[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]
{ "author_name": "Редакция vc.ru", "author_type": "self", "tags": ["google","\u0441\u0435\u0440\u0433\u0435\u0439_\u0431\u0440\u0438\u043d","google_glass","\u043b\u0430\u0440\u0440\u0438_\u043f\u0435\u0439\u0434\u0436"], "comments": 7, "likes": 14, "favorites": 1, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "5128", "is_wide": "1" }
Редакция vc.ru
5 043

Google всемогущий: зачем компании нужны дроны, автомобили и анализы крови

Журналист The Guardian Оливер Буркеман задался вопросом, чего хочет Google, расширяя сферы свого влияния. ЦП приводит адаптированный перевод его статьи.

Почему Google идет в политику

Чтобы понять будущее человечества — куда оно направляется, кто будет в нем главным и стоит ли нам об этом беспокоиться — Буркеман советует обратить внимание на два ничем не примечательных здания, расположенных в разных частях США.

Первое из них находится в километре от основного кампуса Google в Mountain View, и в нем размещается секретная исследовательская лаборатория поискового гиганта — Google X. Из восторженных заметок в технологических изданиях известно, что именно там Сергей Брин курирует разработку самоуправляемых автомобилей, дронов, приносящих посылки по воздуху, воздушных шаров, доставляющих 3G-интернет в отдаленные части света, беспилотных летающих турбин, собирающих энергию ветра, и Google Glass, надеваемого на голову компьютера, который прекрасно подходит для того, чтобы отпугивать окружающих.

Второе здание, на Массачусетс Авеню в Вашингтоне, куда менее известно. С июля его занимают лоббисты Google под руководством бывшего конгрессмена Сьюзан Молинари. Десять лет назад Google выделял на лоббирование 180 тысяч долларов, а за этот год уже потратил более 9 миллионов долларов — второй показатель среди частных компаний. Facebook и Microsoft далеко позади. Лоббистские команды Google работают не только в Вашингтоне, но и в других столицах — Брюсселе, Берлине, Лондоне.

Такая политическая активность необычна для технологической компании, замечает Буркеман. Если задаться вопросом, что такое Google, то, с одной стороны, это просто очень успешная рекламная компания: 90 процентов доходов в 2013 году Google получил от рекламы. Если посмотреть под этим углом, то нет ничего странного, что Google стремится, чтобы люди были постоянно в сети, — даже во время вождения. Но как насчет самоуправляемых автомобилей и дронов, исследований крови, мочи и слюны, а также Сalico — проекта, который, по мнению журнала Time, ставит задачу расправиться с самой смертью?

Среди более чем 160 компаний, приобретенных Google с 2001 года, — производители роботов, термостатов и дымоуловителей, компания, владеющая двумя спутниками, а также сайт, который специализируется на обзорах ресторанов. Что за этим стоит? Просто прихоть богачей, которые хотят найти способ жить вечно (а заодно обедать в приятных местах)? Или это часть продуманного плана?

Правда, которую никто не заметил

Чтобы найти подсказку, Буркеман советует читать между строк новую книгу How Google Works, написанную Эриком Шмидтом и Джонатаном Розенбергом. На первый взгляд, это обычное пособие для менеджеров, изобилующее банальными советами из серии «чтобы прийти к успеху, не распыляйтесь на мелочи». В книге есть фотография Шмидта, танцующего с корейским рэпером Psy, и анекдоты о Ларри Пейдже.

Но есть там и более интересные пассажи. Например, авторы честно признают, что все «плюшки» Google, вроде бесплатной еды, бильярдных столов и диванчиков, на которых приятно вздремнуть, нужны для того, чтобы люди оставались в офисе как можно дольше и получали удовольствие от сверхурочной работы. Шмидт и Розенберг также пишут о знаменитом девизе Don’t be evil. Оказывается, он вовсе не обозначал крестовый поход во имя добра. Девиз первоначально был нацелен на самих сотрудников компании, чтобы вдохновить их на создание новых технологий.

В предисловии к книге Пейдж пишет, что все началось во сне. Однажды, когда ему было 22 года, Пейдж увидел сон о том, что будет, если скачать всю сеть, а затем стереть все, кроме ссылок. Так можно было бы обнаружить скрытую структуру киберпространства, в которой ссылки являются показателем важности и достоверности страниц. Этот сон получил свое воплощение в PageRank.

Несколькими годами позже к этой картинке добавился недостающий кусочек пазла. В 1999 году на парковке Пейдж мимоходом поделился с Розенбергом мыслью о том, что должен существовать способ монетизировать поиск. Пейдж сказал о том, что когда люди ищут информацию, то они точно сообщают Google о своих интересах. Если правильно организовать информацию, то получится и самый полезный сервис в интернете, и точно нацеленная на покупателя рекламная система.

По словам Буркемана, книга только усиливает общее впечатление, которое возникает, если последить за деятельностью Googlе. Поисковая система в интернете превратилась в нечто большее. Миссия компании в другом — организовать мировую информацию и сделать ее универсально доступной и полезной. Слова «интернет» в миссии нет. Информация — это вообще все: чувства, люди, объекты, мысли, действия. По мнению Буркемана, Пейдж и Брин в этой миссии наиболее точно объяснили, что такое Google. Надо было читать внимательнее.

Поисковая система для всего на свете

По мнению Буркемана, Google стремится навязать свои принципы и за пределами веба. Скажем, Google Maps, Google Earth и Street View помогают Google быть поисковой системой для офлайнового мира. Но это только надводная часть айсберга. Как сообщило издание The Atlantic, Google недавно протестировал в Австралии миниатюрное воздушное судно, которое является чем-то средним между вертолетом и самолетом. Когда оно достигает пункта назначения, то сбрасывает посылку. Расположенный на конце лески детектор перед приземлением снижает скорость.

Эти дроны — важная часть общего плана. Буркеман полагает, что поисковая система для физического мира довольно ограничена, если показывает только фотографии того, что люди ищут. Дроны — другое дело: они доставят саму вещь почти так же стремительно, как результаты поиска в интернете. Или же Google сам доставит человека к желанной вещи на самоуправляемом автомобиле.

Google считает, что нет ничего, что бы выходило за рамки его возможностей. Такого мнения придерживается историк из Университета Вирджинии Шива Вайдхьянатан, автор книги The Googlization of Everything. По его словам, любые данные могут быть организованы, проанализированы и представлены миру с помощью алгоритмов Google. Сначала он стал операционной системой для интернета, зачем для мобильных устройств. Теперь он стремится проникнуть в очки и в автомобили. И это первая ласточка. В будущем данные будут пронизывать все на свете — холодильники, одежду, каждый аспект человеческих отношений. И Google хочет быть той компанией, которая это монетизирует.

По словам Буркемана, красота этой стратегии в том, что сервисы Google полезны не только для людей, но и для самой компании. Она получает информацию о том, что хотят люди, и это постоянно обогащает рекламные возможности. Поиск в интернете узнает, что человек ищет. Телефоны на Android узнают, где он находится, с какой скоростью двигается и стоит ли в пробке. Gmail узнает, с кем он общается. Термостаты могут предположить, когда он находится в отпуске. Glass сможет узнать, что он видит. Самоуправляемые автомобили смогут построить дневной график. Устройства, собирающие информацию о здоровье, помогут точнее таргетировать рекламу медицинских сервисов.

Фред Вогельштейн, редактор журнала Wired и автор книги Dogfight: How Apple and Google Went to War and Started a Revolution считает, что бизнес-модель Google — лучшая со времен Рокфеллера и нефти. Чем больше людей пользуется интернетом, тем больше денег у Google. По словам Вогельштейна, Google построил идеальную поисковую систему для цифрового мира и наверняка попытается сделать то же самое для мира физического.

Расплата за удобство

По словам Буркемана, за удобный поиск людям приходится платить. Например, под угрозой находится частная жизнь. Каждый человек, по задумке Google, должен быть привязан к определенному аккаунту. Этим объясняется нетерпимость Google к псевдонимам и использованию ненастоящих имен. Вайдхьянатан считает, что насыщенное данными будущее, — это угроза для человеческого достоинства и многообразия.

Эффективность и прозрачность, по его словам, становятся первостепенными ценностями и вытесняют все остальные. Чтобы увидеть, как все далеко зашло, достаточно взглянуть на европейский закон, предписывающий удалять из Google некоторые результаты поиска. Закон — туманный, нереалистичный и, вероятно, обреченный на провал, но представители Google, обсуждая его, говорили о другом. Они были в ярости, что чья-то жизнь окажется для них не такой прозрачной.

Есть и еще примеры того, как Google использует свое положение. Например, недавно европейские издатели опубликовали материал о том, что Google искусственно завышает позиции своих сайтов в результатах поиска, на что Эрик Шмидт ответил, что они делают поиск не для сайтов, а для людей.

Буркеман спрашивает, насколько вообще долговечна рекламная бизнес-модель, учитывая, что средняя цена за клик в Google падает с 2011 года. Реклама заполонила интернет и становится все менее и менее эффективной. Первый баннер в интернете кликнули 78% людей. Сегодня на рекламу на Facebook кликает одна двадцатая от 1%.

Однако позиции Google и тут будут незыблемы. В исследовании, опубликованном в прошлом году, Тим Хванг и Ади Камдар предложили понятие «рекламного пика» — точки, когда реклама достигает максимальной эффективности и затем начинает постепенно умирать. Но даже в этом случае позиции Google остались бы прочными. В ситуации, когда реклама пойдет на спад, крупные компании сохранят свое место под солнцем, так как только они обладают обширной сетью дистрибуции и огромным набором данных.

Так или иначе, жизнь людей все теснее связана с Google. Вайдхьянатан считает это всеобщей ошибкой. Люди долго полагали, что технологии Google — это волшебство, и что Google отличается от других акул капитализма. Да, возможно, это самая интересная компания в мире. Но это бизнес-предприятие. Оно не может всегда работать в интересах общества, и это надо учитывать.

Будущее наступает, заключает Буркеман. Машинам больше не нужен водитель. Последний прототип даже не оснащен рулевым колесом. Но тем не менее, на повестке дня остается вопрос: кто будет всем управлять.

#Google #сергей_брин #Google_Glass #ларри_пейдж

{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Голосовой помощник выкупил
компанию-создателя
Подписаться на push-уведомления