[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Daria Khokhlova", "author_type": "self", "tags": ["\u0437\u043e\u043b\u043e\u0442\u043e\u0439\u0444\u043e\u043d\u0434","\u043f\u0435\u0440\u0435\u0432\u043e\u0434","\u0441\u0442\u0430\u0440\u0442\u0430\u043f\u044b","techcrunch","\u0433\u0438\u043a\u0438","\u0447\u0442\u043e_\u0434\u0435\u043b\u0430\u0442\u044c_\u043d\u0435\u043f\u043e\u043d\u044f\u0442\u043d\u043e","\u0438\u0442_\u0438\u043d\u0434\u0443\u0441\u0442\u0440\u0438\u044f","\u0438\u0441\u043f\u043e\u0432\u0435\u0434\u044c_\u0437\u0430\u0434\u0440\u043e\u0442\u0430","new\u043e\u0447\u0451\u043c","happyfuncorp","\u0434\u0436\u043e\u043d_\u044d\u0432\u0430\u043d\u0441"], "comments": 19, "likes": 23, "favorites": 3, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "6965" }
Daria Khokhlova
14 548

«ИТ — не место для красавчиков»: огламуривание отрасли может её погубить

Издание TechCrunch опубликовало колонку президента компании-разработчика ПО HappyFunCorp Джона Эванса о том, почему повышенный интерес к технологической индустрии со стороны властей, артистов и тех, кто не имеет к ней прямого отношения, может замедлить её развитие.

ЦП публикует перевод материала, подготовленный командой Newочём.

Раньше техиндустрия была пристанищем для несоразмерного количества белых ворон и чудаков. Для гиков. Задротов. Для людей, которым было важно понимать, как устроены механизмы, им было необходимо их разбирать, улучшать и затем собирать снова. Эти люди существовали немного в стороне от установленной обществом иерархии и часто воспринимали эту самую иерархию как механизм, который можно разобрать и усовершенствовать.

Но теперь это не так. В наше время технологии стали определяющим культурным и экономическим фактором: основатели стартапов превратились в рок-звезд, а истеблишмент начал стекаться в техиндустрию. Рэперы и кинозвезды хотят инвестировать в технологии. «Технологические фирмы и консультанты призывают студентов, которые хотят получить соответствующий опыт, начинать собственный бизнес», — подмечает The Economist. «Высококлассные выпускники ломятся в техиндустрию», — соглашается The Wall Street Journal.

Техиндустрия становится неким институтом благородных девиц и плацдармом для верхушки среднего класса — таковыми были юридическая и финансовая сферы лет десять назад. Сейчас, когда технологии — это круто, власть на себя здесь взяли симпатичные люди, пришедшие из лучших университетов с дипломами MBA, социальными навыками и тщательно уложенными волосами, оттолкнув в сторону тех самых белых ворон и чудаков. Но, как ни парадоксально, несмотря на особое положение, у них намного меньше желания идти на риск.

Многие уверяют, что они чудаковатые, не такие, как все. Но вы не станете настоящим бунтарем, пока не бросите вызов чему-нибудь действительно важному. Отпрыски элиты, по сути, все равно остаются конформистами. Но тем временем, из-за кажущегося легкого успеха, технологическая контркультура превращается в позерство. Автор блога Technoccult Клинт Финли называет это «Prada-революция».

Контркультура когда-то существовала, и это имело значение. Интернет не должен был быть таким открытым и бесплатным. Правительства пытались навязать свои требования в течение многих лет. Посмотрите на давние попытки навязать странные, неработающие стандарты вроде X.400 вместо email-адресов, которым мы до сих пор пользуемся. Посмотрите на крипто-войны 1990-х, на попытки парализовать SSL и обвинения создателя алгоритма шифрования PGP Фила Циммермана. Но техиндустрия проигнорировала эти попытки, вытеснила их и отбилась, победив в борьбе против подобных намерений.

Справедливости ради стоит отметить, что сегодня эта борьба продолжается. Постсноуденовский всплеск интереса к сквозному шифрованию не может не радовать, как и победа в сложной борьбе за сетевой нейтралитет. Но это не пример того, как аутсайдеры дают сдачи, это пример стремления новоиспеченных гигантов защитить свои интересы.

Между тем, как пишет техножурналист Дэн Гиллмор в своей статье «Why I'm Saying Goodbye to Apple, Google and Microsoft», «мы теряем контроль над средствами, гарантировавшими нам равные возможности в инновациях — и это должно прекратиться».

Мне кажется, из-за того, что истеблишмент сливается с ИТ-индустрией и наоборот, люди, которые на самом деле думают по-другому — белые вороны, бунтари, нарушители спокойствия — будут (и уже) вытеснены (в некоторых случаях просто благодаря завышению цен). Легко представить, как через десять лет американская техиндустрия превратится в новый Уолл-стрит — огромную машину, созданную в основном для того, чтобы выкачать еще больше власти и привилегий для людей, которые и так имеют более чем достаточно.

Вот почему мне нравится Bitcoin: говорите о нем все, что хотите, в том числе и «пускай он в аду горит», но это объединение борцов за свободу, по-своему пугающее, в чем-то деструктивное и, в теории, опасное для текущего положения дел.

Вот почему я питаю слабость к Трэвису Каланику, несмотря на все недостатки Uber: кто-то же должен был снести стены этих устоявшихся картелей такси.

На сегодняшний день технологии — бесспорно, самая главная движущая сила. Каждый стартап — двигатель перемен, и все они потенциально очень мощные. Но мы по-прежнему измеряем успех в поднятых миллионах, миллиардах, в оценке, доходах, прибылях и сроках выхода на IPO. Это не губительно и не разрушающе. Но это то, как живет истеблишмент.

«Мы живем при капитализме. Его власть кажется неоспоримой — но таким же когда-то казалось божественное право королей», — утверждала великая писательница Урсула Ле Гуин на National Book Awards.

Более того, для создания действительно революционной компании никогда не было лучшего времени. Посмотрите на Y Combinator, который теперь открыт для неприбыльных стартапов. Посмотрите на удивительный список получателей пожертвований Reddit. Мне кажется, они там действительно рвутся к настоящим переменам. Огромная аудитория. Ее даже можно назвать рынком.

Капитализм не будет свергнут насильно. Этого и не нужно. Система, которая однажды заменит его, спокойно развивается в тени его высоких башен и просуществует вместе с ним много лет. Но для того, чтобы это произошло, я уверен, нам нужны истинные иконоборцы и чудаковатые вольнодумцы, которые соберутся в техиндустрии и не убегут, испытывая отвращение к симпатягам, втогршимся в эту сферу сейчас.

#золотойфонд #Перевод #стартапы #techcrunch #гики #что_делать_непонятно #ит_индустрия #Исповедь_задрота #newочём #happyfuncorp #джон_эванс

Статьи по теме
История войны за Sex.com — самый дорогой домен в истории
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Голосовой помощник выкупил
компанию-создателя
Подписаться на push-уведомления