[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Andrey Zagoruiko", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u043d\u0442\u0435\u0440\u0432\u044c\u044e","\u0431\u0438\u0437\u043d\u0435\u0441_\u043c\u043e\u043b\u043e\u0434\u043e\u0441\u0442\u044c","\u043a\u0443\u0440\u0441\u044b_\u0431\u0438\u0437\u043d\u0435\u0441_\u043c\u043e\u043b\u043e\u0434\u043e\u0441\u0442\u0438","\u043a\u0442\u043e_\u0441\u043e\u0437\u0434\u0430\u043b_\u0431\u0438\u0437\u043d\u0435\u0441_\u043c\u043e\u043b\u043e\u0434\u043e\u0441\u0442\u044c","\u043a\u0442\u043e_\u0441\u0442\u043e\u0438\u0442_\u0437\u0430_\u0431\u0438\u0437\u043d\u0435\u0441_\u043c\u043e\u043b\u043e\u0434\u043e\u0441\u0442\u044c\u044e","\u043f\u0435\u0442\u0440_\u043e\u0441\u0438\u043f\u043e\u0432"], "comments": 134, "likes": 61, "favorites": 4, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "5105" }
Andrey Zagoruiko
52 902

Петр Осипов, «Бизнес-Молодость»: Ничего против репутации секты не имею, пусть считают кем угодно

Основатель ЦП Андрей Загоруйко пообщался с совладельцем нашумевших в Рунете курсов «Бизнес-Молодости» Петром Осиповым.

Час неспешной езды — и мы уже подъезжаем в подмосковный яхт-клуб, место дислокации Петра Осипова и его соратников по «Бизнес-Молодости». Тихое место с прекрасными видами и дорогими машинами (Maserati Quattroporte — от 6 млн рублей), которые стоят на неприметной парковке за высоким забором и никак не выдают того факта, что здесь собираются для отдыха, мозговых штурмов и стратегических совещаний люди, которые взбудоражили медийное пространство своими заявлениями про миллиардные обороты, десятки тысяч слушателей и переворот на рынке российского бизнес-образования.

Это интервью было нетипичным по многим параметрам: вместо традиционных встреч где-то в «Кофемании», мы собрались за городом, и вместо традиционного обмена приветствиями и утреннего капучино полезли в ледяную воду Пироговского водохранилища. 

Петр, когда вы придумали «Бизнес-Молодость» и почему решили бросить то, чем занимались на тот момент (помощник депутата, другие дела какие-то)?

Ой, это было давно, очень давно. Буду с вами говорить честно, ладно? Я плохо помню, что было в те годы. В том периоде легендирования больше, чем фактов. Во-первых, мы с Мишей ( Михаил Дашкиев, сооснователь «Бизнес-Молодости» — прим. ред.) начали встречаться в разных интересных местах и думать о том, что делать дальше. Миша уже на тот момент прилично поработал в малых и средних бизнесах, таких как окна, двери — что называется, от сохи, реальный сектор. Я к тому времени много занимался образовательными проектами, методологию изучал образовательную.

На тот момент у нас была только ирония над теми путями, которые предлагались людям в качестве единственно возможного выбора. Мы уже тогда четко понимали, что если идти за всеми, никуда не придешь. Мы все работали в компаниях, нам нравилось, никаких проблем не было. Но мы понимали, что, работая в компании, мы не сможем добиться того, что нам хочется. Причем мы не знали, чего нам хочется, но точно знали, что там мы этого не добьемся.

Нас всегда увольняли из компаний. Наша жажда деятельности всегда вступала в конфликт с начальниками, и долго мы нигде не задерживались. Поездив по разным стартап-мероприятиям и бизнес-акселераторам, которых тогда было довольно много, мы поняли, что нас ничего из существующего не устраивает, и — более того — мы понимаем, как надо.

Уже тогда в голову пришло реальное понимание того, что реально влияет на деньги. Что это продажи, что это (нам как раз тогда пришло озарение, что бизнес — это четыре показателя) лиды, конверсия, средний чек, частота покупки. Это просто было откровение. У нас была куча техник, как новых, так и доставшихся нам по наследству от предыдущих занятий, было понимание того, как из этого сделать образовательную технологию, у меня был большой опыт публичных выступлений. Так это все скрестилось, и первый раз мы вместе выступили в Высшей Школе Экономики, собралось триста человек.

А какая в этом роль Александра Волчека? 

Саша появился на третий год нашей истории. Начинали мы все с Мишей, а с Сашей я познакомился позже. К проекту «Бизнес-Молодость» мы все время относились как к побочной деятельности, занимаясь какими-то другими главными проектами. Как это часто бывает, этот побочный проект стал развиваться настолько легко и быстро, без особых усилий (начали открываться города, собираться люди), что мы решили взяться за него активнее.

Два года мы развивались, два года я был гендиректором компании, занимался управлением, набором сотрудников и так далее. Уже была компания, юрлицо, порядка 14 городов, в которых мы работали, большой офис на Тверской-Ямской, отдел продаж в зародыше, отдел разработчиков, то есть компания была в самом начале своего развития. У нас было 20-25 человек, но уже тогда было понятно, что а) я — человек несистемный, б) я не хочу быть системным человеком, в) я не могу сделать так, чтобы компания была большой и системной. 

Стало понятно, что нужно было кардинально что-то менять. В этот момент мы встречаемся с Сашей Волчеком, на тот момент он работал гендиректором компании «Мегаплан». Я посмотрел на него — костюм от Версаче, отлично рассказывает про «Мегаплан», в общем, есть чему поучиться. И я захотел внедрить «Мегаплан» у нас, чтобы стать более системными. Сказал: «Саш, научи меня как внедрить "Мегаплан", стань моим ментором и наставником». На тот момент мы уже собирали залы по 500 человек, зарабатывали деньги, то есть мы еще были колхоз, но колхоз с перспективами.

Я пригласил его на наше совещание, которое мы регулярно проводили (я еще был ужасно горд, что внедрил еженедельные собрания, где мы обсуждали наши дела). Он пришел, и после совещания еще тридцать минут мне рассказывал, как у нас все плохо, как все несистемно и глупо сделано. Я посадил его рядом с собой, взял лист бумаги, и говорю ему: «Саша, вот смотри, я через три месяца, к сентябрю 2012 года, куплю себе квартиру за $3 млн, а если не куплю, то отдам тебе, Александру Волчеку, 3 млн рублей».

А у тебя на тот момент не было лишних $3 млн?

На тот момент прибыль компании была от 600 тысяч до 1 млн рублей в месяц — в лучшем случае. И надо было сделать 100 млн прибыли за три-четыре месяца.

Мы любили играть в такие игры, в декларации. Мы и сейчас иногда такое делаем, но тогда все было пожестче. Я говорю Саше: «Что ты хочешь? Ну, там, машину?» Машина у него была, какая-то Audi старая. Сколько может получать топ-менеджер в России? Ну, 300-500 тысяч. И я ему говорю: «Пиши такую же декларацию, что ты купишь себе тачку за 6 млн, без использования каких-то накоплений, за два месяца». И пока я ходил делать ксерокопию своей бумажки, вижу — он уже написал. Это тест, даже не тест, а уровень авантюризма человека, что он может рисковать и быстро на что-то подписаться, если это интересно.

И чем все это закончилось?

Неважно. Тут главное выпрыгнуть из самолета, парашют по дороге найдешь. 

Мы выехали за город, взяли с собой Сашу. Я его попросил, чтобы он нам помог с планированием, с табличками, как соучастник, в каком-то смысле, этого процесса. И когда он начал нам помогать, записывал все в Excel. Я был просто в восторге — с трепетом отношусь к тем, кто может что-то записывать в Excel.

Я сразу говорю Мише: «Смотри, какой красавец. Давай его к себе возьмем партнером». Миша говорит: «Давай». А он его тогда в первый раз видел. Мы обсудили и решили дать Саше 20% от нашей компании, вот так сразу. Я ему говорю: «Саша, вот нам к сентябрю нужно сделать 100 миллионов, и 20% как раз хватит тебе на все твои декларации и прочие расходы. Давай с нами!» Он отвечает: «Мне нужно подумать». На следующий день он мне звонит и говорит: «Я только что с совета директоров, объявил о своем уходе, я согласен». Понятно, что он еще два месяца там в «Мегаплане» передавал дела, дорабатывал какой-то срок, но к сентябрю свою Panamera он купил.

Я видел, что у вас сейчас на троих по 33% компании.

Да, через год мы поделили на троих, по 33%. Я считаю, что в бизнесе нельзя заострять внимание на долях, на владении обственностью, все должно быть легко. 

Расскажи, почему во многих этих декларациях, обещаниях почти везде фигурируют автомобили? Тот Rolls-Royce купит, тот Maserati, тот ещё что-то. Не слишком ли это банально?

У нас есть сотни разных вариантов. Видимо, вы просто чаще всего обращаете внимание на машины. Наверное, вам пора вашу машину уже менять.

На самом деле, нематериальные задачи трудно оценить и отследить их выполнение. С машиной все гораздо проще — ее легко оценить, увидеть, и это довольно прямолинейная задача. Ты не можешь прийти в автосалон и сказать: «У меня есть 500 тысяч, до Panamera не хватает несколько миллионов, продайте мне её, пожалуйста, я вечером занесу».  Люди слабы и любят себя настраивать, обманывать. А вот Maserati ты не обманешь. Ты либо ее купил, либо нет.

Машина еще в чем-то проще как цель — чем, например, квартира. Хорошая квартира в Москве стоит несколько миллионов долларов, и, если честно, мало кто может столько заработать быстро. Автомобиль — некий объективный тренажер, понятный мужчинам и абсолютно объективный.

Я прошел этот путь полностью, у меня был Mercedes C-класса, потом первая Maserati, потом Mercedes ML папе, потом вторая, новая Maserati, которую вы, наверное, заметили на стоянке, потом Ferrari California, которую я подарил своей девушке бывшей. 

Я полистал твой профиль, посмотрел на тех, кто лайкает твои записи и комментарии — хотел найти там каких-то известных, успешных людей. Нашел, например, Юрия Белонощенко, генерального директора УК «УралСиб», нескольких топ-менеджеров помельче, в основном, молодежь. Подскажи, есть ли какие-то известные люди, селебы, которые котируют вашу деятельность, с которыми вы тесно дружите?

Юра, да, вот он недавно отсюда уехал, буквально перед вами, вчера. Кто еще? Дима Казачков, управляющий компанией «1С-Рарус», Рогачев Андрей, который «Пятерочку» сделал. 

Митя Фомин (группа Hi-Fi) был, например, на прошлом тренинге «Миллион за сто». 

Вы писали, что на вас идет специальная атака в СМИ. У вас есть предположения о том, кто мог бы ее заказать? 

Я не думаю, что это специальная атака. Все эти публикации, они не то, чтобы меня как-то удивили. Меня довольно сложно удивить онлайн-комментарием в соцсети, где пользователь номер 7 950 что-то ответил пользователю 14 124. Вот наш гендиректор, он прибежал ко мне в шоке: «Петя, как так, вот мы тут работаем, а тут такие материалы выходят». Ну я его успокоил, продолжаем дальше работать.

На самом деле, единственный вариант избежать критики — быть в состоянии трупа и поддерживать такую трупную жизнедеятельность, то есть не делать ничего такого, что меняет окружающий мир. Главный вопрос в том, у какой части людей вызывает критику наша деятельность. Пока я смотрю на тех, кто пишет критику, и вижу, что у нас нет никакой проблемы. 

Вопрос от моего коллеги, вашего фаната. Какую музыку слушает Петр Осипов?

О, хороший вопрос. Все, что угодно в жизни можно воспитать, кроме музыкального вкуса. Сейчас, открываю на айпаде свой профиль, и идем из прошлого в настоящее. Sex Pistols, Rolling Stones, Air, The Killers, Infected Mushroom. Про Infected Mushroom интересно, мы приглашали их к нам, они выступали для трехсот человек. Это было очень круто, мы их давние фанаты, это было просто счастье. 

Clash, «Кровосток», Amy Winehouse (Эми отдельная моя любовь), Jamiroquai, Radiohead, Чайковский, Рахманинов. 

Еще вопрос от коллеги. Если небогатый, но перспективный парень придет к вам на тренинг без денег, есть ли вариант попасть на занятие бесплатно?

Нет, оффлайн стоит денег. Все материалы, про которые мы рассказываем, есть в интернете, в том или ином виде — пользуйся, сколько влезет. На оффлайн попасть без денег не получится. Потому что как иначе заставить человека, который ничего не заплатил, вкалывать, не пропускать, делать домашнюю работу и так далее? Какой бы ты гениальный ни был, но 20-25 тысяч на курс обучения ты должен найти.

Если ты не заплатил за что-то, то не будешь это ценить. Какие-то там онлайн-курсы английского бесплатные, записался и забыл, это все не работает. А когда ты отдал, пусть немного, но какую-то значимую для тебя сумму, результат будет совсем другой.

У тебя нет идеи, почему многие считают вас сектой?

Думаю, что это обусловлено тем антуражем, который мы создавали в первые годы. Там было… весело. Ничего против этого я не имею, пусть считают как угодно. Мы не жесткая корпорация, которая отчитала тренинг и отпустила людей на все четыре стороны. Мы беспокоимся о тех, кто проходит наши тренинги, помогаем им — возможно, этот формат как-то наводит людей на такие мысли. 

Про цифры. В материале на The Village было какое-то недопонимание с вашим оборотом, мол, говорят, что заработали миллиард, а по факту было меньше. Можете прояснить этот момент?

За прошлый год была цель — миллиард. Мы ее не выполнили, оборот годовой был в районе 800 миллионов рублей. 

А какая маржинальность у вашего бизнеса?

Могу сказать за прошлый год, на сейчас я не очень владею актуальной информацией, так как не вовлекаюсь в операционную деятельность. Но скажу, что для нас нормальной операционной маржинальностью было 20%.

Читал про ваши планы по выходу на западные рынки. Можете рассказать что-то?

Мало кто понял, что сейчас вся система обучения находится в глубоком кризисе. Она неэффективна. Мы все понимаем, что если ты хочешь делать бизнес, ни в коем случае не иди в бизнес-школу. Где-то в подсознании это есть у многих. Никто не гарантирует тебе, что ты выйдешь и добьешься чего-то с предсказуемым результатом. Понятно, что человек с высоким энергоресурсом добьется своего и без этих бизнес-школ, примеров полно. 

Ни у кого нет модели, как предсказуемо и системно выпустить человека, который добьется каких-то результатов в бизнесе. Мы можем вполне предсказуемо определить, что если человек пройдет все ступени обучения и будет делать все то, что мы ему говорим, то он добьется поставленных перед ним задач с довольно высокой степенью вероятности. Какая бизнес-школа может это сказать? Ответ — никакая.

У нас уже есть в Латвии, в Лондоне, в Мадриде, в Израиле офлайн-тренинги, которые проводят наши тренера. Есть развитая система заданий, контроля, управления курсами. Сейчас в значительной степени у нас русскоязычная аудитория, но мы работаем над адаптацией материалов на другие языки.

Мы здесь, в России, уже сделали технологию, которая показывает феноменальные результаты.

Слева арт-директор «Бизнес-Молодости» Руслан Хуснутдинов, в центре Пётр Осипов, справа выпускник «Бизнес-Молодости» Алексей Ананьин

Процитирую какие-то общеизвестные знания про «Бизнес-Молодость». Основная критика заключается в том, что все, чему вы учите, это цепочка «ниша-лендинг-трафик-продажи». Довольно простая и прямолинейная схема.

Давайте отличать, что человек видит со стороны, и что есть на самом деле. Если со стороны кому-то видится, что все так просто, это совсем не означает, что модель такая примитивная.

Любому бизнесу нужно понимать, что продавать, кому и в каком ценовом сегменте. Те, кто хотят купить ваш товар, называются лидом. Лид должен откуда-то прийти. Источники могут быть разные — лендинги, сайт, личные продажи, размещение на площадках по привлечению трафика и так далее. Все это упирается в выбор сегмента, в количество клиентов, которые тебе необходимы, и в конверсию.

Это я описал то, что можно описать за 20 секунд. Понятно, что на двухмесячном тренинге все эти стадии разбираются гораздо детальнее. 

Есть еще теория дисбаланса, когда количество входящих запросов и клиентов равняется тому, сколько компания может обработать. При таких условиях компания умирает, стагнирует. Ну, может, не сразу умирает, но все к этому идет. Задача правильного бизнеса — сделать так, чтобы количество входящих клиентов было гораздо больше того, что компания на данный момент может обработать. Тогда бизнес развивается. Это теория дисбаланса.

Но потом мы поняли, что это неправильная, бездушная модель. Потому что в центре всегда стоит человек. И мы придумали новую модель.

Бизнес состоит из пяти частей. Сначала возникает продукт, затем его продажи, затем выстраивается система, затем формируется устойчивая команда. В центре всего стоит личность основателя (владельца).

И затем — новый виток — улучшенный продукт, продажи на новом уровне, система на новом уровне, обновленная команда из людей более высокого уровня. Компании, как правило, развиваются по восходящей спирали и на каждом витке проходят данные четыре этапа.

К примеру, «Бизнес-Молодость» сейчас заходит на второй виток, первый этап второго витка, мы создаём обновлённый основной продукт «БМ-Коучинг».

А вы как-то проверяете учеников, которые проходят тренинги, усвоили ли они все, сделали ли задания и так далее?

Конечно, у нас есть полноценная система аттестации. Пройдя двухмесячный курс, они сдают экзамен. Со всеми юридическими документами, с подтверждениями оборотов, с маркетинговыми материалами. Огромную папку сдают на этот экзамен.

Они должны подтвердить свой результат. Ведут управленческую таблицу со всеми показателям по бизнесу, предоставляют документы, счета-фактуры, акты и прочее. 

У вас есть статистика, сколько человек сдает этот экзамен?

У нас есть планка, минимальный порог — это 120 тысяч рублей за два месяца. Есть вторая и третья планка, +300 тысяч и +1 млн. +120 делает около 25% от слушателей курса. Больше миллиона в месяц делает порядка 5% от всех слушателей. Это аттестация, у каждого студента, подходящего к этому, есть два наставника, которые это уже прошли, и которые уже умеют зарабатывать. Они постоянно спрашивают учеников: «Где счет-фактура?», «Где договора?», держат в тонусе. 

Есть ли момент обмана? Да, наверное. Но важно понимать, что тут нужно очень потрудиться, чтобы это подделать. В последней версии тренинга для того, чтобы нас обмануть, ему придется подделать юрлицо, договора и выписки. Сами понимаете, если он это сделал, то он уже довольно талантливый человек, и ему наверняка открыта дорога, но не в традиционный бизнес.

Есть ли у вас кумиры среди российских или западных бизнесменов? На кого равняетесь (если, конечно, равняетесь)?

Есть ли кто-то, кого я хотел бы считать своим учителем? Когда я задаю себе этот вопрос, я смотрю на Джобса и спрашиваю себя — хотел бы я этого? Нет. Не хочу.

Я его уважаю, как теоретического персонажа, я его уважаю, как создателя красивых продуктов, но как стратегию жизни я выбрать его путь не могу. Когда компания ставится на первое место в жизни, это не мое. Мне нравится простое человеческое счастье — это здоровье, семья и деньги. Если передо мной будет выбор между семьёй или бизнесом, я выберу семью однозначно. Здоровье или бизнес — однозначно здоровье. И бизнесмены, которые ставят свою жизнь на кон, и все вертится вокруг их бизнеса, мне этот вариант, лично мне — не подходит.

Дональд Трамп, известный американский бизнесмен и инвестор. Хочу ли я считать его своим учителем? Нет, не думаю. Когда я на него смотрю по телевизору, мне тошно. У меня не возникает приятного чувства.

А на кого хочу равняться? Один знакомый недавно рассказывал историю, мол, был в Третьяковской галерее, и один наш очень крутой олигарх отреставрировал там одну комнату и повесил таблицу размером с окно, что вот он это сделал. Молодец он или нет? Я говорю — ну, молодец. Но лично для меня это не то.

Потому что есть Третьяков и есть олигарх. Это разные величины по всем параметрам, разные величины по выхлопу. Третьяков построил галерею, жизнь на это положил, а олигарх там комнату отремонтировал. Третьяков в 18 лет сформулировал для себя цель в жизни: брать из общества энергию, структуризировать ее и отдавать в виде пользы обратно. 

Я уважаю масштаб того, что он делал. А находим ли мы таких людей среди нас? Я считаю, что нет, я не вижу их. Когда я смотрю на Третьякова, у меня возникает чувство приязни и приятности.

Вы хотите, чтобы про вас вспоминали так же, как и про Третьякова?

Польза — это побочный продукт правильно организованного человека. И когда ты выстраиваешь свою работу и свои действия правильным образом, побочным явлением этого является некая полезность. А в центре находится не польза, а человек, который работает над собой. И все, на что ты можешь повлиять — это сделать себя чуточку лучше, каждый день. Ты не можешь улучшать других людей, это иллюзия, это миф.

Это Серафим Саровский же сказал, «Спасись сам, спасутся тысячи». Не надо людей трогать, занимайся собой. Надо с самим собой договориться, понять, чего ты хочешь и действовать. И это самая продуктивная позиция.

#Интервью #Бизнес_молодость #курсы_бизнес_молодости #кто_создал_бизнес_молодость #кто_стоит_за_бизнес_молодостью #Петр_Осипов

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления