользователям требовалось раскручивать фиджет силой мысли. Идею предложил Мазунин и впоследствии взял на себя основную часть разработки мобильного приложения. «Сначала кажется, что играть очень легко, но на самом деле нет», — рассказывает Хапсасов.

Первое время команда разрабатывала продукт на свои средства. В 2018 году основатели привлекли инвестиции от кипрского бизнес-ангела. Его имя и сумму сделки Коноплёв не раскрывает.

В офисе TuSion

Тест-драйв

Мы встречаемся с командой TuSion в офисе проекта на территории технопарка «Ингрия». В опенспейсе шумно: я волнуюсь, что не смогу сконцентрироваться и завалю все игры разума.

«Не переживай, — успокаивает меня Андрей Хапсасов, — здесь ещё никто не проигрывал». Мы садимся на кресла, и он закрепляет на моей голове ремень с нейроустройством BrainLink — это миниатюрный ЭЭГ-сканер.

Я чувствую прикосновение трёх холодных электродов на лбу и стараюсь не думать о том, как глупо выгляжу со стороны. Хапсасов включает устройство и оно подсоединяется к приложению.

«TuSion преобразовывает сигнал нейроустройства и определяет значения двух параметров — концентрации и релаксации. От них зависит управление в играх», — инструктирует меня Хапсасов.

Я открываю самую первую игру — «Спиннер». На экране всплывает задание — мне нужно концентрироваться не менее десяти 10 секунд при минимальном уровне концентрации 60%.

Индикатор релаксации расположен в нижнем левом углу, индикатор концентрации — в нижнем правом. Несколько секунд я смотрю на экран и ничего не происходит, но потом спиннер начинает неохотно вращаться. А стоит мне отвести взгляд от экрана или отвлечься на шум — останавливается.

«Попробуй раскрутить его по-максимуму», — предлагает генеральный директор TuSion. Если бы я знал, как это делается. Спиннер вращается, но я не понимаю, почему, и от чего это зависит.

Пробую дышать глубже, смотреть на ось, мысленно представляю движение пальцев, как если бы на самом деле раскручивал фиджет — ничего не помогает.

«Ты должен сам понять, что делать. Универсального рецепта нет, но можно поработать с дыханием или отвлечься на огонь», — советует Андрей Хапсасов и несколько раз щёлкает у меня перед глазами зажигалкой. На удивление это срабатывает, и спиннер начинает вращаться быстрее.

Успех подзадоривает, и я решаю попробовать что-то посложнее. Хапсасов предлагает «Змейку». В игре нужно мысленно управлять движением «змеи» и попасть в выделенный оранжевым цветом квадрат.

Направление движения по вертикали зависит от интенсивности концентрации, а направление по горизонтали — интенсивности релаксации. Здесь я почувствовал себя ещё более беспомощным.

«Тут всё просто: чтобы попасть в нижний правый квадрат, нужно добиться максимальной концентрации и релаксации. И наоборот», — подсказывал Хапсасов. Я пробовал мысленно указать змее направление, гипнотизировал оранжевый квадрат, отдавал приказы «левее», «правее», «не туда» и так далее.

Но это не помогало — змея носилась по экрану и упорно игнорировала нужный квадрат. Были и плюсы: за пару минут мне удалось силой мысли нарисовать картину в стиле Пикассо.

В какой-то момент я почувствовал, что увлёкся игрой и перестал обращать внимание на окружающий шум и пространство. У меня возникло ощущение, похожее на ощущение при медитации.

«В эту игру хорошо играют студенты, спортсмены и военные. У снайперов часто возникает похожее ощущение — расслабленность при максимальной концентрации», — рассказывает Хапсасов.

Он предложил сыграть ещё в одну игру — пообещал, что сильно напрягаться в ней не придётся. На чёрном экране колебались белые точки, и когда я концентрировался, они начинали стягиваться к центру и «искрить».

Мне требовалось собрать их все в кучу, а затем расслабиться — чтобы они сложились в красивую композицию. По сравнению с предыдущими играми, это была лёгкая задачка.

Всего на платформе восемь игр. Сейчас они отсортированы по названию, но в будущем разработчики планируют сделать целевой каталог. Например, игры для снятия стресса, улучшения памяти, повышения концентрации.

По словам Хапсасова, во время игры мозг тренируется балансировать между состоянием расслабленности и концентрации и учится быстрее переключаться между ними — это позволяет снизить тревожность и беспокойство.

Задача не в том, чтобы пользователь научился эффективно играть в игрушки, а в том, чтобы сместить внимание с раздражителей. Если человек стрессует где-то на работе или из-за пробки, личных отношений, то ему тяжело скинуть проблемы.

Он не может прийти домой, щёлкнуть пальцами и расслабиться — продолжает себя накручивать, думать. В итоге он выгоряет, теряет способность работать и в конце концов увольняется.

Андрей Хапсасов

Во время игр у меня возникали противоречивые ощущения. Когда я пытался концентрироваться, мысли улетали, и в итоге я расслаблялся. А когда пытался расслабиться — думал о чувстве расслабленности, и в итоге концентрировался.

По словам Хапсасова, чтобы ощутить эффект от нейронной обратной связи, нужно заниматься от двух недель по 15 минут в день. За одну сессию можно незначительно повысить концентрацию и упорядочить мысли.

Первый сеанс напомнил мне занятия по медитации — ты не понимаешь, что нужно делать, но в итоге ощущаешь приятное спокойствие.

Будущее

В феврале 2018 года представители «Билайна» (принадлежит Veon) пригласили основателей TuSion в Барселону на конференцию Mobile World Congress. Они открыли свой стенд и стали проводить демонстрации, собирая обратную связь.

Они увидели, что продуктом интересуются не только рядовые пользователи, но и представители компаний. Тогда предприниматели решили запустить b2b-версию продукта. Сейчас они ведут переговоры с командой Veon, а также с несколькими банковскими и трейдерскими компаниями.

По словам директора по маркетингу TuSion Дэйва Васкеса, для b2b-версии продукта команда разрабатывает личный кабинет на сайте. С его помощью руководитель сможет ставить перед сотрудниками цели, следить за результатами в играх и оценивать изменение показателей концентрации и релаксации (эта метрика называется TPI — TuSion Performance Indicator).

Через определённые промежутки времени сотрудники будут проходить опрос — насколько эффективно они справляются с рабочими задачами. У руководителя также будет возможность оценить подчинённых, и если оценки разойдутся — то это будет сигналом к проблеме.

Корпоративная программа будет проходить под контролем психолога TuSion. Он разработал расписание занятий и лекций о том, как пользоваться приложением, повышать концентрацию и решать личностные и рабочие проблемы.

По словам представителей TuSion, стоимость корпоративного приложения будет зависеть от количества сотрудников и целей руководства. Начальная цена предложения составит $5 тысяч.

Приложение для рядовых пользователей сейчас бесплатно, однако в ближайшее время TuSion анонсирует премиальную версию с подсказками и рекомендациями по тренировкам. Она будет стоить около $12 в месяц.

Кроме того, компания планирует монетизировать приложение с помощью платных игр. Их стоимость составит от $1 до $5. В планах основателей превратить TuSion в магазин для игр с нейронной обратной связью — сейчас компания разрабатывает SDK для сторонних разработчиков. С его помощью они смогут создавать и публиковать в приложении платные игры, а создатели TuSion — зарабатывать на проценте от продаж.

Количество пользователей TuSion составляет 1400 человек, месячная активная аудитория — 250 человек. Больше всего пользователей из России, следом идут США, Великобритания, Индия, Германия.

По словам Хапсасова, у пользователей высокая вовлечённость — среднее время одной сессии составляет 11 минут: «Не могу представить, что человек тратит столько времени на приложение, где не нужно кликать — просто смотрит в экран. Иногда задумываюсь: кто все эти люди?»

Пока что TuSion — это нишевый продукт, поскольку аудитория ограничена владельцами нейроустройств (портативных ЭЭГ-сканеров). Их также можно приобрести с помощью TuSion. По оценке маркетолога сервиса Дэйва Васкеса, мировая аудитория владельцев нейроустройств составляет 8 млн человек.

Среди конкурентов проекта — психологи, сервисы и специалисты по медитации, а также фармакологические компании. «Они не хотят, чтобы люди вместо таблеток использовали альтернативные способы», — рассуждает Хапсасов.

Кроме того, конкуренцию проектам составляют нейротренинговые центры. Стоимость их услуг в Москве составляет 9-15 тысяч рублей за курс из шести или двенадцати часовых занятий.

С одной стороны, они наши коллеги по цеху и всё правильно делают. А с другой — всё ещё придерживаются концепции, что человек должен куда-то прийти и тренироваться под чьим-то руководством.

Дэйв Васкес

10 июля российско-американский акселератор Starta назвал 23 стартапа, которые получат по $130 тысяч и отправятся по программе в Нью-Йорк на 3,5 месяца. TuSion — в их числе.

С помощью программы проект сможет проверить свою бизнес-модель на американском рынке и познакомиться с местными инвесторами. «Нью-Йорк — идеальная локация для нашего продукта. Там много людей любят медитировать и самосоверсшенствоваться, это одна из финансовых столиц, и там больше всего исследовательских центров по нейронаукам. Нам будет с кем пообщаться», — заключает Юрий Коноплёв.

Мнение о проекте

Создатели заявляют, что TuSion демонстрирует фантастические результаты, например, позволяет добиться увеличения концентрации — это очень важно и полезно.

Если это действительно так, успех гарантирован. Технология очень нужна миру, и на неё найдётся покупатель, готовый потратить огромные деньги. Однако довольно трудно поверить в то, что способность крутить спиннер «силой мысли» на экране гаджета каким-то образом улучшает человека в реальной жизни.

При всех своих плюсах технология разработана на коленке, и, скорее всего, её несложно повторить. Так что в ситуации лобовой конкуренции большое преимущество будет у производителей оборудования. Тем не менее, первыми запустить на рынок чудо-разработку — очень сильная позиция.

Ориентация на b2b выглядит здравым решением. У обычных пользователей нейроустройств нет, и ради одного приложения покупать их никто не будет. У компании оборудования тоже нет, но если производительность сотрудников растёт, они готовы за это платить.

Если технология реально работает и дела действительно идут так хорошо, как заявляют основатели, — советую немедленно поднимать большие инвестиции: действовать нужно очень быстро, чтобы всех обогнать.

Если же заявленные впечатляющие результаты — фейк (или даже наполовину фейк), стоит налаживать крепкие связи с производителями оборудования, а не конкурировать с ними, и после этого больше думать о сегменте b2c, перенимать опыт маркетинга у игроков в смежных нишах (в частности, у Lumosity).

Александр Горный
директор по стратегии и анализу Mail.Ru Group

Материал подготовлен при участии Анастасии Скрынниковой.

#будущее

{ "author_name": "Никита Евдокимов", "author_type": "self", "tags": ["\u0431\u0443\u0434\u0443\u0449\u0435\u0435"], "comments": 33, "likes": 32, "favorites": 21, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "41617", "is_wide": "1" }
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Подписаться на push-уведомления
[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "bscsh", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-1104503429", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=bugf&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byzqf", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvc" } } } ]