[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Редакция vc.ru", "author_type": "self", "tags": ["\u0434\u0435\u043d\u044c\u0433\u0438","\u0441\u0442\u0430\u0440\u0442\u0430\u043f\u044b","\u0442\u0440\u0435\u043d\u0434\u044b","\u0438\u043d\u0442\u0435\u0440\u043d\u0435\u0442_\u0432\u0435\u0449\u0435\u0439"], "comments": 10, "likes": 11, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "4495" }
Редакция vc.ru
2 912

Мнение эксперта: Почему «интернету вещей» необходимы изменения

Евангелист Estimote Войтек Боровиц написал для TNW колонку о настоящем и будущем «интернета вещей», а также о том, чем то значение, которое часто придают этому термину, отличается от его реальной расшифровки. 

«Интернет вещей» является самой популярной формулировкой технологических евангелистов и вундеркиндов. Если, согласно техническим блогам и веб-сайтам, 2013 год был годом big data, то 2014, конечно, — это год «интернета вещей». Об этом свидетельствуют новые проекты, большие раунды финансирования, общий ажиотаж и повсеместное волнение. И все же мы действительно не привели эту сферу в порядок. СМИ, похоже, больше озабочены дизайном новых умных термостатов, нежели тем, как концепция «интернета вещей» меняет нашу жизнь. 

Пора подойти к этому сложному предмету должным образом и начать избегать распространенных заблуждений.

Это всё не про вещи

Проблемой «интернета вещей» является то, что все, кажется, озабочены только вещами, — может быть, из-за названия. Каждый раз, когда новая лампочка или интеллектуальный датчик становятся хитом, это преподносится как очередной предвестник ближайшего будущего, где каждое устройство является цифровым носителем. В то же время новости пестрят событиями: такими, как объединение BT, IBM, ARM и 40 других компаний для создания HyperCat, веб-платформы для единой обработки данных, генерируемых «интернетом вещей» (отличная вещь, если она достигнет широкого распространения), или созданием консорциума «интернета вещей» под эгидой Intel и Samsung. И за всем этим совершенно упускают суть.

Так же, как электроэнергия не была создана для лампочки, тостера или радио, следующий шаг в эволюции технологий стоит не за Lockitron или Wink. Задумайтесь — электрический ток появился в домашних хозяйствах и бизнесе не благодаря убойному приложению. За этим стояло само электричество. Именно с помощью единой структуры с набором открытых API хакеры и прочие умельцы смогли изменить мир в двадцатом веке. Практически любой человек с правильным набором инструментов и достаточными знаниями о технологиях мог собрать что-то, что могло быть легко и почти мгновенно подключено к сети.

Но все это не вещи, о которых мы говорим. Это интернет.

Должен признать, что приведенная метафора не является совершенной, поскольку все намного сложнее (конечно, я взял на себя смелость упрощения истории промышленного электричества ради этой короткой заметки, но история интернета является еще более сложной). Говоря об интернете, я на самом деле имею в виду больше, чем просто инфраструктуру, позволяющую отправлять и получать все эти биты и байты. Есть два дополнительных элемента, которые лежат в основе понятия «интернета вещей». Один из них представляет собой данные, порожденные миллиардами устройств по всему миру. Такие данные представляют собой цифровой мир, тесно переплетающийся с реальным. Это лучше всего объяснить с помощью слов Стэйси Хиггинботэм:

Это может быть круто. Это может быть жутко. И это может быть удобно. Но, как это всегда бывает, когда мы сталкиваемся с технологическими сдвигами, «интернет вещей» действительно превращается в инструмент. И как молоток используется для увеличения количества силы, генерируемой на небольшой площади (позволяющей произвести действительно сильный удар), «интернет вещей» является инструментом для дешевой поставки и сбора информации.

Доступ является ключом 

Вторым основным элементом «интернета вещей» является доступ: открытые API, или, возвращаясь к метафоре, электрические розетки. Все эти «крутые, жуткие и удобные» данные становятся действительно ценными только тогда, когда они могут быть использованы разработчиками и предприятиями по всему миру, которые сделают их по-настоящему актуальными. Новые продукты, подключаемые к огромным потокам данных, добытых из всех доступных устройств, обеспечат интернет с беспрецедентным уровнем контекста.

API также проложили путь к созданию сети для взаимодействия машин между собой — это чрезвычайно важная часть «интернета вещей», лежащая на стороне пользователя. Компьютеры уже взаимодействуют друг с другом на многих уровнях (например фондовые рынки, на которых некоторые системы изучают финансовые данные, а другие вычислительные машины принимают инвестиционные решения), но по мере того, как «интернет вещей» становится все больше и больше, важность взаимодействия машин между собой увеличивается экспоненциально. 

Почему API так важно? Представьте себе проект «умного» города, в котором администрация решила ввести подключаемые уличные фонари. Они обрабатывают информацию о загруженности дорог и реагируют соответственно: тут очень важна работа API. И вот, город выпускает API для доверенных разработчиков. Они теперь могут начинать выборку полученных данных, чтобы использовать их в своих приложениях, позволив Google Maps более точно измерить трафик. В перспективе мы также получим API для общественного транспорта, общественного здравоохранения и сотен других областей. Вот что такое «интернет вещей».

Это происходит сейчас 

Другое раздражающее и очень распространенное заблуждение об «интернете вещей» гласит, что все это будет происходить в будущем. Может быть, в 2015 году, может быть, в 2018 году, может быть, в 2020 году, кто знает? Почти все, кажется, рисуют такую картину будущего. 

Это абсурд: мы онлайн 24 часа в сутки, в то время как миллиарды устройств по всему миру передают данные между платформами и сервисами. Уже насчитывается в два раза больше аппаратов, подключенных к Сети, чем население Земли. Конечно, мы все еще в начале пути, когда упоминаем прогноз Cisco: 50 миллиардов подключенных устройств к 2020 году. Но ничего: не так давно про мобильный телефон также говорили «довольно рано». Утверждать сегодня, что «интернет вещей» появится в будущем — то же самое, что «мобильная сфера скоро начнет набирать обороты» после презентации первого iPad.

Интернет проник во все аспекты вашей жизни. У вас есть Smart TV? Может быть, вы прямо сейчас описываете свой шок от финала четвертого сезона «Игры престолов» в Twitter? Или, может быть, вы транслируете ваши игровые сессии прямо из PlayStation 4 в Twitch? Используете ли вы Spotify в машине или в вашей домашней акустической системе? Вы когда-нибудь использовали Passbook или Google Wallet для хранения билетов и купонов? Сравниваете ли вы результаты физической активности с другом, который также совершает пробежки с Nike Fuel? 

Уже существует огромная группа людей, которые отвечают «да» не на один, а на каждый из этих вопросов. И все же я продолжаю слышать, что эпоха «интернета вещей» скоро придет. Пора понять, что это не какая-то сумасшедшая, футуристическая идея, которая может сбыться или не сбыться в будущем. Это реальность. Прямо здесь. Прямо сейчас. Наиболее важный шаг на пути к этому уже сделан. Согласно BI Intelligence, у каждого пятого человека на Земле средство доступа к «интернету вещей» — смартфон или планшет. Около 1,5 миллиардов людей могут почти мгновенно подключиться к глобальной сети, получить доступ к постоянному потоку данных и использовать его по собственному усмотрению. У них уже есть устройства, которые стали центрами для всей этой огромной идеи, устройства, которые обеспечивают большинство цифровых услуг для конечных пользователей. 

Конечно, в развивающихся странах все выглядит не так радужно. Связь дорогая, а интернет медленный, но даже там есть Сеть, и, как я уже говорил, мы все еще на ранней стадии. По мере того, как Google и Facebook инвестируют значительные средства в развитие качества связи на развивающихся рынках, такие регионы раскроют свой огромный потенциал.

Куда мы движемся? 

Настало время прекратить воображать «интернет вещей» в качестве подключаемых термостатов и чайников. В конце концов, интеграция модуля Bluetooth или Wi-Fi в любую бытовую технику не является rocket science. Дело не в этом. Главная цель — создать структуру для сбора и обработки данных из всех этих устройств, чтобы дать доступ к ним для разработчиков и создать полезные услуги, которые обеспечат реальную ценность для пользователей. 

То, что мы должны обсуждать в первую очередь — это не дизайн нового модного гаджета домашней автоматизации, а развитие отраслевых стандартов, строительство растущих экосистем и выяснение, как обеспечить безопасность для пользователей 50 миллиардов устройств, которые будут подключены к Сети к 2020 году.

#деньги #стартапы #тренды #интернет_вещей

Статьи по теме
История Quirky: от маленького стартапа — до партнерства с Philips и General Electric
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Компания отказалась от email
в пользу общения при помощи мемов
Подписаться на push-уведомления