Слишком много жизни уходит на обслуживание жизни
Или как Фрося вернула всё на свои места
У взрослой жизни есть странное свойство: всё больше самой жизни уходит на её обслуживание.
Заработать деньги, чтобы содержать дом.
Заниматься здоровьем, чтобы иметь силы работать.
Работать, чтобы оплачивать то, что освобождает время.
Покупать вещи и сервисы, которые это время экономят.
А освободившееся время снова отдавать делам.
Круг замыкается — и начинается вновь.
Появляется имущество — появляется его обслуживание.
Больше возможностей — больше решений.
Больше свободы — больше того, чем приходится управлять.
И ведь всё это неплохая жизнь.
Просто однажды обнаруживаешь, что большая её часть хорошо организована, периодически требует поддержки и участия — и всё чаще сводится к функциональным решениям.
А у меня на днях заболела Фрося. Мой четвероногий четырнадцатилетний компаньон и по совместительству co-therapist.
Резко. Сильно.
И весь привычный бег вдруг остановился сам.
Не потому, что я решила взять паузу. Не потому, что правильно расставила приоритеты.
Просто всё внимание в один момент собралось в одной точке.
Как спасти Фросю?
Всё остальное никуда не исчезло: люди, дело, обязательства, то, что ежедневно требует моего присутствия.
Но очень многое, ещё вчера казавшееся важным, неожиданно спокойно могло подождать.
И неожиданно для меня вернулась огромная часть моего тончайшего живого.
Ранимого. Чувствующего. Способного вместить другого целиком.
Чтобы понять настоящий вес вещей, иногда не требуется ничего решать.
Жизнь сама на короткое время убирает всё лишнее.
И становится видно то, что в обычном движении успело сделаться привычным.
Чтобы тот, кого любишь, просто был здоров.
Чтобы снова захотел есть.
Чтобы пошёл рядом на прогулке своим обычным шагом.
Чтобы посмотрел знакомым взглядом.
Вещи, которые ещё неделю назад не воспринимались как события, вдруг становятся почти подарком.
Наверное, именно поэтому после таких дней немного иначе смотришь и на остальное.
Ничего торжественно не переоценивается.
Просто всё становится на свои места.
И ты чувствуешь эту перестановку.
Замечаешь жизнь. И себя живого в ней.
Различаешь живое — и то, что только обслуживает жизнь.
Ценнее становится тот, к кому хочется прийти не потому, что надо.
Тот, с кем хочется говорить не для того, чтобы что-то решить.
То, что дорого само по себе — без пользы, результата и объяснений.
И становится заметнее то, что давно занимает слишком много места только потому, что когда-то это место заняло.
Мне кажется, в беге по кругу человек иногда теряет не себя целиком.
Скорее — чувствительность к собственному живому.
Оно никуда не исчезает.
Просто оказывается завалено срочным, нужным, разумным и правильно организованным.
А потом случается что-то, что на несколько дней меняет масштаб.
И приоритеты не приходится расставлять.
Они становятся видны сами.
Наверное, потом всё снова вернётся.
Работа. Планы. Сообщения. Дела.
И я снова буду куда-то торопиться.
Но мне хотелось бы не потерять одно ощущение.
То, что кажется самым обычным, иногда и есть очень ценное.
В психоанализе есть важная мысль: присутствие другого иногда становится особенно различимым через возможность его отсутствия.
И, может быть, иногда достаточно лишь этой возможности, чтобы вдруг увидеть, сколько живого всё это время было рядом.