Контекстная природа стратегических изменений

(статья №2)

В закладки

Тезисы:

· Стратегическая задача и её отличие от оперативной:

· Размерности задач будущего;

· Аналогии долгосрочных изменений с квантовыми явлениями микромира;

Управление стратегическими изменениями – один из самых сложных аспектов стратегического управления (СУ), - вот почему вопросы выбора и построения технологий решения стратегических задач столь актуальны и востребованы, тем более в наш век стремительных трансформаций в экономике, нарастающего влияния НТП и социумных сдвигов. В процессе своей консалтинговой практики стало понятно, что эффективность инструментов стратегического планирования существенно зависит от глубинного понимания сути стратегических изменений, заключающейся в их контекстной природе. Настоящая статья посвящена рассмотрению контекстного феномена СУ in principal.

Занимаясь вопросами стратегического управления в бизнесе, сплошь и рядом сталкиваюсь с путаницей, связанной с неразличением стратегических и оперативных задач Важность подобной идентификации прямо вытекает из различий инструментов, используемых управленцами для решения задач этих двух совершенно разных классов. И если использование инструментов стратегического планирования для оперативного просто излишне усложняют процесс их решения, то попытка применить оперативные инструменты к решению стратегических задач зачастую приводят к провальным результатам.

Объяснение подобных исходов может включать два момента:

1. Кардинальное отличие стратегической и оперативной задач как в постановочной части так и в личностно-психологическом восприятии её решаемости вообще;

2. Подобие механизма долгосрочных изменений с квантовыми явлениями микромира.

Личностно-психологический аспект различий выполнения оперативной и стратегической задач ранее уже рассматривалась[1]).

Постановочные различия стратегической и оперативной задач в SMART-исполнении, помимо канонических аспектов конкретности, предметности и измеримости, имеют ещё один параметр – их размерность.

Как известно, рассматривая этот аспект, можно выделить, по разным версиям[2])[3])[4]) три диапазона по числу переменных, обуславливающих динамику управляемых событий (включая KPI сотрудников бизнес-структуры):

Å Оперативный, - со средним количеством переменных до (15 – 20) позиций;

Å Тактический, - с числом переменных управления (20 – 150) позиций:

Å Стратегический, - с числом переменных (150 – …..до бесконечности);

Различия в размерности оперативной и стратегической задач несут глубокие качественные различия в содержании и подходах их решения.

Различные управленческие модели в указанных трёх ипостасях в целом отличаются по единому показателю эффективности в своих традиционных подходах[5]). Причины данных различий лежат не столько в плоскости операционных качеств самих инструментов (моделей), сколько в разнице парадигм во взглядах на природу реальностей оперативного и стратегического управлений.

Иными словами, краткосрочность управления текущими событиями «не успевает» сильно изменить реальность (а значит «правила игры», рассматриваемых как её актуальные контексты), что предопределяет учёт сравнительно небольшого количества переменных, обуславливающих поведение объекта управления (ОбУ). Последний, в текущем рассмотрении, находится в одной и той же реальности, если задаваться началом и завершением процесса управления.

Понятным становится, в этой связи, факт скачкообразного увеличения переменных в стратегическом описании (более чем на порядок). В этом случае происходят события (часто не находящиеся даже в поле прямого наблюдения, и даже более того, - в ненаблюдаемом традиционно поле опосредованного влияния), которые меняют в принципе расклад движущих сил эволюции сущностей в новом изменённом пространстве, что мы и называем сменой «правил игры» (что определяет качество новой реальности). Переменные, определяющие поведение указанных событий, и входят в число огромного количества факторов, влияющих на результат СУ.

Таким образом можно приблизительно описать грани механизма СУ в организации, находящейся в турбулентной среде. События влияющие прямо или опосредованно на процессы СУ, имеющие характер условий, причин, влияющих на них, мы определяем как контексты стратегических изменений. В данном ключе мы и будем рассматривать суть этих изменений.

Трактуя достижение Супер-целей в СУ как построение реальности будущего[6]) мы можем переложить на этот процесс все теории и выводы касаемые механизма создания своей реальности Стратегом.[7])

В интерпретации методологии Активного Сценария (АС) создание реальности будущего содержит элементы механизмов онтосинтеза В.С. Дудченко[8]) и дистинкционального порождения реальности Д.Перси[9]), что будет более подробно рассмотрено в последующих статьях. Объединяет упомянутые подходы парадигма контекстного онтогенеза реальности будущего, имеющего вполне осязаемую квантовую природу, подобную событийным трансформациям микромира.

Квантовые скачки в физической реальности не есть что-то исключительное, но, скорее, обыденное и происходящее параллельно с эволюционными, постепенными изменениями. «Накал страстей» в текущем событийном потоке более или менее предсказуем и даже квантовые скачки имеют локальный характер и, вкладываясь в непрерывные тренды оперативного управления не меняют в целом картины предсказуемости ситуации в краткосрочном горизонте.

В стратегических изменениях, как было показано выше, в подготовке контекстов могут участвовать события выходящие за пределы наблюдения, которые и создают эффект скачка, хотя наблюдаемые переменные никаких сингулярных изменений не демонстрируют. Можно, по-видимому, говорить о предельной неопределённости в постановке стратегической задачи: «Я не знаю, чего я должен буду знать о будущем и пути к нему, чтобы в нём оказаться». Несмотря на подобную «экстремальность» в постановке стратегической задачи «кое-что» о желаемом будущем и вероятных путях движения к нему мы всё же знаем. Речь идёт о следующих трёх моментах:

A. Конечная цель нашего движения в будущем;

B. Представление о целевой реальности будущего на уровне Видения событий-контекстов её формирующих;

C. Наличие обширного опыта проживания и, практически неограниченного по широте и глубине, контекстного Видения происходящего в настоящем и в прошлом.

Назовём последние указанные позиции основной контекстной триадой СУ (ОКД СУ).

Если первые две позиции в этой «триаде» относятся к более или менее традиционным составляющим стратегического выбора[10]), то последний тезис менее тривиален. Из последнего следует возможность на уровне осознанности Стратега «закрывать» причинные (контекстные) позиции того, как именно можно осуществить выполнение Супер-цели как финального события, отстроив реальность этого будущего (в которой это событие реализуется).

При этом всегда можно выделить конечное число контекстов, формирующих данное целевое событие, хотя бы по базовым дистинкциям (внутреннее-внешнее, инновационное-привычное,….). Оценивая под данным углом зрения содержательность контекстов, их «адресность» и точность, необходимо отметить увеличение их количества как формирующих пространство их реализации в конкретные события, являющиеся, в свою очередь, контекстами более высокого уровня для порождения целевой реальности будущего. При этом остаётся всегда возможность провести свёртку большого числа контекстов в целостные события-контексты меньшего количества, снижая размерность стратегической задачи.

Но даже в таком операционном «раскладе» остаётся риск «не добрать» нужного количества событий-контекстов и не выполнить основного правила стратегической реализации – обеспечения 100% необходимых контекстов[11]). Тогда понятным становится критерий избыточности контекстного наполнения стратегической программы для гарантированного достижения Супер-цели. Иными словами, для того чтобы наверняка получить контексты, необходимые для реализации определённых стратегических целей, требуется выбрать для формирования эффективного стратегического потока избыточный набор соответствующих контекстных событий. При этом избыточность может заключаться как в количественном наборе, так и в качестве контекстного события, представляющего собой «покрывающий» контекст более высокого порядка, содержащий в себе необходимую порождающую причину.

В самом деле, как показывает консалтинговая практика моя и моих коллег по Школе Богокина (ШБ), из представленных для реализации Супер-целей базовых контекстных событий , для выхода на целевую реальность достаточно бывает (50 – 70)% их из предложенного контекстного набора.

Третья составляющая «триады СУ» прямо относится к проблеме субъективного в СУ, непосредственно касающейся к эффективности Стратега как СубУ. В этом проявляется дистинктивная составляющая процесса создания новой (будущной) реальности Стратегом, которая, вообще говоря, должна присутствовать в реальностях настоящего и будущего для Стратега в качестве конвенциональной составляющей в гармонизации его коммуникаций с Миром[12]). В данном рассмотрении вопрос допущения стратегических ошибок со стороны Стратега, скорее, лежит в плоскости принятия стереотипных, шаблонных решений, не являющихся отражением уникальности управленческой ситуации и способностью Стратега принимать креативные решения несмотря на свою «десайдофобию»[13]). В этом проявляется уникальность «внутреннего ресурса» Стратега[14]) как лица принимающего решение (ЛПР) в жизненно важной стратегической сфере.

Особое место в контекстной динамике СУ занимают возможности – события, несущие неожиданный приход огромного количества физически осязаемых ресурсов (деньги, информация, нужные люди, ценности,….). Создание структурированной, непротиворечивой концепции управления возможностями сталкивается с целым рядом сложностей философского, психологического и организационного характера.[15]) Одним из продуктивных подходов в прояснении возможностной сферы видится классификация и понятийное расширение сущности ресурса. Расширяя понятие ресурса как «обобщённой энергии», позволяющей целевым образом инициировать, ускорять движение событийного потока, становится понятной трактовка СУ как особого типа управления контекстами, позволяющего формировать и использовать необходимые ресурсы целевым образом.

Более того, сами ресурсы в такой постановке являются контекстом результативного СУ. Однако возможности в этом ряду ресурсов занимают особое место, поскольку они выполняют несколько важнейших ролей:

(1) Презентация успешности продвижения к Супер-целям для Стратега в глазах социума, что трактуется как подтверждение правильности этого движения с точки зрения получения от Мира огромного количества зримых ресурсов, затрачиваемых на реализацию стратегии;

(2) Катализатор мотивации Стратега двигаться далее к Супер-целям, реализуя выбранную стратегию;

(3) Показатель и маркер «различительного механизма» способности Стратега наблюдать за изменениями Мира и себя самого в процессе управления стратегическими изменениями.

В приведённых трёх ролевых позициях возможности выступают в качестве фактора визуализации процесса продвижения ОбУ к долгосрочным ориентирам и являются важным показателем внешней объективизации процесса воплощения стратегии, что в каком-то смысле гарантирует статус успешности в социуме, а значит способствует привлечению инвестиций, людских и пр. видимых ресурсов, которые, как всегда являются частью глобальных стратегических ресурсов, т.е, являются индикатором их привлечения в гораздо больших масштабах с включением невидимой составляющей. Пропорции видимых – «возможностных» ресурсов и невидимых – контекстных я вляются интересной темой отдельного анализа и будет рассмотрен в других работах.

Существует определённое запаздывание в наблюдаемости изменённой реальности при сложившемся уже «раскладе» невидимых контекстов, определяющих эти изменения. Таким образом, имеет место порог (временной интервал запаздывания) в восприятии уже изменённой реальности, когда мы ещё не фиксируем этих трансформаций и вдруг понимаем (тоже через определённый квантовый скачок), что живём в совершенно другой стратегической позиции. Данный порог можно измерить и он варьируется для различных стратегий, ВР Стратегов и чувствительности работы системы наблюдения за показателями стратегического состояния ОбУ[16].)

Есть основания считать сферой «добывания» возможностей для Стратега тактическое управление (см. рис.1 – изобр. Такт. Фрагмента «скачка» как части стратегии «нескольких скачков»), когда в рамках специальных проектов происходит прорывная реализация пула контекстов квантовых скачков на новые стратегические позиции с приходом значительных физических (а также невидимых - контекстных) ресурсов, сильно активизирующих событийный стратегический поток.

Таким образом тактическое управление выступает в подобном рассмотрении в качестве связующего звена между оперативным и стратегическим форматами управления[17]) (см. рис.2 – антипод «треугольника Энтони», - треугольник целостности управленческих событийных потоков).

Одной из мега-продуктивных стратегических концепций можно считать концепцию формирования среды возможностей как инструмента выведения ресурсной генерации в процессе СУ на предельный уровень визуализации. Решение данной задачи видится весьма перспективным в силу, поскольку позволяет вплотную подойти к созданию методологических основ новой парадигмы СУ – управления возможностями, что создаёт условия формирования осознанного отношения Стратега в гармоничном сочетании видимых и невидимых ресурсов. Именно, формируя среду возможностей и соответствующие инструменты управления ею, мы создаём сбалансированную систему управления контекстами, иногда называемую «менеджментом мягкой силы»[18]). В самом деле, в отличие от «жёсткой силы», подразумевающую принуждение и «видимую власть», «мягкая сила», основывающаяся на личностных и социумно-психологических контекстах лидеров, сотрудников, контекстах мотивации, профессионализме, эффективной корпоративной культуры, что формируют «ненасильственные технологии эксклюзивного влияния»[19]): функциональные бизнес-процессы, PR-технологии, маркетинговые программы и т.д.

Возвращаясь ко второму принципиальному моменту провальности результатов СУ, можно продолжить мысль об особом статусе «возможностных событий». Продолжением взгляда на отмеченную ранее логику реализации важных стратегических событий может быть следующий контекстно-событийный сюжет, имеющий аналогию с квантовыми явлениями микромира, описанный далее.

Предшественником квантового стратегического скачка является нахождение и реализация некоего возможностного потенциала с приращением значительного ресурса, эквивалентного кванту энергии, сообщаемому микрочастице (например, электрону) для того, чтобы она перешла на другую орбиту, соответствующую её более энергетичному состоянию. Так же и ОбУ, получая большие ресурсы за счёт проистекания событий-возможностей, переходит в качественно другую стратегическую позицию на пути к Новой реальности будущего. Так может происходить и происходит накачка ресурсами ОбУ в стратегической динамике к Супер-цели. События – возможности могут быть подготовленными (через конструирование соответствующих контекстов) и «подсмотренные». Если подготовка событий-возможностей укладываются в обозначенную ранее логику контекстного построения, то мега-компетенцию различения возможностей можно трактовать как способность наблюдать целостную совокупность контекстов, практически готовую для генерации события-возможности. Фактическая готовность контекстной базы события-возможности означает дефицит малых контекстов (или контекста), построение которых и добавление в ряд уже имеющихся, вызывает лавинообразные переходные процессы в ОбУ и вокруг него, что и позволяет Стратегу вывести ОбУ на новые целевые стратегические позиции.

Фактически, из вышесказанного вырисовывается представление о качестве управления Стратегом реальности будущего:

Ø Высокая степень сбалансированности оперативной и стратегической составляющей управления с закладкой в рамках последней мощных контекстов целевых событий будущего;

Ø Тактическая компонента в формате проектного управления возможностями, реализуемыми в виде квантовых скачков стратегического позиционирования в направлении достижения Супер-целей;

Ø Отмеченные квантовые скачки (стратегические прорывы) сопровождаются приходом значительных физических (видимых) ресурсов, существенно меняющих конфигурацию оперативно-тактического управления и финансирования стратегических программ;

Ø Стратегические изменения, отмеченные в последней фиксации, существенно влияют на уровень и качество долгосрочной мотивации и стратегического мышления персонала, задействованного в них.

Для большей целостности в рассмотрении контекстной природы стратегических изменений целесообразно сделать несколько важных замечаний:

1) Конечность контекстного набора, определяющего конкретные стратегические изменения и завершённость (целостность и определённость) каждого из обозначенных контекстов в отдельности. Заданность набора контекстов, порождающих новую реальность как целостного фактора, зависящего от способности Стратега конструировать эту реальность;

2) Строгая обусловленность процессов квантовых переходов (скачков) заданным количеством контекстов;

3) Владение инструментом контекстного управления стратегическими изменениями означает создание в ОбУ (трансформируемой реальности) агента изменений (СубУ, проживающего фрагменты этих трансформаций), создающего контексты нарастания их масштабов и темпов до уровня запланированных в реальности Супер-целей;

4) Формирование итоговой контекстной платформы для реальности Супер-цели зависит от порядка конструирования из отдельных контекстов её составляющих. Иными словами, можно говорить о единственности логики интеграции отдельных контекстов в единое целое с максимальным приближением результата интеграции к целевой реальности будущего;

5) Принципиальная осознаваемость контекстного фундамента тех или иных событий (стратегических изменений) будущего;

6) Для контекстного конструирования целевого будущего принципиально важным становится фактор проживания тех контекстов, которые закладываются в основание перспективной реальности. Вне этого, ориентируясь только на ментальную кодировку определённых событий-контекстов создать основания будущей реальности невозможно;

7) Создавая стратегию управления изменениями в контекстном формате, мы каждый раз отрабатываем технологию построения реальности будущего самого Стратега, в которой разворачивается целевое действо.

Из п. (1), как и было замечено ранее, непосредственно следует важность целостного охвата исчерпывающего списка актуальных контекстов через внутреннюю презентацию представлений (гипотез) о любой структурированной «картинке» происходящего (динамике движущих сил) «за кулисами» целевого события, имеющих даже самое малое отношение к нему, - в предельном случае – представлений о «картинке» мира.

П.(2) в логике практически следует из п.(1) и отдельно фиксируется для придания большего значения малым контекстам, роль которых порою недооценивается, а также в силу значимости событий, открывающих реализацию возможностей. Фактически, речь в данном случае идёт об упомянутом уже понимании того, что «невидимые», но осознаваемые контексты входят в список «привычных» конкретных контекстов более высокой степени общности.

Центральные смыслы п. (3) содержаться в связке «проживание СубУ фрагментов трансформации реальности (в целевом направлении)». Именно максимальная включённость Стратега в решение задач построения контекстов будущего даёт возможность конструирования физического будущего параллельно существующей реальности. Более предметно и системно этот аспект построения стратегически важной реальности будет исследован и описан в других последующих статьях предлагаемой серии.

П.(4) из комментируемого списка содержит в себе утверждение о технологичности процесса контекстного формирования реальности Супер-цели когда из различных сочетаний создания и подключения контекстов выбирается наилучший с точки зрения текущей ситуации (на входе стратегического процесса), фактического контекстного состояния и «дефицитов», собственных предпочтений, личного опыта и др.

В п.(5) утверждается принципиальная возможность уяснения контекстного ряда реальности будущего как по отдельным стратегическим изменениям, так и в их совокупности, формирующх реальность настоящего и перспективную реальность Супер-целей. Анализ данного аспекта выходит за рамки настоящей статьи, являясь продолжением более общей гносеологической проблемы, - познаваемости будущего из настоящего[20]).

Тезис об обязательном проживании контекстов новой реальности в процессе достижения стратегических целей (п.6) фиксирует центральный вопрос СУ через контексты новой реальности и будет рассматриваться в последующих статьях. И если в оперативном управлении любые «подреальности» (связанные с отдельными событийными фрагментами) глобальной текущей реальности СубУ познаваемы (постижимы) и проживаемы все другие реальности «непостижимые» и непроживаемые можно отнести к тактическим или стратегическим.

В процессе управления стратегическими изменениями чуть ли не единственным стабильным наблюдаемым и управляемым рядом контекстов остаются те из них, которые составляют внутренний ресурс (ВР) Стратега и ключевые его составляющие (воля, физиологическая ресурсность, ценности, личный опыт, целостная «картинка мира», знания, контекстное Видение,…)[21]). Более того, чем более амбициозными являются Супер-цели, чем менее понятно как к ним прийти, - тем большее место в стратегических «построениях» должны занимать контексты внутреннего характера. Последнее логически вытекает из необходимости осуществления в связи с грандиозными целями масштабных же стратегических изменений.

Здесь же проявляется личностная уникальность и ресурсная стабильность Стратега эффективно управляющего своим ВР и возможностями на основе созданного им механизма их различения. Доверие себе, своей уникальности и своему контекстному видению, принятым решениям в сочетании с максимальной открытостью миру позволяют вовлечённо и результативно строить среду возможностей, реализуя наилучший баланс формирования и управления доступными и будущими ресурсами. При этом значительная роль отводится повышение стратегической наблюдаемости ОбУ[22]), что может быть инверсировано в развитие мега-компетенции Стратега – упоминаемое ранее, контекстное видение.

В п. (7) содержится достаточно простая, но содержательная идея доминанты субъективного (от Стратега) в предъявлении Миру способа построения реальности будущего конкретного индивидуума (Стратега же, - независимо от формального состава участников принятия стратегического решения). Только таким образом можно добиться внутренней непротиворечивости, целостности и стратегического решения, органичного ВР его автора.

В статье были рассмотрены ряд аспектов управления стратегическими изменениями, прямо относящиеся к их контекстной природе:

1. Обозначено сущностное различение оперативных, тактических и стратегических задач с позиций их размерностей, онтосинтеза реальностецй, формируемых данными типами управления и соответствующего контекстного наполнения;

2. Дано представление об управлении возможностями как альтернативе управления рисками. Разным уровням баланса в приходе видимых и «невидимых» ресурсов соответствуют различные сценарии управления возможностями;

3. Описана природа «квантовых скачков» в стратегическом позиционировании ОбУ как производной управления возможностями, - «бесплатными ресурсами» будущего;

4. Рассмотрен стратегический критерий достаточности контекстного конструирования стратегических изменений (100/100) в отличии от «правила Паретто» (20/80), а также принцип избыточности контекстов стратегических изменений для достоверного (не вероятностного) хода событийного потокав сторону качественных изменений в стратегическом позиционировании.

5. Выработана оценка роли «проживания контекстных событий» как фундаментального фактора успешности стратегического сценария. Императивность проживания в данном случае непосредственно следует из целостности механизма дистинкционального онтосинтеза реальности.

Источники и литература:

1. Богокин А.(2019) Мифы и «спекуляции» классического стратегического управления [статья]//vc.ru (https://vc.ru/hr/111267-mify-i-spekulyacii-klassicheskogo-strategicheskogo- upravleniya).

2. Коновалова Г (2019) Модель оперативного управления машиностроительным предприятием в условиях цифрового производства [статья]//cyberleninka (https://cyberleninka.ru/article/n/model-operativnogo-upravleniya-mashinostroitelnym-predpriyatiem-v-usloviyah-tsifrovogo-proizvodstva).

4. Титова Н (2005) Модели разработки и принятия управленческих решений [статья]// Федеральный образовательный портал ЭСМ (http://ecsocman.hse.ru/text/16129465/)

5. Дудченко В.(2009) О саморазвитии консультантов [статья]// Гуманитарный портал ISSN 2310-1792.Гуманитарная мысль (https://gtmarket.ru/laboratory/expertize/3730)

6. Ребров А. (2006) Что такое хорошая миссия и с чем её едят [статья]// Сайт консалтинговой компании «Проект «Дельфы»,ноябрь 2006 (http://www.delfy.biz/library/169)_;

7. И.Ансофф : Стратегическое управление, ч.1., Управление в условиях стратегических неожиданностей, 1.2.8. [выделенные разделы],

Гуманитарный портал, ISSN 2310-1792

8. Рубцов С.(2001) Субъективный фактор в управлении организациями //Сайт «Корпоративный менеджмент» cfin.ru. (https://www.cfin.ru/rubtsov). Просмотрено 27.04.2020.

9. Бхагаван Р.(2019) Стать собой. Путь к самопознанию // Сайт books.google.ru (https://books.google.ru/books?id=nF4kDwAAQBAJ&printsec=frontcover&hl=ru). Просмотрено 27.04.2020

10. Андрейченко А. (2016) Управление возможностями [статья] // Сайт teamsuprema.com. (http://www.teamsuprema.com/). Просмотрено27.04.2020

11. Магданов П.(2015), Стратегический контроль как метод стратегического планирования [cтатья].//Сайт Cyberleninka.ru. (https://cyberleninka.ru/article/n/strategicheskiy-kontrol-kak-metod-strategicheskogo-planirovaniya/viewer)

12. Романова К.(2018) Дискурс методов и форм мягкой силы(soft power) в системах управления [статья]// Сайт Cyberleninka.ru. (https://cyberleninka.ru/article/n/diskurs-metodov-i-form-myagkoy-sily-soft-power-v-sistemah-upravleniya/viewer)

13. Шелудченко Д.(2014) Философское предвидение: конструктивистский подход [статья] // Электронный научный журнал «Современные проблемы науки и образования» rae.ru. (http://www.science-education.ru/ru/article/view?id=13890)

14. А.Шопенгауэр, Мир как Воля и Представление, Собрание сочинений в пяти томах. Том первый. Перевод Ю.И. Айхенвальда под редакцией Ю.Н. Попова, Примечания А. Л. Чанышева ,М., "Московский клуб", 1992

15. Лапыгин Ю.Н. Основы стратегического управления / 2-е изд., перераб. и доп. – М.: КноРус,2004.

Текущие ссылки:

[1] )А.Л.Богокин, Мифы и «спекуляции» классического СУ, ;

[2] ) Г.И.Коновалова, Методология оперативного управления машиностроительным производством,Ю.Н.Лапыгин,Основы стратегического управления

[3] ) Понятие и сущность стратегического управления

[4]) Лапыгин Ю.Н. Основы стратегического управления / 2-е изд., перераб. и доп. – М.: КноРус,2004. )

[5] )Титова Н (2005) Модели разработки и принятия управленческих решений [статья]// Федеральный образовательный портал ЭСМ (http://ecsocman.hse.ru/text/16129465/)

[6]) А.Л.Богокин, там же,стр.

[7])В.С.Дудченко, Методология онтосинтеза,…;

[8])В.С.Дудченко,…;

[9])Ребров А. (2006) Что такое хорошая миссия и с чем её едят [статья]// Сайт консалтинговой компании «Проект «Дельфы»,ноябрь 2006 (http://www.delfy.biz/library/169)_;

[10]) И.Ансофф : Стратегическое управление, ч.1., Управление в условиях стратегических

неожиданносте1.2.8. [выделенные разделы], Гуманитарный портал, ISSN 2310-1792

[11]) А.Л.Богокин, там же,……;

[12])Рубцов С.(2001) Субъективный фактор в управлении организациями //Сайт «Корпоративный менеджмент» cfin.ru. (https://www.cfin.ru/rubtsov). Просмотрено 27.04.2020.

[13]) Бхагаван Р.(2019) Стать собой. Путь к самопознанию // Сайт books.google.ru (https://books.google.ru/books?id=nF4kDwAAQBAJ&printsec=frontcover&hl=ru). Просмотрено 27.04.2020

[14])А.Богокин, там же,…;

[15])Андрейченко А. (2016) Управление возможностями [статья] // Сайт teamsuprema.com. (http://www.teamsuprema.com/). Просмотрено27.04.2020

[16]) Магданов П.(2015), Стратегический контроль как метод стратегического планирования [cтатья].//Сайт Cyberleninka.ru. (https://cyberleninka.ru/article/n/strategicheskiy-kontrol-kak-metod-strategicheskogo-planirovaniya/viewer)

[17])А.Л. Богокин, там же….;

[18]) Романова К.(2018) Дискурс методов и форм мягкой силы(soft power) в системах управления [статья]// Сайт Cyberleninka.ru. (https://cyberleninka.ru/article/n/diskurs-metodov-i-form-myagkoy-sily-soft-power-v-sistemah-upravleniya/viewer)

[19]) К.С.Романова, Там же,….;

[20])Шелудченко Д.(2014) Философское предвидение: конструктивистский подход [статья] // Электронный научный журнал «Современные проблемы науки и образования» rae.ru. (http://www.science-education.ru/ru/article/view?id=13890)

[21])А.Шопенгауэр, Мир как Воля и Представление, Собрание сочинений в пяти томах. Том первый. Перевод Ю.И. Айхенвальда под редакцией Ю.Н. Попова, Примечания А. Л. Чанышева ,М., "Московский клуб", 1992

[22]) И.Ансофф, Стратегическое управление,ч.4.Стратегическая реакция в реальном масштабе времени,…..;

{ "author_name": "Андрей Богокин", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 0, "likes": 0, "favorites": 6, "is_advertisement": false, "subsite_label": "hr", "id": 126676, "is_wide": false, "is_ugc": true, "date": "Wed, 13 May 2020 11:41:53 +0300", "is_special": false }
Объявление на vc.ru
0
Комментариев нет
Популярные
По порядку

Прямой эфир