[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Konstantin Panphilov", "author_type": "self", "tags": ["secret","google_ventures","\u0434\u044d\u0432\u0438\u0434_\u0431\u0430\u0439\u0442\u0430\u0443"], "comments": 24, "likes": 16, "favorites": 11, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "8329" }
Konstantin Panphilov
7 432

Почему провал Secret — следствие устаревшей модели инвестирования стартапов

Несколько недель назад объявил о закрытии анонимный сервис Secret — несмотря на огромную популярность на старте и привлечение нескольких десятков миллионов долларов инвестиций.

Джени Та, основатель социальной ecommerce-платформы Sqeeqee, написала для издания Venture Beat небольшой анализ взаимоотношений Secret и венчурных фондов, предположив, что причина провала компании заключается в устаревшей венчурной модели, которая требует глубоких реформ. ЦП приводит перевод заметки.

Колоссальный провал анонимного сервиса Secret и закрытие компании спустя 16 месяцев после её старта спровоцировало серьёзные дискуссии среди предпринимателей и венчурных инвесторов.

Задаются вопросы о том, как такой сценарий повлияет на будущее венчурной сферы и означает ли крах этого перефинансированного стартапа, что традиционная венчурная модель больше не работает и нуждается в пересмотре.

С точки зрения венчура

Фонды, которые помогли Secret привлечь огромную сумму в $35 млн: Google Ventures (один из самых первых инвесторов), Kleiner Perkins Caufield & Byers, Index Ventures, Redpoint Ventures, ряд бизнес-ангелов, Марк Андриссен, актёр Эштон Кутчер и другие.

Приложение достигло пика популярности спустя 10 месяцев после старта, а затем, несмотря на большое количество денежных средств, стремительно начало терять обороты. В отчаянной попытке наверстать упущенное основатели провели редизайн интерфейса, надеясь таким образом противопоставить что-то своим более популярным конкурентам — Yik Yak, Whisper, Snapchat, — но безрезультатно.

Быстрый рост и падение Secret показывает, что большие суммы финансирования часто могут играть важную роль в предопределении успеха или провала стартапа.

Дэвид Байтау

Secret и традиционная модель финансирования

Сделки с Secret соответствовали традиционному венчурному подходу. Он начинается с предпринимателя — назовём его Джимом. У Джима есть друг, Джек, который по счастливой случайности находится в приятельских отношениях с венчурным фондом. Джек знакомит Джима с представителями фонда, и Джим моментально оказывается в одном шаге от привлечения инвестиций.

Примерно то же самое произошло и с Secret. Оба основателя компании, Дэвид Байтау и Крис Бейдер, прежде работали в Google, и поэтому смогли воспользоваться старыми связями, чтобы проникнуть в фонд Google Ventures, ставший одним из первых инвесторов.

Анализ и сопутствующие вопросы

Многие инвестиции в стартапы оказывались провальными задолго до Secret, и многие провалятся после. Что делает историю Secret особенной? Или лучше спросить, что делает историю Secret примером того, что с нынешней моделью венчурного финансирования что-то не так? Ответ заключается в том, что Secret потопил именно этот массовый приток капитала. По словам Байтау, «к сожалению, сейчас Secret не соответствует видению, которое у меня было, когда я создавал компанию, так что я верю, что её закрытие — это правильный шаг для меня, наших инвесторов и нашей команды». Заявление Байтау, однако, позволяет задать несколько вопросов.

Первый вопрос. Можем ли мы найти скрытое сообщение в приведённом выше заявлении, подразумевающее, что проблемы венчурных инвесторов были причиной того, что видение Байтау настолько сильно отошло с курса? Это резонный вопрос, потому что Байтау и Бейдер были полностью неспособны предотвратить крушение такой инновационной и многообещающей концепции общения, несмотря на получение почти $35 млн в ходе двух раундов в течение трёх месяцев.

По справедливости, такого щедрого финансирования должно было быть более чем достаточно, чтобы позволить грамотному управлению — с правильным продуктом — поправить дела; и это всё намного хуже, чем болтовня о снижении трафика, которое заставило вроде бы надёжное приложение провалиться.

Второй вопрос. Поскольку управляющий партнёр Google Ventures Билл Марис был одним из первых инвесторов Secret, почему он не смог убедить двух сооснователей не принимать дополнительные $25 млн так скоро после закрытия раунда A на $8,4 млн? Как сказал Марис, который был контактным лицом Secret в Google Ventures: «Мы советовали им не делать этого. Мы говорили, что им не нужны деньги. И привлечение таких больших средств за такой короткий срок делало невозможным для компании соответствовать всем ожиданиям в будущем».

Билл Марис

Третий вопрос: если бы после закрытия раунда B на $25 млн Secret продолжил расти и развиваться, увеличив свою оценку в десяток раз, похвалил бы Марис основателей Secret за отказ следовать его совету не искать дополнительное финансирование?

С точки зрения предпринимателя

Конечно, задним умом все крепки. Но всё же, бесцеремонная кончина Secret также поднимает несколько вопросов о предпринимательской стороне дела, особенно учитывая тот факт, что каждый из двух основателей получил $3 млн наличными в ходе рауда B.

Четвёртый вопрос: был ли вывод $6 млн через ряд престижных венчурных фондов виной сооснователей компании? Если один фонд легко мог совершить такую ошибку, можно ли было ожидать того же самого от нескольких фондов разом?

Пятый вопрос: было ли верным со стороны предпринимателей обналичивать эти акции? Вероятно, нет. Однако основатели Secret были не первыми, кто поступил подобным образом. И в то время, как сценарий Secret оказался неудачным, бесчисленное количество других компаний не столкнулось бы в результате с такими проблемами.

Шестой вопрос: предприниматели должны оставить деньги себе или вернуть их? Марис утверждает, что должны вернуть. Если бы провала не произошло, а компания показывала бы рост в геометрической прогрессии, и её оценка пробивала бы потолок, дали бы фонды сравнимый бонус предпринимателям? Если нет, почему они должны возвращать эти деньги?

Седьмой вопрос: используют ли они эти деньги, чтобы создать что-то новое? Во второй раз их бы наставлял величайший учитель, опыт, и он напоминал бы, чем опасно такое большое финансирование на раннем этапе.

Выводы

Из взлёта и падения Secret мы можем вынести несколько уроков.

Первый урок: когда дело доходит до привлечения инвестиций, предсказать исход невозможно. Как правило, венчурные фонды следуют неписаному правилу «investing within» — инвестировать в кого-то, кто имеет связь с фондом — и это правило стало традицией. Очевидно, что Secret доказал ошибочность этого метода.

Второй урок: большинство фондов устанавливают строгий контроль над процессом принятия решений в компаниях, в которые они инвестируют, что может привести основателей на неверную дорожку — например, отвлечь их от первоначального видения. Это то, что указал Байтау в своём заявлении.

Третий урок: нам следует задаться вопросом, почему большинство фондов вмешиваются в процесс принятия решений — хотя изначально решение об инвестировании принимается на основании того, как хорошо сами предприниматели могут управлять своей компанией. Secret доказал, что это плохая стратегия, показывая, что если на основателей надавить достаточно сильно, то они решат просто следовать указаниям, позволяя карточному домику рушиться. Как мы знаем, когда это происходит, проигрывают все.

Четвёртый урок: чем слепо финансировать предпринимателей из собственных венчурных кругов — чтобы потом понять, что продукт был плохим, а предприниматели дурными управленцами — фондам стоило бы выбирать компании, основываясь на двух ключевых ценностях: 1. разработка революционного продукта и 2. чётко сформулированная концепция и экспертиза основателей.

Мысли в заключение

Кому-то провал Secret кажется «обычным днём в Кремниевой долине» — ещё одним простым примером неопределённости венчурного инвестирования. И всё же, было это обычным делом в Долине или нет, вопрос остаётся открытым: стало бы таких случаев меньше, если бы мы пересмотрели модель венчурного финансирования? И ответ, конечно, да.

#secret #google_ventures #Дэвид_Байтау

Статьи по теме
Основатель Secret продал Ferrari, купленный на деньги от продажи доли в стартапе
Команда анонимного сервиса Secret запускает новое приложение для обмена сплетнями внутри компаний
Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления