[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Philipp Kontsarenko", "author_type": "self", "tags": ["\u043e\u0431\u0441\u0443\u0436\u0434\u0435\u043d\u0438\u0435","\u0431\u0435\u0437\u043e\u043f\u0430\u0441\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c","\u043a\u043e\u043d\u0444\u0438\u0434\u0435\u043d\u0446\u0438\u0430\u043b\u044c\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c","\u0437\u0430\u0449\u0438\u0442\u0430_\u0434\u0430\u043d\u043d\u044b\u0445","\u0431\u0435\u0437\u043e\u043f\u0430\u0441\u043d\u043e\u0441\u0442\u044c_\u0434\u0430\u043d\u043d\u044b\u0445","\u0437\u0430\u0449\u0438\u0442\u0430_\u0438\u043d\u0444\u043e\u0440\u043c\u0430\u0446\u0438\u0438"], "comments": 7, "likes": 13, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "4920" }
Philipp Kontsarenko
4 127

Как бороться с утечкой информации в компании

Презентации Apple начинаются задолго до даты их проведения. Происходит это отнюдь не по инициативе компании — многочисленные посредники, имеющие доступ к процессу производства, не упускают шанс рассказать о попавшей им в руки новинке. Вероятно, их не останавливают соглашения о неразглашении и надзор служб безопасности Apple. ЦП решил узнать, как обезопасить компанию от утечек информации.

Защита информации в современных реалиях – комплексный процесс, который включает в себя как административную работу со стороны служб безопасности компаний, так и технические средства. 

В крупных компаниях обязательно подписывается соглашения о конфиденциальности и неразглашении (NDA) со всеми сотрудниками. Подобные соглашения предполагают штрафы, вплоть до увольнения. «Обязательным атрибутом является перечень этой самой конфиденциальной информации, оформленный в виде внутренних приказов, сведения о которых доведены до всех сотрудников компании. Естественно, этот перечень должен довольно часто актуализироваться, ведь в любой крупной и даже средней компании информация меняется каждый день», — рассказывает Александр Ковалев, заместитель генерального директора компании Zecurion. Например, в пресс-службе Mail.Ru Group рассказали ЦП, что подобный документ подписывают все сотрудники и подрядчики:

Наши сотрудники и подрядчики подписывают NDA, который включает в себя как базовые вещи, которые помогают человеку сориентироваться — что в принципе является коммерческой тайной, что нет, в какой момент и как мы раскрываем информацию для всех, так и обязательства, связанные с конкретными проектами. 

NDA нельзя называть 100% гарантией на все случаи жизни. Обстоятельства меняются, постоянно появляется новая информация и предусмотреть все невозможно. Поэтому мы объясняем всем новичкам, на что нужно обратить внимание в случаях работы с информацией и к кому можно обратиться за советом, в случае сомнений.

Венчурный инвестор Александр Журба на своей странице в Facebook высказал сомнение в полезности NDA. По его словам, подписание соглашения о неразглашении не дает защиты — необходимо определять надежность людей на уровне интуиции.

Александр Журбавенчурный инвестор

Очень часто предприниматели хотят, чтобы инвесторы, агенты или консультанты подписывали соглашение о неразглашении (NDA). Якобы эта бумага, где написано, что мы ничего не рассказываем про бизнес и наши отношения третьим лицам, защитит их самих и их бизнес от злых конкурентов, злых духов и гриппа, а в случае, если кто-то ослушается — позволит его засудить и скомпенсировать полученные убытки.

В реальности: 

  1. Про любую интересную сделку известно на рынке через неделю-две. 
  2. Деньги быстрее (и вообще, в принципе) привлекают те, кто упрощают процедуру контакта и фильтруют на уровне интуиции ***** (безответственный) человек или нет (очень ценный навык, кстати). Тем более что отправив четыре-пять презентаций разным людям происходит пункт 1. Особенно, если кто-то реально заинтересован получить эту информацию. 
  3. За семь лет в отрасли я ни разу не слышал, чтобы кого-то хоть как-то коснулось судебное разбирательство о разглашении информации.

Я никогда не подписываю NDA со стартапами и при первом контакте с любым бизнесом — практика показывает, что в 99% случаев это приводит к потере времени и скорее говорит о том, что та сторона и процессы инвестсделки не понимает, и в принципе работа будет идти крайне медленно.

Не обманывайте себя: единственной защитой от утечек действительно важной информации является репутация и порядочность получателя информации, а также опережение вами рынка на год-полтора, а никак не документ, по которому вы заколебаетесь судиться и доказывать ущерб.

Специалисты по безопасности отмечают, что само по себе NDA не может обеспечить сохранность данных. «Эффективное выполнение NDA будет лишь в том случае, если у владельца информации будет реальная техническая возможность отследить утечку и при необходимости доказать вину подрядчика», — считает Владимир Ульянов, руководитель аналитического центра Zecurion. 

Специалисты служб безопасности в крупных организациях каждодневно наблюдают за движением информации, поведением сотрудников и обеспечивают сохранностью и конфиденциальных данных. 

Александр Ковалевзаместитель генерального директора Zecurion

Делается это с помощью специализированных DLP-систем, которые в автоматическом или полуавтоматическом режиме контролируют все данные, которые пересекают периметр сети организации – распечатываемые документы, записываемые на флешки файлы, отправленные письма, сообщения в социальных сетях. 

DLP-системы позволяют офицерам безопасности смотреть все, что делает пользователь, и блокировать нежелательную активность или утечку, допустим, базы клиентов. При этом сами по себе такие системы без профессионального безопасника не очень эффективны, поэтому в штате крупных компаний часто можно встретить, грубо говоря, внутренних следователей – бывших сотрудников МВД, ФСБ и других силовых ведомств.

Эксперты отмечают, что невозможно обеспечить безопасность информации только одним способом. Так, обучение сотрудников эффективно для повышения осведомлённости по вопросам информационной безопасности и предупреждения случайных утечек. Но если при этом в компании отсутствуют технические средства контроля информации, утечки всё равно будут происходить. «Примерно то же самое можно сказать и по поводу NDA», — считает Ульянов. По его мнению, DLP-системы контролируют информацию на этапах хранения, перемещения и обработки и эффективны при выявлении случайных и преднамеренных утечек и не могут дать 100% гарантию:

Никакая, даже самая совершенная система не сможет гарантировать 100% результат в силу технических особенностей

#Обсуждение #безопасность #конфиденциальность #защита_данных #безопасность_данных #защита_информации

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления