[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Philipp Kontsarenko", "author_type": "self", "tags": ["\u043a\u043e\u043b\u043e\u043d\u043a\u0430","\u0441\u0442\u0430\u0440\u0442\u0430\u043f\u044b","\u043a\u0440\u0435\u043c\u043d\u0438\u0435\u0432\u0430\u044f_\u0434\u043e\u043b\u0438\u043d\u0430","\u0442\u0435\u0445\u043d\u043e\u043f\u0430\u0440\u043a","\u0430\u043a\u0430\u0434\u0435\u043c\u043f\u0430\u0440\u043a"], "comments": 9, "likes": 14, "favorites": 3, "is_advertisement": false, "section_name": "default" }
Philipp Kontsarenko
5 593

Гринфилд или браунфилд: Где и как создавать инновационную площадку для стартапов

Генеральный директор новосибирского «Академпарка» Дмитрий Верховод написал для ЦП колонку и объяснил, какие преимущества имеют инновационные площадки, сформированные в научно-технической среде, по сравнению с «новоделами».

Один из первых вопросов, на который отвечают инноваторы при запуске инновационного кластера — по какой схеме его создавать: гринфилд или браунфилд? Все делать с чистого листа или строить на каком-то уже существующем фундаменте?

Безусловно, в обоих случаях есть как серьезные плюсы, так и минусы. «Сколково» и «Иннополис», например, решили идти по первому пути. А вот у нас с самого начала не было никаких сомнений, что у «Академпарка» большие шансы на успех именно благодаря тому, что здесь есть, вероятно, главное — плодородная сформировавшаяся научно-образовательная среда. И мы считаем, что это — уникальный кейс, преимущество, которое нас очень отличает от других. Но делая столь громкое заявление, безусловно, надо его обосновать.

Думаю, никто не станет спорить с утверждением, что главное при создании инноваций — плодотворная экосистема. Собственно, над ее формированием и трудятся уже упомянутые и многие другие кластеры инноваций. Из чего, если совсем уже упрощать, она состоит? Из науки, которая дает основу для инноваций, и образования, которое обеспечивает кадры.

На формирование таких центров нужны даже не годы, а десятилетия. Так вот в Новосибирске такая система уже существует, и не первый десяток лет. Здесь надо немного рассказать о том, как строился Новосибирский государственный университет. НГУ был очень своеобразным для СССР учебным заведением. Построено оно было, по сути, теми же людьми, что создавали МФТИ — один из лучших технических вузов по любым меркам — и отчасти по его образу и подобию.

В итоге в Новосибирске был создан первый университет, целиком и полностью сфокусированный на генерации научно-технических кадров. А вокруг НГУ сложилось целое созвездие научно-исследовательских институтов, которые сумели дать свету огромное число разработок — я говорю про Академгородок (частью которого является «Академпарк»). Так что у нас есть главное — я вообще уверен, что инновационную экосистему невозможно создать без большой науки и образования.

Это подтверждают и успешные мировые примеры. Самый яркий, естественно — Кремниевая долина. Сформировалась она в первую очередь на базе благодатной среды — Стэнфорд стал колыбелью для многих успешных компаний. Отсюда вышло колоссальное число ярких предпринимателей, а выпускники университета нарасхват не только в Долине и в США, но и во всем мире.

Впрочем, Стэнфорд — это ведь не только университет, это еще и высококлассная наука, лаборатории, технические центры. Не все, наверное, знают, что Google ежегодно выплачивает около $140 млн университету за использование его разработок. Но рядом, в Калифорнии, есть еще и другие отличные вузы — Беркли, Калифорнийский университет, — которые тоже значительно влияют на инновационную экосистему.

Существуют и другие — пусть и чуть менее известные, но тоже легендарные кластеры — Гарвард и MIT в Бостоне, Карнеги Меллон в Питтсбурге. Все это — в первую очередь научные-образовательные центры с успешной историей, которая складывалась многие десятки лет. И уже на этой базе вырастали большие инновации. Параллели с НГУ, на мой взгляд, очевидны.

Критики могут сказать, что наука и образование еще не гарантия коммерческого потенциала. Однако в защиту моего основного тезиса много примеров — и это не считая Кремниевой долины. Выпускники НГУ сумели пополнить ряды не только классных ученых, но и успешных предпринимателей.

Скажем, компания «Тион», которая была создана аспирантом университета Дмитрием Трубицыным. Еще четыре года назад это был небольшой стартап с выручкой в несколько миллионов рублей, сейчас их оборот — больше миллиарда рублей в год. Это одна из самых быстрорастущих компаний в России. И эти люди — на сто процентов воспитанники той самой среды, о которой я говорю.

Что важно, основатели не утратили связь с университетом — запустили, например, для школьников Турнир юных физиков. В итоге новосибирцы стали основой для российской сборной, которая в 2013 году вошла в топ-30 на всемирной олимпиаде, а еще через год заняла второе место в Великобритании.

Из более молодых компаний отмечу «Appercode» — один из самых известных российских стартапов последних лет. Чтобы было ясно, что это не какие-то случайные разовые истории — сейчас в «Академпарке» более 300 компаний с общим оборотом порядка 17 млрд рублей. Не вижу в этом ничего удивительного — среда воспроизводит сама себя, и далеко не первый год.

Я думаю, что создание инновационных экосистем возможно и в «чистом поле» и могу только пожелать успеха коллегам, но наш опыт говорит, что «браунфилд» во многом более эффективный путь. Например, когда мы создавали «Академпарк», то это с самого начала была не какая-то абстрактная конструкция, бизнес-парк, который надо будет кем-то заселить. Мы создавали территорию под совершенно конкретных людей, которых мы знали — это те самые несколько сотен компаний, о которых я чуть раньше и написал. Это «Тион», это «Appercode», это многие другие.

Что важно, и на этом этапе среда продолжает воспроизводить себя: более зрелые предприниматели передают опыт более молодым. И те прислушиваются к ним с гораздо большим доверием — потому что это не какие-то абстрактные внешние эксперты, это люди, которые несколько лет назад точно так же были выпускниками того же университета или сотрудниками тех же лабораторий. Я думаю, это залог успеха.

#Колонка #стартапы #кремниевая_долина #технопарк #Академпарк

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Команда калифорнийского проекта
оказалась нейронной сетью
Подписаться на push-уведомления