Лого vc.ru

Давид Ян, ABBYY: «Кризис есть, и до дна еще далеко»

Давид Ян, ABBYY: «Кризис есть, и до дна еще далеко»

Редакция ЦП поговорила с Давидом Яном, основателем компании-разработчика ПО для распознавания текстов и перевода ABBYY и платформы для автоматизации ресторанов iiko, о том, легко ли запускать стартап в кризис, о влиянии образования предпринимателя на успех его проекта и перспективах развития мобильных технологий.

Поделиться

Давид, насколько сейчас вы вовлечены в управление ABBYY и какими проектами занимаетесь помимо этого?

Восемьдесят процентов времени я сейчас посвящаю четырем проектам в рамках компаний ABBYY и iiko, а остальное еще трем, включая образовательный фонд Ayb и одноименную школу в Армении.

Что касается ABBYY и iiko, то жаль, что интервью проходит именно сейчас, а не спустя три месяца — мы готовим несколько масштабных релизов, о которых хочется поговорить, но пока нельзя. 

Инвестируете ли вы в стартапы?

Есть несколько проектов, в которые я инвестировал. Но пока ни один из них еще не вышел на стадию, которая позволяла бы подробно рассказывать о них публично. В целом, меня интересуют не инвестиции в готовые компании, а развитие новых проектов.

Про iiko не очень много известно. Чем сильна компания и как сейчас у нее идут дела?

Компания была запущена в 2005 году — идея заключалась в том, чтобы создать «лучшую в мире систему управления ресторанным бизнесом». Потребность в такой системе я осознал на собственном опыте, когда в 2004 году стартовал мой ресторанный бизнес — заведение FAQ-Café.

Я очень подробно вникал во все процессы — поработал барменом, поваром, официантом и управляющим. Выяснилось, что с помощью существующих продуктов для управления рестораном в то время невозможно было сформировать единую систему, которая охватывала бы все аспекты деятельности. Доходило до того, что некоторые заведения использовали до 11 различных систем управления бизнесом.

Сначала хотелось сделать простенькую программу, которая бы умела управлять складом, финансами и другими процессами, но по мере разработки, задача постоянно усложнялась. В итоге создание продукта длилось до 2008 года, но зато нам удалось создать по-настоящему полноценную систему, охватывающую все аспекты и процессы в ресторанном бизнесе. 

На 2009-2010 год уже была реализована возможность управления целой сетью ресторанов — в системе есть возможность управления логистикой, персоналом и взаимодействию с посетителями. Сама система установлена в заведениях многих известных сетей, например, Sbarro, «Кофе Хауз», Dunkin Donuts, всего более 7500 ресторанов.

А какова доля проекта на рынке?

Бизнес растет довольно стремительно — после выхода на рынок уже прошло несколько лет, но iiko все равно показывает рост около 35% в год. В итоге в России мы сейчас вторые по объёму автоматизированных ресторанов — первое место по-прежнему за системой R-Keeper. Она является на ресторанном рынке России, по сути, стандартом, но 3-4 из 10 новых ресторанов в стране начинают работу с системой iiko. 

Если темпы роста не изменятся, то через год более 50% ресторанов будут открываться на iiko.

А еще iiko интересна не только управлением ресторанами как таковым — сегодня, наверное, еще больше интересен проект iiko.net, это система лояльности нового поколения и мобильная платежная система.

Что он из себя представляет?

Если iiko, как система ERP, позволяет предприятиям увеличивать прибыль, снижая издержки, возникающие из-за непрозрачности, неэффективности процессов, воровства и злоупотреблений, то другая часть системы — она называется iiko.net — направлена на повышения уровня сервиса и выручки по формуле «гости ходят чаще, тратят больше и приводят друзей».

Эта система iiko.net самостоятельно вовлекает клиентов в игру, вознаграждая за социальные посты, за привлечение друзей, за дополнительные покупки. Все это происходит централизованно, без участия персонала ресторана или магазина, минуя длинную и очень плохо управляемую цепочку «региональный директор — директор — менеджер заведения — официант или продавец — кассир».

Онлайн-технологии уже давно проникли в повседневную жизнь. У каждого посетителя ресторана и магазина сегодня в руках есть смартфон. Поэтому бизнес может и обязан использовать этот факт, чтобы предложить клиентам более высокую гибкость обслуживания и вознаграждение за лояльность к бренду. Это очень интересно — будущее наступает на наших глазах, и те игроки, которые не смогут разглядеть подобные возможности, останутся на задворках рынка.

В США ведущие игроки это уже поняли — Starbucks создает приложения для оплаты с мобильных устройств, шаги в данном направлении делают такие ритейлеры, как Walmart и Target. Самым ярким кейсом в этом направлении был и является Uber — еще никому в мире не удавалось настолько быстро повысить капитализацию традиционного бизнеса с помощью внедрения мобильных технологий. Казалось, бизнес такси — что может быть банальнее? Извозчики существовали сотни лет, но Uber ворвался на рынок несколько лет назад и уже оценивается в $17 млрд.

Конвергенция офлайн- и онлайн-бизнеса — это крупнейший тренд, и iiko.net помогает ресторанам его использовать. Uber позволил клиентам платить за поездки банковской картой, привязанной к приложению. Приехать к месту назначения, а потом просто встать и уйти — это непередаваемый кайф. Мы приносим этот 'Uber experience' в рестораны — посетитель должен иметь возможность пообедать, а потом просто встать и уйти, оставив чаевые. 

С помощью iiko.net, помимо оплаты через телефоны, можно и произвести заказ или дозаказ блюд — мы предполагаем, что в течение нескольких лет капитализация этой части бизнеса превысит капитализацию материнской компании.

Насколько на ваш взгляд велик рынок, связанный с внедрением технологий в ресторанном бизнесе в России?

Что касается мобильных платежей в ритейле и ресторанах, мы думаем, что к 2018 году в стране он превысит несколько миллардов долларов суммарной капитализации действующих на нем компаний (например,проекты, занимающиеся автоматизацией оплаты). К 2020 и 2021, порядка 20% транзакций в ритейле будет совершаться с помощью банковских карт, привязанных к телефону.

Здесь будут задействованы различные технологии — тот же iBeacon. Покупатель будет приходить в магазин, выбирать нужный товар, а затем просто подходить к кассе, вводить на терминале пин-код. В некоторых случаях, когда необходимо заплатить маленькую сумму (сто рублей или меньше), оплата может быть осуществлена даже без пин-кода, например, с помощью жеста. 

Для того, чтобы создавать такие сервисы и поддерживать их работу необходим большой объём данных, поэтому компании, умеющие работать с технологиями и информацией, в ближайшие годы будут очень востребованы.

А в ваших ресторанах все описанные системы внедряются? Насколько активно вы сейчас развиваете свои заведения?

С переездом в США я отошел от управления ресторанным бизнесом. Рестораны существуют, и ими управляют мои партнеры. Сейчас тема автоматизации процессов и оптимизации оплаты с мобильных устройств интересует меня куда больше. Хотя я рад, что по-прежнему наши рестораны Artefaq, Defaqto, а также дружеские рестораны, например, Цурцум Кафе на Винзаводе остаются инновационым полигоном.

Вы окончательно переместились в США, живете там большую часть времени?

Последние два-три года где-то половину времени я провожу в США, а оставшуюся половину — в России. 

Видя текущую ситуацию «здесь» и «там», как вы считаете, стоит ли сейчас запускать стартапы в нашей стране, или лучше все же поискать более спокойное место?

Недооценка нынешней политической и экономической ситуации очень опасна. В России во всех известных мне бизнес-сферах во второй половине 2014 года наблюдается заметный спад. Он присутствует и в области технологий, и в рознице. Мне кажется, что этот спад будет нарастать, и до дна еще очень далеко.

Многое будет зависеть от того, как будет развиваться ситуация в дальнейшем. Если говорить именно о стартапах, то кризис не всегда помеха. Кризис — это сложное время для больших компаний, но для новых проектов оно может предоставить уникальные возможности. Ведь что происходит в момент кризиса — как правило, снижаются затраты на зарплату, иногда, на аренду помещений, проходят сокращения. В результате на рынке оказываются доступными за меньшие деньги специалисты, о которых раньше стартап мог бы только мечтать. Очень выгодная ситуация для сбора сильной команды.

Если кризис будет затяжным, новый бизнес все равно будет иметь преимущество?

Надо понимать, что первые годы стартап живет исключительно на деньги инвестора — тратит их на разработку продукта. Очень редко бывает так, что за первые пару лет стартап выходит на безубыточность. Так что первые три года задача заключается в создании продукта и эффективном расходовании ресурсов. Здесь в каком-то смысле кризис если не помогает, то дает больше интересных возможностей.

Правда, очень важно, чтобы к моменту, когда у стартапа будет готов прототип, бета-версия или коммерческий продукт, кризис миновал дно, и уже начинался рост. Если к моменту выхода на рынок кризис будет в самом разгаре, то стартапу может быть сложно справиться с ситуацией.

За время своей предпринимательской деятельности я наблюдал много кризисов и их влияние на проекты — 98 год в России, крах доткомов в США, 2008-й год во всем мире, теперь 2014 в нашей стране. 

Конкретно на ваши проекты это все оказывало какое-то влияние?

Хороший пример запуска бизнеса в кризис — наш проект коммуникационного компьютера для подростков Cybiko. Это такой карманный компьютер — ты вводишь информацию о себе, о девушке или парне своей мечты, и компьютер вибрирует, если находит такую девушку или парня на расстоянии 150 метров. Если серьезно, то в Cybiko был обмен короткими сообщениями, беспроводные игры для небольшой команды пользователей и сотни (более 450) различных игр и приложений. Мы считаем, что Cybiko — это первый прототип геопозиционных (да и не только геопозиционных) соцсетей. Разработку мы начали в разгар кризиса 1998 года, тогда нам удалось за полгода собрать уникальную команду из 250-300 человек.

За следующие полгода года мы создали все железо компьютера, написали многозадачную операционную систему CyOS и разработали коммуникационный протокол CyDP x.30. В «мирное» время на все это ушло бы куда больше времени — летом 1999 года я держал в руках первые готовые устройства. Так что российский кризис нам помог.

Беда в том, что мы выходили с устройством на рынок США летом 2000 года. За первые полгода мы успели продать четверть миллиона штук Cybiko, но в сентябре 2000 года случился крах технологических компаний, подорвавший доверие инвесторов к отрасли, а затем в 2001 году произошел теракт 11 сентября — он изменил общественное отношение к коммуникационным гаджетам в школах и других общественных местах. Конечно, эти две ситуации серьезно подкосили устойчивость проекта, в итоге компанию пришлось реструктурировать и продать.

Нынешний же кризис в России надо воспринимать, как нечто, на что повлиять никак нельзя, и пытаться искать появляющиеся возможности.

На помощь государства стоит рассчитывать? Сейчас часто звучат разговоры о необходимости импортозамещения и создания собственных ИТ-проектов.

Здесь мне трудно как-то комментировать эти инициативы — чтобы их детально проанализировать и понять, стоит ли рассчитывать на какой-то положительный результат, нужно довольно много времени. Но что-то мне подсказывает, что к стартапам это все точно не имеет никакого отношения.

Вы ведете бизнес в различных странах — по-вашему, стартапам следует изначально нацеливаться на глобальную аудиторию, или есть смысл в фокусировке на местном рынке?

Я лично считаю, что нужно руководствоваться принципом «думай глобально, действуй локально». Меня меньше интересуют проекты и технологии, которые не имеют глобального потенциала. При этом понятно, что сделать международный проект сразу — очень трудно. Возьмите тот же Uber — прежде чем стать многомиллиардной компанией, они стали трехмиллиардной компанией в США, а до этого — стомиллионной в Калифорнии. 

Важна правильная точка входа и четкое видение того, куда двигаться в дальнейшем. В некоторых странах, как, например, в Израиле, компании просто не могут получить достаточно денег на домашнем рынке в виду его небольшого размера. Эти ограничения вынуждают стартапы сразу разрабатывать глобальную стратегию. 

Выделяете ли вы какие-то страны, которые лучше всего подходят для бизнеса? Есть ли среди них не столь распиаренные, как США и Израиль?

Если говорить про ABBYY, то мы не выделяем какие-то страны по легкости ведения бизнеса в них. Наша миссия заключается в том, чтобы помогать людям лучше понимать друг друга, так что нам важно быть на как можно большем числе рынков, мы стараемся находить возможности для развития в любой стране. Например, у ABBYY сейчас 14 офисов в 10 странах мира, и наши 40 миллионов пользователей расположены в более чем в 200 странах.

Вы основали ABBYY не в одиночку и уже довольно давно. Все ли основатели и первые сотрудники до сих пор работают в компании? Со всеми удалось сохранить хорошие отношения?

Сергей Андреев, Костя Анисимович, Вадим Терещенко, Саша Москалев, да практически все основатели и первые ключевые сотрудники продолжают работать в компании. У нас как-то так удачно сложилось, что несмотря на то, что у каждого человека есть своя точка зрения, мы все эти годы находили общий язык, умели слушать друг друга и гасить конфликты, если они возникали.

Были ли в истории ABBYY случаи поглощения интересных стартапов, из которых в дальнейшем вырастали новые направления бизнеса?

Да, такие примеры были. Самый известный и успешный — это стартап Perevedem.ru. Его команда создала сервис для быстрого и качественного перевода текстов, который осуществляется реальными людьми с помощью передовых технологий. Я познакомился с Иваном Смольниковым и его партнерами на конкурсе стартапов БИТ — они представляли на нем свой проект, а я находился в жюри. После их презентации, у меня появилось желание обсудить возможность совместной работы. 

В итоге этот проект стал частью компании — сейчас он носит название ABBYY Language Services. Компания осталась самостоятельной, и сегодня входит в сотню мировых лидеров в сфере лингвистических сервисов и показывает какие-то совершенно заоблачные результаты: с 2006 года бизнес вырос в 50 раз, они приобрели более 2,5 тысяч корпоративных клиентов, выполнили 100 000 успешных проектов (сервис позволяет выполнять переводы и локализацию на 80 языках мира и осуществлять комплексную лингвистическую поддержку компаний), а всего ежегодно они переводят около 500 млн слов.

В целом, мы не покупаем много стартапов — не засасываем пылесосом проекты с рынка, нам важно сохранить корпоративную культуру.

Как складывалась судьба основателей купленных проектов — все ли из них продолжали работать в ABBYY?

Всякое было, но как и любого инвестора, прежде всего, при покупке стартапа нас интересует его команда. Что касается ABBYY Language Services, то оба основателя работают в компании и сейчас. Вообще, если говорить о слияниях и поглощениях, то часто мы использовали их для выхода на определенный зарубежный рынок — выбирали местную компанию, знающую все особенности, и инвестировали в нее.

Насколько важно для предпринимателя наличие образования — технического или бизнес-профиля? Влияет ли оно на успех в бизнесе?

Зависимости между наличием или отсутствием диплома о высшем образовании и успехом в бизнесе, как такой нет. Если человек активен, если он видит возможность, то он просто начинает действовать и создает компанию. Бизнес — это способность увидеть возможность и воспользоваться ею. 

Другое дело, что разные области бизнеса предъявляют раные требования к образованию — чтобы сделать Chat Roulette, не нужно заканчивать вуз, но для того, чтобы создать стартап в сфере, скажем, биотехнологий нужно куда больше знаний. В таком случае, отсутствие образования будет усложнять «возможность воспользоваться» — человек может видеть нишу, но ему будет сложнее создать работающий проект.

Других правил здесь нет, если есть идея, команда, желание — нужно заниматься бизнесом. Если же этого нет, нужно обязательно учиться, ведь образование в хорошем университете дает не только знания, но и знакомства — если бы не физтех, я бы не узнал людей, с которыми в дальнейшем мы создали ABBYY. То же самое могут сказать предприниматели, учившиеся в Стэнфорде, Гарварде или MIT.

Являетесь ли вы гаджетоманом? Какими интернет-сервисами пользуетесь чаще других?

Я не фанат гаджетов в широком смысле — нахожусь где-то посередине между любителями и совершенно равнодушными людьми. Помню, очень долго перестраивался с обычных телефонов вроде Nokia или Siemens на смартфоны. Первые iPhone меня совершенно не зацепили — мне дарили, я их передаривал. 

После выхода четвертого iPhone решил попробовать пользоваться им, и тогда осознал, что это не просто телефон, а нечто совершенно новое и что обратно дороги нет (хотя iPhone и по сей день «ловит» хуже моей старой Nokia). Долго не мог переехать на Mac OS, но после перехода также понял, что на другие операционные системы не вернусь.

Одно время я увлекался статистикой по своему здоровью и купил Fitbit и напольные весы с Wi-Fi, которые умели регистрировать все колебания веса и так далее. В конечном же итоге из гаджетов я пользуюсь только смартфоном. 

Про интернет-сервисы: немного пользуюсь диском Google и Viber, много раз в день пользуюсь нашим продуктом Lingvo, захожу в Facebook, находясь в США использую Yelp. Еще слушаю интернет-радиостанцию, название которой забыл — она доступна и в Америке, и в России. Pandora и Spotify мне не подходят, поскольку в нашей стране не работают, а я здесь провожу много времени.

По некоторым оценкам, ваше состояние составляет около $200 млн. Когда вы осознали, что стали богатым человеком? Как изменилась ваша жизнь?

У меня не было какого-то заметного перехода к богатству. Постепенно я осознал, что деньги в этом мире могут помочь что-то изменить. Понять это мне помогло участие в развитии школы (и фонда) Ayb в Армении. Около 80% своих свободных денег я трачу на этот проект. Общий бюджет фонда формируют 30 человек членов клуба Ayb, взявших на себя повышенные обязательства и еще более ста донаторов, сделавших разовые взносы. На строительство школы Ayb (это целый учебный кластер на 7 гектарах) мы потратим $60 млн.

Сейчас идет строительство третьего корпуса школы, закупается новейшее оборудование для обучения. 200 учеников уже учатся, было уже два выпуска, наши ребята поступили в MIT, Stanford, МФТИ, МГУ, в другие прекрасные вузы разных стран, побеждали на международных олимпиадах. Когда я приезжаю туда и стою перед новым корпусом Ayb, смотрю на выбегающих на перемену детей, то понимаю, что никакие «машины и яхты» не доставили бы такого удовольствия ни мне, ни остальным донаторам. Ведь именно эти дети будут менять мир через 10-20 лет.

Традиционный вопрос: на какой машине вы передвигаетесь?

В США у меня BMW третьей серии. В России подержанная «пятерка» BMW.

Спасибо!

Статьи по теме
Олег Мельников, сооснователь Parallels: «Многим стартаперам важнее срубить бабла, а не решить проблему»04 июня 2014, 13:21
Максим Цыпляев (кофаундер Acronis и Parallels): Стартапер должен работать 20 часов в день, а в оставшиеся 4 подрабатывать26 марта 2014, 11:05
Популярные статьи
Показать еще
Комментарии отсортированы
как обычно по времени по популярности

> На строительство школы Ayb (это целый учебный кластер на 7 гектарах) мы потратим $60 млн.

неужели в армении нельзя было офисный центр в аренду взять под школу? Попахивает сколковщиной с ее skolkovo school of management, на которую про*ираются почти все деньги из тех, что выделены..

Насколько я понимаю, там хотят целый кампус сделать с лабораториями, спортзалами и прочими положительными моментами. Офисный центр в таком случае был бы мелковат, да и надо еще учитывать локейшен — в норм для детей месте редко когда встретишь БЦ

Обалденный пример того как нужно относиться к жизни и своему обществу. Заметьте - он не спонсирует футбольный клуб. Просто умница.

Боюсь, что для футбольного клуба состояния в 200 млн. $ будет недостаточно. А вообще не вижу в приведенном вами примере ничего плохого, у того же Галицкого футболом занимается около 5 тысяч ребятишек со всей страны. Спорт - неотъемлемая часть жизни.

0

Приятно читать - никаких тебе кофаундеров и пивотов
(мало англицизмов)

0

Cybiko очень напоминает 3Com Audrey и OLPC — когда разработчики увлеклись урезанием функционала ради дешевизны и не подумали, что следующее поколение технологий задавит и ценой, и функционалом всю нишу, которую они ковыряют. Где-нибудь в Японии в начале-середине 90-х оно, может быть, и взлетело бы, но к нулевым мир уже осваивал дешевеющие телефоны без антенн и универсальным средством общения становилось смс. Как и вместо убогой Audrey юзеры предпочли добавить сотню-другую и купить полноценный ПК или ноутбук (которые тоже дешевели), а вместо попыток впихнуть максимально убогое железо в недонетбук лучше было сразу сосредоточиться на максимально функциональной и универсальной софтверной платформе. Сегодня им стоило бы уже повышать интерактивность такой платформы средствами дополненной реальности и т. п., не дожидаясь, пока они подешевеют, поскольку тогда опять получится, что дешевое железо уже есть, а софта под него для ЦА еще нет.

Армянин у которого самая короткая армянская фамилия :)

Возможность комментирования статьи доступна только в первые две недели после публикации.

Сейчас обсуждают
Вячеслав Осадчий
LessBets

Почему ничего не пишут про Google Music? Настолько плохие показатели? Пользуюсь давно и очень доволен.

FT: Spotify намерена приобрести музыкальный сервис SoundCloud
0
Яков Сомов
Лекториум

Кстати, Спасибо - отличный проект. Просто отличный.

«Подделки принесли нам 1,5 миллиона рублей за два месяца»
0
Gofman Evgeny

ну чо петухи, будите пропускать выборы в следующий раз?

Минфин анонсировал повышение единого налога для малого бизнеса
0
Татьяна Минаева

ушлепки

Минфин анонсировал повышение единого налога для малого бизнеса
0
Olga Luchkiv
vc.ru

спасибо, поправили

«Почему бы не взять правильную?»: Miller обвинила Bud в несерьезности рекламных кампаний
0
Показать еще