{"id":7297,"title":"\u0417\u0430\u043a\u0430\u0442\u0438\u043b\u0438 \u0432\u0435\u0447\u0435\u0440\u0438\u043d\u043a\u0443 vc.ru. \u0420\u0430\u0441\u0441\u043a\u0430\u0437\u044b\u0432\u0430\u0435\u043c \u0438 \u043f\u043e\u043a\u0430\u0437\u044b\u0432\u0430\u0435\u043c, \u043a\u0430\u043a \u044d\u0442\u043e \u0431\u044b\u043b\u043e","url":"\/redirect?component=advertising&id=7297&url=https:\/\/vc.ru\/promo\/300923-proveli-vecherinku-vc-ru-i-sdelali-ofis-uyutney-s-pomoshchyu-novogo-servisa-ot-ozon&placeBit=1&hash=1786c9dcf11a3b054c8e53004e27074664313ed4055e24064ede059ebc186db8","isPaidAndBannersEnabled":false}

Почему средневековая Европа опередила Китай и Ближний Восток в развитии науки и технологий Статьи редакции

Отрывок из книги «Неудобное наследство» научного журналиста Николаса Уэйда.

В 1608 году Ханс Липперсгей, мастер по изготовлению очков из голландского города Мидделбурга, изобрел телескоп. За пару десятилетий телескопы из Европы добрались до Китая, индийской империи Великих Моголов и Османской империи. Следовательно, все четыре цивилизации оказались в равных условиях с точки зрения обладания новым мощным инструментом, позволяющим наблюдать Вселенную и выводить законы движения планет.

В истории редко случались управляемые эксперименты, но историк науки Тоби Хафф провел именно таковой, чтобы выяснить, как был получен и, главное, использован телескоп в семнадцатом веке. Реакция четырех цивилизаций на это изобретение была разной, поскольку в каждой из них господствовал свой особый тип общества.

В Европе телескоп тотчас же направили в небо. Галилей, услышав описание инструмента Липперсгея, немедленно приступил к созданию собственных телескопов. Он первым наблюдал луны Юпитера и использовал факт существования у этой планеты спутников, чтобы эмпирически подтвердить оспариваемую в то время идею Коперника — о том, что планеты, в том числе Земля, являются спутниками Солнца. Утверждение Галилея, что Земля вращается вокруг Солнца, стало причиной конфликта с церковными представлениями о неподвижности Земли. В 1633 году под давлением инквизиции он был вынужден отречься от своих убеждений и провел остаток жизни под домашним арестом.

Но Европа не была монолитной, и инквизиция оказалась бессильна подавить идеи Коперника и Галилея в протестантских странах. То, что начал Галилей, было подхвачено и продолжено усилиями Кеплера и Ньютона. Маховик научного прогресса уже было не остановить.

В мусульманском мире телескоп быстро добрался до империи Моголов в Индии. Один был вручен в качестве подарка британским послом двору императора Джахангира, а еще большую партию телескопов привезли год спустя. Моголы обладали обширными знаниями по астрономии, но их интерес ограничивался вопросами календаря. Обновленный календарь был представлен могольскому императору Шах-Джахану Первому в 1628 году, но ученый, подготовивший его, по-прежнему использовал Птолемееву систему (в которой считается, что Солнце вращается вокруг неподвижной Земли).

Учитывая обстоятельную осведомленность в вопросах астрономии, можно было бы ожидать, что могольские ученые воспользуются телескопом для исследования неба. Но здешние мастера по изготовлению астрономических инструментов не делали телескопов, и ученые не создали спроса на них. «В итоге ни один могольский ученый в семнадцатом веке не стал применять телескоп в астрономических целях», — сообщает Хафф.

В другой исламской империи того времени ситуация была не лучше. Телескопы появились в Стамбуле как минимум в 1626 году и быстро были приняты на вооружение в османском флоте. Но, несмотря на выдающиеся достижения мусульман в области оптики в четырнадцатом веке, ученые Османской империи особого интереса к телескопу не проявили. Их устраивало птолемеевское представление об устройстве Вселенной, и они не делали попыток перевести работы Коперника, Галилея или Кеплера. «Не строились новые обсерватории, не производились улучшенные телескопы, и нет данных о каких-либо космологических дебатах о том, что при помощи телескопа было открыто в звездном небе», — заключает Хафф.

За пределами Европы самые многообещающие пользователи телескопа находились в Китае, чье правительство горячо интересовалось астрономией. Кроме того, имелся необычный, но активно действующий механизм передачи новых европейских астрономических открытий в Китай — местная иезуитская миссия. Иезуиты полагали, что у них будет больше шансов обратить китайцев в христианство, если удастся показать, как европейская наука о звездах позволяет делать более точные вычисления небесных явлений, интересовавших китайцев. Благодаря усилиям иезуитов китайцы уже к 1626 году знали о телескопе, а император, вероятно, получил его в подарок от миланского кардинала Борромео еще в 1618 году.

Иезуиты вкладывали все свои таланты в миссию, основанную Маттео Риччи — ученым-математиком, говорившим по-китайски. Риччи, умерший в 1610 году, и его преемники привозили самые свежие труды по математике и астрономии и усердно обучали китайских астрономов, которые занимались реформой календаря. Один из иезуитов, Адам Шалль фон Белль, даже стал главой китайского Ведомства астрономии и Трибунала математики.

Иезуиты и их китайские последователи несколько раз устраивали с китайскими астрономами, сторонниками традиционных методов, состязания по предсказаниям, и в них всегда побеждали иезуиты. Китайцы, например, знали, что 21 июня 1629 года. будет солнечное затмение, и император повелел обеим сторонам накануне представить предсказания о его точном времени и продолжительности. Традиционные астрономы предсказали, что затмение начнется в 10:30 и будет длиться два часа. Однако оно началось в 11:30 и продолжалось две минуты — в точности, как рассчитали иезуиты.

Но эти вычислительные победы не решили главной задачи иезуитов. Китайцев мало интересовала астрономия сама по себе. Их больше привлекали гадания, предсказания благоприятных дней для конкретных событий, а астрономия служила лишь средством для этого. Так, Ведомство астрономии было небольшим отделом министерства ритуалов. Иезуиты сомневались, насколько глубоко им следует погружаться в вопросы астрологических предсказаний, но программа обращения китайцев посредством астрономического превосходства побуждала их все-таки попробовать. Это привело к конфронтации с китайскими чиновниками и к обвинению во вмешательстве в китайские дела. В 1661 году Шалля фон Белля и других иезуитов заковали в тяжелые кандалы и бросили в тюрьму. Адама Шалля приговорили к казни четвертованием, и только землетрясение, случившееся на следующий день, заставило освободить его.

Удивительно то, что за все это время китайцы не внесли в устройство телескопа никаких улучшений. Также они не выказали устойчивого интереса к переосмыслению и принятию европейских теорий и идей о Вселенной, как ни засыпали их иезуиты данными последних европейских исследований. За китайскими астрономами стояла многовековая традиция астрономических наблюдений. Но она выросла из космологической системы, от которой китайцы не хотели отказываться. Кроме того, сопротивление новым идеям поддерживалось скрытой ксенофобией. «Лучше плохая астрономия, чем западные варвары в Китае», — писал ученый Ян Гуансянь, выступавший против христианства.

И Китай, и мусульманский мир страдали от «дефицита любознательности» по отношению к миру природы, считает Хафф и связывает это с системами образования. Но различия между европейскими обществами и прочими выходили далеко за пределы образования и научного любопытства. Реакция на телескоп показывает, что к началу семнадцатого века уже возникли фундаментальные различия в социальном поведении четырех цивилизаций и воплощавших его институтах. Европейские общества стали склонными к инновациям, нацеленными на контакты с другими странами, готовыми развивать и применять новые знания и достаточно открытыми и восприимчивыми, чтобы не позволять старым порядкам подавлять новое. Общества Китая и исламского мира, как и прежде, были обременены традиционными религиозными структурами и слишком зависимы и раболепны, чтобы поддерживать свободу мысли и новаторство.

Западная динамичность

Тенденции семнадцатого века, обнаруженные благодаря проделанному Хаффом эксперименту с телескопом, продолжаются до настоящего времени, как ни удивительно, почти без изменений. Четыреста лет спустя европейские общества остаются по-прежнему более склонными к открытости и новаторству, чем прочие. Исламские общества так же, как и раньше, ориентированы на себя и свои интересы, замкнуты, традиционны и враждебны к инакомыслию. В Китае по-прежнему царит авторитарный режим, подавляющий всякую оппозицию и препятствующий свободному обмену идеями и информацией. Устойчивость этих тенденций хоть и не доказывает, но явно свидетельствует о том, что основы этих обществ и их институтов, вероятно, закладывались эволюционными силами.

Запад, в связи с тем что его общества открыты и склонны к инновациям, достиг такого уровня, который позволяет доминировать во многих сферах, несмотря на тот факт, что его методы и знания долгое время были и остаются открытой книгой, скопировать которую может каждый. Большая часть мира сейчас интегрирована в западную экономическую систему. Но Япония и Китай, два основных экономических соперника Запада, пока не подают признаков того, что становятся более восприимчивы к новшествам. Большинство успешных мировых корпораций по-прежнему находятся на Западе. Американцы и европейцы все так же доминируют в большинстве научных областей и получают больше Нобелевских премий.

Запад продолжает лидировать в сфере вооружений. Но его первенство не было постоянным. Япония разгромила русский флот в битве при Цусиме в 1905 году и захватила восточноазиатские укрепления европейских колониальных войск во Второй мировой войне. Китай на равных сражался с США в Корейской войне, и США не смогли победить во Вьетнаме. Европейские военные силы были выведены из многих колоний, когда цена их пребывания там стала слишком высока. Но по сути превосходство западных армий оставалось неизменным со времен османского вторжения в семнадцатом веке. На протяжении столетий самыми серьезными противниками западных держав были другие западные страны.

Западная наука, движущая сила технологий, продолжает удерживать прочное лидерство среди других стран. Несмотря на ожидания, что японская наука достигнет внушительных успехов и приобретет огромное влияние в результате модернизации страны, этот расцвет не удался. И, несмотря на внушительные инвестиции в научные исследования, нет гарантии, что даже с таким количеством научных сотрудников и разработок Китай сможет стать главной научной державой. Наука в целом склонна ниспровергать и, по крайней мере в областях наибольшего прогресса, требовать пересмотра общепринятых теорий. Восточноазиатские общества обычно высоко ценят конформизм и уважение к вышестоящим, а это только препятствует процветанию науки.

Во всем мире западная медицина доказала свою эффективность по сравнению с традиционными методами. Западная музыка, искусство и кино в основном отличаются более творческим подходом, чем связанные традицией культуры Востока, а открытость западных обществ многим кажется более привлекательной. Было бы неверно приписывать особые достоинства европейцам как индивидуумам: они мало отличаются от всех прочих. Но европейское общественное устройство и особенно его институты оказались по ряду критериев более продуктивными и новаторскими, чем в других цивилизациях. Чем же объясняется восхождение и продолжительный успех Запада?

Географический детерминизм

Одно из объяснений подъема Запада — географическое. Географ Джаред Даймонд является новейшим представителем этой идеи. В своей широко известной книге «Ружья, микробы и сталь» он утверждает, что Запад обладает большим могуществом, чем другие регионы, просто потому, что он получил преимущество в виде более благоприятных условий для сельского хозяйства. Свойства самих людей или их сообществ, по его мнению, не имеют к этому никакого отношения. Все в человеческой истории было предопределено географическими особенностями местности, такими как виды растений и животных, которые можно было одомашнить, или болезни, эндемичные для одних популяций и отсутствующие в других.

Несмотря на популярность книги Даймонда, в этом утверждении есть несколько серьезных упущений. Одно из них — антиэволюционное предположение, что имеет значение только география, но не гены. Сам Даймонд написал, что содержание его книги можно сформулировать в одном предложении: «История разных народов сложилась по-разному из-за разницы в их географических условиях, а не из-за биологической разницы между ними самими». Однако же географический детерминизм — столь же абсурдная позиция, как и генетический детерминизм, поскольку эволюция означает взаимодействие географии и генетики.

Книга Даймонда выстроена как ответ на вопрос, который ему задал новогвинеец: почему западная цивилизация производит настолько больше материальных ценностей, чем Новая Гвинея. Даймонд не придает значения таким достижениям, как расцвет современной науки, Промышленная революция и экономические институты, благодаря которым европейцы вышли из мальтузианской ловушки. Более того, когда европейцы переселились, скажем, в Австралию, то, используя свои экономические достижения, смогли там быстро построить европейскую экономику и управлять ею. Аборигены, коренное население Австралии, к моменту прибытия европейцев все еще пребывали на уровне каменного века, и не было никаких признаков того, что в обозримом будущем они создадут более развитую материальную культуру.

Если в одних и тех же природных условиях — австралийских — одна популяция создает высокопродуктивную экономику, а другая — нет, то география никак не может быть решающим фактором, как утверждает Даймонд, скорее определяющим моментом будут служить те принципиальные различия, которые характерны для двух народов и их обществ.

Сам Даймонд приводит этот контраргумент, только чтобы отмести его как «ненавистный» и «расистский», — этот маневр избавляет автора от необходимости рассмотреть и преимущества иного мнения. Выставление противника собственной позиции в дурном свете часто оказывается действенным приемом в академической песочнице, тем не менее идея, что возможным объяснением различий служит расовая специфика, не становится автоматически расистской. Сам же Даймонд прибегает к такому объяснению, когда оно соответствует его целям. Он утверждает, что «естественный отбор, поощряющий гены, ответственные за интеллект, на Новой Гвинее наверняка действовал гораздо безжалостнее, чем в более густонаселенных, сложно организованных обществах… По умственным способностям новогвинейцы, возможно, превосходят жителей Запада». Однако данных, подтверждающих эту маловероятную гипотезу, нет.

Столь же странно его утверждение, что развитию интеллекта более благоприятствуют палеолитические общества, чем современные. Интеллект может приносить большую выгоду в современных обществах, поскольку на него значительно больший спрос, и восточные азиаты наряду с европейцами , построившими такие общества, в реальности демонстрируют более высокие показатели IQ (что, очевидно, означает более высокий интеллект), чем люди, живущие в родоплеменных или охотничье-собирательских обществах.

«Ружья, микробы и сталь» завоевали широкую популярность, но многие читатели, которые могли проскочить мимо противоречащих фактам утверждений, упускают важный ключ к сути книги Даймонда. Она руководствуется идеологией, а не наукой. Привлекательные аргументы о наличии поддающихся одомашниванию видов или о распространении заболеваний не являются бесстрастной констатацией фактов — они пристегнуты к несущейся галопом лошади географического детерминизма автора и сами по себе выстроены так, чтобы отвлекать читателя от идеи, что гены и эволюция могли играть хоть какую-то роль в недавней человеческой истории.

География и климат, несомненно, были важны, но не до такой степени, как предполагает Даймонд. Влияние географии легче всего увидеть на отрицательных примерах, особенно ее роль в препятствовании подстегиваемой демографией урбанизации там, где низкая плотность населения, например в Африке или Полинезии. Намного сложнее понять, почему развитие Европы и Восточной Азии, лежащих примерно в одних и тех же широтах, пошло в разных направлениях.

Если география только приближает к ответу, то может ли экономика помочь детально объяснить восхождение Запада? Как описывалось в предыдущей главе, экономические историки обычно рассматривают такие факторы, как институты и ресурсы, когда объясняют причины Промышленной революции . Но многие из предполагаемых условий успеха имелись как в Англии, так и в Китае, то есть причины первенства Запада не так уж очевидны. «Почти каждый элемент, который историки обычно считают основным определяющим фактором Промышленной революции на Северо-Западе Европы, также присутствовал в Китае», — делает вывод историк Марк Элвин.

Те, кто предпочитает рассматривать институты в качестве ключа к пониманию Промышленной революции, подчеркивают важность английской Славной революции 1688 года, которая установила надежный контроль над монархом со стороны парламента и усовершенствовала экономическое стимулирование. Но и Славная революция, и последовавшая за ней Промышленная — довольно поздние события в истории восхождения Запада, и их фундамент был заложен намного раньше.

В недавнем эссе, призванном объяснить восхождение Запада, Ниал Фергюсон говорит о шести институтах и первым из них называет конкуренцию. Под конкуренцией понимается «децентрализация политической и экономической жизни, ставшая трамплином для национальных государств и для капитализма». Это еще один способ заявить, что Запад в широком смысле представлял собой открытые общества с институтами, обеспечивающими конкуренцию, — в противоположность абсолютному деспотизму Востока.

Открытое общество сделало возможными и другие институты, которым Фергюсон отводит первостепенную роль в подъеме Запада, такие как верховенство закона, включающего имущественные права, и представительство собственников в законодательных органах, прогресс науки и медицины, а также экономику, растущую на основе технологий и потребительского спроса.

Около 500 лет западная цивилизация господствовала на планете. Западные ученые выдвигали революционные идеи, меняли научные парадигмы. Остальные либо им следовали либо безнадежно отставали. Западные правовые системы и основанные на них политические модели (например, демократия) заменили или вытеснили альтернативные варианты. И прежде всего, западные промышленное производство и массовое потребление существенно опередили остальные модели экономической жизни, оставив их барахтаться на том же уровне.

Ниал Фергюсон
историк

Общество с несколькими центрами власти не будет подавлять новые идеи или препятствовать нововведениям и предпринимательству, как это делает автократия. Европа, таким образом, создала более благоприятную, чем в Китае, среду для развития науки и медицины, а также капитализма. Но анализ Фергюсона сводится к утверждению, что Запад добился успеха, так как был открытым обществом. Это в общем и целом верно, но почему только Запад породил такое общество? «Эта открытость общества наряду с его изобретательностью есть то, что следует объяснять», — пишет экономический историк Эрик Джонс.

Восхождение Запада: как это было

Около 50 тысяч лет назад начался масштабный эксперимент: современные люди распространились по всему земному шару со своей африканской прародины. В Африке, Австралии, Восточной Азии, Европе и Америке люди создали очень разные типы обществ, что было обусловлено трудностями, с которыми они сталкивались в местных условиях. На протяжении как минимум последних 500 лет, для которых существуют многочисленные исторические документы, и даже дольше эти различия сохранялись.

Природный эксперимент со всего пятью вариантами, большую часть времени развивавшимися параллельно, привел к сложным и разнообразным последствиям. Выяснилось, что из одной и той же человеческой глины можно вылепить огромное количество обществ. Австралия служит некой базовой точкой отсчета. Она была заселена эмигрантами из Африки, своей прародины, около 46 тысяч лет назад. Потомкам тех первых переселенцев, судя по их ДНК, удавалось не пускать на свои территории новых пришельцев, пока не прибыли в семнадцатом веке европейцы. За все это время их образ жизни изменился незначительно. Австралийские аборигены продолжали жить племенными сообществами, без городов и поселков. Их технологии мало отличались от технологий охотников времен палеолита, которые добрались до Европы тогда же, когда предки аборигенов прибыли в Австралию. За 46 тысяч лет изоляции они не изобрели ни колеса, ни лука и стрел. Они жили в состоянии вечной войны между соседними племенами. Их самым выдающимся культурным достижением стала насыщенная религиозная жизнь: некоторые ритуалы продолжались круглосуточно месяцами. Время для выполнения этих тщательно проработанных обрядов находилось за счет того, что аборигены могли жить в условиях пустынь и полупустынь — там, где другие погибали. Однако, вследствие недостаточного роста населения и малого демографического давления, племенам аборигенов так никогда и не пришлось создавать государство или строить империю — то, что обусловило формирование других цивилизаций.

В Африке численность населения была выше, чем в Австралии, там население достаточно быстро перешло к сельскому хозяйству, объединившись в оседлые сообщества. Из них постепенно развивались более сложные общества, в том числе примитивные государства. Но из-за низкой плотности населения эти «зачаточные» государства не перешли в фазу политического соперничества и постоянной войны, из которой вырастали империи в Месопотамии, долине Хуанхэи, позже, в высокогорьях Анд. Население Африки в 1500 году составляло всего 46 млн человек. Поскольку почвы в основном были неплодородными, сельскохозяйственные излишки были незначительны, и потому не возникало стимулов развивать право собственности. При отсутствии колеса и судоходных рек сообщение в Африке оказывалось трудным делом, и торговля шла плохо. Из-за недостаточного демографического давления у африканских обществ почти не было побудительных причин развивать навыки, которые стимулирует торговля: накапливать капитал, создавать профессиональную специализацию или строить современные общества. Когда фаза построения государств и империй наконец началась, ее тут же прервала европейская колонизация.

История Америки началась всего 15 тысяч лет назад, когда первые переселенцы из Сибири пришли туда по существовавшему в то время перешейку между Сибирью и Аляской. Крупные империи появились в Мексике, Центральной Америке и в Андах. Но, чтобы достичь необходимой для создания государства плотности населения, ушло много времени. Ацтеки и инки поздно и неуверенно стартовали к фазе современных государств и уже ослабели от внутренних раздоров, когда к их порогу прибыли конкистадоры.

Только в Евразии образовались крупные и прочные государства и империи. Более благоприятный климат и география привели к большей численности населения. Благодаря трансформирующему воздействию торговли и войн империи появились в Китае, Индии, на Ближнем Востоке и в Европе.

В связи с отсутствием исторических данных трудно определить факторы, которые влияли на европейское население до пятого века нашей эры, когда рухнула государственная власть в западной половине Римской империи. В географическом плане Европа тогда состояла из лоскутов расчищенных территорий, разделенных лесами, горами или болотами. Такие пригодные для земледелия районы стали ядром новых политических образований, которые начали превращаться в государства около 900 года нашей эры. Однако процесс шел очень медленно. К четырнадцатом веку в Европе сохранялось примерно 1000 политических единиц. Национальные государства стали создаваться в пятнадцатом веке. К 1900 году Европа состояла из 25 государств.

А география Китая направила социальное поведение населения совсем по иному руслу. В плодородной долине рек Янцзы и Хуанхэ население постепенно росло и довольно рано было вынуждено включиться в обычную конкурентную игру между государствами по принципу «победитель получает все». Китай объединился к 221 году до нашей эры и оставался автократическим, подвергаясь периодически набегам могущественных кочевых племен на северные границы.

Любое объективное исследование последних 10 тысяч лет человеческой истории показало бы, что на протяжении почти всего этого времени жители Северной Европы были низшей варварской расой, прозябавшей в нищете и невежестве и почти не производившей культурных инноваций.

Питер Фарб
антрополог

Но во времена раннего Средневековья благоприятное сочетание факторов подготовило почву для развития особенно успешной формы организации общества. В число этих факторов входили: география, способствовавшая независимости многих государств и затруднявшая доминирование кого-либо над другими; плотность населения, достаточная для того, чтобы стимулировать и поддерживать социальную стратификацию и торговлю; независимый центр влияния в лице церкви, которая ограничивала власть местных правителей. К 1200 году Европа все еще была отсталой по сравнению с Китаем и исламским миром, но у нее уже имелись институты, обеспечившие в дальнейшем беспрецедентный взрыв инноваций и расцвет науки.

Истоки современной науки

Отличительная черта западной цивилизации — это создание ею современной науки. Если добраться до корней этого явления, возможно ли обнаружить там ключевые факторы, подтолкнувшие европейские общества к их особому пути?

Тщательное сравнение ранней науки в Европе, исламском мире и Китае было проведено ученым–историком науки Тоби Хаффом, чей «эксперимент с телескопом» описан выше. Любой, кто взглянул бы на мир в 1200 году нашей эры, увидел бы, что современная наука, скорее всего, должна была возникнуть не в Европе, а в исламском мире или в Китае. Научные труды древних греков переведены на арабский язык в двенадцатый-тринадцатый века. Люди, писавшие по-арабски, — среди них были евреи, христиане и иранцы, а не только арабы — сделали арабскую науку самой развитой в мире в период с восьмого по четырнадцатый век. Писавшие по-арабски ученые лидировали в математике, астрономии, физике, оптике и медицине. Арабы довели до совершенства тригонометрию и сферическую геометрию.

Китай также мог показаться местом, благоприятным для науки. Три изобретения, названные Фрэнсисом Бэкономв 1620 году величайшими из всех, известных людям, — компас, порох и печатный станок — пришли из Китая. Помимо технологической изобретательности у Китая имелась долгая история астрономических наблюдений — необходимая база для понимания механики Солнечной системы.

И все же и арабы, и китайцы застопорились в развитии — в сущности, по одной и той же причине. Наука — это не независимые искания одиночек, а совместная деятельность, работа сообщества ученых, которые проверяют, оспаривают и опираются на труды друг друга. Наука, таким образом, требует социальных институтов, таких как университеты или исследовательские центры, где она может развиваться, и эти институты должны быть в разумной степени свободны от ограничений, налагаемых религиозными авторитетами или правительством.

Оказалось, что и в исламском мире, и в Китае нет места для независимых институтов. В исламе были медресе, институты религиозного образования при мечетях. Но их главной целью оставалось насаждение того, что называлось исламскими науками, то есть изучения Корана и исламских законов, а не чужестранных наук, как именовались естественно-научные дисциплины. Большая часть древнегреческой философии противоречила Корану и была исключена из изучаемых дисциплин. Ученых, вызвавших недовольство религиозных авторитетов, могла заставить внезапно замолчать фетва, религиозный указ. Интеллектуальная традиция ислама, согласно которой в Коране и изречениях Мухаммеда содержатся все науки и законы, создавала враждебную среду для любого независимого образа мыслей.

Исламские правители долго отгораживались от требований времени, запрещая печатный станок и подавляя опасные направления исследований. В Европе интерес к новым знаниям не был ограничен высшими кругами элиты — он пронизывал все слои общества, в которых распространялась грамотность. К 1500 году в 300 европейских городах насчитывалось 1700 книгопечатных станков (во всех странах, кроме России). В Османской империи декретом султана Селима Первого любому, кто воспользовался печатным станком, назначалась смертная казнь. В Стамбуле первая книгопечатная машина появилась в 1726 году, но владельцам разрешили опубликовать лишь несколько сочинений, а потом типографию закрыли.

Религиозные власти в исламских странах презирали любой источник знаний, кроме Корана, и часто применяли силу против носителей этих знаний. Такие институты, как знаменитая Марагинская обсерватория в Персии, основанная в 1259 году, оказывались недолговечными. Уже в 1580 году строившаяся в Стамбуле обсерватория была разрушена по религиозным причинам.

Экономист Тимур Куран не так давно заявил, что экономическое развитие исламского мира задержалось во многом из-за жесткости мусульманских законов, касающихся коммерции. К примеру, корпорации могли распасться после смерти любого партнера, если его наследники желали немедленной выплаты своей доли. «В конечном итоге несколько взаимоусиливающих элементов исламского права — положения, касающиеся заключения договоров, система наследования, регулирование брачных отношений — внесли общий вклад в снижение темпов торгового развития на Ближнем Востоке », — пишет он.

Но обвинения в адрес исламского закона неубедительны: европейцы сталкивались с подобными, основанными на теологии, законами (запрет на ростовщичество), но заставили закон приспособиться к более важным целям общества. В случае ислама влияние Нового времени не смогло вынудить Османское государство модернизировать систему права до девятнадцатого века.

Как же получилось, что арабская наука была так развита в восьмой-четырнадцатый века, несмотря на неблагоприятные условия? Причина, полагает Хафф, в том, что в первые века мусульманского правления в действительности мало людей обращались в ислам. Только когда масштабы обращения в десятом веке возросли, мусульман стало большинство, и эта динамика, «по-видимому, имела отрицательные последствия для занятий естественными науками и интеллектуальной жизни в целом».

Китай, пусть и по другим причинам, взрастил такую же антипатию к науке в современном понимании, как и исламский мир. Одной из проблем Китая стало отсутствие каких-либо институтов, независимых от императора. Там не было университетов, существовавшие академии, по сути, представляли собой подготовительные курсы для имперской системы экзаменов. Независимых мыслителей никто не поддерживал. Когда Чжу Юаньчжан, или Хунъу, первый император династии Мин, решил, что ученые отбились от рук и запустили дела страны, он приговорил 68 имеющих ученые степени чиновников и двоих студентов к смертной казни, а еще 70 чиновников и 12 студентов — к каторге. Проблема китайской науки, пишет Хафф, заключалась не в том, что она была технически несовершенной, «но в том, что китайские власти не позволяли создавать и не терпели независимых институтов высшего образования, в которых бескорыстные ученые могли бы заниматься изысканиями». Китай, в отличие от исламского мира, не запрещал книгопечатные станки, но изготовленные с их помощью книги предназначались только для элиты.

Еще одной помехой независимой научной мысли была отупляющая образовательная система, заставлявшая заучивать более 500 тысяч текстов конфуцианской классики и писать к ним стилизованные комментарии. Имперская система экзаменов, появившаяся в 124 году до нашей эры, обрела законченную форму в 1368 году нашей эры и оставалась неизменной до 1905 года, препятствуя интеллектуальным новшествам на протяжении пяти веков.

Многовековое подавление науки современного типа в Китае и исламском мире означает, что ее расцвет в Европе ни в коем случае не следует считать чем-то само собой разумеющимся. В Европе также имелись определенные интересы, которые противоречили технологическим изменениям, разрушению привычного образа жизни и слому обычаев. Европейские религиозные авторитеты, как и в исламе, быстро пресекали сомнения в доктринах церкви. Этьен Тампье, епископ Парижский, в 1270 году осудил 13 доктрин, проповедуемых последователями Аристотеля, чья философия стала весьма влиятельной в европейских университетах. В 1277 году епископ сделал следующий шаг, наложив запрет на 219 философских и теологических тезисов, по которым велись дискуссии в Парижском университете.

Но Европа отличалась от Китая и исламского мира тем, что ее образовательные институты обладали значительной независимостью. Европейская концепция корпорации как субъекта права давала определенную свободу мысли и действия таким организациям, как гильдии и университеты. Церковные власти могли возражать против того, что там преподавали или обсуждали, но не имели возможности надолго подавить научные идеи.

Хотя европейские университеты начинались с изучения теологии, как и медресе, но вскоре они перешли к философии Аристотеля, а от философии — к физике и астрономии. При таких институтах ученые смогли начать систематическое изучение природы, заложив этим основу современной науки.

Существование университетов объясняет, почему наука смогла развиться в Европе, но не в Китае и исламском мире, но не объясняет, как наука вообще зародилась в Европе. Каковы были предшествующие, еще не научные основы, на которых выросла научная деятельность?

Хафф предлагает интересную идею, где их можно найти. «Загадка успеха науки на Западе — и ее неудача в незападных цивилизациях — должна разрешиться при изучении вненаучных сфер культуры: религии, философии, теологии и тому подобного», — пишет он.

Христианская теология имела богатую историю дискуссий о догматических тонкостях, многие из которых порождала сложная доктрина Троицы. Подобные диспуты сформировали в сознании европейцев идею разума как атрибута человека. Именно разум отделял человека от животного. С помощью вновь открытого ближе к концу одиннадцатого века римского гражданского права Европа создала систему закона и правосудия. Разум и рациональность были восприняты в качестве критериев для решения правовых вопросов. Отсюда уже было рукой подать до концепции законов природы, до предположения, что существует Книга природы и Мировой механизм, которые можно постичь человеческим разумом. Именно революция в юридической мысли двенадцатого-тринадцатого веков, по мнению Хаффа, преобразила средневековое общество Европы и сделала его открытой и восприимчивой почвой для роста современной науки.

Плоды открытости

Идеи закона и здравого смысла в Европе послужили источником современной науки и стали основой открытого общества. Торговля и географические исследования, которые китайские императоры могли пресечь, если это было нужно, сделались главной движущей силой для европейской экспансии.

В промежутках между периодическими войнами процветала оживленная торговля, которую вели разные регионы Европы. Благодаря торговле европейцы совершали великие географические открытия. В 1490-х годах Васко да Гама добрался до Индии, а Колумб — до Америки. Эти путешествия свидетельствовали о том, что для европейцев характерна особая черта — любознательность. Географические открытия были тесно связаны со множеством изобретений, зарождением современной науки и возникновением капитализма.

Именно Европа открыла весь мир, а не наоборот. Китайский флотоводец Чжэн Хэ совершил несколько путешествий в Юго-Восточную Азию и Африку в начале пятнадцатого века, но его никто не поддержал и продолжения не последовало. Открыв весь остальной мир, европейцы устанавливали торговые маршруты и, как часто бывало, завоевывали эти земли. Европейцы практически невозбранно теснили местные племена, отправляя колонистов заселять Америку, Австралию и обширные пространства Африки.

Возможно, корни европейского своеобразия закладывались еще в одиннадцатом веке, если не раньше, однако даже к 1500 году грядущий подъем Европы был далеко не очевидным. В то время еще расширялась Османская империя. Китай переживал период стабильности под властью династии Мин. Индия вот-вот должна была вступить в эпоху Великих Моголов. Каждая из этих трех держав намного превосходила по мощи любую европейскую.

Европе не хватало военного преимущества, которое свойственно объединенным государствам, однако она могла позволить себе раздробленность, но только незначительную, поскольку, в отличие от Китая, угроза вторжения здесь не нависала постоянно. Расположенная на западном конце Евразийского материка, Европа была защищена с востока буферными государствами — Россией и Византией. Начиная с десятого века, после того как были отбиты нападения викингов, венгров и мусульман, Европу практически не затрагивали вторжения извне, а Англия, будучи островным государством, обладала дополнительной защитой и жила в наибольшей безопасности.

Следовательно, в отличие от китайцев, европейцы никогда не стремились к автократическому правлению, чтобы защищаться от внешних захватчиков. Европейцы могли себе позволить независимость и сражались только друг с другом. Такие внутренние войны давали им возможность получать преимущества от военного соперничества, но география и политические институты Европы не оставляли шанса для обычной развязки в подобной ситуации: на месте разрозненных государств не возникало единой империи. Империи, появившиеся в Европе после падения Древнего Рима, будь то империя Карла Великого, Габсбургов, Наполеона или Гитлера, никогда не получали абсолютной власти и существовали, как правило, недолго.

В авторитарных обществах правитель может принуждать народ платить налоги, собирать армии и вести войну. В принципе, авторитарные государства Китая и исламского мира должны были обладать большей военной мощью, чем горстка европейских разрозненных государств, в каждом из которых имелся монарх, в разной степени уважавший местные законы и элиту. Это продолжалось столетиями. Европа в тринадцатом веке не смогла противостоять западной монгольской армии, вторгшейся в Польшу, Венгрию и Священную Римскую империю с приказом дойти до Атлантического побережья. Лишь благодаря смерти Великого хана Угэдэя, вызвавшей смуту из-за наследования, монгольская армия по собственной воле ушла из Европы. После гибели Византийской империи в 1453 году, в результате чего исчез буфер, отделявший европейские страны от тюркских орд, в Европу смогли проникнуть османские войска — в 1529 году они дошли до самой Вены и повторили это в 1683 году.

Но растущее благосостояние и изобретательность Европы в итоге обратили ее военную слабость в силу. Ее отсталость в 1500 году по сравнению с исламскими и китайской империями была только кажущейся. Европейские экспедиции вскоре завоюют Индию, Северную и Южную Америку, Австралию и большую часть Африки. Европа занимает 7% мировой суши, однако к 1800 году стала править на территории, равной 35% суши, и к 1914 году — на 84%.

В отличие от Европы, где наука, технологии и промышленность были тесно переплетены, в Китае технологии совсем не связывались с промышленностью, поскольку последняя никогда не получала возможности для самостоятельного развития. Изобретательский энтузиазм в Китае уже давно сошел на нет. Чиновникам новизна была не по вкусу. Они презирали иноземные изобретения и не проявляли той любознательности, которая позволила склонной к интеллектуальным авантюрам Европе выйти за пределы технологии — к научным принципам, лежащим в ее основе. В Китае не было ни свободного рынка, ни узаконенных имущественных прав.

Китайское государство всегда создавало помехи частному предпринимательству, перехватывая выгодные виды деятельности, запрещая другие, манипулируя ценами, собирая взятки, ограничивая личное обогащение. Дурные правительства душили инициативу, повышали стоимость сделок, отвращали талантливых людей от коммерции и производства.

Дэвид Лэндис
экономический историк

По лаконичному выражению Адама Смита, «для того, чтобы поднять государство с самой низкой ступени варварства до высшей ступени благосостояния, нужны лишь мир, легкие налоги и удовлетворительное правосудие; все остальное сделает естественный ход вещей. Но здесь есть недомолвка. Мир, легкие налоги и правосудие в истории редко встречаются вместе. Только Европа реализовала эту магическую формулу, которая стала основой ее неожиданного подъема в мире.

Адаптация к разным обществам

В своей книге «Богатство и бедность народов» (The Wealth and Poverty of Nations: Why Some Are So Rich and Some So Poor) экономический историк Дэвид Лэндис исследует все факторы и каждый из них по отдельности, чтобы объяснить подъем Запада и стагнацию Китая, и приходит к выводу, что ответ заключается в характере людей, в их природе. Лэндис приписывает ключевое влияние культуре, но описывает ее таким образом, что подразумевает под ней расу.

Изучение истории экономического развития недвусмысленно указывает на то, что главной причиной различий является культура. Посмотрите, как работают предприятия, принадлежащие иностранным общинам: китайцам — в Восточной и Юго-Восточной Азии, индийцам — в Восточной Африке, ливанцам — в Западной Африке, евреям и кальвинистам — практически по всей Европе и так далее. И все равно культура, подразумевающая глубинные ценности и установки, руководящие поведением народа, пугает ученых. В этом понятии им слышится серный запах расы и наследственности, представляется нечто такое, что неспособно к изменениям.

Дэвид Лэндис
экономический историк

Серный запах или какой-нибудь другой, но культура каждой расы, имеет она генетическую основу или нет, — это именно то, что, по предположению Лэндиса, породило разницу в экономическом развитии. Если учесть своеобразие европейских обществ и время, в течение которого они шли собственным путем развития, — по меньшей мере 1000 лет, социальное поведение европейцев вполне могло стать генетической адаптацией к трудностям выживания и достижения успеха в европейском обществе. Собранные Кларком данные по снижению уровня насилия и росту грамотности с 1200 по 1800 год, рассмотренные в главе седьмой, говорят в пользу этой возможности.

Хотя для китайской популяции аналогичных данных не существует, это общество обладало характерным своеобразием еще дольше — по меньшей мере 2000 лет, и интенсивное давление отбора на выживание, описанное в главе седьмой, должно было адаптировать китайцев к их обществу точно так же, как европейцы приспосабливались к своему.

Психологи, изучающие поведенческие особенности в европейских и восточноазиатских популяциях, обычно приписывают все различия исключительно культуре. С точки зрения эволюции это не совсем верно. Социальное поведение общества — главный фактор его выживания. Социальное поведение должно быть настолько же тесно взаимосвязано с преобладающими условиями жизни, как и очевидные признаки, различающиеся у разных рас, такие как цвет кожи или волос.

Институты, характеризующие общество, представляют собой смесь форм поведения, обусловленных культурой и находящихся под влиянием генетических факторов. Культурный компонент можно распознать по тому, насколько быстро он меняется, несмотря на консерватизм многих институтов. Война, например, является институтом во всех человеческих обществах, но как будет реализована эта генетически сформированная склонность, зависит от культуры и обстоятельств. Германия и Япония построили милитаристские общества до и во время Второй мировой войны, но сейчас обе эти страны стали решительно миролюбивыми. Это изменение — культурного характера, поскольку произошло слишком быстро, чтобы расцениваться как генетическое. Вряд ли можно сомневаться, что оба народа сохраняют склонность к воинственности и реализуют ее, если в этом будет необходимость.

Отличительной чертой генетически обусловленного поведения является то, что оно сохраняется неизменным на протяжении поколений. Наличие генетической привязки объяснило бы, почему покинувшие родину популяции англичан по всему миру вели себя одинаково — похоже друг на друга и на исходную популяцию — на протяжении многих веков и почему то же самое верно и для китайцев, уехавших за границу.

Генетическая основа социального поведения групп также объясняет, почему популяциям так трудно перенимать желаемые качества. Малайские, таиландские или индонезийские популяции, среди которых есть преуспевающие китайские диаспоры, могут завидовать успешности китайцев, но странным образом не способны скопировать их поведение. Люди склонны к подражанию, и если бы деловой успех китайцев был связан исключительно с культурой, то для всех было бы легко перенять их методы. Но этого не происходит, поскольку социальное поведение китайцев и других народов имеет генетический компонент наряду с культурным, который легче поддается идентификации.

Генетическая основа социального поведения до сих пор остается во многом неясной, и трудно сказать, как именно прописаны в нейронах правила, его регулирующие. Например, явно существует генетическая предрасположенность избегать инцеста. Но маловероятно, чтобы это генетическое правило было сформулировано именно так. Эксперименты в израильских кибуцах и китайских семьях на Тайване предполагают, что на практике табу на инцест обусловлено отвращением ко вступлению в брак с партнером, которого человек близко знал в детстве. То есть правило в нейронах, вероятно, прописано так: «Если ты вырос под одной крышей с человеком, то это неподходящий брачный партнер».

Действительно ли европейцы являются носителями генов, способствующих открытым обществам и главенству закона? Есть ли ген, обусловливающий уважение к праву собственности или ограничивающий абсолютную власть монархов? Вряд ли дело обстоит именно таким образом. Никто пока не может сказать точно, какие паттерны нервных связей создают у европейских популяций склонность к открытым обществам и верховенству права, а не к автократиям или у китайцев — тягу к семейным узам, политической иерархии и конформизму. Но нет причин сомневаться, что эволюция способна выработать изощренные решения, чтобы человек мог справиться со сложными проблемами социальной адаптации.

Очевидно, что существует генетическая склонность следовать правилам общества и наказывать тех, кто их нарушает, как отмечалось в главе третьей. Если европейцы были чуть менее склонны наказывать нарушителей, а китайцы — чуть более, это могло бы объяснить, почему европейские общества более, а китайские менее терпимы к диссидентам и новаторам. Поскольку гены, регулирующие следование правилам и наказание нарушителей, еще не выявлены, остается неизвестным, действительно ли они различаются у европейцев и китайцев предполагаемым образом. У природы есть много рычагов настройки для разнообразного социального поведения и много способов прийти к одинаковому результату.

Таким образом, подъем Запада может оказаться связанным, как минимум в некоторой степени, с эволюцией европейских популяций по мере их адаптации к географическим и военным условиям своей особой экологической среды. То, что европейские общества оказались более продуктивными и инновационными, чем другие, по крайней мере в современном мире, разумеется, не означает, будто европейцы лучше других — это совершенно бессмысленное понятие с точки зрения эволюции. Европейцы похожи на всех остальных, за исключением небольших отличий в социальном поведении. Однако эти небольшие отличия, как правило незаметные на индивидуальном уровне, имеют важные последствия на уровне общества. Европейские институты — смесь культуры и социального поведения — служат причиной того, что европейцы построили новаторские, открытые и эффективные общества. Подъем Запада, а до этого также Китая — исторические события, которые в той мере, в какой естественный отбор влияет на социальное поведение данных популяций, являются и этапами человеческой эволюции.

{ "author_name": "Альберт Хабибрахимов", "author_type": "self", "tags": ["\u043b\u0438\u0442\u0435\u0440\u0430\u0442\u0443\u0440\u0430"], "comments": 273, "likes": 76, "favorites": 105, "is_advertisement": false, "subsite_label": "flood", "id": 42333, "is_wide": true, "is_ugc": true, "date": "Sun, 22 Jul 2018 11:23:13 +0300", "is_special": false }
0
273 комментария
Популярные
По порядку
Написать комментарий...

Комментарий удален по просьбе пользователя

31

Китай задолго да Колумба оплыл всю Африку. Причем армадой в 50 кораблей.

4

Ну а викинги тоже доплыли до америки. И что? Важно не кто первый, а кто и как этим воспользовался

15

Китайцы имели все о чем мечтали европейцы.
Приличная часть географических открытий - это попытка найти короткий пусть до Индии и Китая. А когда добрались и закрепились поняли что все равно надо отдавать золото т.к. ничего на рынок Индии и Китая предложить не могут.
И вот "гениальное" решение: опиумные войну и колонизация.
Не уверен что те кто "воспользовался" были во всем прогрессивными.

1

Китайцы не имели одного из важнейших свойств Европы - многообразия. Если бы не погибла Римская империя, не было бы провала темных веков, но и подъема нового времени тоже не было бы.

0

китайцы до сих пор общаются на разных языках, конкурируют провинциями, а раньше еще и воевали между собой
Китай и сейчас имеет большее культурное, материальное и ремесленное различие

2

Государство в Китае одно, при чем больше всей Европы (по населению, конечно). Если и воевали китайцы друг с другом, то это были гражданские войны, после которых не мир наступал, а уничтожение побежденных. Это большее культурное, материальное и ремесленное различие никак не способствует конкуренции идей - русские с таджиками в СССР тоже имели большее культурное, материальное и ремесленное различие, а как и что делать за всех на Старой площади решали. А вот Англия, Испания, Франция, Германия, Россия (даже и Турция в том числе, хотя религия до недавнего времени была трудно преодолимой преградой) так друг друга задавить и не смогли, и бесконечные их войны кончались не уничтожением побежденных, а очередным миром. А во время этого мира побежденные учились достижениям победителей, а победители хотели у себя видеть лучшее, что они у побежденных подсмотрели. А сегодняшний прогресс Китая связан с успешным освоением успехов остального человечества, т.к. теперь из Гуаньджоу в Сан-Франциско проще попасть, чем раньше было до Пекина добраться.

1

типичная логика империалиста. а почему с таджиками конкурируем? чего не с поляками-украинцами? почему не с Финляндией, Японией и Китаем? по контексту последние страны ближе. этот текст является доказательтвом однородности Китая? особенно гражданские войны? и почему только гражданские? а если вики открыть? по вашему Китай не развивался потому что его никто весь целиком не захватил? ) и при чем здесь сегодняшний Китай? по вашему там до сих пор на телегах ездят игнорируя западные новшества? или это не считается? ) лично я вижу набор несвязанных противоречивых и ложных тезисов (про вырезание целых провинций - вообще огонь)

0

О чем Вы? Ни какой связи между моей и Вашей писульками не видно. Или Ваша ко мне случайно попала?

0

Зато европейцы по полной «имели» китайцев

0

*Неподтвержденная информация

0

и ничего. я просто поправил автора, которому ответил.

0

"Большинство успешных мировых корпораций по-прежнему находятся на Западе. Американцы и европейцы все так же доминируют в большинстве научных областей и получают больше Нобелевских премий."
То ли автор писал книгу лет десять назад, то ли закрывает глаза на новости из Китая, чтобы не разрушать свою теорию и стройную картину мира

0

Так и что же все-таки прорывного создал Китай? Успешно адаптировал многие достижения Запада, но пока идей, пришедших из Китая, не видно. А когда-то важнейшие идеи европейские шпионы выведывали в Китае точно так, как китайские теперь на Западе.

2

Комментарий удален

Это в Риме то был мир? Ну ну, Римская империя была на пике развития пока вела экспансионные войны. Как только захваты прекратились и поток рабов и богатств иссяк...Империя сгнила.

4

Комментарий удален по просьбе пользователя

1

Краткий курс истории ))))

1

Если бы в этом дело было, в пиратстве, то сейчас центром науки стало бы Сомали. А и китайцы, и арабы своих пиратов издревля имели.

1

Один и тот же успех можно описать миллионом причин:
географией, политикой, историческим циклом, технологическим превосходством.
Но главное, на мой взгляд, это то, что в Европе родилась общая парадигма, что технологии и наука это сила и могут приносить материальные блага.
До этого наука во всех культурах была что-то вроде искусства - увлечением конкретных индивидуумов. Государственного вектора - развиваем науку и становимся богаче не было.

16

В Европе основная парадигма - материальная нажива, а средства не имеют значения. И науку они развивают исключительно из-за материальных благ, а не достижения чего-то великого.

3

Комментарий удален по просьбе пользователя

3

Почему же сейчас когда запад многие годы эмитирует в десятки-сотни раз больше валюты чем другие страны, все равно опережает другие страны по желанию материальной наживы. Да потому, что причина материвальной наживы - такая жлобская культура. А культура формируется нравственными ценностями. Что ценят больше - к тому и стремятся.

1

Если вы считаете, что в азиатских странах жажды наживы было меньше - вы ошибаетесь.

5

Там вес человека в обществе определяет цена его кинжала…)

0

На Востоке с правом собственности (как пишет и автор), не то чтобы очень понятно и просто. Зато развиты клановые системы (тысячи лет подряд кланы враждуют, договариваются, объединяются против кого-то, потом снова враждуют). Метод политической борьбы - "вырезать" оппонентов до седьмого колена = пожалуй, единственная эффективная мера безопасности, т.к. договориться надолго на Востоке не могут, особенно на Ближнем - совсем никак. И ведь никто никуда не торопится (на рожон лезть). Но как только правящий клан в чем-то даёт слабину, начинается ад междуусобицы- который европейцам известен разве что из 100 летней войны или войны Алой и Белой Розы (т.е. из далекого прошлого).
 
Суть заключается в том, что когда купцам и промышленникам окончательно надоело, что по их "избушке лесника" постоянно бегают вооруженные толпы, и портят их бизнес, они неимоверными усилиями сначала приручили высшую знать, а потом и все общество поставили под власть денег, и со временем стали настоящими правителями Запада. А на Востоке этого до сих пор не произошло. Сегодня Джека Ма миллиардер, а завтра уже нет, потому что так решили партия и правительство.

0

Ну ад междуусобицы к нам гораздо ближе, чем война Алой и Белой Розы. Я - старый человек; мой отец был красноармейцем в Гражданскую войну. А моего деда раскулачили.

0

А без этого никак не получится. Европа тесная, и там долгое время некуда было бежать - хочешь выжить - воюй за свой клочок земли. Или договаривайся. А на Руси можно было банально сбежать в леса, на Север, на Дон, на Урал (позднее, в Сибирь) - и так она и развивалась, прирастая окраинами.
То самое популяционное давление (которое заставило Европу развиваться), стало серьезно угрожать России только в начале XX-века, пожалуй. Но в результате Первая Мировая, Гражданская ... и далее, в-общем избавили Россию от этой проблемы, чуть ли не до бэби бума 70-х .. хотя русская деревня так пока и не восстановилась, и малые населенные пункты продолжают исчезать с карты.
Когда некоторые говорят о Царской России 2013 года, в которой дескать жило бы 600 млн. человек ... я очень удивляюсь - не было бы такой революции и гражданской, был бы Пугачев 2.0 или Стенька Разин 3.0 (крепкий, неразбавленный).

0

Пугачев и Разин хоть патриотами своей страны были (выступали против царизма), и в отличие от навальнят Крым Украине не отдали бы.

0

Это какой-то малый (походный) набор интернет-тролля - все и сразу вываливаете:) Сначала даты:
1. Присоединение Украины 1654-й год
2. Восстание Стеньки Разина 1667-1671
3. Восстание Емельяна Пугачева 1773-1775
4. Покорение Крыма 1783-й год
Потом про "патриотизм" Разина и Пугачева = как раз отсутствие какой-либо внятной программы (с претензией по крайне мере последнего на принадлежность к царскому роду), их и сгубило. Кто, как и почему их поддерживал - одни вопросы.

1

История движется по спирали)

0

Если Вы обратили внимание на даты - то в альтернативной истории гг-да Разин и Пугачев могли бы выступать разве что в роли Ермака Тимофеевича - именно что _присоединяя_ Крым к Русской Империи, действуя как иррегулярное воинское подразделение, финансируемое промышленникам и частично правительством.
И именно это (расширение территории страны путем захвата и присоединения окраин), и называлось тогда _развитием_, _ростом_ государства. И патриотизмом тоже - действиями во имя наследия отцов, так сказать. Всякие там Вещие Олеги, прибивающие щит на врата Царьграда и так далее.

1

Обожаю патриотов. Помню, где-то через год после оккупации Чехословакии попал я в больницу. Тяжелых больных там не было, и мужчины от нечего делать о политике трепались. И практически все, от только что освободившегося уголовника до доцента филфака МГУ, одобряли оккупацию, говоря, что наши кровь проливали за Чехословакию и просто-таки морального права уйти от туда нет. А точки зрения, что это было предательское нападение на дружественную страну из-за каприза партверхушки, придерживались только я и, как это не странно, летчик на международных линиях. Но вот ведь споры спорами, а донести на меня никто никуда не донес; надеюсь, что и на летчика тоже.

0

Комментарий удален по просьбе пользователя

1

Ну да, тебя видимо деревья учили не материться и чистить зубы по утрам

2

Комментарий удален по просьбе пользователя

4

Чтобы не случилось дефолта, нельзя эмитировать больше валюты, чем её обеспечения в виде ВВП (валового внутреннего продукта).

0

Расскажите это США и ЕС, а таже все странам у кого долги (долги карл!) соизмеримы с их ВВП а часто и больше. Наивный

0

я бы не сказал. Материальная нажива была основой у малой части европы (итальянские города типа Венеции и Флоренции, а также малые гос-ва типа Голандии), в остальных странах христианство плохо относилось к личному богатству. Рабы божьи должны же страдать и тд.

1

Вы сейчас про какой исторический период, и про какую (хоть приблизительно) часть Европы? Вы, я надеюсь, помните о существовании трех сословий, и всех сопутствующих ограничениях ... вкратце сводившихся к тому, что нужно было активно делиться прибылью, просто чтобы вести бизнес. Третье сословие с ростом оборотов и масштабов бизнеса и торговли, естественно все меньше хотело делиться с "покровителями" - отсюда и буржуазные революции.

0

я именно это и написал

0

Цель оправдывает средства - это ещё иезуит-католик Игнатий Лойола сказал.

0

Вы это точно знаете? Много европейских ученых встречали в жизни, и все как один корыстолюбцы? И для успеха в науках ничего, кроме жадности, не нужно? А сам Вы чем занимаетесь?

0

Велика сила пропаганды. Вот в школе на обществоведении г-ну Krasnosolnyshko рассказали про бездуховность Европы (и особенно Америки), и он хорошо это усвоил. И отлично у него уживаются в одной голове школьные знания про то, что в мире чистогана важна исключительно материальная выгода, и телепропаганда о том, что дураки-европейцы пускают к себе мусульманских беженцев, помогают им, поддерживают материально, не думая о том, что беженцы эти могут очень Европе навредить из-за своей природной злокозненности.

0

Чем больше людей угорают по религии и традиционализму, тем меньше простора для развития. Вот и вся полезная информация из данной статьи.

15

Вы во много правы, но статья эта содержит еще некоторые идеи, с частью из которых можно согласиться, а с частью- нет. Автор считает важным для научного и технического прогресса открытость европейского общества и верховенства в нем права. И, я думаю, он тут частично прав, потому что в Европе всегда было куда убежать от автократии, а в огромном Китае убежать было трудно; слишком далеко. Насчет права тоже важный момент. В южных странах было много общих работ (возводить плотины, рыть каналы, как следствие, строить Великие стены или пирамиды), что требовало крепкой центральной власти ("вертикали") и не давало сохраниться древним обычаям племенной демократии, а в зоне устойчивого природного увлажнения их остатки смогли дожить до времен, когда они оказались нужны купцам и ремесленникам. Я не верю в генетическую предрасположенность к прогрессу, хотя в статье приведен общеизвестный факт - даже при дискриминации (хотя и не очень уж сильной) китайские общины в странах Индокитая , в Индонезии, Филиппинах богатеют несравненно быстрее, чем "коренные" жители.

0

Просто местные жители отстают в развитии на несколько тысячелетий.

0

Я не думаю, что имеющие свою тысячелетнюю культуру тайцы или яванцы так уж отстают в своем развитии от китайцев. Просто не очень сильная, но ощутимая, дискриминация стимулирует. Яркий пример такой стимуляции - евреи. Конечно, одной дискриминации недостаточно, вот на цыган она не подействовала, и ни одного нобелевского лауреата у них пока нет. Тут очень важен пресс общественного мнения: что хорошо, а что плохо для той или иной соц. группы. У цыган нет культа учебы, а у евреев и китайцев есть. Думаю, что зато культ творчества у них есть. Как то раз случайно видел, как цыгане танцевали для себя.

0

Да, дискриминация играет роль. Но и культура важна. Насчёт древности культур, я имею в виду культуру ведения бизнеса. Шелковый путь и т.д.

0

Кроме гомерического хохота лично у меня эта околонаучная публикация ничего не вызвала и все из-за исторически доказанного факта, а именно уничтожения римскими легионами Цезаря Александрийской библиотеки, которая была специально подожжена ими для создания дымовой завесы, пергамент горел с обильным выделением дыма, и вывода из ловушки римского флота из Александрийской бухты. Флот римляне вывели, но уничтожение знаний хранившихся в пергаментах этой библиотеки отбросило человечество на полтора тысячелетия назад. Так о гелиоцентрической картине мира задолго до Коперника писал один из учеников Пифагора, ссылаясь на труды Александрийской библиотеки. Но неопровержимым доказательством уничтожения европейцами мировых знаний, явился Киттеровский механизм, предназначение которого выяснили Британские ученые и найденного еще в 19 веке. Так что неизвестно как развивалось бы человечество, если бы не преступление Рима, после которого Европа на полтора тысячелетие опустилась в мракобесие мира по Птолемею!

12

В огороде бузина, а в Киеве дядька. При чем здесь Цезарь? Кстати, сохранись Римская империя, и, возможно, не было бы технического рывка нового времени, так как вместо открытого общества была бы забронзовевшая автократия.

1

Между распадом Римской империи и Новым Временем ... ну короче вольно же Вам прыгать по эпохам. Мне вот кажется, что и у Македонского, и позднее у Рима была какая-то миссия, к которой они приближались, но так и не выполнили ее. Нет никакого смысла двигаться до края Ойкумены, просто ради того чтобы побить очередных дикарей в шкурах с дубинами. Ну я не знаю, девушки конечно в разных племенах разной стати, и это безусловно интересно наблюдать, как и красоты природы и ландшафтов ... но и только - а должен был быть еще какой-то смысл чтобы укреплять Имперю год за годом, столетие за столетием ...

0

Насчёт Александра - быстрый распад империи хорошо показывает, что он толком не знал зачем всё это.
А вот Римская империя несла цивилизацию, т.е. идеологическая составляющая была налицо. Институт гражданства - это что-то феноменальное для того времени. После можно считать, что империя переродилась в Византию с целью построения рая на земле и поисками божественного.

0

Еще один дрыщ малолетний, это писано не для тебя, включи игрушку на айфоне и успокойся

–1

а ничего что именно Птолемей написал "Альмагест" и не забыл в нём указать про гелиоцентрическую систему Аристарха Самосского? и что он был так же потерян и сохранился в мире благодаря арабам, и только во времена Коперника это "мракобесие" обратно перевели на понятный язык, после чего попало в руки Копернику и он занялся этой темой?

0

Не сгорела бы Александрийская библиотека, развитие человечества пошло бы совсем по другому пути. ученые-историки предполагают, что утерянные там знания не удалось восполнить до сих пор. особенно астрономических событий. Так как на Востоке, откуда в основном и были вывезены пергаментные свитки Александрийской библиотеки в то время велись тщательные наблюдения за небом, сейчас эта тема широко обсуждается на Западе

0

ну вот не знаю. сами прикиньте какой объём листов был у такой библиотеки. ну а наблюдения там чем сегодня могут быть ценны? по сегодняшним меркам точность у них была слабенькая, понимания законов не было, мат аппарата тоже. что они могли такого особого наблюдать чего мы например сегодня не можем промоделировать откатив время назад? на тот момент да - потеря огромная, а сегодня мы в другом мире, вы даже не сможете прочитать и понять трудов Ньютона или Коперника, на столько они будут сложны и запутаны по сравнению с обычным учебником, об этом Капица как-то говорил, у которого в доме огромная наследственная библиотека. Сегодня классические труды бесполезны на 99%, только вступительное слово может представлять какой-то интерес.

1

Спорить, разубеждать и что -то доказывать человеку, который напяливает современную жизнь и понятия на события происходившие более двух тысячелетий назад- себя не уважать. Так что думайте что Вы правы.

0

Давайте так, а что именно в астрономии (положении звезд за последние 10 000 лет, ежедневные наблюдения) _сегодня_ может Вам пригодиться, если большая часть сносно описывается математическими моделями, геологическими отложениями, и замерами радиоактивности слоев, с установленной датировкой залегания?
 
Вот с точки зрения истории (кто пошел на кого войной, когда, что из этого вышло) - может папирусы и были интересны. Но какие именно _практические_ знания могли быть утрачены тогда - все же неясно. Ну вот ряд технических секретов древности не разгадан - но нам с Вам не требуется ковать булат, чтобы наши мечи гнулись, но не ломались, потому что с мечом и в доспехах сейчас сложно передвигаться по улице, замучают просьбами сфотографироваться на память :)

0

Ну что вам сказать, если вы говорите о булате, не было тогда булата, вообще человечество жило в бронзовом веке, киттеровский механизм, который, еще называют первым компьютером человечества, был бронзовым , подобные устройства начали появляться в Европе только в 16 веке нашей эры и это загадка для всех, кроме Вас. Не зная даже сути приведенных фактов вы пытаетесь апеллировать и как прикажете к вас относится, вы настолько некомпетентны, что даже не знаете сути радиоуглеродной датировки и почему ученые очень сильно в ней сомневаются, это же касается и компьютерного моделирования. Так что ДОСВИДОС, идите учите матчасть, отвечать на ваши инсинуации больше не буду

0

вы свою компетентность раскрыли фразой "опустилась в мракобесие мира по Птолемею", так что не нужно тут строить из себя великого историка-интеллектуала) вообще такое чувство что РенТВ смотреть любите, так нервно с нами, не посвящёнными, разговариваете))

1

Познакомьтесь сначала с эффектом Даннинга-Крюгера, а телевизор я вообще не смотрю никакой, а вы видимо от просмотра фильмов не отрываетесь, раз по ним судите об окружающем мире, Хам и мальчишка я тебе в деды гожусь

0

а у вас это старческое всё пошло, яснопонятно тогда :))

0

Икнется это тебе на твоих же детях , будь ты проклят в потомстве своем

0

алахакбар!

0

какой объём листов

Ну да, это известный тезис. Правда, если смотреть кому выгодно, то можно помечтать (а этим занимаются очень многие фантасты), что же там такое могло быть.
 
Я немного снижу градус серьезности ... воспоминанием об одном китайском фильме ... там главные герои - 2 парня и девушка, перед важным боем с главным злодеем, обманом проникают в суперсекретную комнату библиотеки одного монастыря ... и видят _горы_ книг, среди которых им надо срочно найти необходимый ... удар что-ли. Или технику.
 
Сначала кажется, что это невозможно. Но вот девушка хватает первую книгу (ну очень древнюю и большую), открывает первый разворот и видит на нем аж 6 крупных иероглифов, переворачивает страницу - там 4 крупных иероглифа.
 
Короче, они эту секретную комнату с сотней "книг" прочитали втроем за пару часов. Целиком. Потому что, действительно, информации там оказалось немного, и все очень крупным "буквами".

0

Да есть в философии такая наука гносеология, буквально, теория познания, но в ней нет даже и близко познания мира по фильмам, несчастное поколение изуродованное ЕГЭ и компьютерными технологиями

–1

<snob>Антикитерский механизм</snob>

0

Он называется по разному, одно из названий указано Вами

0

Комментарий удален

Это все в Древней Греции было

3

Комментарий удален

цифры так-то из Индии, а не арабские, как впрочем и категория нуля

9

Комментарий удален

ну так-то математика из Греции. арабы это всего лишь метеор среди европейских звезд

4

Комментарий удален

Комментарий удален

Комментарий удален

Биологи, психологи и педагоги - это узкопрофильные специалисты?

0

Комментарий удален

Если человек умеет делать то, что не умеет делать другой или делает лучше него, значит, он специалист в своей области.

2

Комментарий удален

В принципе, педагогом может работать кто угодно. Только если учесть, что это - наука о сопровождении ребёнка (а не о промывке мозгов ЕГЭ’ом), нужно иметь определенные навыки, чтобы удовлетворять познавательные потребности двадцати детей по семь уроков пять дней в неделю.

0

Комментарий удален

Вроде я Вас никак не оскорблял. Просто Вы сами убедились, чем профи отличается от непрофи (в данной области) - у второго есть гугл на смартфоне, а у первого - он в голове.

1

На кой вы тогда высказываетесь про прочее, раз оно вам боком? В истории, математике (греческое слово, что должно что-то значить по вашей логике), медицине и этимологии слов вы нихрена не смыслите.

0

"В Азии давить было нечего изначально, поэтому там таких событий и не было."
А вы европоцентрист)))
Читал еще в детве книгу про Марко Поло. Автор хитрец и сначала в красках описывает Венецию (родной город Марко). Самый богатый в Европе. С большим количеством купцов. С самым большим количества золота. С огромным флотом. С огромным количеством населения.
А потом переключается на Китай. И вдруг оказывается что по сравнению с ним Венеция - это задворки цивилизации т.к. именно туда стремились все венецианские купцы. Именно там все производилось и населения и товарооборот был больше в десяток раз.

1

Инквизиция давила не научное мышление, а отдельных индивидуумов, кто мешал науку с религией и прочим колдунством. Не хулили бы Бога, как Дарвин, никого бы не трогали. В Азии же ещё с тех пор была госмонополия на науку.

–2

Но ведь всё-таки науки, в отличие от китайской астрологии, так как они оперируют методами научного познания.

0

Комментарий удален

Речь шла о борьбе (соотношении) Эйдоса (восприятия) и Логоса (познания) в западных и восточных культурах.

1

До Греции это всё было в Египте - так что Восток всё же рулит!

0

куда он рулит? Рулят США и Европа.

0

В этих ваших Америках, пока в Египте строили пирамиды и математику изобретали, индейцы друг с друга снимали скальпы! Впрочем, современные америкосы недалеко от них ушли!

1

Для информации. Скальпы начали снимать европейцы, когда приплыли в Америки, а пирамиды майя такие же древние, как и египетские

0

а зонтики, это, конечно, да, решающий фактор развития

0

Комментарий удален по просьбе пользователя

5

Комментарий удален

Евклида погуглите и что там у арабов в это время происходило

1

Комментарий удален

Ну тогда не нужно у греков отнимать математику без нужды

2

Комментарий удален

Математика, медицина и астрономия были в Греции.

2

Комментарий удален

Как-то неуклюже назад сдаёшь

5

забейте в Гугле - Евклид, Пифагор, Архимед и овер 9000 других. Теперь огласите имена арабских математиков пожалуйста

2

Комментарий удален

А как насчёт геометрии - тоже раздела математики?

0

Комментарий удален

А как без математики построили пирамиду Хеопса, например? МММ тогда ещё не изобрели!

0

Комментарий удален

Я к тому, что Древний Египет (Хеопс) существовал намного задолго до древних греков, и уж если кто и изобрёл математику (вкупе с астрономией) так это египтяне и шумеры. Но никак не греки. Греки изобрели скорее общественные науки, либо переоткрыли знания египетских жрецов.

2

Комментарий удален

Но Мавроди удалось стать Хеопсом нынешнего времени!

0

Во-первых, я не говорил про изобретение, во-вторых - изучите вопрос пирамид лучше. Первые пирамиды строились "на глазок" и часто разрушались.

0

В Греции ещё и психология зародилась, которую взяли на вооружение протестанты со своим think different. До Реформации в Европе существовали такие же деспотические режимы, как и на Востоке.

5

Комментарий удален

Кхе-Кхе, а вы знаете когда инквизиция начала свою активную работу и когда начали жечь ведьм? Мне кажется или максимально активно жгли людей начиная с 15 века в Испании и с началом Реформации и Контрреформации в остальной Западной Европе. Вам не кажется, что все-таки классическое средневековье это немного, лет так на 100-200-300 раньше будет, чем 16-17 века, которые уже ближе к новому времени?

2

Комментарий удален

Спасибо, я историк и знаю что такое средневековье, а также знаю, что инквизиция в Европе, за исключением Испании, это период реформации, который большая часть ученых уже относит к новому времени. Не говорите того о чем ничего не знаете.
Спасибо.

1

Комментарий удален

Яснопонятно. Дам вам две другие фразы из википедии, которые пояснят вам что вы не правы и оставлю вас разбираться самому.

В западной традиции Средневековье сменяется Новым временем примерно в 1500 году, при этом для отделения используют разные события — падение Константинополя (1453), открытие Америки (1492), начало Реформации (1517) и другие.

В 1542 году в Папской области была учреждена конгрегация святой инквизиции буллой Licet ab initio папы Павла III, испуганного распространением протестантизма.

6

Комментарий удален

Вы не собираетесь ничего писать на эту тему, но расписали здесь 10+ комментов откровенной лжи и дезинформации.

3

Комментарий удален

Комментарий удален

Комментарий удален

Комментарий удален

В 1500-м году бы тебе по барабану…

0

Вообще-то новые вехи истории (древний мир, средневековье, новое и новейшее время) начинаются в каждом культурном регионе по-разному. Обычно им способствует смена формации общества.
Общепринято считать, что Новое время началось вместе с событиями первой английской буржуазной революции. Это где-то середина XVII века, точных дат не помню.
Франция жила в Средневековье тоже до свержения династии Бурбонов.
Новейшая история началась не ровно в 1900 году, а во время Первой мировой, а в России ещё позже - в 1917.
Современная история в США и западных странах берет отсчёт с 11 сентября 2001 года.
Так что Реформация - вполне себе средневековое явление.
Нас учили ещё в школе, что в цивилизованной Европе (Испания не в счёт, там всё время что-то происходит) последняя «ведьма» была сожжена в 1789 (или в 1798) году в Германии, первая (исторически задукоментировано) - в Англии в 1152 году.

1

То, что в одной регионе был учрежден отдельный комитет - не означает, что инквизиция появилась именно тогда. Она появилась намного раньше.

0

Только в Испании. И это связанно с реконкистой и дела связанные с религией там очень сильной исключение из правил. Потом она появилась уже в папской области в середине 16 века, а дальше во всей Европе.

0

Любая деспотия, даже современная северокорейская, напрямую отдаёт душком Средневековья. Можно выгнать человека из Ухрюпинска (и переселить в Москву), но нельзя выгнать Ухрюпинск из человека.

0

В Греции сжигали ведьм на кострах?

1

Комментарий удален

Ну так речь шла о доступности знаний для широких слоёв населения. Именно протестанты внедрели всеобуч. А так да, если только 1% населения (что до этого было в европейских странах) умел писать и имел доступ к печатному станку, разумеется, у инквизиции были все козыри на руках.

1

Комментарий удален

В прошлом году они отмечали 500-летие основания их религии )
Но так как спор был исключительно из-за индульгенций, папская власть не смогла упрекнуть их в ереси.

0

Комментарий удален

Цивилизация не закончилась, а разделилась на две очень большие ветви, одна из которых породила славянскую культуру (если учесть парадигму «из варяг в греки»)

0

Комментарий удален

Впрочим, если бы не инквизиция, ядерный фейерверк во славу Аллаха запустили бы на несколько столетий раньше.

–1

Комментарий удален

Не знал, что крестоносцев экипировали арабские учёные, спасибо

0

Комментарий удален

Вообще-то речь шла о том, что общество должно было морально созреть для создания определенных технологий. В этом смысле инквизия играла роль довольно неплохого тормоза.

–1

Комментарий удален

А если младенцу дать вместо игрушек ножницы или иголки? По-любому должна была набраться критическая масса здравомыслящих людей, которые заинтересованы применять свои изобретения в мирных целях. Тот же Нобель создал динамит прежде всего для горных работ. А если бы Эйнштейн до войны «на кончике пера» открыл антивещество?

–1

Зачем публиковать такую чушь и зачем так подробно, ребята?

0

Комментарий удален

Комментарий удален

Комментарий удален

Комментарий удален

Тебе про средневековье говорят, а не про древний мир.

0

Во-первых, большое спасибо Альберту за материал. Альберт, я долгое время думал что Вы собирательный образ, (вроде Тимофея Журавлева), когда надо поставить острый, проблемный, неоднозначный материал, а конкретный представитель vc не хочет светиться :)
 
Во-вторых, это не первая книга, ездящая взад-вперед по "ошибке выжившего" и объясняющая (в-основном европейцам и американцам), почему существующий порядок вещей (где США и Европа потребляет, Китай производит, а значительная часть планеты Земля без еды, воды и медикаментов _выживает_ как может) - это потому что европейцы "хорошие и правильные" а все остальные дураки какие-то

В-третьих, снова мы слышим традиционные уже аргументы - что дескать "открытое общество" - это обязательно общество потребления, где все стремся к обогащению, и торовля - двигатель прогресса. Тем не менее, боги торговли (например Гермес - цитирую из Вики - бог торговли, прибыли, разумности, ловкости и красноречия), в пантеонах никогда не были главными - над ними были боги верховные, боги стихий, боги войны и любви ... Учитывая, что современная Европы выросла из Римской империи (что автор как-то забывает упомянуть), и что стяжательство не очень приветствуется в католицизме (как и личное обогащение) ... то основной поворот в развитии Европы связан именно с протестантами/гугенотами - _идеологически_ (а вовсе не генетически), поставившими личные достижения человека кхм .. "мерилом" его правильности и упорства, отражением его жизненной силы - прямо здесь, на Земле, так сказать "какие еще нужны доказательства".
 
В-четвертых, советская школьная история (сильно упрощенная), учила тому что протестантизм появился во многом потому, что еды стало все-таки чуть чуть-побольше вследствие развития сельского хозяйства, и эта избыточная прибавочная стоимость позволили полуголодному населению часть ресурсов направлять на что-то иное, кроме попыток завоевать таких же полуголодных соседей ... Также "Черная Смерть" в 1347 году н.э (на 5 лет) дала развитию европейской цивилизации такой пинок, что, например, следующие попытки чумы убить Европу (каждые 30-50 лет с Ближнего Востока привозили новую чуму), были уже только локальными (а не глобальными) - научились карантинить города и регионы .. и это работало вплоть до эпидемий испанки во время первой Мировой (но это уже другой вирус).
 
Когда вымирают целые города и области, как-то автоматически старый жизненный порядок, устоявшаяся вера ... отходят на задний план - и выжившие (те кто оказался способен сопротивляться чуме) - чувствуют себя достойными большего, чем просто подчиняться старшим.

В-пятых автор что-то не договаривает, и это, как всегда самое интересное. Не знаю зачем он приплетает гены к классическому анекдоту про обезьян в клетке с бананом и холодным душем (банан обезьяны не берут, потому что "так здесь заведено", хотя никто уже не знает почему и кем заведено) .. но относительно великой древности китайского общества и китайского же происхождения пороха, компаса, и книгопечатанья - высказываются серьезные сомнения, вполне может статься что не было никакого Великого многотысячелетного Китая - поскольку иероглифическое письмо всегда со временем уступает алфавиту, что неизбежно наступает через пару тысяч лет истории. А в Китае не наступило за 5 000 лет.
 
И если, например, 6 000 лет истории иудеев более-менее реальны - поскольку подтверждаются материалами раскопок, если мы знаем про Междуречье, Египет, гораздо более позднюю Древнюю Грецию - то никаких столь же проработанных данных о Китае не существует, вплоть до его "открытия" европейцами в Средних Веках, уже в виде огромной, но весьма отсталой империи.

Сила Европы, безусловно, в постоянных войнах абсолютно разных племен (позднее, государств) - бывших провинций Римской Империи. Именно войны стимулировали научно-технический прогресс - поскольку европейские армии (в отличие от азиатских орд), никогда не были особенно большими. Как только войны в Европе заканчивались - заканчивался и научно-технический прогресс - что видно, например, по периоду между Первой и Второй Мировой войной.

В свою очередь, IQ не измеряет интеллект, а ВВП в долларах не оценивает действительные богатства той или иной страны. По китайской системе, любой иностранный профессор из Беркли - никто, хотя бы потому что не помнит наизусть те самые бесконечные манускрипты Конфуция, которые надо было заучивать, а его-то учили мыслить, причем в своей специальности, а не быть аудиокнигой :)

4