{"id":13594,"url":"\/distributions\/13594\/click?bit=1&hash=07fe5adae8a8335f30c08609e15b647739f19d4062d06150cf54dd3746932e52","title":"\u0415\u0434\u0438\u0442\u0435 \u043a\u043b\u0443\u0431\u043d\u0438\u043a\u0443? \u041e\u043d\u0430 \u0441\u043e\u0431\u0440\u0430\u043d\u0430 \u044d\u0442\u0438\u043c\u0438 \u0440\u043e\u0431\u043e\u0442\u0438\u0447\u0435\u0441\u043a\u0438\u043c\u0438 \u0440\u0443\u043a\u0430\u043c\u0438","buttonText":"\u0427\u0442\u043e?","imageUuid":"f0cac355-ac0f-5d0f-a8ce-eb75ae2b39ea","isPaidAndBannersEnabled":false}
Право
Цифра

Защита интеллектуальной собственности в России: основные проблемы

Проблема защиты интеллектуальной собственности давно входит в число главных для ИТ-компаний. По данным Ассоциации производителей программного обеспечения BSA, 62% российских предприятий используют контрафактный софт, а общий объем пиратского рынка составил $1,3 млрд. О том, как побороть эту проблему и что делать разработчикам ПО, чтобы минимизировать убытки, «Цифра» поговорила с представителями «Сколково», РСПП и российских ИТ-компаний.

«Пираты» перемещаются в сектор B2B

Заказчики программного обеспечения в бизнес-секторе по-прежнему часто нарушают авторские права, что может повлечь за собой многомиллионные штрафы, уголовную ответственность, или даже вызвать техногенную катастрофу.

По мнению Антона Пушкова, управляющего партнера Центра интеллектуальной собственности «Сколково», высокий процент незаконного программного обеспечения является серьезной проблемой на российском рынке ПО.

Сергей Мытенков, первый вице-президент РСПП, отмечает, что ситуация с компьютерным пиратством за последние годы в нашей стране существенно изменилась. С одной стороны, обычные пользователи уже понимают, что за интеллектуальную собственность надо платить. Сказывается и то, что стоимость самых распространенных программных продуктов, к примеру, офисных приложений, серьезно снизилась: «Нет смысла их «ломать», проще заплатить официальному вендору, чтобы получить профессиональную поддержку и обновления». С другой стороны, по мнению Сергея Мытенкова, специализированные программы, которые используются на предприятиях и стоят очень серьезных денег, по-прежнему подвержены незаконному использованию.

Николай Годунов, директор по продажам в России и СНГ компании «ВИСТ» (ГК «Цифра»), согласен — корпоративные заказчики, в связи со сложными процессами обоснования потребности, закупок, бюджетных ограничений, превышают лицензионные ограничения: «Есть много случаев разного характера, когда заказчики оказывались не готовы платить за тот объем использования, который был выявлен при аудите».

Большинство таких случаев урегулируется досудебными переговорами. Однако далеко не все случаи заканчиваются полюбовными договоренностями. Иной раз масштабы нарушений столь существенны, что дело получает широкую огласку. В качестве примера подобного разбирательства можно привести громкое дело 2013 года, когда российское дочернее предприятие немецкого производителя программного обеспечения SAP AG подало в суд на ОАО МРСК «Сибири» с требованием о взыскании убытков размере 1,329 млрд рублей из-за нарушения условий договора в части соблюдения законно приобретенного объема лицензий.

Использование внутри организации большего количества лицензий, чем предусмотрено договором, является одной из самых распространённых проблем, считает Антон Пушков. На практике такие нарушители игнорируют обязанность предоставлять отчеты об использовании программ, либо направляют недостоверные данные. «Если правообладатель просит сверить данные, компания-нарушитель зачастую ссылается на внутренние политики о конфиденциальности, которые якобы не позволяют раскрывать эти сведения».

«Серые» обслуживающие компании

Еще один часто встречающийся вариант нарушения интеллектуальных прав разработчиков программного обеспечения — отказ от официальной техподдержки и обращение к третьим лицам, которые не имеют никаких прав на оказание услуг по сопровождению, считает Николай Годунов. Компании-разработчики поставляют не только сами программы, но и услуги по их сопровождению, такие как доработка и обновление программного обеспечения, исправление ошибок и прочие услуги, предоставление которых прямо ограничено лицензионными соглашениями. Но заказчики зачастую это не учитывают: «В России уже научились платить за программное обеспечение тем, кто его разработал, но за его поддержку — пока нет».

По мнению Антона Пушкова, обращение за техподдержкой не к правообладателю, а к сторонним подрядчикам, является прямым следствием незаконного использования программного обеспечения, в том числе превышения количества копий: «Одно нарушение порождает цепочку последующих».

Что касается «серых» фирм, которые незаконно обслуживают лицензионное программное обеспечение, то спрос рождает предложение, объясняет Сергей Мытенков: «Это обслуживание достаточно дорогое, и есть люди, которые пытаются незаконно на этом заработать».

Любой желающий может открыть компанию по сопровождению программного обеспечения, подчеркивает Николай Годунов, нет никакого лицензирования, в интернете полно их однообразных сайтов, зачастую даже без юридического адреса. «Фактически все они напрямую нарушают авторские права, у них нет никаких законных оснований для осуществления сопровождения, но в том числе и за счет этого они могут предложить цену в три раза ниже, или получить сверхприбыль», — заключает эксперт.

Антон Пушков еще раз напоминает, что сертифицированную поддержку программного продукта может оказать только компания-разработчик или авторизованные ей центры, которые имеют необходимый уровень компетенции и несут ответственность за качество предоставляемых услуг, но прежде всего, имеют право вносить изменения в программный код.

Юридические последствия

Как отмечает Иван Бардов, юрист по интеллектуальным правам, стоит отметить неосведомлённость пользователей о возможности реальной уголовной ответственности за подобные нарушения, не говоря уже об административной и гражданско-правовой — «и это несмотря на десятки тысяч так называемых «серийных исков», огромное количество уголовных дел по привлечению к ответственности установщиков нелицензионного ПО и сотни дел по привлечению к гражданско-правовой ответственности предпринимателей и организаций, неправомерно использующих ПО».

В качестве некоторых примеров из сотен показательных судебных дел можно привести следующие: Дело А32-39095/2017 (Autodesk, Inc взыскала с нарушителя авторских прав 1 496 600 рублей компенсации); Дело А33-26600/2015 (Autodesk, Inc взыскала с нарушителя 4 981 028 рублей компенсации, а Microsoft — 86 245 рублей); Дело А60-41401/2019 (ООО «1С» взыскало с нарушителя 840 000 рублей компенсации, а ООО «1С-Софт» — 217 600 рублей); Дело А53-27857/2013 (Autodesk, Inc взыскала с нарушителя 3 519 586 рублей компенсации, Adobe Systems, Inc. — 643 135 рублей, Corel Corp. — 73 600 рублей).

Иными словами, привлечение к гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных авторских прав на программы для ЭВМ не является чем-то необычным, уверен Иван Бардов.

Законом установлено несколько механизмов расчета компенсации за нарушение авторских прав, сумма может составить от 10 тысяч до 5 миллионов рублей, либо в размере двойной стоимости проданных экземпляров программного обеспечения или лицензий, в этом случае компенсация может быть еще больше. Правообладатель, обращаясь с иском в суд, рассчитывает сумму понесенных убытков. При этом разбираются всегда с заказчиком, который решил таким образом сэкономить.

Заказчик должен требовать официальный статус

Часто заказчики объясняют привлечение исполнителей, не имеющих законных прав на обслуживание лицензионного программного обеспечения, тем, что они объявляли конкурс и не могут контролировать, кто его выиграет. Дмитрий Гусев, заместитель генерального директора компании «ИнфоТеКС», с такой позицией не согласен — законные основания для противодействия подобным нарушениям существуют: «Ничто не мешает заказчику на этапе формирования технического задания и тендерной документации указывать в качестве одного из требований к сервисным организациям наличие статуса официального партнера, то есть организации, имеющей право сопровождать определенное ПО».

Это не противоречит нормам отечественного законодательства и не ограничивает конкуренцию, подчеркивает Дмитрий Гусев: «Заказчик имеет полное право требовать от сервисных компаний, например от ИТ или ИБ-интеграторов, наличие статуса официального правообладателя ПО, подкрепленного соответствующим договором».

Антон Пушков согласен — участник тендера обязан предоставить договоры с правообладателем о статусе авторизованного центра поддержки и обслуживания программного обеспечения, иначе «оказание услуг такими компаниями идет вразрез с законом и порождает негативные последствия, в первую очередь, для компании-заказчика».

Последствия низкой правовой культуры

Нарушение целостности ПО внесением незаконных изменений в код — не просто нарушение законодательства в части авторского права, это потенциальная киберугроза, подчеркивает Дмитрий Гусев. «Нелицензионное ПО, скачанное из недостоверных источников, может нести в себе зловреды, способные нанести значительный ущерб тому, кто пытался сэкономить на официальных лицензиях». Особенно это будет критично для сегмента управления технологическими процессами — там, где сбои могут приводить не просто к отказу в обслуживании, а к последствиям, способным нанести серьезный ущерб окружающей среде, подчеркивает эксперт.

Сергей Мытенков отмечает, что работа в данной области в Российском союзе промышленников и предпринимателей ведется. Соблюдение авторских прав — это вопрос культуры, уважения к чужой собственности. Но в случае с промышленным программным обеспечением это еще и вопрос безопасности: «Внося изменения в лицензионную программу или привлекая несертифицированные обслуживающие организации, компания подвергает риску работу своего оборудования и персонала, увеличивает шансы техногенной катастрофы». Сейчас государство начинает уделять внимание развитию критической инфраструктуры, разрабатываются законы о развитии критической инфраструктуры, нормы об ужесточении уголовной ответственности при возникновении техногенных катастроф, это также должно повлиять на ситуацию с авторскими правами на программное обеспечение.

0
7 комментариев
Написать комментарий...
Konstantin Razin

Всем привет! Буду благодарен узнать о реально существующих альтернативах ухода от плогиата, и каких либо покушениях на интеллектуальную собственность в России!!!

Ответить
Развернуть ветку
Норрин Радд

Надо начать с изучения русского языка.

Ответить
Развернуть ветку
Konstantin Razin

Придавая свои вопросы гласности однозначно стоит следить за грамматикой, дабы не потерять смысловой посыл. При этом это не мешает стараться иметь такт и добрую отзывчивость в суть!

Ответить
Развернуть ветку
Борис Тимофеев

спасение утопающих - дело рук самих утопающих...
нанять группу юристов, которые на постоянной основе будут взыскивать деньги за нарушение авторских прав, как это делает "Маша и медведь"
#юрист, #адвокат, #праваинтеллект,

Ответить
Развернуть ветку
Алексей Шмидт

компенсации копеечные по сравнению с прибылью пиратов. кстати, взыскали ли? взыскание с ублюдков в рашне - ещё тот квест.

Ответить
Развернуть ветку
Иван Бардов

В части взысканию бывает очень по-разному. Приставы работают с переменным успехом, и как и все государственные структуры, работают с ощутимым нежеланием. Но обычно, если есть на что обратить взыскание - взыщут. Чем законопослушнее должник, тем быстрее и надёжнее взыщут.

В целом, пиратство не только РФ присуще, а всему миру в той или иной степени. Подтверждения легко находятся в ежегодном USTR 301 Special Report, там про online piracy и прочее традиционно очень много информации.

Ответить
Развернуть ветку
Konstantin Razin

Не думаю, что судебные проволочки и взыскания за плогиат хорошая альтернатива по защите интеллектуальной собственности, скорее конфуз и неприятная трата времени! 

Ответить
Развернуть ветку
Читать все 7 комментариев
null