«Труднее всего было открывать барбершоп в Тюмени» Статьи редакции

Сооснователь сети мужских парикмахерских Boy Cut о бизнесе за пределами Москвы

Редакция vc.ru пообщалась с сооснователем сети мужских парикмахерских Boy Cut Назимом Зейналовым. Предприниматель рассказал, как открывал бизнес в Москве и развивал франшизу в регионах, справляясь с консервативностью местных жителей.

Сооснователи сети барбершопов Boy Cut: Андрей Шубин, Александр Гудков и Назим Зейналов

«У нас концепция такая: мы женщин принципиально не стрижем. Даже если у них мужские имена: Женя или Саша, например. Как-то раз приходила одна девочка, говорила: "Подстригите меня, пожалуйста, меня Женя зовут, у меня имя как у мальчика", но мы отказались», — рассказывает сооснователь сети барбершопов Boy Cut Назим Зейналов.

Барбершоп — это заведение, где суровые бородатые мужчины в татуировках стригут только мужчин. Единственные девушки в нашей компании — это администраторы

История Boy Cut началась летом 2013 года, когда выпускник МГУ Андрей Шубин вернулся из Англии и предложил своему университетскому другу Назиму Зейналову открыть барбершоп. Когда Шубин был за границей, он ходил в мужскую парикмахерскую Ted Baker и недоумевал, почему таких заведений нет в России.

«Оказывается, он немного ошибался — в Москве мы открылись третьими, а первыми были ребята из Chop Chop. Но нам настолько понравился формат, что мы решили рискнуть. Заняли у знакомых 3-3,5 миллиона рублей и стали искать помещение. Это были не инвесторы, а просто частные лица, одолжившие нам крупную сумму денег, которую мы, благодаря быстрому запуску и выходу на самоокупаемость, оперативно вернули», — вспоминает Зейналов.

Барбершопы были в Европе всегда, и в России до революции — тоже. Но в советский период это дело как-то заглохло и возродилось только к 2010 году.

— Назим Зейналов

«Модель заведения была настолько крутая, что никто не думал о качестве помещения и о ремонте. Приносили из дома старые стулья, старые диваны, зеркала и так далее. Мы изначально решили, что должны сделать все качественно и круто по дизайну. Поэтому у нас стартовые вложения были больше, чем у остальных», — рассказывает Зейналов.

Еще во время магистратуры в Англии Шубин увлекся играми КВН. На одном фестивале он познакомился с капитаном команды «Федор Двинятин» Александром Гудковым. А через некоторое время познакомил его и с Зейналовым: «Когда мы всерьез поняли, что хотим открыть барбершоп, рассказали о нашей задумке Саше. Рассказали, что у нас нет опыта, но есть огромное желание. Он посмеялся, но согласился помочь», — вспоминает Зейналов.

Место для первого барбершопа Зейналов и Шубин выбрали в историческом центре Москвы, на территории бывшей фабрики «Красный октябрь», напротив института «Стрелка». «Это главное тусовочное место в городе. Тут постоянно появляются интересные проекты и туда идет народ. Это клубы, это бары, это рестораны, выставочные залы. Там находятся разные редакции, творческие компании. Если ты хочешь запустить что-то интересное и креативное, то открывайся на "Красном октябре"», — советует Зейналов.

Несмотря на удачное расположение, помещение требовало серьезного ремонта. В бывшем промышленном здании отсутствовало отопление, водоснабжение и освещение, рассказывает Зейналов: «Отчасти поэтому инвестиции на первом этапе оказались так высоки».

К осени 2013 года помещение уже было отремонтировано. «Мы позвонили Саше: "Приезжай, у нас уже все готово". Он, конечно, удивился, что все так быстро, приехал. Там двухэтажное здание, где много всяких металлических конструкций: он по ним прыгал, залезал, спускался и был всем доволен. Он в жизни еще проще, чем на сцене», — рассказывает Зейналов.

Благодаря Гудкову, команде удалось сэкономить на продвижении на первом этапе: «Он на тот момент уже перешел с "ТНТ" на "Первый канал". Саша никого не тянул, никого не уговаривал стричься у нас, но рекомендовал нас своим друзьям и знакомым. На первом этапе нам это очень помогло. Так что однажды мы сели и предложили Саше стать полноценным партнером этой авантюры.

Он долго сопротивлялся, но мы были настроены решительно. Саша сделал очень многое для формирования наших постоянных клиентов.

— Назим Зейналов

Первым известным клиентом Boy Cut стал телеведущий Иван Ургант: «Тогда мы думали над стратегией продвижения и относились к социальным сетям скептично, но когда Ургант выложил снимок в нашем барбершопе, на наш аккаунт в Instagram подписалось сразу 600 человек, и это была "живая" аудитория. Позднее у нас появилась собственная рубрика в его программе на "Первом"».

@Boycut_moscow!

Фото опубликовано Иван Ургант (@urgantcom)

По словам Зейналова, три года назад продвигать заведение в социальных медиа было проще, чем сейчас: «Instagram и соцсети были более чистые, а аудитория более "качественной" — там не было такого засилья ботов и спама. На тот момент у нас не было затрат на маркетинг и продвижение, а рост клиентов органический».

Сейчас за SMM в компании по-прежнему отвечают соучредители фирмы: «Так сложилось, что управлением аккаунтами в соцсетях мы занимаемся с Андреем сами и никому это не доверяем. Часть фото делаем мы, часть — наши мастера и администраторы. Удачные кадры заимствуем у клиентов. С клиентами в соцсетях общаемся тоже мы».

Сперва за продвижение тоже отвечали сооснователи, но затем решили подключить PR-агентство. «У нас было слишком много идей и проектов и со временем мы поняли, что нам нужна профессиональная помощь», — рассказывает он.

Кроме того, основатели Boy Cut считают классическую рекламу неэффективной и предпочитают привлекать новых клиентов за счет рекомендаций их друзей: «Мы не какие-то дорогие часы, которые нужно прорекламировать: вот, они выглядят так, идите в магазин и покупайте. Мы — услуга. Она может быть предоставлена и качественно, и некачественно».

Вместо того, чтобы тратиться на рекламу, мы направляем эти деньги в развитие мастеров, потому что сколько рекламы не генерируй, одна плохая стрижка может все испортить

«Мы базируемся на концепции клиентов-друзей, наша стратегия — это максимальный контакт с нашим гостями. Мы продаем впечатления, хорошо проведенное время. Ведь это именно то, чем мы обычно делимся со своими друзьями», — продолжает Зейналов.

По словам предпринимателя, в компании двухступенчатая система отбора парикмахеров. Сперва соучредители общаются с кандидатом лично, чтобы понять его мотивацию и выяснить, что он за человек: «Нам важно, чтобы он легко находил контакт, общался, был эрудирован, обладал здоровым чувством юмора. Хочется, чтобы с ним было комфортно работать и команде и клиентам».

Если соискатель проходит первый этап, то ему предлагают сдать внутренний экзамен: «Он должен привести модель и сделать заданную стрижку в присутствии одного из наших опытных барберов. После этого мы уже можем принять решение», — рассказывает Зейналов.

Постепенно барбершоп стал популярен у представителей творческого класса Москвы: «Для владельцев звездный клиент — это радость. А мастера первое время волновались. Нет, медийные личности не капризничали, но парикмахеры немного нервничали, боялись сделать что-нибудь не так. Но в конце концов, головы-то у всех одинаковые», — рассказывает Зейналов.

Я помню, что тогда люди говорили: «Я знаю, есть Chop Chop, туда ходят хипстеры. Есть "Усачи", туда ходят "мятые пиджаки". А кто к вам ходит?» И за нами как-то закрепилась слава «звездной» парикмахерской.

— Назим Зейналов

При этом уровень цен остается на среднем уровне, отмечает предприниматель. В Москве стрижка головы стоит 1700 рублей, бороды — 700 рублей. По словам Зейналова, средний месячный оборот одной парикмахерской — 2,5 миллиона рублей. Сейчас в Москве открыто четыре собственных барбершопа Boy Cut, и еще 14 работают в регионах по франшизе. Общий оборот региональных подразделений в 2015 году составил 60 миллионов рублей.

«У нас паушальный взнос варьируется от размера города. Если это миллионник, то франчайзи платит 300 тысяч рублей, если население меньше — то 250 тысяч рублей, — поясняет Зейналов, — Роялти совпадает с паушальным взносом — это либо 300 тысяч, либо 250 тысяч рублей ежегодно».

По словам предпринимателя, в среднем, чтобы открыть барбершоп в регионе, требуется 2,5 миллиона рублей — это затраты на ремонт помещения и покупку оборудования. «В зависимости от области, нижняя планка составляет 1,8 миллиона, верхняя — 3 миллиона», — сообщает Зейналов.

«Крайне важно, чтобы франчайзи находился непосредственно в городе, — отмечает Зейналов. — Проект будет занимать много времени, по крайней мере в начале. Это время нужно проводить непосредственно с проектом, с командой, а не на телефоне из соседнего города, где ты работаешь по найму».

Сооснователи консультируют региональных франчайзи в процессе подготовки к открытию и первые четыре месяца после старта, рассказывает Зейналов: «Помогаем выбрать помещение и найти мастеров, купить оборудование. Мы много говорим с франчайзи о продвижении, о рекламе. Важно, чтобы люди легко находили общий язык с местными знаковыми заведениями: барами, ресторанами, магазинами, с которыми можно придумывать совместные проекты и акции».

Основные издержки компании и ее франчайзи — это фонд заработной платы и аренда помещений. «На аренду мы тратим больше всего денег, поскольку зарплаты у нас зависят от количества оказанных услуг. А арендные площади мы выбираем всегда поближе к центру», — комментирует Зейналов.

Соотношение собственной выручки компании и доходов франчайзи составляет 90% на 10%. По словам Зейналова, в будущем доля отчислений из регионов станет больше: «Для нас развитие сети это прежде всего имидж и новые возможности: московская команда мастеров гастролирует по городам с обучением, региональные мастера приезжают в Москву обучиться и поделиться своим опытом. Скоро мы запустим собственную линейку мужской косметики, и вот здесь уже наличие собственного рынка сбыта сыграет нам на руку».

В компании нет централизованной системы обучения, однако соучредители идут на встречу тем мастерам, которые хотят повысить квалификацию: «Большой плюс в том, что к нам в команду стремятся попасть опытные барберы. Но обучение происходит регулярно. Многие семинары проходят в Москве, также наши ребята успели побывать в Испании и Голландии».

По словам Зейналова, раньше главной проблемой региональных франчайзи был недостаточно высокий, по сравнению с Москвой, спрос на услуги. Кроме того, за пределами столицы сложно найти квалифицированных парикмахеров, которые вписывались бы в «корпоративный типаж»: «Нам нужно найти такого профессионального, крутого, стильного, крепкого бородатого парня в татуировках», — отмечает он.

В регионах очень сложно убедить местную аудиторию, что то, что мы делаем — это круто. Там привыкли к прямым вискам и окантовке. Наиболее прогрессивные регионы — это Краснодар и Екатеринбург, само собой.

«Мы полтора года назад в Екатеринбурге предложили клиенту бесплатно сделать стрижку fade, это когда от макушки до висков волосы постепенно становятся короче и приобретают пепельный оттенок, — рассказывает Зейналов. — Он запаниковал, начал отказываться, и в результате согласился только на классику».

По словам предпринимателя, сейчас в большинстве регионов клиенты сами просят сделать модную стрижку, но все еще остаются «очаги сопротивления», особенно в Сибири. «В Тюмени самые консервативные ребята. Они приходят в барбершоп не за классной стрижкой, а за классической: все равно они выйдут на улицу и наденут шапку. Там работать с людьми нам помогают приезжие, которые постепенно распространяют тренды», — отмечает он.

Мы точно такое же заведение, как бар. Вот показывают в иностранных фирмах: вечером после работы парниша идет в бар, выпивает и общается с барменом. У нас идентичная история. Люди приходят, садятся в кресло и давай рассказывать: о том, о сем, о жизни, о работе.

По словам Зейналова, мастера часто общаются с клиентами и за пределами барбершопа. «Если они находят общий язык, то ходят вместе и на футбол, и в бары, и в другие заведения. И выручают друг друга».

Однажды у одного из парикмахеров возникли проблемы со здоровьем. Его клиентом оказался заместитель министра здравоохранения, который узнал о проблемах мастера, рассказывает Зейналов. «Потом нам позвонила его помощница, мол, знаем о ваших проблемах, хотим помочь. Я присутствовал при этом разговоре, и мне было очень приятно», — отмечает он.

По словам предпринимателя, отношения между основателями и парикмахерами не носят строго формализованный характер: «Мы создаем максимум условий. Устраиваем и тусовки и внутренние проекты, чтобы люди не вкалывали, а получали удовольствие от любимого дела».

«Самый главный урок, который я извлек из всей этой истории, заключается в том, что нужно относиться к своей команде точно так же, как мы хотели бы, чтобы они относились к клиентам, — рассказывает Зейналов. — Ребят нужно зарядить, нужно дать им понять, что они все делают круто. Команда — это самое главное, потому что ее настроение так или иначе переносится на клиентов».

0
46 комментариев
Написать комментарий...
ivan krapivin

Лучшая характеристика посетителей барбершопов в копипасте:
Не все, кто стригутся в барбершопе - самовлюблённые эгоисты. Видел у одного из таких фотку в кошельке, а на ней не он, а совсем другой парень.

Ответить
Развернуть ветку
Kungaa Mergen

У меня, конечно, нет тату, бороды и брутальности, но обычно я заходя в парикмахерскую жму руку мастеру, он спрашивает "как всегда?", я отвечаю "да" и всё. В конце благодарю и на этом прощаюсь до следующего месяца. А тут какой-то бабский салон красоты:

Люди приходят, садятся в кресло и давай рассказывать: о том, о сем, о жизни, о работе.

И ещё у меня интересно - в этих новомодных барбершопах могут вообще стричь, не срезая виски под ноль? Сплошняк какой-то полубокс получается.

Ответить
Развернуть ветку
Николай Костиков

Вы удивитесь, но люди разные и привычки разные. Странно записывать в свои достоинства то, что вы с мастером о жизни не трепитесь.

Ответить
Развернуть ветку
Kungaa Mergen

При этом надо крепкого бородатого парня в татуировках, только мужики и т.п. закос под брутальность. К чему это всё? Отвечать не надо, это риторический вопрос.

Понятно, что вся эта фигня с барберами, брутальностью и т.п. это фишка, позёрство. Ну не назовёшь же это мужским салоном красоты, чем по сути это является. Ну и сейчас это типа модно и молодёжно - люди и прут. Но эти же люди завтра побегут за новой модной фигнёй.

Ответить
Развернуть ветку
Kungaa Mergen

И ещё почему-то поход в этим новомодные барбершопы называют прогрессивностью:

Наиболее прогрессивные регионы — это Краснодар и Санкт-Петербург, само собой.

Только вот барбершопы(в кап.стране) в моей памяти брали тем, что они были практически в любом квартале в шаговой доступности(развитая сфера услуг), специализация на мужчинах(не надо оборудования для женщин, оптимизация издержек) и очень даже конкурентные цены. Вот это я называю прогрессом.

А ехать через пол-Москвы в редкие новомодные барбершопы, чтобы за много денег получить тот же полубокс, но типа в антураже - по мне так смахивает на карго-культ.

В Тюмени самые консервативные ребята. Они приходят в барбершоп не за классной стрижкой, а за классической: все равно они выйдут на улицу и наденут шапку.

А это я бы назвал рациональностью. Нафига эти бриолинновые причесоны, если нельзя одеть шапку? Лучше быть немодным, чем помереть от менингита.

Ответить
Развернуть ветку

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку

Комментарий удален модератором

Развернуть ветку
Максим Мостовой

Самая большая проблема в барбершопах - не умеют стричь не по шаблону "Америка 30-40х".

Ответить
Развернуть ветку
Dmitry Wolfeyes

Самая большая их проблема-это позиционирование. Мы стрижём только мужчин, мы барберы и тд. Это всё просто слова. Это ж не тру стори. Просто фишка. Но пипл хавает.

Ответить
Развернуть ветку
Максим Мостовой

Ну, это маркетинг, который им создаёт траффик. Плохо то, что за этим качества нет.

Ответить
Развернуть ветку
Ilya Gindin

Я бы сказал не умеют как раз таки стричь классику, помпадуры и пр. большинство мастеров пока что, хотя уже есть кто умеет.

Ответить
Развернуть ветку
Maxim Tchurilin

Самая большая проблема в барбершопах - это то, что единственные нормальные находятся в США и Лондоне :)

Ответить
Развернуть ветку
Sakari Sauso
Люди приходят, садятся в кресло и давай рассказывать: о том, о сем, о жизни, о работе.

Да это просто бабский салон красоты)))

Ответить
Развернуть ветку
Stanislav Kozin

Я понял что самое главное- чтобы было круто. Крутой дизайн, крутое место, крутой Игорь. Круто чтобы было

Ответить
Развернуть ветку
Maxim Tchurilin

вейперы еще нужны, для дымовых эффектов на вход

Ответить
Развернуть ветку
Aleksandr Sorokin

Можно, конечно, сходить в "барбершоп" (сука, ну что за слово, просто пиздец какой-то), и за 1200 постричься точно так же, как остальная половина модной, так сказать, молодёжи, потому что по-другому там делать не умеют, поскольку берут всех подряд без профессии. А можно найти девочку-мастера, которую, кстати, не взяли в этот самый барбершоп по гендерному признаку, и она сделает в 10 раз лучше именно то, что хочется тебе и возьмёт всего 350р. Такие дела.

Ответить
Развернуть ветку
Yuriy Belonozhkin

Я хз, про девочку вы правильно говорите, но к такой девочке запись за несколько дней на какое-нибудь определенное время, а к этим можно через интернет. А если ходить в абы какие салоны, то результат непредсказуем. В отличие от барб...па.

В общем, мораль такова, что сфере парикмахерских услуг расти и расти.

ЗЫ, пишу из регионов. В Москве может быть все немного по-другому, хотя судя по каментам больше похожего, чем отличного.

Ответить
Развернуть ветку
Aleksandr Sorokin

Я обычно звоню ей и спрашиваю, можно ли сегодня после работы подъехать. Чаще всего она соглашается, либо же переносим на завтра, потому что у неё выходной. Со стрижкой может быть единственный совет: найти "своего" мастера, через знакомых или ещё как-то. Ну и, конечно же, абсолютно противопоказано ходить в рандомные месты, где работают тёти за 50 лет.
ЗЫ 2 тыс. км от МСК.

Ответить
Развернуть ветку
ctqwa

А также иметь знакомого сантехника/электрика/сисадмина/стоматолога/.../? Что же тогда несчастным социофобам делать?

Ответить
Развернуть ветку
Иван Бардов

Вот и идея для стартапа: находить знакомых сантехников/электриков/сисадминов для социофобов.

Ответить
Развернуть ветку
Иван Бардов

Может, мне просто везло, но всегда находилась в шаговой доступности "обычная" парикмахерская, где стригли и приводили в порядок без очередей, качественно и недорого. В т.ч. волосы на лице.
Допускаю, что я просто недостаточно щепетилен в этих вопросах, но своим не-хипстерским взглядом не ощущаю изъянов в стрижке (за редкими исключениями).

Можно, конечно, тратить на стрижку в 3-4 раза больше, если нравится, но это уже личный выбор каждого :)

Ответить
Развернуть ветку
Sergey Usoltcev

Все вроде неплохо но обывателю получается и дорого и неудобно. Расскажу свой Московский опыт, может кому пригодится:

Когда хочу попробовать новую стрижку, просто закидываю на телефон фотку из интернета, показываю человеку — всегда положительная реакция и 100% попадание.

Если все устроило, накиньте человеку на чай рублей 200-250 (это воспринимается нормально). После этого тебя запомнят, будут и здороваться и очень внимательно стричь. Раз на третий обмениваетесь телефонами (вотсапами, вайберами) и просто заранее уточняете когда лучше прийти.

Обычная эконом шарага у метро, с мастерами из Киргизии, стоимость стрижки 250р. При этом ты так же можешь потрещать за жизнь или даже подкуриться в конце рабочего дня)

Ответить
Развернуть ветку
Aleksey Dev

это да, внезапно лучшие парикмахеры киргизы или кто они там.

быстро, нормально, умеют пользоваться машинкой

Ответить
Развернуть ветку
Просто Хэнк
В Тюмени самые консервативные ребята. Они приходят в барбершоп не за классной стрижкой, а за классической.
Ответить
Развернуть ветку
Gazin Vladislav

так это ж Фирма. Хорошие ребята) интересно, что в ролике они нигде не упомянуты

Ответить
Развернуть ветку
Dmitry Wolfeyes

До революции они у нас тоже барбершопами назвались?

Не плохо вы так, Санкт-Петербург к регионам записали.

Ответить
Развернуть ветку
Maxim Tchurilin

барбежопы до революции назывались :)

Ответить
Развернуть ветку
Aleksey Dev

подвернутые штанишки, яйца на распашку, 60кк оборота ((

Ответить
Развернуть ветку
Максим Шкребтан

Кажется мне, что эти «барбершопы» популярны в основном, среди людей творческих. И обстановка уютная, и поговорить можно или просто расслабиться, пока тебе делают стильную (кричащую?) причёску. Видимо, так в России отражается западный менталитет. Там-то люди более открыты к общению.

Мужчинам по-настоящему брутальным, по-моему, абсолютно всё равно, где стричься. Особенно, если «под машинку».

Я вот замечаю, что в наших саратовских «барбершопах» (как режет глаз-то) всех стригут одинаково — классически. Я раньше ходил с короткой стрижкой, стригся дома. Последнее время хожу к одной и то же женщине (без татух и бороды!), и она делает мне полубокс. В 3–4 раза дешевле. Но иногда так и появляется желание взять машинку и постричься коротко.

Но вообще здорово, что появляется всё больше таких заведений. Конкуренция и возможность выбора — это хорошо. Пройдёт время, пройдёт и горделивость. Может, и barbershop-ы будут называть «цирюльнями» или «мужскими парикмахерскими». :)

Ответить
Развернуть ветку
Иван Бардов
суровые бородатые мужчины в татуировках

Ожидал увидеть кого-то вроде Джеффа Монсона или Керри Кинга, ну или Лукаса Паркера с его мощнейшей бородищей. А на фото просто дяденьки с бородами :)

Ответить
Развернуть ветку
Николай Лукин
стрижка (сына) мужика

С такими сельскими каламбурами пенять на консервативность регионов просто смешно. Чоп-чоп выше на голову во всем.

Ответить
Развернуть ветку
Pashket Vulgaris

Сколько "обычный" постригон у них стоит, кто подскажет?

Ответить
Развернуть ветку
Simon Ponkratov
>Стрижка мужика

1700р.
Стрижка мужика под машинку
1000р.
Стрижка сына мужика (5-12 лет)
1500р.
Бритье головы мужика
1700р.

>При этом уровень цен остается на среднем уровне, отмечает предприниматель

Для кого средний, а я за 300/500р стригусь в немодных парикмахерских. Ну 700 максимум

Ответить
Развернуть ветку
Pashket Vulgaris

спасибо!

Ответить
Развернуть ветку
Олег Королев

Спасибо! Тоже дороже 500 рублей еще не стригся!)

Ответить
Развернуть ветку
Паша Буковский

Вся статья пронизана рекламой. Гудков, Ургант, зам министра...

Ответить
Развернуть ветку
Серёга Протонов

Выйдут на улицу и наденут шапку...что за бред, кто в -30 ходит в шапке?! **даки что ли??

Ответить
Развернуть ветку
Игорь Старков

Не совсем понял финал истории с Александром Гудковым.
Он просто по доброте душевной помог или совладельцем стал?

Ответить
Развернуть ветку
ivan krapivin

Я так понял он у них там просто объябывается.

Ответить
Развернуть ветку
Valeriy Sokolov

По мне нет разницы в какой барбершоп ходить. Все равно везде +- качественно. Но в Аляске цены дешевле. Плюс у меня есть скидка постоянного клиента. Исходя из этого, для меня цена - главный фактор. И тут Аляска выходит в лидеры.

Ответить
Развернуть ветку
Максим Нилаев

В любой непонятной ситуации - увеличивай реальный оборот в два раза

Ответить
Развернуть ветку
Alexandr Zaharov

Настоящие брутальные мужики стригут и бреют себя сами :sunglasses:

Ответить
Развернуть ветку
Сергей Тихоненко

Топором)

Ответить
Развернуть ветку
Yuriy Belonozhkin

"Приносили из дома старые стулья, старые диваны, зеркала и так далее. ... Поэтому у нас стартовые вложения были больше, чем у остальных."

Я что-то не понял этого абзаца.

Ответить
Развернуть ветку
Alex Fielding

Их подход радикально от этого отличался. Они не приносили из дома стулья.

Ответить
Развернуть ветку
Yuriy Belonozhkin

Я еще несколько раз перечитал тот фрагмент и не понял, каким образов вы сделали свой вывод именно из текста. А кто приносил старую мебель к себе? Чоп-Чоп?

Ответить
Развернуть ветку
Alex Fielding

По ходу.

Ответить
Развернуть ветку
Konstantin Savchenko

Статья про окупаемый бизнес на "крупнейшей в рунете площадке для предпринимателей нового поколения", а комменты как на Одноклассниках.

Ответить
Развернуть ветку
Читать все 46 комментариев
null