«Мне сказали, что нельзя спорить с президентом, но я немножечко»: диалог основательницы кафе «АндерСон» с Путиным Материал редакции

Анастасия Татулова предложила отправить чиновников в рестораны на стажировку и попросила о дополнительной поддержке для бизнеса.

В закладки
Аудио

Президент России Владимир Путин и первый вице-премьер Андрей Белоусов встретились с предпринимателями и обсудили поддержку бизнеса. Одним из самых заметных выступлений стала речь основательницы сети семейных кафе «АндерСон» Анастасии Татуловой. vc.ru приводит её целиком.

​Анастасия Татулова на встрече с президентом Фото: пресс-служба Кремля

Я предприниматель. Компании десять лет, прошла три кризиса. Если две недели назад я была средним бизнесом, то сегодня я микробизнес. Я представляю две индустрии: детские развлечения и общественное питание. К сожалению, обе эти индустрии раньше всех почувствовали кризис.

Индустрия детская почувствовала его в конце февраля, потому что мамы — народ нервный. При появлении этого эмоционального фона все праздники, которые составляют 40% выручки нашей и наших коллег («Zамании» и «Кидзании»), отменились.

Из детских развлекательных парков сейчас не работает никто, они в простое примерно две недели. Мы тоже стоим практически пустые. В общем-то я не очень понимаю, что будет с моей компанией завтра.

Сейчас происходит трагедия. Но я хочу сказать не о мерах, потому что очень многие предложения [бизнеса] уже прорабатываются. Здорово, что все массово их предлагают, а правительство слышит и будет внедрять. Я бы хотела сказать не про прохождение кризиса — когда он закончится, мы выживем.

Просто восстановление для этих двух отраслей — точно, а возможно для других — будет идти не дни, не недели, поток не вернётся завтра. Это займёт много месяцев, а возможно, даже лет.

И я хочу — я сейчас без слёз постараюсь вас умолять, но это на самом деле трагедия, просто трагедия.

Путин: Мы понимаем. Поэтому и встретились сегодня. Меры, которые были изложены вчера, — они же не то, что я сел перед камерами и начал излагать эти меры. Мы готовили их всей командой.

Вы знаете, ужас ситуации в том, что у этих отраслей совершенно нет никакой подушки безопасности. Действительно, для бизнеса это абсурдно: приходить к власти и говорить «Помогите». Предприниматель это тот человек, который обязан иметь эту подушку, который должен содержать себя сам. Так правильно и по-честному.

Просто то, что происходило в последние годы с этими бизнесами, сделало так, что этой подушки вовсе нет. Я очень хочу вас попросить, чтобы вы дали поручение правительству выполнить обещания, которые были нам даны, но до сих пор не выполнены.

Какие?

Первое и, наверное, главное — это изменения в налоговой системе, которые необходимы для этих отраслей.

Специфика отраслей в том, что от 30% до 40% [расходов] — это фонд оплаты труда, который не облагается НДС. Входящие продукты, на которых готовит отрасль — это касается общепита, в том числе общепита в детских центрах — это максимум 10% либо ИП.

Значит, мы облагаемся 20% НДС при входящем практически нулевом, то есть все эти деньги мы достаём из собственного кармана. Раньше это было 18%, теперь 20%.

Мы обиваем пороги, ходим просим. Мы разговаривали с налоговой инспекцией, она говорит — «не к нам». С министерством экономического развития, они говорят: «Да мы за, но налоговая против».

Я всё понимаю, но так мы же не поднимемся. Понимаете, почему нельзя принимать это потом? Это надо сделать срочно, сейчас. Потому что мы находимся в ситуации, когда мы принимаем решение: «Нам сейчас обанкротиться или дальше побарахтаться?»

То есть для вас важно было бы услышать, как будет складываться ситуация после того, как этот кризис мы преодолеем?

Конечно. Потому что мы будем сейчас это считать и понимать. Если раньше мы жили с этой однопроцентной рентабельностью и ждали, ждали, когда нам согласуют, то сейчас у нас долги, отрицательная рентабельность. Самый популярный запрос сейчас на людей, которые с банкротством помогают. Поймите нас, мы больше не можем.

Хорошо. Это будет непростой разговор, потому что есть фундаментальные вещи у наших экономистов, финансистов, которые говорят, что нельзя увеличивать количество всяких исключений в налогообложении, иначе всё это налоговое дело будет растаскано по клочьям и не будет работать эффективно.

А различными исключениями будут пользоваться не только такие добросовестные предприниматели, как вы, но и те, которые будут ползать между этими исключениями для того, чтобы иметь конкурентные преимущества перед теми, кто работает в чистую.

Тем не менее, вы правы абсолютно в том, что вам нужно понять перспективы того, как будет складываться ваша жизнь, ваша работа и ваш бизнес после того, как все эти сложности будут преодолены. Я понимаю.

Я вас очень прошу, пожалуйста. Несмотря эту риторику про то, что будут какие-нибудь нечестные люди, которые будут этим пользоваться.

Простите, пожалуйста, но у нас есть крайне, крайне эффективный механизм — ФНС. Я бы сказала, что это сегодня самая работающая структура. Пожалуйста, пусть они найдут тех, кто ползает, и что-то с ними сделают.

Потому что сейчас под ударом находимся, к сожалению, мы — те, кто платит налоги, те, кого видно. Они [налоговики] не ходят к шашлычникам, они не ходят к каким-то ИП, они ходят туда, куда видно. А видно меня, и «Zаманию», и «Шоколадницу».

И вот мы сейчас говорим о помощи МСП (малым и средним предприятиям — vc.ru). Я понимаю, это важно. Но давайте задумаемся. Мне «Шоколадница» денег за промо не платит, и «АндерСон» меньше, чем «Шоколадница», но у нас 2000 людей, у «Шоколадницы» — 30 тысяч. Мы правда считаем, что не важны?

Нельзя рассматривать только МСП. Пострадавшие отрасли надо рассматривать целиком: и крупный, и средний бизнес в ней страдает гораздо больше, чем малый, в силу вот этого ужаса с налогами.

Смотрите. Я даже не в реестре МСП, знаете почему? Потому что у меня много людей работает, и мне поэтому помогать не надо. Как это? Ну как это?! Это отрасль, в которой много людей задействованы.

В ресторан нельзя два официанта поставить, у него их должно быть 20, и поваров на кухне должно быть 20! Понимаете? Поэтому надо снять это ограничение по людям, для этих отраслей оно не работает: ни для нас, ни для фитнеса не работает, нельзя так делать.

Мы не в реестре даже, нам сейчас ваша помощь даже не дойдёт. Давайте рассматривать пострадавшие отрасли целиком, пожалуйста.

Мы так и делаем. Там же свыше восьми отраслей: там и малые, и средние предприятия есть. Крупные тоже будут пользоваться этими льготами.

Я хочу ещё попросить. Это тоже важный вопрос. Конечно, на фоне того, что мы все практически банкроты, он может быть не звучит важно. Но обещанная нам гильотина (отмена неактуальных требований к бизнесу — vc.ru) — мы ждали, ждали, уже год прошёл.

Она с 1 января должна заработать. 2021 года.

Владимир Владимирович, мне сказали, что нельзя спорить с президентом, но можно я немножечко? Я вам хочу сказать: вы этих людей, которые вам рассказывают, что оно заработает, пожалуйста, командируйте, отправьте ко мне на стажировочку. Я их возьму, поставлю и покажу им, как работает их гильотина. Она не работает.

Так её пока нет, она с 1 января 2021 года должна заработать.

Вы знаете, невозможно больше ждать. Я не понимаю, почему для того, чтобы изменить санитарные правила, [нужно столько времени].

Я говорю с коллегами и задаю им такой же вопрос: «Почему нельзя сделать раньше?» Они мне отвечают: «Вы хотите, чтобы у нас люди отравились? Нет? Тогда надо сделать это аккуратно и внимательно посмотрев последствия каждого нашего шага»

Вы их построже спросите.

Давайте я к вам их пришлю, как вы предлагали. Я с удовольствием, правда. Я не шучу. Я думаю, что им будет полезно посмотреть, как жизнь устроена.

И я не шучу. Правда, на землю надо людей спускать, потому что они не видят ничего. Давайте сделаем пилот. Давайте на каких-то двух городах? Уже есть опыт, пожалуйста: страны СНГ, которые отменяли.

Договорились. Обязательно их к вам пришлю. Но вы только на них не ругайтесь особенно, покажите как жизнь устроена, ладно?

Да я ругаться не буду. Но и они меня пусть тоже не закрывают. А то вам что скажешь, потом приходят люди и говорят: «Это вы сказали президенту?»

Не, не, не, вы что. За это не переживайте.

Я говорила о том, что критерии отнесения к МСП нужно точно пересмотреть. Это системные вопросы. Их надо решить сейчас, они давно назрели. Простите за настойчивость.

Может быть, в свободном режиме можно было бы напрячься, ещё год подождать, пока заработает гильотина. Но давайте сейчас? Давайте со следующего месяца?

В критической ситуации очень важны скорость и риторика, которая звучит по отношению к нам. Не надо обещать: «Будете сокращать людей — пришлём прокуратуру». Вы знаете, мне всё равно: я вот это сделаю — мне уголовная ответственность, вот это сделаю — уголовная ответственность, а здесь я уже банкрот.

Не, не, не. Послушайте. Будете сокращать, прокуратуру никто не пришлёт. Я чувствую: вы переживаете за свою работу, за своё дело. Или вот женщина говорила: «Людей неохота увольнять, совесть не позволяет».

Но кроме совести есть ещё и экономические соображения. Потом, когда надо будет, их ещё надо набрать где-то, понимаете? Вот в чём вопрос. Поэтому нужно быть очень аккуратными с этими увольнениями.

Поэтому [важна] целевая помощь, о которой вы говорите, решение субсидировать зарплаты. Вы не представляете себе, как нам больно. Мы набирали этих людей, учили, потому что системы обучения тоже нет. Нам очень важно, чтобы это было сделано как можно быстрее.

Скорость важна, потому что каждый день человек сейчас принимает только одно решение: банкротиться сейчас или побарахтаться? Поэтому не говорите слова «отсрочка». Бизнес так не слышит.

Скажите, что понимаете, что сейчас очень плохо. Нужна не отсрочка, надо отсрочку заменить на слово «каникулы». Пожалуйста, я вас умоляю. Это очень важно.

Вам ФНС говорит, что вы получите другую налогооблагаемую базу, так я говорю: вы никакую не получите, не с кого брать будет. Поэтому, пожалуйста, объясните им, что надо сейчас не говорить об отсрочках, полумеры не подходят.

Подходит только то, что сейчас же нужно сделать, и рассказать людям: «Ребята, будет так, давайте выбираться вместе». Мы готовы.

Знаете, любой кризис это очень хорошая штука для какой-то пересборки. Возможно, настал такой момент. Отношения бизнеса и власти никогда не были лёгкими. Ну правда.

Я не знаю, как там у сырьевого бизнеса, а вот бизнесу, который на земле, никогда не было легко. Но, может быть, это тот момент, когда нам надо за одно быть, понимаете? И вылезти вместе. И может быть, будет какая-то новая система взаимоотношения бизнеса и государства. Мы готовы. Спасибо.

Я так и хочу организовать нашу совместную работу. Поэтому и пригласил вас, не стал переносить в онлайн — хотел напрямую послушать.

{ "author_name": "Альберт Хабибрахимов", "author_type": "editor", "tags": ["\u0431\u0438\u0437\u043d\u0435\u0441\u043d\u0430\u043a\u0430\u0440\u0430\u043d\u0442\u0438\u043d\u0435","\u0430\u043d\u0434\u0435\u0440\u0441\u043e\u043d"], "comments": 271, "likes": 200, "favorites": 93, "is_advertisement": false, "subsite_label": "offline", "id": 115371, "is_wide": false, "is_ugc": false, "date": "Thu, 26 Mar 2020 17:52:33 +0300", "is_special": false }
0
271 комментарий
Популярные
По порядку
Написать комментарий...
16

Допустим разорится какая-то сеть кафе. Вы серьезно думаете, что на ее место не придёт другая? Если будет спрос.. придёт. Почему за наши деньги (налогоплательщиков) должны спасать бизнес чужой? Тогда пусть отдаёт пакет акций в залог и дальше на аукционе после всего пакет продать. Тётя думала, что бизнес - это без рисков? 

Ответить
57

"Тетя", а точнее, женщина, которая кормит пару тысяч сотрудников, вряд ли думает что бизнес - это что-то без рисков. Лично я увидел в ее речи реальные переживания за целый сектор экономики. Если завтра сотни тысяч людей останутся без работы, это ударит в том числе по вам и вашим близким (прямо или косвенно). И, вполне возможно, что приняв несколько правильных мер сейчас, можно спасти часть бизнесов, и, соответственно, рабочие места. И, как уже заметили, "тетя" может позволить себе закрыть бизнес и положить болт на всех — наверняка, у нее есть личные сбережения, недвижимость и другие активы, и она может позволить себе отдохнуть годик. Но такие люди реально увлечены своим делом и их стоит сейчас поддержать.

Ответить
4

Тетя переживает за себя. Она кормит ))) что за чушь и рабская психология. Это бизнес, платит зарплату. Когда у неё все хорошо, эта тетя прибылью делится? Не сильно. 

Ответить
36

Причем тут рабская психология то? Слово "кормит" не нравится? Хорошо, пусть будет "платит зарплату". Если она и другие подобные бизнесы закроются, без работы останутся многие люди, и пособие по безработице вы им будете платить из своих налогов в любом случае. Гораздо лучше, если они останутся на плаву. Экономика ведь складывается по цепочке. Вот потеряют N человек доход — это означает, что завтра им нечем будет платить за квартиру или даже еду. Далее по цепочке проседают другие области экономики и пострадавших уже не N человек, а условно 10*N. Дело ведь даже не в конкретной компании — это относится к каждому. И к вам тоже, даже если вы так не думаете.

Ответить
3

Она платит зарплату за работу. Просто покупает труд людей, и только потому, что он ей нужен. Не будет нужен, даст всем под зад через минуту. Меньше лирики, а то так же сейчас грузчик ей расскажет, что горбатился на неё 30 лет, а не заработал того, что он за день. 

Ответить
13

Не очень понял мысль. Покупая чей-то труд, она делает плохое дело? Ясно дело, что цель любого бизнеса - это извлечение прибыли. Но именно благодаря тому, что кто-то открыл бизнес и занимается им, существует миллионы людей, у которых есть работа. И это замечательно. Плохо, когда компании массово закрываются, а именно это может в ближайшее время произойти. Но ситуацию можно сгладить различными способами. В этом суть.

Ответить
0

Разве я сказал что плохо? Нет, она молодец, как и любой предприниматель соблюдающий законы и человеческие правила. Но и не надо делать из предпринимателей -торговцев благодеятелей. «Я вам работу лаю» - так не за даром, а за 20% моей жизни, за мой труд, и только потому, что мой труд нужен вам и вы на нем зарабатываете. 

Ответить

Прямой эфир