Экономический кризис, капитализм и криптовалюта

В закладки

Как и любой другой экономический кризис, нынешний не похож на предыдущие ни своими причинами, ни своими последствиями. Попробуем проанализировать причины и спрогнозировать возможные варианты будущего.

Эпидемию коронавируса, развернувшуюся в 2020 году, иначе как “чёрным лебедем” для экономики назвать невозможно. И как полагается такой птице она прилетела оттуда, где её никто не ждал. Однако такой взгляд на мир носит определённое упрощение, ведь многие из тех проблем, с которыми мы уже столкнулись и ещё столкнёмся, были хорошо известны до этого года. Кстати мне, всегда, казалось несколько странным, что подавляющее число людей называют кризисом исключительно некую точку во времени, обычно, расположенную либо в середине, либо в конце какой-то череды событий. На мой взгляд, кризис это отрезок от “Как всё здорово! Никогда ещё не было так хорошо! Теперь всегда будет так!” до “Какой ужас! Нет никакого выхода! Теперь всегда будет так!”. Поэтому в этой статье я ретроспективно опишу те события, которые предшествовали тому, что происходит сейчас и возможные варианты будущего, которое может наступить.

Итак, начну я с описания событий, которые наступили после начала ипотечного кризиса 2007 года. Если кто-то забыл или не знает, то мировая экономика в тот период испытала шок, который последний раз ощущала во времена “Великой депрессии” (1929-1939). И это сравнение не преувеличение. В своих воспоминаниях министр финансов США Тимоти Гайтнер рассказывает, что приходя утром на работу и просматривая отчётность экономической активности США, он наблюдал такие же страшные цифры, которые были во времена депрессии. Если попробовать изложить суть кризиса и его потенциальные последствия в нескольких словах, то можно сказать следующее. Дефолты (невыплаты) по ипотечным облигациям привели к потенциальному банкротству всех крупнейших банков США. Банки не могли больше выдавать кредиты ни бизнесу, ни населению. Бизнес, который потерял доступ к кредитным деньгам, стал закрываться. А население, потерявшее доступ к потребительским и ипотечным кредитам перестало потреблять товары и услуги бизнеса, тем самым это ещё больше усугубило экономическое положение. После того как бизнес стал закрываться, население ещё и начало терять работу, и вот страшная спираль экономического коллапса стала ускоряться с ужасающей стремительностью. Американские институты, наученные горьким опытом событий 20 века, знали, что это смертельное пике нужно остановить любой ценой и предприняли беспрецедентные на тот момент меры финансового стимулирования экономики. Список этих мер был достаточно значителен, но нас интересует две наиболее важные из них, а именно QE (Количественное смягчение) и понижение процентной ставки ФРС (центральный банк США) практически до нуля (от 0% до 0,25%).

И так, что такое QE? Тут я позволю себе процитировать википедию, которая даёт простоё и ясное объяснение этой аббревиатуры.

Количественное смягчение (англ. Quantitative easing, QE) — монетарная политика, используемая центральными банками для стимулирования национальных экономик, когда традиционные монетарные политики в связи с рядом факторов являются неэффективными или недостаточно эффективными. При количественном смягчении центральный банк покупает или берёт в обеспечение финансовые активы для впрыска определённого количества денег в экономику, тогда как при традиционной монетарной политике ЦБ покупает или продаёт государственные облигации для сохранения рыночных ставок процента на определённом целевом уровне.

В этом случае центральный банк покупает финансовые активы у банков и у других частных компаний на новую электронную эмиссию денег. Это позволяет увеличить банковские резервы сверх требуемого уровня (excess reserves), поднять цены приобретённых финансовых активов и снизить их доходность.

По большому счёту QE, это и есть печатанье денег и их закидывание в экономику. Можно сказать, что это такой способ центральных банков печатать новые деньги, которые вроде как подтверждены рыночными активами. Качество этих активов в том же 2008 году вызывало много вопросов у экспертов, но мы не будем касаться этой проблемы.

Второй инструмент это процентная ставка Центробанка. По сути, это тот процент, под который обычные банки могут занимать у центрального банка деньги. В свою очередь процентная ставка ЦБ транслируется на кредиты для бизнеса и населения. Все мы можем наблюдать эту взаимосвязь, когда ЦБ РФ понижает свою ставку. Уже на следующий день, а иногда и заранее, коммерческие банки снижают ставки, как по вкладам, так и по кредитам, будь то потребительский кредит или ипотека. Если совсем упрощать, то процентная ставка это цена денег, а именно то, на сколько их дёшево занимать. Процентная ставка это не “Сферический конь в вакууме”, она зависит от множества экономических факторов, но, пожалуй, именно этот инструмент один из важнейших орудий влияния центральных банков на экономику.

Можно ещё упомянуть такой инструмент центральных банков как РЕПО, но я не буду на нём останавливаться, так как, по моему мнению, он отчасти является производным от двух вышеописанных. Наверно ещё стоит отметить, что у государств помимо монетарных способов стимулирования экономики есть ещё и фискальные, такие как снижение налогов, государственные расходы и т.д. И пожалуй в первой половине 20 века и веке 19 они были достаточно эффективны, но, на мой взгляд, как и взгляд многих экономистов, они не могут оказать большого влияния в современном мире.

И так вернёмся к американскому ипотечному кризису 2007 года. Америка включила свой печатный станок, понизила ставку ФРС до нуля и стала спасть свою экономику. С течением времени эти меры стали помогать. Банки избежали банкротств, ещё через некоторое время стал восстанавливаться фондовый рынок, а за ним и реальный сектор экономики. Несмотря на небольшие коррекции на фондовом рынке, в целом экономика США росла около 12 лет. По некоторым показателям, например, таким как занятость населения, Америка смогла добиться чуть ли не лучших показателей за всю свою историю. Фондовый рынок вырос от своих предыдущих “хаёв” (самые высокие значения) 2007 года в 2 раза.

Очень хотелось бы написать, что вот, и найдено средство от всех экономических потрясений, однако и у таких положительных мер есть обратная сторона. Понижение ставки после ипотечного кризиса не было первым случаем, когда ФРС так поступал для стимулирования экономики. Однако это был первый раз, когда ФРС понизил ставку до нуля. Проблема с нулевой ставкой заключается в том, что её уже затруднительно опускать ниже. Ниже уже отрицательные процентные ставки. Чтобы было понятно, что означают отрицательные процентные ставки, представьте, что вы взяли на 1 год кредит в 1 миллион рублей под -10% годовых. Это означает, что за год нужно будет вернуть даже не номинал вашего долга, а 1 миллион – 10% т.е. 900 тысяч рублей. Такой эксперимент с отрицательными ставками был проведён некоторыми европейскими центральными банками, а также ЦБ Японии. Результат этого эксперимента в целом оказался относительно успешным. Стимулирование экономики имело место, пусть и не привело к значительным результатам. В то же время каких-то страшных последствий, таких как гиперинфляция даже близко не произошло. Более того, многими экспертами отрицательная ставка стала восприниматься как инструмент борьбы с дефляцией. Такая непоколебимая истина о том, что много дешёвых денег обязательно приведёт к инфляции, в реальности уже перестала работать, по крайней мере, в прошедшем десятилетии и в некоторых странах мира.

Кроме этого прошлый кризис показал, что бывает с теми, кто не заливает деньгами собственную экономику. Таким примером стал Европейский Союз. Так уж повелось, что главным финансовым двигателем Европы является Германия. И как водится, немцы не были столь щедры ни к своим банкам, ни уж тем более к банкам своих партнёров по союзу. В итоге ЕС пережил не только глобальный кризис 2007 – 2008 года, но и ещё один свой локальный 2010 – 2013. В конце концов, и европейскому центральному банку пришлось проводить те же меры, что американскому ФРС и это также помогло спасти экономику Европы и евро как валюту.

И так можно предположить, что печатать деньги и раздавать их под отрицательную процентную ставку не такая плохая идея. Это действительно помогает экономике выбираться из кризисов. Возможно такая политика не лучшее решение, но альтернатива в виде массовых банкротств, увольнений и обнищания населения выглядит гораздо хуже. Однако у такой финансовой политики, которую к слову прозвали “ Helicopter money ” (Вертолётные деньги), есть ряд очень серьёзных проблем.

Первая проблема заключается в том, что львиная доля тех средств, которые были напечатаны для спасения экономики, начинают аккумулироваться на фондовом рынке, тем самым надувают новый пузырь. И само по себе это не плохо, вот только в реальный бизнес поступает куда более скромный ручеек из этого рога изобилия. В итоге получается перекос, когда та или иная компания или целый сектор компаний имеет огромную капитализацию, при этом реальный доход гораздо ниже или совсем отсутствует. Получается порочный круг, в котором компании могут существовать только в условиях дешёвых кредитов, вернуть эти кредиты они не в состоянии, в лучшем случае они могут их обслуживать, при этом, несмотря на их убыточность, все эти компании нужно поддерживать на плаву. Причин, почему их необходимо поддерживать множество. Это и “Too big to fail” (Слишком большой, чтобы обанкротиться) и то, что в этой компании огромное количество работников и нельзя допустить их увольнения, и существование для безопасности государства и т.д. У всех на слуху, например убыточность Tesla или Uber. Но давайте посмотрим график цены акции такой компании как Boeing. Компания в долгах как в шелках, были серьёзнейшие проблемы с самими самолётами из-за нескольких катастроф, зато акции чувствовали себя до 2020 года просто отлично. С 2009 года по 2019 акции выросли в 5 раз. И поймите меня верно Boeing действительно хорошая компания и ей действительно не дадут умереть ровно по тем 3 причинам, о которых я написал выше, её будут спасать снова и снова. Вот только Boeing далеко не единственная такая компания. И каждый раз кредитных денег для её спасения будет требоваться всё больше и больше, а ставка, которая нужна для того, чтобы эти кредиты обслуживать должна быть всё ниже.

Ещё одной проблемой “вертолётных денег” является то, что благодаря такой экономической политике, всё больше частных компаний становятся квазигосударственными. Причиной тому является то, что государство при спасении той или иной компании становится либо главным кредитором, либо главным совладельцем, в зависимости от того какой формат спасения будет выбран. Есть ещё третий вариант помощи, государственные заказы. Именно такой инструмент использовала Америка во времена президента Рузвельта. Какой бы из вариантов не был бы выбран, роль государства в деятельности компании будет возрастать. К чему приводит такая ситуация экономистами уже давно хорошо описано. Если очень коротко, то это падение эффективности. И большинство развитых западных правительств, также хорошо об этом знают. В какой-то момент после того как кризис пройден государство при первой же возможности начинает избавляться от таких активов на своём балансе, передавая их в частные руки. Именно так поступали США и в меньшей степени страны Европы. В меньшей степени, потому, что после ипотечного кризиса рост Европы был меньше чем американский, поэтому не было и такого большого количества желающих приобретать подобные активы. Если вы думаете, что всё это касается только банковского сектора, то почитайте историю спасения General Motors и похожую историю Opel в Европе. Возрастающая роль государства в экономике приводит к переходу от рыночных механизмов к тем, которые приняты в плановых экономиках. К чему в итоге это приводит, мы можем увидеть на примере экономики СССР, которая к слову в пике своего могущества составляла около 15% процентов мирового ВВП (Для сравнения США в пике составляла 25%, а РФ сейчас около 3%). Поэтому если можно избежать увеличения роли государства в экономике, лучше постараться это сделать.

Ну и ещё одной проблемой, которая появляется, когда государство начинает спасать свою экономику, это экономические войны с другими странами. Тут нагляднее будет привести пример. Америка начинает спасать свои компании и поэтому начинает закидывать их деньгами. Китай наблюдает за этим и действует аналогичным способом, помогая своим. Америке это не нравится, и она вводит ограничения на китайские компании. Китай отвечает на это ограничениями на американские корпорации. Европа, наблюдает за тем как доллар и юань обесцениваются своими же государствами, и начинает стимулировать свою экономику, ослабляя евро. Америке и Китаю это не нравится, и они начинают бодаться ещё и с ЕС. ЕС вынужден ответить тем же. Остальные страны рано или поздно втягиваются в эту возню. В результате процесс глобализации, который делал весь мир богаче последние лет 30 - 40, начинает давать сбой. При этом больше всего вреда глобализации причиняет государство, которое по сути его и породило, т.е. США. Я не берусь судить, на сколько выигрывает или проигрывает мир или отдельные страны от глобализации, но можно с уверенностью сказать, что после 2008 года, экономического напряжения между мировыми державами стало гораздо больше и продолжение “хеликоптер мани” и протекционизма будет усугублять торговые и валютные войны.

Зная обо всех этих проблемах, пытался ли мир и США как локомотив мировой экономики что-то изменить в своей экономической политике? Судя по всему да, пытались. В частности ФРС пытался поднять ставку так высоко, как только мог. С декабря 2015 года центральный банк США стал укреплять ставку. Параллельно с этим началась продажа активов, которые оказались на балансе в кризисный момент, а размер РЕПОвания стал уменьшаться. Изменилась и риторика политиков. Так в тот момент ещё кандидат в президенты Дональд Трамп заявлял, что будет требовать от ФРС повышения ставки, так как он хочет видеть американский доллар сильным. Также Трамп говорил о том, что фондовый рынок искусственно перегрет и что с этим пора что-то делать.

Собственно после 2015 года всё шло хорошо и многие экономисты уже начали рассуждать о том, что в будущем мы перейдём в так называемый супер-цикл (обычно около 30 лет) растущих процентных ставок центральных банков. И действительно всё продолжалось очень неплохо до последнего квартала 2018 года, когда индекс S&P просел на 20%, чем вызвал большую тревогу, как в финансовом мире США, так и в остальном мире. И вот с декабря 2018 года ставка ФРС больше не росла. А в июне 2019 центробанк США дрогнул и начал стремительно понижать свою ставку. Дональд Трамп уже ставший президентом США поменял свою точку зрения насчёт действий ФРС и стал требовать понижения ставки. В конечном итоге он даже стал намекать на то, что и отрицательные ставки не являются для американской экономики чем-то страшным или вредным.

The Federal Reserve should get our interest rates down to ZERO, or less, and we should then start to refinance our debt. INTEREST COST COULD BE BROUGHT WAY DOWN, while at the same time substantially lengthening the term. We have the great currency, power, and balance sheet.....

Кроме этого возобновилась практика гигантских операций РЕПО. В конце 2019 года Федеральный Резерв выделил около триллиона долларов для американских банков на поддержание ликвидности. Все эти меры помогли фондовому рынку, который развернулся и достиг своих новых хаёв на уровне 3400 пунктов индекса S&P. Этот рекордный уровень был достигнут 10 февраля 2020 года. Что произошло, потом мы все знаем. После самого резкого падения американского фондового рынка за всю свою историю ФРС и министерство финансов США понизили ставку до нуля и сообщили, что предоставят безлимитную поддержку экономики на период кризиса (был одобрен пакет мер примерно на 6 триллионов долларов). ФРС также добавил, что предоставит для операций РЕПО 1 триллион долларов США ежедневно до конца марта и, скорее всего, продолжит эту практику в апреле. Можно сказать, что это и есть те самые “вертолётные деньги”, необходимые для спасения экономики. Справедливости ради стоит отметить, что правительство США, также как и правительства других западных стран, судя по всему, пытаются влить то количество денег, которое ВВП той или иной страны потеряет в этом году. По некоторым оценкам США потеряет около 15% - 20% процентов своего ВВП, и это примерно около 3-4 триллионов долларов. Т.е. данные меры как бы не должны привести к неконтролируемой инфляции. И наверное останься эти меры зафиксированы в данном объёме, возможно ничего страшного бы и не случилось. Но уже сейчас понятно, что этими, пусть и беспрецедентными мерами дело не ограничится. Процесс повышения ставок от 0.25% до 2.5% занял 10 лет. На понижение ставок до 0.25% потребовался всего 1 год. Сейчас как никогда близок приход мира отрицательных процентных ставок и неограниченного количественного смягчения.

И всё бы ничего, если бы не два крайне неприятных аспекта. Первый заключается в том, что отказ подобных мер приведёт мир к “Великой депрессии” и поэтому от них невозможно уклониться. А второй заключается в том, что собственно капитализм, к которому мы все привыкли за несколько столетий, вот-вот кончится, если уже не закончился (это как посмотреть). И поймите меня, верно, я не сторонник левых взглядов, но я честно не представляю, как классический капитализм может работать с отрицательными ставками. Точнее я могу понять, как мировая экономика может работать с отрицательными ставками, но это уже не называется капитализмом. Возможно, просто нужно другое название, неокапитализм или посткапитализм или ещё как-то, это не так важно. Существенно, что никто на планете в данный момент не может уверенно сказать, как эта новая реальность будет работать. Лично мне в голову из публично обсуждаемых идей того, что за новый экономический мир нас ждет, приходит на ум термин “The Zero-Marginal-Cost Economy”. Это достаточно спорная идея, но возможно с ней стоит ознакомиться в свободное время. Подытоживая всё написанное ранее, я хочу только добавить ещё одну свою мысль. В 2008 году наступил структурный кризис мировой экономики. Те действия, которые были проведены, помогли свести тот кризис к “Великой рецессии”, а не “Великой депрессии”. Однако эти меры помогли нам только отсрочить необходимость фундаментальных изменений в глобальной экономической модели. В тот раз у нас был патрон в виде понижения ставок. Сейчас такого патрона нет.

Возможные варианты будущего

Я не профессиональный экономист и не могу излагать своё видение с высоты научных знаний о возможных путях развития ситуации. Однако именно это положение даёт мне возможность свободно рассуждать о самых невероятных вариантах будущего.

Я постарался сгруппировать все свои мысли о том, как может измениться экономика в три сценария:

  1. Сильно ничего не изменится
  2. Технологическое средневековье
  3. Плановая экономика 2.0

Сильно ничего не изменится

Вариант, при котором будущее будет примерно таким же, как настоящее, пожалуй, описать легче всего. В этом будущем ставки центральных банков либо останутся на нуле, либо совсем незначительно опустятся ниже нуля. Количественное смягчение будет иметь место, однако его размеры не в кризисных ситуациях не будут увеличиваться драматически. Гиперинфляции не будет и дефляции тоже. Торговые и валютные войны будут носить локальный характер и на вектор развития мировой экономики серьёзного влияния иметь не будут. Налоговая нагрузка не будет сильно расти и останется примерно на том же уровне. Возможно появление новых видов налогов, например экологических, однако их влияние будет компенсироваться дешёвыми кредитами и субсидиями от государств. Контроль над движением капиталов, борьба с оффшорами и усиление роли регуляторов (законы о хранение данных, антимонопольные законы и т.д.) будут усиливаться.

В более долгосрочном прогнозе возможен даже разворот от мягкой кредитной политики к более жёсткой, т.е. начало суперцикла укрепления процентных ставок. Темпы развития глобализации замедлятся, но не остановятся. Тренд на усиление государствами собственных экономик в ущерб интересам глобальных экономических союзов и партнёрств продолжится, но не приведёт к серьёзным конфликтам и изменениям.

У такого сценария развития событий много сторонников. Одним из них является известный финансист Андрей Мовчан. Вот его виденье.

Может показаться странным, почему повышение ставки и подорожание кредитов попало в вариант “Сильно ничего не изменится”, ведь последние 30-40 лет ставка уменьшалась. Это так, но вот на горизонте прошедших 100 лет, мы увидим, что так уже было, и если сейчас ставки будут укрепляться, то это тот паттерн, который описывается цикличностью экономики и ничего нового в этом нет.

В принципе такой сценарий для консервативных экономистов, бизнесменов и политиков (да наверно и для большинства людей) кажется наиболее вероятным. Однако так просто всё выглядит только с одной стороны. Предположим, ФРС стал повышать ставку. А как это переживёт фондовый рынок США? Как переживёт это американский бизнес? А не начнётся ли рецессия, перетекающая в депрессию? Какие будут социальные последствия? А сколько протянут на своих постах политики и чиновники, которые решились на такие коренные перемены? И всё это только касается внутренних вопросов США. А как там остальной мир? ЕЦБ начнёт поднимать ставки вслед за ФРС или продолжит их ослаблять? А как на то или иное действие европейского ЦБ отреагирует его американский коллега? А что будет делать Китай? Как крепкий доллар отразится на сырьевых товарах? Как себя будут чувствовать развивающиеся страны и что они будут делать? А не будут ли для США последствия хуже? Список вопросов, на самом деле, гораздо больше. И ещё стоит отметить, что рассмотрены вопросы, вытекающие из предположения, что именно ФРС начнёт повышать свою ставку. А что если ставку начнёт повышать, например ЕЦБ или банк Японии, какой тогда список вопросов мы получим? С другой стороны, все эти неопределённые последствия должны стать платой за достижение одной единственной цели - вернуть капитализм на свои обычные рельсы. Цель, конечно, благородная, но вот цена кажется заоблачной.

С другой стороны, можно вообще ничего не менять и смотреть, куда эта кривая выведет. Правда и тут всё не так радужно, потому, что если продолжать траекторию движения глобальной экономики, то всё в более странном мире мы можем оказаться. В мире, где деньги дают просто так и их не особо-то и надо их возвращать, вот только за чей счёт этот праздник никто не говорит. И если в новом мире деньги дают просто так, то смогут ли они править миром? А если не деньги правят миром, то тогда что?

Технологическое средневековье.

Сложно представить себе мир, в котором деньги, напечатанные государством, уже не так важны, как все к этому привыкли. Но для того чтобы попробовать заглянуть в будущее, иногда нужно вспомнить прошлое. Современные государства, как и капитализм, существовали не всегда. Если попытаться назвать время, в котором капитализм появился, наверно логичнее всего указать XV век. Многие экономисты и учёные назовут другое время, кто-то более ранее, кто-то наоборот более поздний период, но если попытаться усреднить, то XV век кажется вполне себе правильным ответом. Государства, к которым мы привыкли, а если использовать более точный термин “Национальные государства” появились, как принято считать, в середине XVII века, после окончания 30-летней войны и церковной реформации. Так, что мир, который мы воспринимаем незыблемым на самом деле существует не больше 500 лет. И это для западноевропейской цивилизации. Для всех остальных и того меньше. С другой стороны срок даже по историческим меркам приличный. Но как мы понимаем, что-то было до этого периода и что-то может быть после.

Одним из лучших спикеров на тему “Технологического средневековья” является политолог Екатерина Шульман. Вот её выступление, с которым я настоятельно рекомендую ознакомиться.

Если попытаться принять идею, что в целом государства уже подошли к лимиту использования своих возможностей монетарной и фискальной политики, то можно предположить, что для роста экономик нужно придумать какой-то новый инструмент. В целом экономический рост напрямую связан с экономической эффективностью. Одним их показателей экономической эффективности является производительность труда. И вот тут всех нас ждёт сюрприз. Если вы думаете, что роботизация и IT сможет его повысить, вынужден вас огорчить. Потому что они уже это сделали примерно с 70-х годов. В 70-х роботизация стала входить в нашу жизнь и сильно повысила производственные мощности. 80-е принесли нам компьютеризацию. В 90-е произошёл прорыв в программном обеспечении для компьютеров, а 2000-е произвели интернет-революцию и запустили коренные изменения в мировой торговле.

Самое забавное, что производительность труда стагнирует. Точнее такой показатель как “Общая факторная производительность”. Привожу определение википедии:

“Общая факторная производительность (англ. total factor productivity) — экономическое понятие, обозначающее совокупность факторов, влияющих на выпуск продукции, за исключением затрат труда и капитала. Общая факторная производительность может рассматриваться как мерило долгосрочных технологических изменений или технологической динамики.

Общая факторная производительность часто рассматривается как действительный драйвер экономического роста; исследования показывают, что в то время как труд и инвестиции являются важными факторами, общая факторная производительность обеспечивает до 60 % роста экономики.”

Другими словами, если хотим замерить, насколько технологический прогресс увеличивает производительность труда, и при этом не хотим добавлять лукавые цифры, которые вносят своим влиянием на экономику центральные банки, то смотрим этот параметр. И вот тут нас ждёт совсем невесёлая картина.

Одним из последних существенных драйверов роста экономики был интернет и те возможности, которые он дал мировой торговле. Но вот уже около 10 лет, наблюдается стагнация. Очень хочется предположить, что разогнать мировую производительность труда смогут такие технологии как AI, космические технологии или биотех. И пожалуй они несколько увеличат производительность, однако до того рывка, который дал экономике интернет, эти технологии сильно не дотягивают. Возможно автоматизация логистики (автомобили с автопилотом и т.д.) сможет увеличить этот показатель, но и у этого инструмента потенциал ограничен.

Нужно чтобы появилась технология, которая могла бы изменить то, как взаимодействуют друг с другом люди. И масштаб этих изменений должен быть сопоставим с тем, что сделал интернет. Возможно, такой технологией станут блокчейн и криптовалюты.

Я надеюсь, что читатели этой статьи имеют общее представление о том, что такое блокчейн и криптовалюта, но на всякий случай подчеркну два важных нюанса для понимая этой технологии. Блокчейн это просто база данных, определённой структуры. Эта структура, далеко не самая эффективная и в большинстве случаев абсолютно не нужна. Пока мне известен только один действительно необходимый случай применения этой технологии. Этот кейс называется криптовалюта. Поэтому когда вы слышите высказывания типа “Я не вижу потенциала в криптовалюте, но вижу перспективы в блокчейне” знайте, тот, кто делает такие заявления либо не разбирается в вопросе, либо намеренно говорит неправду. И это был первый нюанс. Второй, заключается в том, что единственная полезная функция криптовалюты и блокчейна как её составляющей, это обеспечение доверия в среде, исключающей такое доверие по умолчанию. Выглядит парадоксально, но именно для этого криптовалюта и была создана. Но что это значит? А ещё лучше начать с того, что такое деньги? Если попытаться сформулировать простым языком, что для подавляющего большинства людей деньги, то можно вывести следующее определение. Деньги это инструмент для обмена товарами и услугами между людьми. В действительности всё несколько сложнее, но даже это определение в целом достаточно полно описывает главную задачу, которую решают деньги. И деньги действительно хорошо справляются со своей задачей. Во многом именно благодаря деньгам, человеческое общество достигло того уровня развития, который мы наблюдаем сейчас.

Но в то же время, стоит отметить, что в современном мире деньги очень серьёзно зависят от того, как сильно люди в них верят. Люди должны верить, что та бумажка, которая лежит в их кошельке или те цифры, которые они видят в приложении на своём смартфоне, позволит им получить, продукты в магазине, бензин на заправке, электричество из своей розетки. Чтобы весь этот механизм работал, мы должны доверять большому количеству институтов. Мы должны верить, что государство в один прекрасный день не скажет нам, что наши деньги в кошельке или на счёте в банке стали какими-то неправильными и поэтому мы не можем ими расплачиваться в магазинах. Мы должны верить, что центральный банк не обвалит стоимость наших денег до смехотворного уровня и мы просто не сможем купить за них даже литр бензина. Мы должны верить банку, что он не отнимет наши деньги и не потеряет их, чтобы мы смогли оплатить коммуналку. Мы должны доверять платёжным систем (Visa или MC), что находясь за границей, они не перестанут нас обслуживать в тот момент, когда мы попытаемся заплатить за номер в отеле. Вот только не слишком ли много доверия для институтов, которые всех нас хотя бы один раз уже подводили? Да все указанные мной институты не так уж плохи и в целом работают относительно хорошо. Но достаточно ли нам этого для развития в будущем?

В прошлом у нас не было системы, в которой деньги или некая ценность могла передаваться без неких сторонних авторитетов, будь то государство, банк или платёжная система. С появлением биткоина всё изменилось. С его помощью любой человек на планете может создавать деньги или ценности, хранить их и обмениваться без привлечения третей стороны. Я не буду описывать здесь техническую сторону того как это работает просто потому, что это тема для ещё одной очень большой статьи. Замечу лишь то, что и для работы биткоина также необходимо доверие людей. И люди уже начали доверять ему. И чем больше традиционная экономика и финансовая система будет продолжать подводить людей, тем больше они будут доверять биткоину. Биткоин не совершенен, у него огромное количество проблем, включая высокую волатильность, низкую ликвидность, то, что для его использования необходим определённый уровень знаний и т.д. Однако, подавляющие большинство этих вопросов решается с течением времени. А вот у традиционных финансов список проблем только накапливается.

Теперь я хотел бы вернуться к термину “Технологическое средневековье” и объяснить, причём здесь криптовалюты. До появления национальных государств и как следствие государственных денег их функцию выполняло золото. В зависимости от того или иного королевства или герцогства, золото могли обращать в ту или иную форму, чеканить тот или иной герб, но ценность этой монеты была подтверждена не гербом, а содержанием в ней золота, серебра или меди. Таким образом, можно сказать, что именно золото было глобальной валютой. В наше время основной мировой валютой является доллар, но проблема заключается в том, что доллар одновременно ещё и валюта национального государства. До определённого этапа истории интересы США и мира в отношении доллара совпадали, но сейчас ситуация поменялась. Может ли золото стать решением проблемы?

Экономисты считают, что нет. Золота слишком мало, его ликвидность слишком мала (хотя это поправимо), им тяжело обмениваться и ещё сложнее хранить. Именно поэтому от золота как от некоего денежного стандарта отказались ещё в 70-х годах прошло века. А может ли биткоин помочь разрешить эту проблему. Похоже, что да. По крайней мере, в теории. Как это ни смешно, похожую мысль высказал действующий глава ФРС Джером Пауэлл во время заседания профильного комитета сената США.

Вообще может показаться очень ироничным, что этот короткий, но, безусловно, важный по своему смыслу диалог между сенатором США и председателем ФРС остался совершенно не замеченным на фоне обсуждаемой на том же заседании криптовалюты Libra от Facebook. Если прислушаться к тем словам, что были произнесены, можно сделать следующие выводы. Да, биткоин похож на золото по своим свойствам. Да, теоретически он мог бы стать средством обмена между центральными банками разных стран. Но пока он недостаточно ликвиден и стабилен, как технически, так и экономически. Поэтому пока мы не видим возможным его использование для взаимодействия между различными странами, так, как это было при золотом стандарте. Но мы за ним наблюдает, ведь это действительно решило бы целый список существующих сейчас проблем.

Если честно, в первый раз, когда я посмотрел это видео, я не поверил ни собственным ушам, ни глазам. Глава ФРС произнёс то, что в первый год жизни биткоина говорили только криптоанархисты и прочие маргиналы. Конечно, само по себе это заявление ни о чём ещё не говорит, но согласитесь, такой уровень обсуждения заставляет посмотреть на биткоин по-другому. К слову, стоит ещё раз упомянуть криптовалюту Libra от Facebook. По какой-то странной причине угрозу появления этой валюты власти США восприняли, чуть ли не как то, что Цукерберг хочет стать частным центральным банком, хотя по имеющимся у нас публичным данным, у него пока таких планов нет. Вот и ещё одна отсылка к средним векам, когда достаточно крупный феодал мог иметь денег больше чем королевская казна (США), и как следствие в своём герцогстве (Facebook и миллиарды пользователей по всему миру) мог быть важнее королей. В XX веке о таком нельзя было и помыслить.

Золото 2.0 это конечно хорошо. Но золото годится преимущественно для сохранения ценности и богатств. Золотом трудно выдавать зарплату, давать и брать кредиты, да и в магазине им расплачиваться неудобно. Всё это верно. Возможно, именно по этой причине криптовалюты продолжали развиваться и в 2015 году появилась потенциально ещё более важная криптовалюта - эфир. Эфир во многом очень похож на биткоин, использует примерно те же системы и алгоритмы для своей работы и также способен хранить и обменивать ценность, но кроме этого его функционал позволяет создавать активы не похожие на золото. Что под этим подразумевается? Одна из главных киллер фич эфира заключается в том, что внутри него каждый человек может создать свою собственную криптовалюту, чей функционал можно задать. Такую криптовалюту стали именовать токенами. При создании токена можно задать, будет ли его количество лимитировано или возможна эмиссия, каково количество монет и на сколько частей их можно дробить (пример 1 доллар = 100 центов). Токены можно обменивать на другие криптовалюты или обычные деньги на криптобиржах. Через какое-то время, все поняли, что токен чья цена в отличие от биткоина или эфира всегда будет одной и той же, станет очень востребован на рынке. Так появились стейблкоины. Естественно первый такой токен стал приравниваться к одному американскому доллару. Ещё через какое-то время появились токены равные евро. А затем стали появляться токены, которые равняются японской иене или швейцарскому франку. Ещё позже были созданы, токены приравненные к золотой унции или цене той или иной акции. Также на эфире появились токенизированные облигации и товарные фьючерсы. Пока центральные банки только собираются создать свои электронные деньги, они уже как минимум 2 года существуют в экосистеме эфира. Чем подкреплены эти стейблкоины? На данный момент несколько таких стейблкоинов подошли к этому вопросу очень по-разному. Один из них пользуется несовершенством мировой системы регулирования криптоактивов и печатает огромное количество криптодолларов, не особо утруждаясь предоставлением отчётности. Пока у компании эмитента хватает финансовых ресурсов для обеспечения стабильности курса с помощью рыночных инструментов, однако многих участников криптовалютного рынка такой подход не устраивает. Есть стейблкоины, которые эмитируются достаточно надёжными американскими компаниями, соблюдающими все требования регуляторов и предоставляющие публичную отчётность, заверенную аудиторами. Но есть и ещё один подход, когда стабильность того или иного стейблкоина гарантируется капитализацией криптовалюты, заблокированной для эмиссии этого стейблкоина. И именно этот способ носит максимально децентрализованный и одновременно прозрачный механизм эмиссии, поэтому лично мне он представляется наиболее перспективным. Более того, любой владелец криптовалюты, может стать эмитентом, такого стейблкоина, если он внесёт свои криптоактивы как залог, необходимый для выпуска криптодолларов.

Но вернёмся к возможности эфира, которая даёт право каждому создать свой цифровой актив. Рассмотрим эту возможность на примере нашего любимого сайта VC. И так, администрация сайта решила создать свой собственный токен VC. После создания токена, определённую часть они выставляют на продажу на криптобирже, задав начальную цену по своему усмотрению. Одновременно с этим на сайте появляется возможность оплаты платных опций сайта не только рублями с помощью Visa или MasterCard, но и с помощью токена VC. Для стимулирования интереса оплаты токеном можно сделать определённую скидку, которая будет мотивировать людей приобретать токен VC. Предположим, что это начинает работать и люди действительно стали приобретать токен и использовать его на сайте. Капитализация токена начинает расти, как и число людей в его обороте. При определённом спросе администрация станет перед выбором, что делать с теми токенами, которые хранятся на её балансе. Можно просто продать их на бирже и получить, например рубли. Но можно пойти другим путём и, например, вознаграждать лучших авторов, данным токеном. Люди, получившие токены, также будут стоять перед выбором, продать токен, использовать его на сайте или просто держать в ожидании повышения цены. Предположим, что большинство решит продать эти токены. Тогда цена на бирже пойдёт вниз. Дойдя до определённого уровня, та скидка, которую получают пользователи, использующие токен, снова начнёт делать его применение выгодным и это стабилизирует курс. Предположим, что ещё через некоторое время, администрация решается на сильный ход, сделав возможность показа определенного количества рекламы на сайте доступным только для оплаты VC токеном. И вот уже рекламодатели могут быть заинтересованы использовать токен. При этом количество людей использующих токен продолжает расти. После этого администрация VC делает заявление, что часть прибыли от торговли VC токеном будет направлена держателям токена либо виде дивендов стейблкоинами, либо на обратный выкуп токена с рынка, что приведёт к его росту. И вот VC токен становится инвестиций в сайт vc.ru

Все, что было описано, по сути, почти полностью дублирует фондовый рынок, однако есть важные отличия. VC не нужно становиться публичной компанией со всеми теми проблемами, которые несёт эта форма юридического лица. Кроме этого VC не нужно иметь просто астрономическую сумму денег для прохождения всех процедур, которые потребует регулятор. Более того вся эта деятельность предельно законна, почти во всех странах включая США. Кроме того пока токен не выходит из экосистемы эфира его перемещения и трансформация в стейблкоин не облагается налогом. Заплатить их придётся только в тот момент, когда VC токен или стейблкоин, полученный от продажи VC токена, будут конвертированы в фиатные (обычные) доллары или рубли.

Получается, в ближайшем будущем у нас может появиться часть экономики, которая не сильно зависит от государств и их разрешений. Неужели государства позволят этому случиться? Пока я писал эту статью вышли две очень любопытные новости. Центробанк Франции заявил, что занимается изучением вопроса создания государственных цифровых денег (цифрового евро) и отметил эфир как систему, которая подходит для реализации этого нового типа валют. К слову это был первый раз, когда центральный банк суверенного государства заявил об использовании публичного блокчейна (эфира), а не о создании своей собственной инфраструктуры. Ещё одной свежей новостью стала информация о том, что сеть ресторанов Faburgerвыпустила первые (на сколько мне известно) в истории США облигации, с использованием эфира. Эти облигации торгуются на Nasdaq и являются абсолютно легальным долговым инструментом.

К слову Европейский союз даже опередил США и дал разрешение на подобный инструмент для одной строительной немецкой компании ещё в прошлом году.

Но как криптовалюта может помочь мировой экономике? В современном мире, в котором каждый отдельный человек сам себе медиа, банк, бренд и компания, содержится гигантская ценность. И всё, что нужно сделать обществу, это сформулировать и принять правила, по которым оно сможет извлечь эти богатства и возможно этот кризис как раз и станет тем катализатором, который запустит этот процесс. Ведь что-то подобное уже было с интернетом.

Из всех описанных мною вариантов развития мировой экономики, этот выглядит одновременно наиболее фантастичным и в то же время очень логичным. Скажу откровенно, я очень хочу, чтобы мир пошёл именно по этому пути. Но, как и у любого пути, на нём есть преграды, главная из которых заключается в том, что такое развитие событий не устроит большое количество очень влиятельных людей и институтов. История показывает, первое, что делают так называемые элиты, так это пытаются запретить инновации. Причем, не важно, принадлежит ли элита к государствам демократического или авторитарного строя. Поведение примерно одно и то же и отличия заключается по большому счёту лишь в способах затормозить прогресс. Даже супертехнологичная и прогрессивная элита США встретила идеи децентрализации и криптоэкономики весьма прохладно. Калифорнийские технологические гиганты чуть ли не публично мешали развитию блокчейн индустрии всеми имеющимися у них возможностями. Google долгое время банил рекламу блокчейн и крипто стартапов. Facebook также блокировал подобную рекламу и тематические сообщества. Apple очень долго не давала возможность криптокошелькам существовать в их App Store. Ну и конечно помимо технологических гигантов, банковский и финансовый сектор клеймили криптовалюту самыми последними словами. Её называли пустышкой, пирамидой, средством для финансирования преступности и терроризма. Однако криптоиндустрия выдержала первый удар и не развалилась за 10 лет, как ей пророчили именитые недоброжелатели. После этого элита сообразила, что криптоиндустрию можно взять под свой контроль и сделать это гораздо проще, чем попытаться её запретить. И вот такие действия действительно могут навредить тому будущему, о котором я писал выше. По крайней мере, это будущее можно отсрочить. Проблема заключается в том, что государства, банки и технологические гиганты стали всё сильнее проникать в мир блокчейна и крипты. И своими действиями они вводят пользователей в заблуждение, выставляя старые институты и правила под видом инноваций, когда настоящие прорывы из-за нехватки ресурсов не могут как следует раскрыться и тем самым дискредитируют сами себя. Вот примеры таких действий. Япония сделала биткоин легальным способом оплаты на своей территории. Благодаря этому биткоин теперь официально можно облагать налогом. Американские биржи разрешили торговать на своих площадках фьючерсом на биткоин. Из-за этого банки, у которых даже нет реальных биткоинов, могут теперь манипулировать его курсом даже на криптобиржах. Технологические компании упростили для пользователей способ покупки и хранения криптовалюты с помощью созданной ими инфраструктуры. Теперь по факту криптоактивы лежат на кошельках этих компаний и могут быть изъяты в любой момент. На мой взгляд, настоящая децентрализованная экономика в итоге всё же победит, однако как быстро это произойдёт, пока предсказать очень трудно.

Плановая экономика 2.0

Есть ещё один возможный исход кризиса, на который недавно намекнул МВФ:

Если кризис ухудшится, можно представить создание или расширение крупных государственных холдинговых компаний для поглощения проблемных частных компаний, как это происходило, например, в США и Европе во время Великой депрессии.

Собственно, как и написано в цитате подобное уже происходило. Вот только в те времена мир не был так глобально связан. Большинство так называемых “проблемных частных компаний” это транснациональные корпорации, пусть и имеющие некий головной офис в той или иной стране. Как различные государства будут относиться к тому, что на их территории работает госкорпорация другого государства пока не ясно.

Впрочем если задуматься, то уже существует список стран, которые считают правильным путь развития своих экономик связанный именно с развитием госкомпаний. Возглавляет этот список Китай и Россия с публично проводимой экономической политикой, направленной на усиление роли государства в экономике. Однако и западные страны вынуждены заниматься чем-то подобным пусть и не афишируя этого. Пример, увеличивающаяся роль Германии в управлении (спасении) Deutsche Bank и всё большее влияние правительства США на свои крупнейшие частные банки.

Также не стоит забывать об участившихся разговорах о введении “Безусловного базового дохода”, который в теории сможет повысить потребительский спрос со стороны уже сильно закредитованного населения, что в свою очередь должно привести к экономическому росту. В совокупности с мягкой монетарной политикой именно государство становится экономическим гегемоном.

В современной экономической модели принято считать плановую экономику в лучшем случае не эффективной, однако мы не можем не признать некоторых её достоинств. Действительно какое-то время локальные и глобальные кризисы проходят в ней мягче, чем при рыночной экономике. Как правило, безработица невелика, соц. пакет для граждан устраивает большинство населения. Яркий пример такого квазисоциализма, богатые скандинавские страны, которые язык не повернется назвать неблагополучными. Правда при этом можно отметить, что и ничего прорывного эти страны также не в состоянии предложить миру. Пожалуй, IKEA последний сильный прорыв, который подарил нам этот регион. А NOKIA хороший пример того, к чему в итоге может привести такая экономическая политика. К тому же назвать экономику той же Норвегии или Швеции плановой всё таки могут только очень правые экономисты. Но вот что будет, если роль государства будет усиливаться? Например, в Дании уже около года ставка по ипотеке отрицательная. Пока это привело к росту рынка недвижимости, но как подобные меры отразятся на экономике в долгосрочной перспективе, пока спрогнозировать сложно.

Есть и ещё одна проблема современного мира. Неважно, какова степень участия государства в экономике той или иной страны, монетарная политика по всему миру уже рекордно мягка и продолжает становиться ещё мягче. Это привело к тому, что теперь денег в мире действительно много и не только в развитых экономиках. Если денег много, а кредит получить с каждым днём всё легче, возникает вопрос, остаются ли они движущей силой мировой экономики или теперь важнее что-то другое? Приведу примеры. Предположим в Германии есть два завода, у одного чистое производство, но рентабельность 2% в год, а у другого 20% в год, но производство грязное. Если в случае кризиса оба завода будут на грани банкротства, кому больше будет помогать государство. В прошлом ответ был очевиден, тому заводу, который делает 20%. В наше время лично я бы поставил на зелёный завод. Или другой пример. В России два завода по производству автомобилей. Один небольшой, частный, относительно прибыльный и на нём работает 50 человек. Второй большой, убыточный и он обеспечивает работой целый город. Кого предпочтительнее для российского правительства оставить на плаву? Или ещё один пример в США есть две компании, обе технологичные, обе примерно одинаково прибыльны и на них работает примерно одинаковое количество человек, но вот в одной из них часть капитала принадлежит Китаю и он может получать доступ к самым последним технологиям. Стоит ли американскому правительству помочь занять чисто американской компании монопольное положение? Как мы видим быть просто эффективнее с точки зрения бизнеса уже недостаточно, даже в западных странах, не говоря уже об остальном мире. И как мне кажется ещё до кризиса 2007г.-2008г. таких вопросов не возникало.

Одной из задач которую должна решать экономическая политика, это решение вопроса о распределении ресурсов. При капитализме и рыночной экономике этот вопрос решается очень просто, где больше прибыль туда и надо направлять ресурсы. Финансовые, трудовые, сырьевые и т.д. Но как мы видим, теперь такой простой ответ уже не подходит. Возможно, теперь важнее направлять ресурсы туда, куда указывает правительство, исходя из своих собственных соображений. Похоже, таким путём идут Китай, Россия, Турция, в меньшей степени Бразилия и Индия. В западных странах возможно важнее будет мнение общества. Например, будет общество считать, что экологию надо спасать, правительство будет помогать зелёным компаниям, даже если пока они сильно убыточны. А может быть важно иметь сильный маркетинг. Например, Илон Маск. Вот нравится почти всем, что делает Илон Маск, вкладывают в него частные инвесторы деньги, несмотря на то, что его компании пока убыточны, ну и банки будут вкладывать. Причём даже те банки, которые квазигосударственные. А почему нет? Если благодаря частным инвестором цена акций растёт, значит на акциях можно заработать, значит надо в Илона вкладывать. А если что-то случится,государство опять денег подкинет. Вот цикл и замкнулся.

Эпилог

Резюмируя, хочу написать, что в реальном будущем, возможно, что ни один из вариантов описанного мною будущего может и не произойти. В равной степени могут случиться все три описанных случая одновременно. Они могут слиться в один коктейль, в совершенно непредсказуемых пропорциях и с такими же невероятными последствиями. В любом случае я хочу поблагодарить тебя за терпение мой читатель, и пожелать тебе самого важного. Деньги будут! Ты главное, держись! ;)

{ "author_name": "Юрий Тарасов", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 7, "likes": 2, "favorites": 4, "is_advertisement": false, "subsite_label": "finance", "id": 118921, "is_wide": false, "is_ugc": true, "date": "Thu, 09 Apr 2020 08:49:49 +0300", "is_special": false }
Маркетинг
Как бизнесу заработать в соцсетях в 2020 году: полноценное руководство с прогнозами и примерами
Пошаговая рабочая стратегия продвижения бизнеса в соцсетях с медиапланом и примерами внедрения от директора «Студии…
Объявление на vc.ru
0
7 комментариев
Популярные
По порядку
Написать комментарий...
0

Это не лонгрид, это тумачлонгрид. А прочитать хотелось бы

Ответить
1

Понял, перестарался. Учту. В следующий раз буду бить на несколько статей.

Ответить
1

Все рано постараюсь осилить

Ответить
0

Спасибо

Ответить
0

Постарайтесь. Очень интересно на самом деле. Доступным языком все написано и с примерами, которые еще более все разжевывают.

Ответить
0

Я устал листать эту простыню потока. Чувак, ты про форматирование текста слышал когда-нибудь?

Ответить
0

Чувак, так, а как надо-то было? Вроде же лонгриды это хорошо?

Ответить

Прямой эфир