Рубрика развивается при поддержке
Будущее
fanzon
491

Будущее зависит от мусора: «китайский Уильям Гибсон» о силе научной фантастики

Перевод статьи Fastcompany о том, как фантастика и реальность переплетаются в современном Китае и работах писателя Чэня Цюфаня.

В закладки

На русском языке вышел роман известного китайского научного фантаста Чэня Цюфаня «Мусорный прибой». Это книга рассказывает о ближайшем будущем и затрагивает актуальные темы утилизации мусора и грозящей человечеству экологической катастрофы.

Главная героиня романа Мими работает на Кремниевом острове и занимается переработкой электроники. Тысячи рабочих-мигрантов заманивают на остров обещаниями стабильной оплаты и лучшей жизни, но на деле это настоящее рабство, граничащее с опасностью. Вскоре между безжалостными местными бандами и рабочими начнется война, а Мими окажется в центре конфликта и будет заражена страшным вирусом.

Писатель Чэнь Цюфань жил и рос неподалеку от китайского города Гуйю, где находится самая огромная свалка электроники в мире. Там трудится около 15000 человек, которые каждый день по 16 часов достают из электронных плат различные металлы (медь, свинец, кадмий и так далее), причем некоторые из них токсичны. А вода и воздух в городе опасны для человека. Роман «Мусорный прибой» написан в том числе, чтобы обратить внимание читателей на проблемы утилизации мусора. В честь выхода книги в России, публикуем перевод статьи Энджи Чэнга для Fastcompany о романе и будущем Китая.

«Исторически сложилось, что научная фантастика служила инструментом критики общества и поднимала серьезные вопросы, — заявляет писатель Чэнь Цюфань. — Но теперь ее функция стала шире».

Как и любой миллениал, я думаю о своем смартфоне — что он значит для меня. Он позволяет мне общаться с друзьями, быстро покупать вещи и собирать лайки. Я почти никогда не думаю о том, чем он является на самом деле (медные провода с примесью алюминия и литиевая батарея, заключенная под стекло) или куда отправляется после того, как я покупаю новую модель.

Чэнь Цюфань хочет, чтобы мы подумали об этом. Действие его дебютного романа «Мусорный прибой» разворачивается в художественно отредактированной версии крупнейшей свалки электроники в мире, расположенной в Гуйю. Впервые опубликованная в Китае в 2013 году, книга была недавно выпущена в США в переводе Кена Лю.

Чэнь, которого называют «китайским Уильямом Гибсоном», принадлежит молодому поколению писателей-фантастов, достигших международного признания в последние годы. Лю Цысинь стал первым китайцем, который получил престижную премию «Хьюго» за «Задачу трех тел» в 2015 году. Экранизация «Блуждающей Земли», основанная на рассказе Цысиня, вышла в 2018 году и стала для Китая первым научно-фантастическим блокбастером. Это самый кассовый фильм прошлого года, появившийся на самом быстрорастущем кинорынке в мире и его подхватила компания Netflix.

Чэню 37 лет. Он жил и рос в нескольких километрвах от реально существующего города Гуйю. Каждый год туда отправляют горы отходов электроники со всего мира. Тысячи рабочих перебирают мусор в поисках того, что можно переработать, чтобы повторно использовать цветные металлы. Рабочие оголяют провода и разбирают печатные платы, замачивая их в кислотных ваннах, чтобы добыть кусочки меди, олова, платины и золота. Всё, что не может быть обработано, сжигается. Вода в Гуйю настолько загрязнена, что ее невозможно пить, а воздух ядовит. У рабочих, мигрантов из бедных сельских районов Китая, аномально высокий уровень респираторных и раковых заболеваний.

Целые десятилетия, пока Китай увеличивал обороты экономики, власти были довольны и закрывали глаза на человеческие жертвы перерабатывающего бизнеса. Для экономики страны это был беспроигрышный вариант. Для развитых стран, таких как США, дешевле отправлять отходы в такие места, как Китай, чем пытаться переработать их самостоятельно. Импорт мусора помогает китайцам получать рабочие места и прибыль.

В последние годы в Китае были предприняты шаги по защите рабочих и окружающей среды. После того, как документальный фильм о человеческих и экологических издержках в процессе переработки мусора в Китае стал вирусным, страна запретила импорт пластика, бумаги и другого твердого мусора. Даже Гуйю последовал примеру, приказав перерабатывающим предприятиям переместиться в закрытую промышленную зону. Этот шаг в некоторой степени сдерживает загрязнение атмосферы, но также он привел к снижению заработной платы.

«Мусорный прибой» акцентирует внимание на опасности «культуры выбрасывания», говорит Чэнь, также известный в англоязычном мире под именем Стэнли Чан. Когда персональные электронные приборы перестают нам служить из-за поломок или из-за нашей жажды приобрести новейшую модель, мы их выбрасываем. Надеюсь, мы достаточно добросовестны, чтобы отнести их к местным переработчикам, которые утверждают, что будут утилизировать электронику должным образом. Но это, скорее всего, конец нашего участия в судьбе мусора. С глаз долой, из сердца вон.

«Кто-то должен заботиться о мусоре, даже если ты его не видишь, — говорит Чэнь. — Эта книга демонстрирует бедствия, вызванные нашим стилем жизни. Она о негативном влиянии глобализации».

Художественная литература, как и научная фантастика в частности, служит для Чэня подходящим способом, чтобы исследовать последствия наших действий. «Это не журналистика», — подчеркивает автор. Напротив, это художественная история, насыщенная событиями о борьбе за власть и об отдельных персонажах, которые считают, что творят добро. «Мусорный прибой», как и следовало ожидать, завершается восстанием рабочих против хозяев-эксплуататоров.

В «Мусорном прибое» Гуйю назван Кремниевым островом, это не выдумка. (Омофон китайского иероглифа «Гуй» переводится как «кремний», а «Юй» — это остров). Мусорным адом управляют три жестоких семейных банды, среди которых доминирует клан Ло. Они обращаются с рабочими, как с рабами, и издевательски называют их «отбросами».

Технологии в ближайшем будущем буквально стали частью людей и лишь усугубляют классовое неравенство. Протезы внутренних ушей улучшают равновесие, протезы конечностей реагируют на мысленные указания, а шлемы обостряют природные чувства. Богатые «включают части тел так же легко, как люди привыкли включать телефоны». Те, у кого меньше возможностей, взламывают брошенные протезы, чтобы получить тот же кайф. Когда синтетические части тел, загрязненные кровью и жидкостями организма, становятся больше не нужны, они превращаются в мусор.

В центре истории — трудовая мигрантка Мими, которая мечтает заработать достаточно денег, чтобы вернуться домой и жить спокойной жизнью. Она завязывает отношения с Кайцзуном, выпускником китайско-американского колледжа, который пытается вновь обрести свои корни. Но хорошие времена недолговечны. Босс банды Ло убежден, что у Мими есть способ пробудить его сына из комы, и вскоре он похищает несчастную девушку.

Несмотря на прогрессивную науку, в мире романа существуют суеверия, которые бытуют на Кремниевом острове. Боссы банд склонны к «примитивной форме анимизма». Они молятся ветру и морю за достаточное количество отходов. Они приносят в жертву животных (и даже людей), чтобы те принесли им удачу, и используют местных ведьм для изгнания злых духов. Босс Ло похищает и пытает Мими, чтобы умилостивить богов в надежде пробудить от комы своего сына. Пытка Мими заражает ее таинственной болезнью, которая расщепляет ее сознание. Мусорные люди возмущены надругательством над девушкой, что в конечном счете становится катализатором восстания против правящих банд.

Параллельно разворачивается история американца Скотта Брэндла, который работает в экологической компании. В то время как в городе пытаются создать завод по переработке отходов, он узнает на правду о вирусе, который, возможно, заразил Мими: это химическое оружие, разработанное и использующееся в США несколько лет назад. Изобретенный японским исследователем, работающим в Америке, препарат способен вызывать массовые галлюцинации и ужас. Когда Брэндл узнает, что Мими, возможно, была заражена этим вирусом, он хочет взять часть ее биологического материала, чтобы отвезти его на родину, где ученые смогут изучить действие вируса.

Несмотря на описания Китая будущего в отрицательном свете, «Мусорный прибой» не был запрещен, хотя это стандартное поведение властей Пекина в отношении работ, которые им не нравятся. Вместо этого книга получила престижную китайскую премию в области научной фантастики «Небьюла» и будет переиздаваться на материке. Недавно я беседовал с Чэнем о темах, которые он затрагивает в своем творчестве, а также о потенциале научной фантастики в чрезвычайно беспокойном неустойчивом мире.

— Какова роль научной фантастики, когда речь заходит о социальном комментарии?

Чэнь Цюфань: Научная фантастика как жанр выходит за пределы реализма, потому что она обладает еще одним слоем — метафорой. Она не зависит от времени или пространства. Исторически сложилось, что научная фантастика была инструментом критики общества и поднимала серьезные вопросы. Но теперь ее функция стала шире. Мы создаем истории, которые глубинно связаны с волнующими каждого человека на Земле темами, связанными с технологиями и наукой. Дискурс включает в себя не только политику, но и экологию, антропологию, социологию. Это не просто критика, а предложение обществу творческих решений.

— Понятно, что «Мусорный прибой» подчеркивает негативные последствия развития технологий. Хотели ли вы, чтобы эта история была воспринята также как критика того, что случилось в Гуйю?

Чэнь Цюфань: Я намеренно не критиковал конкретный город или китайское правительство. Каждый персонаж думает, что он поступает правильно, но в результате может рассчитывать только на несправедливость, так что моя книга не про деление на черное и белое. Каждый — убийца Матери Земли. Я пытался показать, что все запутано и гиперреалистично, чтобы отразить нашу постмодернистскую жизнь. В конце романа содержится определенный компромисс, интересный для различных держав, чтобы все они смогли прийти к мирному исходу. Я надеюсь, что финал романа поможет каждому начать думать о себе, о своей жизненной ситуации и о том, что мы должны изменить в своей жизни.

— Действие ваших произведений разворачивается в узнаваемых городах и местах. Есть определенное сходство с работами Хао Цзинфан, которая пишет об экономическом неравенстве в реальных городах, таких как Пекин, в своей короткой повести «Складной Пекин» (Folding Beijing), ставшей победителем литературной премии «Хьюго». Почему вы решили пойти таким путем?

Чэнь Цюфань: Для меня основой научной фантастики служит постановка вопросов. Эти вопросы могут быть тесно связаны с социальными проблемами или реальной жизнью читателей. Это очень важно для меня. Я не верю, что технологии могут решить все сложности, я не верю, что логика и рационализм могут быть окончательным решением проблем общества. Я не просто так критиковал китайское общество или американский стиль жизни, я хотел показать, насколько сложны эти системы. В этой книге я хотел привлечь внимание к перерабатывающей промышленности, надеясь обеспечить защиту рабочим или добиться большей гласности этой проблемы.

— Я думаю, то, что вы описываете в ваших рассказах, тоже отражает реальность того, что происходит на самом деле в Китае, и показывает последствия, о которых люди могут не задумываться. К примеру, в рассказе «История болезни будущего» (A History of Future Illness), доступен в антологии «Сломанные звезды» (Broken Stars), вы повествуете о том, как использование iPad заразит поколения детей неврологическими заболеваниями. Насколько реальность Китая вдохновляет вас?

Чэнь Цюфань: Я всегда стараюсь отобразить негативные аспекты технологий, даже когда они находятся в хороших руках. С экономической точки зрения Китай пережил 40 лет быстрого развития, в то время как на Западе этот период длился в течение 200 лет. Все происходит так стремительно. У нас нет ни времени, ни пространства, чтобы переварить влияние технологий, которые делают вашу жизнь более удобной, или подумать о том, как они меняют способ вашего взаимодействия с людьми. Всё это происходило за несколько десятилетий. Я думаю, что научная фантастика — идеальный жанр, чтобы шокировать этими размышлениями читателей.

— Лю Цысинь — инженер по образованию, что помогает понять секрет его мастерства объяснять научные концепции в своих романах. Вы изучали китайскую литературу и кинематограф и работали в области маркетинга в крупных технологических компаниях, включая Google и Baidu. Как ваше прошлое повлияло на ваше творчество?

Чэнь Цюфань: В Китае много инженеров, почти все его лидеры обладают степенью в области инженерии. В результате гуманитарные науки часто игнорировались. Вы можете наблюдать множество трагичных случаев, возникающих из-за того, что инженеры решают все проблемы, используя свои методы. Студент умер, пытаясь получить медицинское лечение, которое Baidu, не проверив, показывал в верхней части результатов поиска. Didi (популярная транспортная компания) была привлечена к ответственности правительством, когда один из ее пользователей был изнасилован и убит. Я не верю, что технологии, логика и рациональность могут решить все проблемы в обществе. Человечность всегда важна для моей работы.

Я очень изменился за последние годы. Раньше я старался быть спокойным и бесстрастным, как Спок. Но теперь я считаю, что это проигрышный вариант, потому что вам необходимо выстроить прочные связи с людьми. Очень важно чувствовать эмпатию, которую я считаю фундаментальной основой человеческой цивилизации.

— Одна из тем «Мусорного прибоя» — как технологии меняют наши тела. Почему это так важно для вас?

Чэнь Цюфань: Большинство людей не понимают, как технологии влияют на их физическое тело. Я думаю, что в ближайшем будущем модификация тела станет реальностью и изменит то, как мы воспринимаем друг друга и взаимодействуем с миром. Это уже происходит. Например, раньше мы учились писать китайские иероглифы штрихами. Но теперь, в цифровую эпоху, мы учимся писать латиницей, собирая латинские буквы, чтобы затем сформировать китайские иероглифы. Это всего лишь один крошечный факт о том, что ваш мозг и ваши пальцы будут меняться вместе с развитием технологий.

— Почему на Кремниевом острове так много отсталых традиций, хотя речь идет про будущее, где много передовых технологий?

Чэнь Цюфань: Я вижу много общего между старыми ритуалами и использованием технологий современным обществом. Тысячу лет назад наши предки пытались связаться с богами с помощью шаманов, барабанов, танцев и пения, а также травяных препаратов. Теперь мы ищем то же самое чувство с помощью концертов, техно-музыки и виртуальной реальности. Китайцы могут использовать новые технологии, но они используют их для усиления своей власти, повышения социального статуса и улучшения своих перспектив. Существуют жертвоприношения животных, ведьмы, ритуалы, но с использованием новых технологий. С помощью технологий люди расширяют разум, чтобы вступить в некий диалог с высшими силами и успокоить тревогу и замешательство. Это тоже реальность, с которой я знаком. В то время как западные люди могут пойти к терапевту, китайцы пойдут молиться в храм.

— Какой была первая реакция в Китае на ваш роман?

Чэнь Цюфань: Многие читатели говорили мне, что книга помогла им увидеть другую реальность. Этот роман более реалистичен, чем мой другой с пришельцами. Я думаю, что это меняет восприятие читателями жанра и сложности ситуации. Я не просто критикую китайский или американский образ жизни, я показываю читателям, насколько сложны эти системы.

— Когда вы начинаете писать роман, думаете ли вы о том, что книга может не понравиться китайскому правительству и будет запрещена?

Чэнь Цюфань: Мы знаем, что есть некоторые темы, которых не стоит касаться. Например, вопросы этнических меньшинств, религии или прямая критика правительства — это вне рамок. В остальном, я думаю, все нормально. Да, можно увидеть эпизоды культурной революции в «Задаче трех тел». Но эти сцены не используются для критики партии. Они призваны задавать вопросы во время повествования, потому что оно не про черное и белое.

— Вы оптимистично или пессимистично смотрите на будущее Китая? Как вы используете художественный вымысел, чтобы рассказать об этом?

Чэнь Цюфань: Я настроен оптимистично. У меня есть много молодых читателей и друзей. В их силах формировать наше будущее. Я думаю, что очень важно взаимодействовать с молодым поколением, потому что достаточно трудно изменить образ мышления пожилых людей. Поэтому я думаю, что мы должны влиять на будущее с помощью научно-фантастических сюжетов, не радикальным образом, а так, чтобы помочь молодым людям быть более изобретательными. Я хотел бы сказать им через свое творчество: вы должны быть очень независимыми, судить о вещах самостоятельно, а не с помощью средств массовой информации, учебников и информации, которой с вами поделились в вашем инфококоне. Вы должны протянуть руку, чтобы создать подлинную связь с реальными, разнообразными людьми, и быть открытыми.

— Как вы думаете, как иностранцы, большинство из которых не знакомы с китайской культурой, воспримут ваш роман?

Чэнь Цюфань: Важно донести идею о многообразии и специфике Китая до западных людей, потому что Китай так огромен. Разные люди в разных местах говорят на разных языках и имеют разные взгляды. Важно никогда не исходить из непроверенных штампов, например, думать, что Китай в целом плоский. Кен Лю проделал фантастическую работу в своем переводе, представляя различные тополекты (региональные диалекты), которые добавляют свои нюансы китайскому обществу. Тополекты могут показать иерархию и власть в системе. Я думаю, что очень важно показать всю эту картину китайской культуры западным людям.

— В последние годы Китай предпринял больше шагов для защиты окружающей среды. В США это привело к тому, что некоторые называют кризисом утилизации. Как вы считаете, какое влияние ваша книга окажет на людей в США и на то, что они думают об этих проблемах?

Чэнь Цюфань: Я надеюсь, что западные читатели начнут тщательно обдумывать свое поведение, связанное с утилизацией отходов. Если вы сваливаете свой мусор на чей-то задний двор, это влияет на экономическое развитие и параллельно приводит к огромной катастрофе в области окружающей среды. Я надеюсь, что моя книга вызовет у читателей серьезные дискуссии на эту тему и даже ученые подключатся, так что возникнут определенные решения по данному вопросу. Возможно, за пределами Китая было бы легче принять меры в отношении электронных отходов — ввести глобальные правила, усилить защиту работников и гласность.

Материал опубликован пользователем.
Нажмите кнопку «Написать», чтобы поделиться мнением или рассказать о своём проекте.

Написать
{ "author_name": "fanzon", "author_type": "self", "tags": ["\u0444\u0430\u043d\u0442\u0430\u0441\u0442\u0438\u043a\u0430","\u0431\u0443\u0434\u0443\u0449\u0435\u0435"], "comments": 1, "likes": 2, "favorites": 17, "is_advertisement": false, "subsite_label": "future", "id": 94346, "is_wide": false, "is_ugc": true, "date": "Mon, 25 Nov 2019 18:36:28 +0300", "is_special": false }
Самый сильный бренд
страны*
*Третий год подряд по версии Brand Finance
0
{ "id": 94346, "author_id": 193408, "diff_limit": 1000, "urls": {"diff":"\/comments\/94346\/get","add":"\/comments\/94346\/add","edit":"\/comments\/edit","remove":"\/admin\/comments\/remove","pin":"\/admin\/comments\/pin","get4edit":"\/comments\/get4edit","complain":"\/comments\/complain","load_more":"\/comments\/loading\/94346"}, "attach_limit": 2, "max_comment_text_length": 5000, "subsite_id": 199118, "last_count_and_date": null }
1 комментарий
Популярные
По порядку
0

Даже короткое описание показывает что проблема не в технологиях. Банды, эксплуатация,неравенство, бедность, нищета, эмиграция и даже покупка новых айфонов когда старый прекрасно работает - это все не технологические проблемы. Проблемы в обществе, воспитании и в голове.

Ответить
{ "page_type": "article" }

Прямой эфир

[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox_method": "createAdaptive", "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "Article Branding", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cfovx", "p2": "glug" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "bscsh", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "createAdaptive", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-1104503429", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?pp=h&ps=bugf&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid10=&puid21=&puid22=&puid31=&puid32=&puid33=&fmt=1&dl={REFERER}&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Баннер в ленте на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } }, { "id": 16, "label": "Кнопка в шапке мобайл", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byzqf", "p2": "ftwx" } } }, { "id": 17, "label": "Stratum Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvb" } } }, { "id": 18, "label": "Stratum Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fzvc" } } }, { "id": 19, "disable": true, "label": "Тизер на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cbltd", "p2": "gazs" } } }, { "id": 20, "label": "Кнопка в сайдбаре", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "cgxmr", "p2": "gnwc" } } } ] { "page_type": "default" }