Лого vc.ru

«Сперва мы разрабатываем под мобильные платформы, только потом для десктопа»

«Сперва мы разрабатываем под мобильные платформы, только потом для десктопа»

Шотландская тревел-компания Skyscanner, специализирующаяся на поиске авиабилетов, отелей и проката автомобилей, планирует привлечь инвестиции по суммарной оценке, превышающей $1 млрд. В октябре 2015 года компания также объявила об открытии трёх новых офисов и значительно обновила мобильные приложения.

Главный редактор vc.ru побывал в штаб-квартире Skyscanner и взял интервью у её представителей — Дмитрия Хаванского и Илариона Копалейшвили, отвечающих за пиар и маркетинг на российском рынке, а также Карлоса Гонсалеса, занимающего должность руководителя отдела разработки компании.

Поговорили об особенностях продвижения метапоиска в России и мире, эффективности различных каналов, методе организации компании, которая состоит из отдельных «отрядов», а также о будущем поисковых сервисов.

Поделиться

Илларион, каково заниматься маркетингом в России, не находясь там физически?

Илларион: Я не вижу никаких проблем, мы не привязаны к месту. Основные каналы, которые мы используем — это онлайн-каналы, которыми можно управлять, находясь в любой точке планеты. Плюс к этому, я бы не сказал, что мы совсем не находимся в России, так как туда мы ездим часто. Какие-то вещи происходят непосредственно в Москве, либо в каком-то другом российском городе.

Как часто ты ездишь в Москву?

Илларион: В зависимости от загрузки и задач. Раз в квартал примерно.

Дмитрий: Мне кажется, чаще. Раз в месяц-два.

Ты тоже ездишь?

Дмитрий: Да, наверное, даже чаще.

Илларион: Я сейчас много занимаюсь партнерствами. Опять же, Skype позволяет общаться с партнерами, находясь в Великобритании. Ничего сверхъестественного.

Ты не выпадаешь из каких-то трендов, которые в России более заметны?

Илларион: Мне кажется, я скорее не знаю, что происходит на Западе. Есть же огромное количество источников, ваше издание в том числе, которые можно читать и быть в ногу со временем.

Иларион Копалейшвили

Расскажите, как устроены внутренние коммуникации в компании — какая иерархия, кто чем занимается?

Дмитрий: У нас довольно сложная структура. Большинство людей работает на пересечении своих функциональных обязанностей, например пиар-менеджер, или маркетинг-менеджер, и «страновых» обязанностей. Многие из нас работают с тем или иным рынком. Я, например, отвечаю за Россию и Польшу.

Раньше преобладал фокус на функцию, но мы старались активно делиться опытом внутри своего региона, за который мы отвечаем. Сейчас, последний год где-то, у нас структура претерпевает изменения. В частности, маркетинг теперь разбит на так называемые «скводы», каждый из которых отвечает за свои рынки. Если раньше я принадлежал в первую очередь к пиар-команде, то сейчас — к команде России и Польши. И мы развиваем наши рынки. Функциональное разделение отходит на второй план.

Дмитрий Хаванский

Соответственно, по рынкам у нас есть ключевые страны: Россия, Испания, Италия, Великобритания и еще ряд стран. Они объединяются в блок EMEA. Другая группа рынков — Америки, еще одна — Азиатско-Тихоокеанский регион. У нас нет сейчас формальной должности директора по маркетингу. Его функции выполняет один из топ-менеджеров — Марк Логан, операционный директор (COO).

Илларион: Тоже добавлю. Разница между тем, как построены департаменты. Как было в России: есть департамент маркетинга, есть департамент коммерции, есть департамент аналитики, все работают, у всех есть задачи, но все достаточно разрозненно.

Сейчас же, как Дима сказал, есть команда, которая занимается Россией и Польшей, и в ней есть специалисты в области маркетинга. Также есть люди, которые занимаются коммерческим сотрудничеством, и люди, которые занимаются рекламой на сайте, есть аналитики. То есть мы все сейчас в единой команде, и у нас есть задачи по российскому и польскому рынкам, которые мы достигаем.

Соответственно, это дает нам более цельное понимание того, что происходит, и мы все работаем на одну задачу рынка, канала, департамента.

Дмитрий: Здесь мы говорим не только о духе стартапа, но и о принципах работы. Потому что каждый «сквод» как раз задумывался как стартап своего рода, где мы можем достаточно автономно многие вопросы решать, потому что у нас есть специалисты разных областей. В данном случае, преимущественно в сфере маркетинга.

Офис в России не планируете открывать?

Илларион: В данный таких планов нет. Пока мы такой необходимости не видим. Достаточно эффективно работаем, находясь в центральном офисе.

Дмитрий: Мы гораздо больше выигрываем от нахождения здесь за счет того, что мы делимся опытом друг с другом в такой интернациональной команде, чем мы бы выигрывали там, находясь чуть ближе к рынку.

Кто основные конкуренты у вас в России?

Дмитрий: Мы не зацикливаемся на наших конкурентах. Я бы сказал даже, что мы не ведем их учет. Мы рассматриваем в качестве потенциальных конкурентов любые компании тревел-сегмента, потому что если раньше мы ассоциировались исключительно с поиском авиабилетов, то сейчас мы все больше выходим именно в тревел-категорию. Поэтому в этом плане мы очень хорошо понимаем конкуренцию. В то же время не выделяем кого-то конкретно, предпочитая сосредотачиваться на развитии собственных предложений и услуг.

Илларион: У нас есть так называемая ДНК компании. Есть определенные ценности, которые мы разделяем в команде. И одна из них звучит по-английски как "Day time is precious". Мы должны выполнить огромное количество задач в достаточно лимитированное количество времени. Безусловно, мы следим за тем, что происходит на рынке. Но концентрироваться на том, что делают другие, не является приоритетом для нас. Мы больше ориентируемся на то, каким образом мы можем работать с нашим продуктом, узнавать лучше нашу аудиторию, предоставлять тот сервис, который они ищут.

Дмитрий: Те, кто фокусируется на конкурентах, больше склонны повторять чьи-то решения. Мы ищем что-то новое.

То есть вы никогда не повторяете решения конкурентов и других компаний?

Дмитрий: Наверняка, есть что-то, что повторяется в любых компаниях на рынке. Но это не наша цель. Мы, в первую очередь, смотрим, что нужно нашим клиентам. Потом все остальное. Например, мы в конце прошлого года запустили визовый проект.

Что это такое?

Дмитрий: Отдельная страница, где можно найти всю информацию по визам именно для россиян. Есть все страны, сгруппированные по разным критериям. Визовый режим, безвизовый, без загранпаспорта, электронные визы и так далее. То есть удобная группировка.

И если виза нужна, то мы пишем, какие правила получения, что для этого нужно и так далее. Конечно, финальная ссылка всегда на посольство, чтобы человек перепроверил. Но, в принципе, мы собираем в одном месте всю информацию по такому актуальному вопросу для многих россиян.

Ты говоришь, что вы отталкиваетесь от потребностей клиентов. Как вы осознаете эти потребности? Откуда они берутся?

Дмитрий: Есть множество каналов. Те же социальные медиа и клиентская поддержка.

Илларион: Мы задаем вопросы нашей аудитории, получаем достаточно развернутые ответы. «Что было бы хорошо улучшить? Какие есть проблемы?». И вот как раз одна из таких «болевых точек», как мы их называем — это визовый вопрос для россиян. Так как, в принципе, виза является одним из основных этапов при принятии решения по поводу поездки.

Дмитрий: Мы так и спросили людей, когда готовились к запуску проекта, куда они в следующий раз поедут. И 34% сказали, что следующая поездка будет в безвизовую страну.

Илларион: Еще мы спросили, что является основополагающим фактором или какие факторы вы принимаете во внимание при решении, куда поехать. Визовый фактор снова оказался одним из основных. При этом люди обычно не знают, в какой стране какой визовый режим. Мы решили, что для наших пользователей это очень актуально.

Два вопроса отсюда. Как туда привлекается трафик и как это помогает привлекать трафик на страницу с самим метапоиском?

Илларион: В первую очередь, проект доступен с главной страницы нашего сайта через новостной блок.

Дмитрий: Сама страница под нашим же доменом, то есть это не отдельный проект.

Илларион: Также размещаем информацию в социальных сетях, где сосредоточена обширная и живая публика, которая очень активно реагирует на такую информацию.

То есть в изучении потребностей клиентов не используется bigdata, информация, которая собирается самим поисковиком?

Илларион: У нас есть Google Analytics. Когда мы запускаем проект такого рода и привлекаем к нему внимание, мы пытаемся изучить, что происходит с аудиторией. Мы смотрим на пользователей, которые пришли, возвращающихся пользователей. У нас есть огромное количество вариантов сегментации. Мы изучаем, каким образом пользователи используют этот инструмент. Например, мы отслеживали, какие страны наиболее популярны среди наших пользователей. Основные — страны шенгенской зоны и США. Зависит от сезонности.

Как мы все знаем, в этом году произошел некий перекос и достаточно сильно вырос спрос на наши внутренние российские направления. Но, тем не менее, пользователи нашего сайта очень живо интересуются заграницей. Это и западная Европа, и восточная Европа.

Дмитрий: В этом году вырос резко интерес к восточноевропейским направлениям: Черногория, Болгария, Турция. Последняя, конечно, не открытие для россиян. Но среди самостоятельных путешественников, так же, как и Египет, они не были очень популярны. А сейчас очень быстро растут.

Илларион: Среди самостоятельных путешественников выросла даже Анталия, что для меня было интересным открытием. Я все-таки представлял, что Стамбул традиционен для самостоятельных путешественников.

Дмитрий: Это во многом связано с падением доверия к традиционным туроператорам. Если сейчас послушать новости с рынка, то очень многие говорят о его падении. Мы же, по официальной статистике по итогам прошлого года (мы только раз в год подводим такую статистику) выросли в количестве пользователей на 52% в России по сравнению с тринадцатым годом.

И сейчас, чтобы проверить, как меняется тренд, посмотрели на промежуточные показатели. Количество переходов к нашим партнерам за это лето по сравнению с прошлым летом тоже примерно плюс 50%. То есть самостоятельные путешествия падать не будут. Они, скорее, даже будут расти за счет сокращения других видов туризма.

Илларион: Наверное, мы приобретаем за счет падения рынка туроператоров. Да, кто-то меняет решение, перестает путешествовать. Но огромное количество людей переходит на самостоятельные путешествия. Мы — один из основных сайтов, которые они посещают.

Понял. А как вы работаете с социальными медиа?

Илларион: У нас есть глобальная команда, которая этим занимается, хотя для России у нас есть отдельный человек, который ведет Facebook и «ВКонтакте». Также мы выходим на другие платформы.

Дмитрий: Twitter, Instagram.

Илларион: Да. Основной упор сейчас делаем на Facebook в силу того, что там есть огромное количество вариантов для тестирования. В Facebook продвинутые инструменты таргетирования, ретаргетирования и так далее.

Дмитрий: SMM для нас служит двум основным целям. Одна — вдохновение людей на поездки, вторая — передача им полезной информации. А главный принцип — это не спамить.

Илларион: Могу немножко похвастаться. В прошлом году, мы неоднократно становились самым популярным брендом месяца на Facebook.

В смысле всех брендов?

Илларион: Всех российских брендов.

Круто. А откуда статистика?

Дмитрий: Social Bakers. У нас и отдельные публикации неоднократно признавались самыми популярными, и в целом страница в течение месяца.

Это не работает напрямую на продажи? Или вы это не отслеживаете?

Илларион: У нас для разных каналов разные задачи. Как Дима уже отметил, в принципе, социальные медиа — это канал, который направлен на некий интерактив с пользователем. Безусловно, мы отслеживаем пользователей, которые приходят к нам из социальных сетей. Смотрим, конвертируются или нет, покупают или нет. Но это не основной показатель для этого канала.

Дмитрий: Лучше всего работает самая простая тактика — быть полезным клиенту и читателю. То же самое со СМИ. Пока ты даешь людям то, чего они хотят, это будет эффективным.

Если перейти к маркетинговым каналам, то что пользуется наибольшим успехом, а что, наоборот, нет?

Илларион: Как мы уже сказали в самом начале, мы очень много всего тестируем. Смотрим, замеряем, меняем. Но, так как поисковая система является точкой входа для большинства пользователей в интернет, то, я думаю, не будет великим открытием, что как платный, так и органический трафик приносит огромное количество пользователей.

Также мы занимаемся ретаргетингом, то есть когда пользователь заходит к нам на сайт, а затем в зависимости от тех действий, которые он произвел, мы пытаемся его догнать. Наша политика — не спамить наших пользователей. Поэтому мы изучаем пользователей до такой степени, чтобы однозначно быть уверенными, что сообщение, с которым мы его догоняем, было ему полезно либо выгодно в какой-то степени.

Дмитрий: Да, такой метод, как бомбить людей телерекламой или через какие-то совершенно нерелевантные сообщения и так далее, лишь бы твой бренд был на слуху — это не наш метод. Мы исповедуем другой подход.

Илларион: Мы делаем огромное количество работы по оптимизации сайта и видим рост в прямом трафике, который замеряем через Google Analytics. Люди часто приходят к нам напрямую. Либо они вводят адрес в браузер, либо у них есть закладка на наш сайт. По этому показателю мы тоже растем стабильно. Мы не громко кричим про себя, но качественно делаем работу и видим результат.

Что ещё, кроме соцсетей?

Илларион: Наша рассылка работает замечательно.

Дмитрий: Главное наше достоинство в огромном количестве подписчиков, которые набраны органически. Это никогда не было предустановленной галочкой, как это делают некоторые другие бренды.

Огромное — это сколько?

Дмитрий: Сейчас, наверное, около 200 тысяч. Это никогда не набиралось скрытыми способами, только органически. Отсюда и высокие показатели конверсии.

Как это достигается, за счет чего? Что входит в рассылку?

Дмитрий: В рассылку входят актуальные статьи, информация о скидках от авиакомпаний. Это отдельный раздел, который мы давно развиваем. Также поняли, в чем разница между огромным количеством сообщений про скидки и тем, что делаем мы. У нас есть человек, который проверяет все скидки и предложения до того, как он опубликует их на нашем сайте. Это очень важно, потому что многие компании используют скидки и акции только для красного словца.

Но у нас огромное количество исторической информации, мы, прежде чем опубликовать скидку от авиакомпании, проверяем, действительно ли это хорошее предложение. Этот раздел пользуется популярностью.

Также мы продвигаем смежные продукты, такие как отели, прокат автомобилей. Интерес к прокату автомобилей растет достаточно серьезно среди россиян.

Получается, что лучше всего работает халява?

Дмитрий: Я не называл бы это халявой, но люди хотят путешествовать. И если у них будет возможность купить билет или забронировать отель по более выгодной цене, то почему бы этим не воспользоваться? Мне кажется, это достаточно нормально для любого человека.

А SEO как работает?

Илларион: Для России это немножко сложнее, чем для всего мира, потому что у нас есть не только Google, но и «Яндекс». У нас есть отдельный «сквод», который занимается оптимизацией сайта под поисковые системы и проводит успешную работу. Важно, чтобы путешественники, задумавшись о поездке, могли без проблем к нам зайти не только напрямую, но и через любую из крупнейших поисковых систем.

Какие методы маркетинга вы пробовали, которые точно не зашли?

Илларион: Я сейчас занимаюсь различными видами партнерств. Есть некие партнерства и механики, которые являются более эффективными и менее эффективными. Я не могу сказать, от каких механик я в данный момент готов оказаться. Я продолжаю экспериментировать и находить лучшие для себя.

Медийной рекламой занимаетесь?

Илларион: Да, но это не основная часть.

Приведите пример неэффективного в вашем случае метода привлечения пользователей.

Дмитрий: Абсолютное большинство видов различного медиабаинга: ТВ, наружка, широкие баннерные рекламы и так далее — это все не наше. Мы за более умные подходы. Чем точнее ты угадываешь то, что желает человек, и взаимодействуешь с ним на этом уровне, когда он уже заинтересован в путешествиях, и ты ему предлагаешь купить недорогой билет, тем это лучше сработает, чем монотонно давить на узнавание бренда.

Илларион: Могу добавить, что для нас очень важна измеряемость эффективности. Все, что мы делаем, должно измеряться онлайн-метриками, потому что это ближе к нам.

Все, что мы обсуждали, измеримо. Кроме процента прямых заходов, потому что ты не можешь сказать наверняка, чем это вызвано.

Дмитрий: Да. Есть некое понятие атрибуции. Например, когда появляется репортаж с нами на большом новостном ТВ-канале, мы можем увидеть повышенный прямой трафик и с высокой уверенностью атрибутировать его к нашим действиям, если нет других объективных факторов.

Рынок продажи авиабилетов очень агрессивен в России. Есть не такое большое количество компаний, которые очень жестко борются за свой кусок. Ощущается ли это в вашем случае, или вы как бы над схваткой находитесь?

Илларион: Второй вариант, который ты упомянул, нам ближе. Потому что, с одной стороны, мы работаем с огромным количеством поставщиков услуг в России и за рубежом. Но при этом мы как-то обособленно существуем, потому что мы, как Дима уже сказал, концентрируемся на том, чтобы дать пользователю варианты и выбор. Соответственно, дальше нам нужно быть уверенным в том, что та цена, которую мы показываем пользователям, воплощалась в реальность.

Дмитрий: Для нас главное — это, наверное, прозрачность, понятность, честность цен для потребителя. Хотя человек покупает в итоге билет от какого-то агентства. Но если он видит какую-то нечестную работу, несоответствующую цену, навязанные услуги и так далее, человек всегда имеет над поддержкой этого клиента более высокий уровень — нашу клиентскую поддержку.

И когда мы видим неоднократное нарушение правил работы с клиентами со стороны поставщиков услуг, то мы действуем вплоть до отключения провайдера услуги. И это действенная мера. Поскольку Skyscanner — это сайт с огромным трафиком, все компании предпочитают скорее подчиниться нашим правилам, нежели продолжать такую сомнительную политику. В конечном итоге это выгодно для всех и повышает стандарты индустрии.

Из российских поставщиков кто лидирует у вас?

Дмитрий: Даже если бы хотел, то не назвал бы. Микс онлайн агентств и авиакомпаний. Но особенно хотелось бы подчеркнуть, что у нас напрямую представлены все крупнейшие авиакомпании, включая ведущих российских перевозчиков. Это важно, учитывая, что многие россияне до сих предпочитают для конечной покупки переходить на сайт авиакомпаний.

Илларион: Мы показываем поставщика, который дает самую низкую цену. Зависит от направления, от интереса к направлению. Это динамически изменяющийся показатель. и достаточно сложно выделить какого-то одного игрока.

В России из крупных метапоисков есть Aviasales и… всё. Правильно?

Дмитрий: В принципе не так много игроков на рынке. Но мы знаем, что мы — один из крупнейших. Какую-то статистику подводить очень тяжело, поскольку нет какой-то достоверной цифры.

Это не тираж печатного журнала, где известен показатель. Пошел в другое издательство, узнал ее и точно сравнил. Опять же, все меняется, и смотря какими источниками пользоваться. Мы не ограничиваемся категорией метапоиска. Более того, многие люди до сих пор не знают, что такое метапоиск. Поэтому мы в целом играем на поле путешествий.

Илларион: Добавлю. У нас есть несколько задач. В первую очередь — объяснить людям, что такое метапоиск и в чем преимущество в использовании нашего сайта. Второй момент — у нас есть огромное количество пользователей, которые до сих пор покупают путешествия турами.

Если мы говорим про две столицы — Москву и Петербург — то люди понимают, что такое самостоятельное путешествие. Понимают выгоду для себя. Еще у нас есть регионы, где предстоит еще много работы для того, чтобы людям объяснить преимущества пользования метапоиском, преимущества самостоятельных путешествий.

Дмитрий: Причем в разных категориях. Не только в полетах, но и в отелях, и в аренде автомобилей. К полетам люди привыкают, особенно в крупных городах, а вот про отели и аренду автомобилей пока еще далеко не все осознают, что на метапоисковом сайте точно так же можно удобно сравнивать среди прямых вендоров и агентств.

Илларион: Я по себе заметил, что когда произошло огромное количество банкротств среди пакетников, то журналисты многих изданий сами подхватили тему самостоятельных путешествий. И главный акцент, который они делали в своих статьях, был на то, что пользователь больше защищен, если что-то пойдет не так.

Потому что он, по сути, заключает договор с авиакомпанией, с сетью отелей либо с прокатчиком отдельно. Если вдруг что-то происходит непредсказуемое, то он не складывает все яйца в одну корзину. И он знает все о той услуге, которую покупает. Акцент был на безопасности.

Какое общее место занимает Россия в структуре продаж Skyscanner?

Дмитрий: Всегда были в тройке лидеров, сколько я себя помню.

Сейчас кризис в России. На вас это как-то отражается или нет? Ожидаете рост продаж в будущем или, наоборот, в связи с кризисом будете прижиматься?

Илларион: Несмотря на то, что рынок падает, мы в этом году растем сопоставимыми темпами, как мы росли в прошлом году. Подведем результат к концу года. Количество пользователей растет, и конверсия, в зависимости от месяца, либо растет, либо остается на том же уровне.

Соответственно, это влияет напрямую на прибыль, которую мы получаем. Достаточно успешно работаем и уверенно себя чувствуем. С оптимизмом смотрим в будущее — тренд самостоятельных путешествий продолжает укрепляться.

Какие-то есть особенности у российской версии в отличие от международных других?

Илларион: С технической точки зрения — почти нет. По сути, у нас структура единая для всех рынков, кроме китайского. Там пришлось сайт полностью перестроить.

Дмитрий: Российский сайт — это российский новостной контент, информация о локальных скидках, рассылка с интересными статьями о путешествиях, соцсети, российские авиакомпании и агентства, которые поддерживают российских путешественников на русском же языке и выставляют счета в рублях.

Илларион: Плюс какие-то дополнительные проекты, например визовый проект, про который мы рассказали. Это, на данный момент, сделано только для российского рынка, потому что нет надобности на других.

А как вы со СМИ работаете в России? Кажется, все поводы, которые вы предлагаете СМИ, связаны с какой-то статистикой, которую вы даете.

Дмитрий: Наверное, главный аспект — это, опять же, customer centric approach. Мы стараемся быть полезными людям, подсказывать им, как сэкономить, как решить тот или иной вопрос. Среди наших историй, которые приходят в голову — это наличие Wi-Fi в аэропортах Европы, правила перевозки багажа, требования к ручной клади, как добираться до аэропортов и так далее. То есть все время создаем какую-то полезную информацию. Наверное, это ключ к нашим коммуникациям.

Илларион: Я хотел добавить еще. Есть у нас огромный пласт статистических данных. В России цифры и факты всегда интересны. Очень много интересной информации. Например, недавно я участвовал в проекте. Мы сравнивали duty free различных стран.

Так как мы часто летаем в Россию, моей задачей было пройтись по московскому duty free и записать ценники на различные виды продуктов. То же самое сделали наши коллеги из других стран. Оказалось, что московский duty free — один из самых дешевых в Европе. Было удивительно для нас всех. Я, по крайней мере, думал, что московский duty free дороже.

Дмитрий: По-моему, еще одним из самых дешевых был в Германии и Испании.

Илларион: Да, по каким-то продуктам была Германия. Но Россия оказалась в топе самых доступных duty free Европы. Тоже интересный факт, который был подхвачен.

Дмитрий: И у нас многие коммуникационные кампании рассчитаны сразу на несколько каналов . Мы это освещаем и на сайте, и рассказываем об этом в СМИ, и делимся с подписчиками в социальных медиа.

И во всех остальных странах такой же процесс?

Дмитрий: Нет, везде разная система. Опять же, рынки бывают разного уровня развитости. На каких-то рынках есть специалисты по всему, чему угодно, на других — только основные специалисты. В общем, у всех разные модели. Мы отталкиваемся от конкретного рынка, потребностей на нем.

Это часть нашей общей стратегии на локализацию всего. Рынок — это не только перевести сайт, а именно глубоко локализировать всю работу под каждую страну. Иначе большой международный бизнес не построить.

У вас есть несколько приложений. Одно для билетов, для отелей, для автомобилей. Как-то их раздельно продвигаете?

Илларион: У нас есть отдельные страницы, посвященные приложениям. Когда у нас происходит запуск, наша главная страница — ключ коммуникации любого нового продукта.

Дмитрий: А когда мы уже запустили новое приложение, дальше уже качество продукта говорит само за себя. Когда большое количество людей начинают его скачивать и ставят хорошие оценки, приложение высоко держится в топах, что помогает еще большему количеству людей его увидеть и использовать.

То есть вы не используете какой-нибудь мотивированный трафик или контекст, или рекламу вFacebook?

Илларион: На текущий момент не использовали. Мы любим жить по правилам, использовать каналы, способы и механики честно. И в курсе различных ограничений, которые накладывает Google и Apple. Поэтому используем органический трафик. Люди скачивают приложение, потому что они действительно хотят его скачать, а не для статистики. Для нас это приоритет.

Еще интересный вопрос. Может ли отразиться на российском метапоиске ситуация с «Трансаэро»? Как-то изменятся расклады?

Илларион: Я не вижу сильных изменений для нас, потому что мы как показывали самую низкую цену нашим пользователям, так и будем показывать. Будет ли это «Трансаэро», «Аэрофлот», Lufthansa или другой поставщик услуг.

Дмитрий: Мы в прошлом году проводили интересное исследование. Сравнивали средние цены на множестве маршрутов и вывели зависимость, что чем больше перевозчиков на определенном маршруте, тем ниже цена за километр на этом маршруте.

Самый сильный прыжок между одним и двумя перевозчиками на маршруте. Когда один, он оказывается в монопольной ситуации, там наиболее высокий рост. Я сейчас на память не вспомню проценты. Но это очень четкая картина. Так что монополизация сама по себе всегда ведет к удорожанию в той или иной степени. Хотя, конечно, хочется надеяться, что рынок сам хорошо отрегулируется.

Если перейти к отелям и автомобилям. Про билеты вы говорите, что занимаете лидирующие позиции на рынке. А в случае с отелями?

Дмитрий: Наверное, здесь мы еще даже не определялись.

Кто вообще есть на рынке кроме вас?

Дмитрий: Сейчас довольно много отельных проектов. Мы работаем над своим, метапоисковым. В прошлом наш поиск по отелям был организован с помощью партнерской компании.

Какой?

Дмитрий: Hotels Combined. И с тех пор, как мы поглотили компанию Fogg и интегрировали ее команду разработчиков, мы начали активно работать над вертикалью отелей. Следуя принципу mobile first, мы начали в первую очередь с приложения, которое выпустили прошлой осенью. Оно довольно не похоже на наш сайт, но очень продуманное. Там есть много приятных фишек — рейтинги, фотографии, поиск по карте. Это очень полезный агрегатор.

Опять же, можно сравнить всех игроков рынка и найти более выгодное предложение. Кроме того, есть агрегированные оценки от пользователей и агрегированные комментарии, что очень полезно. Когда человек смотрит на список, он видит не только рейтинг в баллах, но и выдержки из комментариев, которые позволяют за секунды понять усредненное мнение людей об отеле по ряду параметров: расположение, еда, интернет, сервис, еще что-то. То есть человек видит сразу агрегированное впечатление огромного количества людей.

Еще в приложении отлично работает карта. Там можно легко понять, где что находится относительно достопримечательностей и центра города.

Вы прогнозируете рост этого сервиса в России?

Дмитрий: Я думаю, что в начале года, когда мы обычно подводим все финансовые результаты, мы огласим результаты и по этой вертикали.

А в случае с автомобилями?

Дмитрий: Точно так же наблюдаем очень заметный рост. Реализовали ряд b2b-проектов, наблюдаем непрерывный рост количества пользователей на сайте и установок приложения. Кстати, интересный момент — многие наши сограждане уже привыкли арендовать машины где-то за рубежом. Но мы видим, что сейчас, с ростом популярности внутренних направлений, аренда автомобилей растет и на внутренних направлениях. Многие ищут автомобили на черноморском побережье, в Сочи и Симферополе.

Skyscanner достаточно сильно с билетами ассоциируется. Не мешает ли это развитию отелей и автомобилей?

Илларион: Мне кажется, что это может только помогать, так как пользователь заходит к нам на сайт в поиске авиабилета и в это же время видит дополнительные закладки, которые можно видеть на нашей главной странице — отели и автомобили.

Так как он уже доверяет нам как метапоиску по авиабилетам, ничего не останавливает его воспользоваться другими нашими сервисами. Это обеспечивает здоровый органический рост по другим вертикалям. Вертикалями мы называем авиабилеты, отели, аренду автомобилей.

Дмитрий: И что здесь немаловажно — это то, что, как правило, авиабилет — это первое, что человек покупает, планируя свой отпуск. То есть он сначала придет к нам, потом уже куда-то еще.

Илларион: И если мы вернемся к тому, из чего формируется пакет, то есть это как правило авиабилет, отель, трансфер. Мы предлагаем ровно то же самое, только с большим выбором и по более низким ценам. По сути, нужно просто поменять привычку, каким образом ты планируешь путешествие.

Дима за кадром рассказывал про проекты, которые делаются совместно с Yahoo и Microsoft. Есть ли что-то такое в России? Может быть, тоже планируете что-то с какими-то крупными компаниями?

Дмитрий: Пока что нам сообщить здесь не о чем. Мы, в принципе, стараемся сообщать о том, что уже реализовано. Работа ведется на многих направлениях, включая новые перспективные платформы и технологии. Например, не так давно появилась отельная функция для Apple Watch.

Какая?

Дмитрий: Когда человек воспользовался нашим отельным сервисом и занес свой отель в избранное, по прилету, например, в Барселону, часы показывают направление, дистанцию и время до этого отеля. Так что если вечерком вышел из отеля в шортах с парой купюр и с часами, то есть шанс вернуться назад и не заблудиться.

Отлично, ребята, спасибо. Карлос, давайте перейдём к вам. Расскажите мне о своем предыдущем стартапе, Fogg. Что это был за проект? Почему вы им занимались?

Прежде всего мы хотели, чтобы наш проект Fogg был связан с туризмом и работал на основе семантического поиска. Наша идея заключалась в том, что если вы захотели путешествовать, то вам нужно было просто поставить системе вопрос на естественном языке, скажем «Хочу поехать в любую столицу Европы, за несколько сотен евро, в четырехзвездный отель».

Мы много работали над тем, чтобы это произошло, мы углублялись в семантический поиск, пытались трансформировать запросы на естественном языке в форму, которая была бы понятна машинам и благодаря которой они могли бы выполнить запрос пользователя.

Основатель Skyscanner Гарет Уильямс и Карлос Гонсалеc

Мы работали с людьми в лучших университетах, например с Оксфордским университетом, над вопросом создания языковых шаблонов, кроме того, мы связывались с отелями и работали с их продуктом с точки зрения семантического поиска. Это было ключевым моментом в нашей работе.

И как оказалось, в этом наша работа совпала с тем, что делали в Skyscanner, потому что Skyscanner всегда проявлял интерес к голосовому и семантическому поиску. Этим мы как раз и занимались, кроме того, мы хотели интегрировать подобные разработки в мобильные приложения.

И сейчас в работе с отелями в Skyscanner применяется технология, разработанная нами в Fogg, а то, что мы создали в своем стартапе, нашло практическое применение в работе Skyscanner.

А когда между вами была заключена сделка?

В сентябре 2015 было два года с тех пор, как мы заключили сделку о приобретении.

Как они вас нашли? Они намеренно искали какой-то стартап, или просто обратили на вас внимание?

В какой-то момент мы познакомились с Гаретом Уильямсом, сооснователем Skyscanner. Как раз примерно в это время мы в Fogg обсуждали, по какому пути пойти — мы могли найти дополнительное финансирование или присоединиться к более крупной компании.

Skyscanner участвовал в наших обсуждениях, на их стороне был опыт. И мы решили, что самое лучшее для нас будет присоединиться к Skyscanner.

Мы были очень рады тому, как повернулся разговор. Нам нравилась идея, что мы, как команда в компании, сможем повлиять на работу Skyscanner.

Почему вы не захотели создать собственную сильную компанию?

Когда оказываешься перед решениями такого рода: найти финансирование или присоединиться к более крупному продукту, то лично я стараюсь оценивать свое решение с точки зрения результата.

Я в таких случаях думаю: «Ладно, в каком случае наша работа окажет большее воздействие на рынок?» И мы решили, что Skyscanner это фантастическая возможность для нас в плане того, каких высот мы сможем достичь в будущем.

Мы, прежде всего, разработчики продукта, я имею ввиду основателей Fogg. Мы всегда хотели создавать продукт, который будет полезен пользователям, и мы чувствовали, что наш продукт будет быстрее и лучше развиваться в условиях Skyscanner.

Это была первая созданная вами компания?

Это была первая компания, в которой я был основателем и СЕО, компания, которую я создал с нуля, но раньше я работал в другой компании. Та компания работала в области защиты информации. Также я был сооснователем в ещё одной компании, работавшей так же над электронной безопасностью. Я работал в руководящем составе, который впоследствии заключил сделку о продаже компании с HP. В общем, я участвовал в нескольких стартапах.

Почему вы вообще решили работать в сфере туризма?

Мы с самого начала хотели заниматься семантическим поиском. И мы хотели найти то, что по нашему мнению будет правильным и наиболее интересным случаем применения семантического поиска. Нам нужна была сфера, которая была бы достаточно сложной, чтобы поддерживать огромное количество различных запросов. Мы искали самые крупные рынки. Рассматривали продукт с точки зрения маркетинга. Вот эти два параметра мы и оценивали.

Сейчас вы переехали из Барселоны в Эдинбург. Вам нравится здесь? Или это было сложно для вас?

Мне нравится. Нравится историческая часть города. Она помнит многие исторические события. И она достаточно небольшая, здесь можно прогуливаться. И с другой стороны город достаточно большой, чтобы здесь можно было найти что посмотреть и что поделать. Так что мне кажется, что здесь хватает всего.

Но здесь довольно холодно...

Да, это так. Я ведь из Барселоны. Так что да, это довольно сложно. Но мне кажется, что здесь не плохо. Мне говорили: «Эй, будет не очень весело приехать сюда из Барселоны». Но я получил больше чем ожидал в этом плане, так что..

А ваша команда из Fogg переехала сюда с вами?

Нет, нет. Команда Fogg все еще в офисе в Барселоне. Он значительно вырос теперь, после покупки.

Хорошо, а какие у вас сейчас обязанности в Skyscanner?

Я руковожу отделом, который разрабатывает продукты компании.

Это касается поиска авиабилетов, отеля или аренды автомобилей?

Это касается глобально всех продуктов — билетов, отелей, аренды автомобилей. И не только продуктов, предназначенных для потребителя, но и корпоративных проектов.

Сколько человек в вашей команде?

Сейчас у нас около 25 человек.

Как можно описать процесс разработки в Skyscanner в настоящий момент?

Прежде чем я начну рассказывать про сам процесс разработки, мне хотелось бы рассказать, как наша компания организована, рассказать о том, чем мы отличаемся от других компаний. Итак, у нас есть большой отдел по разработке продукта, большой дизайнерский отдел, и у нас есть «скводы», модель которых мы частично позаимствовали у Spotify.

Как правило, «скводы» представляют собой многофункциональные команды, работающие только над отдельной частью продукта.

Например, над нашим приложением по подбору перелетов для iOS. А есть домашняя страница на сайте Skyscanner, и у нас есть отдельная команда, которая работает только над этим. И каждый «сквод» в общем функционируют как стартап, он укомплектован всеми сотрудниками, которые ему нужны, для того, чтобы нормально делать свою работу.

У технического «сквода» есть менеджер продукта, инженеры, тестеры, дизайнеры. Они контролируют свои релизы, свою базу исходных кодов, они могут выпустить продукт независимо от других, у них есть все, что нужно, фактически они независимы. Таким образом, они напоминают мини-стартап.

В прошлом у нас был общий отдел разработки и общий отдел дизайна, и взаимодействие между ними было слишком долгим. Сейчас зависимость отделов друг от друга уменьшается, а это в свою очередь увеличивает скорость разработки.

С тех пор, как мы реорганизовались вот в такие маленькие группы, они работают используя различные технологии. Некоторые из них используют комбинированные инструменты, иногда они используют SCRUM или что-то еще.

Как лично вы задействованы в процессе? Можно ли ваше участие назвать скорее стратегическим, или операционным?

Я участвую и в том, и в другом. То есть, если подытожить, в мои обязанности входит формирование стратегии развития продукта и стратегии развития компании, а кроме того функционирование команды разработчиков продукта, оценка ее работы, и организация эффективного рабочего процесса для лучшего функционирования команды. Наверное, это основные обязанности.

Откуда вы берете идеи для улучшения продукта?

У нас очень много различных источников. Прежде всего мы получаем идеи от наших пользователей. Мы также получаем идеи от наших партнеров. Так, например, у нас более 1200 партнеров, которые интегрируют свои продукты с Skyscanner — авиационные альянсы, отельные группы, аэропорты — и все эти партнеры постоянно присылают новые идеи, и мы думаем: «Да, нам действительно стоит улучшить наш продукт в этом аспекте».

Мы вместе с нашими партнерами и пользователями проводим исследования пользовательской аудитории, так мы находим множество идей, которые, возможно, не всегда озвучиваются пользователями в обратной связи.

У нас разработан процесс, с помощью которого мы получаем обратную связь и напрямую от наших пользователей, категоризируем ее, анализируем и затем решаем, как внедрить полученную обратную связь в процесс разработки продукта. Команда по разработке продукта тоже уже давно вовлечена в этот процесс.

Путешественники при пользовании сайтом Skyscanner могут оставить обратную связь, например на нашем веб-сайте есть строчка, гласящая: «Хотите оставить обратную связь? Вы можете сделать это очень легко».

Так что прямая обратная связь и исследование пользовательской аудитории это два важнейших источника идей. Кроме того, внутри нашей компании налажен процесс сотрудничества в отношении обратной связи. У нас много команд и они очень различные, поэтому и внутри компании у нас постоянно возникают новые идеи о том, как продукт должен развиваться дальше.

Скажем, самое важное, что есть в нашей внутренней сети, это кнопка «обратная связь по продукту». Можно нажать кнопку «обратная связь по продукту» и в один клик отправить свои мысли.

Кроме того, команда разработчиков сама пытается найти проблемные места в продукте, анализирует, в какой части продукта пользователь застревает и почему. Так что у нас огромное количество ресурсов, которые помогают нам отслеживать состояние продукта с точки зрения его качества.

Что вы делаете, чтобы улучшить конверсию главной страницы Skyscanner?

Здесь есть два важных пункта. Важно разобраться, в чем проблема, для этого мы проводим эксперименты, тестируем главные элементы страницы. Сначала мы выводим гипотезу о том, как мы можем улучшить KPI, а потом ищем подходящий инструментарий для этого.

Как правило, мы действуем с помощью нашего внутреннего инструмента, который позволяет нам быстро проводить эксперименты и выяснять всю необходимую информацию как можно быстрее. А затем мы генерируем идеи, и на их основе создаем гипотезы для проведения экспериментов.

Мы получаем большое количество идей из источников, о которых я уже рассказывал. Исследование пользовательской аудитории, возможных узких мест, для того, чтобы понять, что подействует лучше всего. Но главный способ справиться с проблемами это эксперименты или тестирование. У нас есть собственная платформа для тестирования.

У вас есть собственная внутренняя платформа?

Да.

То есть вы вообще не пользуетесь внешними платформами?

Нет.

Здорово.

Для таких компаний, как мы, существуют определенные ограничения в использовании внешних инструментов. Один из них — это размах экспериментов. Обычно мы проводим очень много экспериментов параллельно. Мы стараемся сделать так, чтобы эксперименты не пересекались друг с другом.

Поэтому у нас есть собственный инструмент для проведения экспериментов, который был создан под специальные внутренние нужды Skyscanner.

И он показал себя очень хорошо, так что нас все устраивает, цифры постоянно растут, мы проводим все больше тестов, с тех пор, как в октябре прошлого года перешли на эту внутреннюю платформу, в сравнении с тем, сколько тестов мы проводили, когда не использовали внутреннюю платформу.

У вас большой опыт в работе с поиском отелей. А каковы основные проблемы в работе над поиском перелетов и арендой автомобиля?

Если честно, я не думаю, что есть большая разница. В целом, большую часть своего опыта, полученного в работе с отелями, я могу применить к остальным областям.

Понятно, что иногда вам не будет хватать информации, если нужно решить некоторые проблемы с поиском перелетов или арендой автомобиля. Но на самом деле, многое из того, чему мы научились при работе с отелями, можно очень легко применить к поиску перелетов и аренде автомобиля.

Конечно, в каждом случае есть свои специфические элементы, но у этих областей определенно есть очень много общего. Например то, как следует продавать что-то в интернете, как выходить на рынок. Эти знания легко переносятся в различные области. Конечно, будет то, что нельзя применить к другой области, но вы найдете множество того, что применить можно. Так что я могу сказать, что то, что я пришел из области отельного бизнеса это вовсе не плохо, в этом есть и плюсы. Этот опыт можно использовать и для продажи авиабилетов.

Я бы еще хотел обсудить процесс локализации. Правда ли, что у вашего сайта есть различные версии для различных стран? И если да, то как вы создаете их? Каковы различия?

Да, у нас есть различные версии сайта, мы, конечно, делаем их по-разному, в зависимости от страны. Например, у нас есть сайт для такой страны, как Китай. И там мы предлагаем совершенно другой продукт. Другой сайт. И это другая ветвь Skyscanner. Она называется Tianxun.

И у этого проекта совершенно отличается база исходного кода, команда отделена от остальных, и сам продукт очень сильно отличается, и на рынок он выводится отдельно от остального продукта.

Это же касается всего остального, начиная от ожиданий пользователей, и заканчивая тем, как проект на самом деле работает. Это совсем отличный от всего мира рынок, и потому на нем мы должны работать совсем по-другому.

А на большинстве остальных рынков все, что нужно сделать — это просто настроить продукт определенным образом. Эти рынки не требуют абсолютно другой базы исходного кода, но нуждаются скорее в локализации контента.

Сейчас мы экспериментируем с различными продуктами, чтобы конкурировать с японскими проектами. Если вы работаете с языками, основанными на символах, работа будет сильно отличаться. Например, на этих языках сложно печатать, требуются другие способы поиска информации.


Мы интегрировали это в базу исходного кода. У нас есть способ настроить продукт и отрегулировать то, что пользователь нашего продукта видит в определенной стране, в зависимости от особенностей этой страны.

Таким образом, бывают крайние случаи, когда приходится менять весь продукт, но чаще это промежуточный продукт, который подразумевает изменения только некоторых частей продукта, отдельных функций. Также существует типичная локализация, к которой относится перевод контента на различные языки, подключение местной валюты и биллинга, и, наконец, местный информационный контент и локальные поставщики услуг.

Я знаю, что вы сотрудничаете с Yahoo в Японии и с Microsoft и MSN. И мне интересно, были ли трудности с интеграцией и с работой с этими компаниями?

В целом, мне кажется, что опыт работы с этими партнерами был очень позитивным. И та интеграция, которую мы с ними запускали, была проведена в рекордно короткие сроки, так что я бы не сказал, что были какие-то специфические проблемы.

Наоборот, интеграция прошла очень гладко. И в обоих упомянутых вами случаях команды из Yahoo и Microsoft очень сильно помогли нам, были очень внимательны и сделали все для того, чтобы завершить интеграцию очень-очень быстро. Так что я думаю, что опыт работы с ними был очень положительным в обоих случаях. Но так происходило и не только в этих двух случаях, но также с десятками других крупных партнеров.

Десятками?

Да, у нас очень много партнеров. Вы можете проверить это на нашем сайте. Некоторые из них являются очень крупными. Мы, например, работали с Lonely Planet и Rome2Rio и с другими.

Какую часть своей работы вы можете назвать самой интересной?

Их несколько. Я очень люблю ту часть своей работы, которая связана со стратегией. И мне нравится создавать команды и оценивать их работу. Но и работа с самим продуктом мне очень нравится. Меня можно назвать «человек продукта», я люблю работать с продуктом каждый день. Это то, от чего я получаю удовольствие.

А еще мне интересно, как вы решаете принять людей на работу, как вы выбираете их?

При создании продукта, главное — это понять, что надо, а что не надо делать. Потому что всегда существует миллион дел, которые вам нужно сделать.

И именно вам приходится решать, чем заниматься, а чем нет. И поэтому я очень люблю людей энергичных, принимающих решения, анализирующих сложную информацию и сложные ситуации с разных точек зрения, с точки зрения маркетинга, продаж, пользователя, воздействия на прибыльность, на стоимость.

Мне нравятся те, кто может удерживать все это в голове, чтобы принять наилучшее решение. Такие люди говорят: «Эй, мы должны это сделать!», и объясняют почему, или наоборот скажут: «Нам не стоит делать это сейчас», и тоже объяснят почему.

Так что для меня важнее всего то, что люди могут принимать важные решения, анализируя проблемы, которые в большинстве случаев являются многомерными, решение которых требует хороших интеллектуальных способностей. Главное здесь — это люди, которые могут очень хорошо принимать решения. Я в общем-то смотрю на многое, но этот элемент самый важный.

А вы сами проводите собеседования?

Да, да. В нашей компании множество людей вовлечено в процесс собеседования, но я обычно провожу последнее интервью. Мы еще называем его razor interview.

Какой главный вопрос вы задаете на собеседовании?

Это больше тема, чем вопрос. Как правило, мы даем людям, пришедшим на собеседование, задачу. И смотрим на то, с какой стороны они подходят к ней. Смотрим на то, какие вопросы они задают. Когда они представляют свое решение проблемы, что делать, а чего делать не следует, мы просим их объяснить, как они пришли к этому решению, о чем они думали, чтобы к нему прийти.

Есть несколько вопросов, которые мы задаем на собеседованиях, они обычно касаются какого-нибудь определенного практического случая, который подразумевает самостоятельное принятие решения по продукту. Поэтому мы всегда задаем несколько вопросов, чтобы разобраться в том, что именно человек думает, кто из них сможет принимать важные решения, кто хорошо понимает все процессы в компании.

Как вы думаете, трудно ли получить работу в Skyscanner?

Мне кажется, что на этот вопрос сложно ответить теоретически. Потому что нужно понимать в сравнении с кем сложно получить работу.

Если сравнивать вас с другими большими ИТ-компаниями.

Конечно же, мы хотим работать с самыми лучшими в этой сфере, так что к нам попасть сложнее, чем в среднестатистическую компанию из etravel.

Но в целом можно сказать, что к нам приходят много кандидатов, которые успешно проходят через собеседование, а если нам кажется, что ничего не выйдет, тогда мы запасаемся достаточным количеством времени, объясняя, почему ничего не получится.

Есть ли в Skyscanner общественная деятельность в свободное от работы время?

У нас есть множество разнообразных видов деятельности. Это и благотворительность, и спортивные активности. В компании есть различные группы людей, которые занимаются, например, йогой и многим другим.

Список активностей открыт и если люди хотят чем-то заняться, они могут посмотреть все виды деятельности, к которой они могут присоединиться, или создать новую.

Как вы считаете, каково будущее поисковых сервисов? Как они будут выглядеть через 5–10 лет?

Мне кажется, что все они будут мобильными. Большая часть деятельности будет мобильной, и поиск не станет исключением. Мне кажется, что будет очень распространен голосовой поиск. Даже больше скажу, для большинства стран Азиатско-тихоокеанского региона набор текста довольно сложен, и мы видим, что там уже распространен голосовой поиск, и он становится все более популярным, так что однозначно будущее за ним.

Кроме того, будет множество контекстуальных рекомендаций, не только в поиске, а в целом системы станут гораздо умнее, и смогут собирать довольно много информации, еще до того, как вы о чем-то их попросите. Это мы видим сейчас в Google Now и других подобных технологиях.

Например, то, что мы называем персонализацией — ничто иное, как часть контекста, а это очень важно. Так что мы постепенно движемся к системам, которые знают о вас достаточно, и способны дать то, что нужно именно вам, а не кому-то еще.

Но пока персонализации надо еще пройти много этапов, чтобы стать важной. Мы некоторое время назад запустили сайт skyscanner2024.com, который доступен на многих языках, в том числе на русском, там много всего того, что охватывает уже упомянутые мной, а также многие другие новшества, которые по нашему мнению и вправду могли бы появиться в ближайшем будущем, может быть в ближайшие 10 лет.

Вы считаете, что будущее стоит за мобильными платформами. Скажите, как процесс разработки мобильного ПО в Skyscanner отличается от этих же процессов в других компаниях?

В нашей компании нет отдельной команды, занимающейся мобильными платформами. Но мы считаем, что у нас есть все, чтобы считать себя ориентированными на мобильные платформы. Вы проходили по офису и наверняка видели много плакатов на эту тему и россыпь мобильных устройств наверху.

Все, что мы делаем, подходит для мобильных платформ. Это то, что мы называем подходом mobile first. Это новый этап развития для компании, к которому мы постепенно подошли, и суть его в том, что все, что мы создаем, прежде всего делается под мобильные платформы и лишь потом адаптируется для десктопа.

Может быть, скажете пару слов о недавно появившихся Apple Watch и развитии Google Now on Tap?

Главное здесь то, что продукт Google Now в целом касается того, что мы уже обсуждали — контекстный поиск. И нам это очень интересно. Мы смотрим на эти технологии не только с точки зрения нашего продукта, но также и с точки зрения интеграции с другими платформами. И мы уже работаем в этом направлении.

Мы размышляем следующим образом: «Хорошо, если эти сервисы по-настоящему всем понравятся, то нам следует подумать о том, чтобы предоставить самую лучшую информацию от Skyscanner». Так что здесь все крутится вокруг контекстного поиска. Это просто еще один шаг, который мы делаем в этом направлении.

А что касается Apple Watch и других похожих девайсов, то в настоящий момент мы много экспериментируем в этой области, мы пытаемся понять, какие продукты сюда подойдут и будут полезны. Кроме того, мы ищем способ объединить этот опыт с мобильными девайсами и мы много экспериментируем в этой области, мы делаем первые робкие шаги в этом направлении. Но сколько еще всего будет, сколько продуктов мы еще создадим и сколько экспериментов проведем...

Вам нравится нынешняя версия Apple Watch?

Да, мне кажется, она очень даже не плохая. Мы наблюдаем очень быстрое развитие платформы. Вы видите, что происходит с iPad и iPhone. Я помню, когда впервые увидел первую версию этих девайсов — они были по нынешним меркам не очень.

Но для своего времени это были отличные девайсы. Очевидно, что они быстро эволюционируют. То, что сейчас делается с помощью iPad, скорее всего, даже не приходило в голову разработчикам в самом начале.

Так что я ожидаю, что с часами будет происходить тоже самое. А нам остается следить за нововведениями и постараться найти приемлемый способ использования наших приложений на этих девайсах.

Еще один вопрос о ваших приложениях. Сейчас у вас существует три отдельных приложения для перелетов, отелей, автомобилей. Не хотите ли вы объединить их в одно большое приложение, которое позволяло бы делать абсолютно все?

Я не могу комментировать грядущие изменения. Здесь я могу сказать только то, что все понимают, что есть преимущества и недостатки, когда функции разделены по разным приложениям. И мы видим, что многие популярные приложения объединяются.

Хотя, если у вас отдельные приложения, пользовательский опыт довольно прямолинейный, люди сосредоточены на том, что приложение делает лучше всего. В таком случае приложения, как правило, чаще используются. Кроме того, так проще с точки зрения распространения продукта, потому что вам нужно подумать о распространении только одного продукта. Так что есть плюсы и у того, чтобы создавать по одному приложению на каждый вариант использования.

Мы будем еще много экспериментировать в этом направлении.

Статьи по теме
ИТ-офисы: Эдинбургская штаб-квартира метапоисковика Skyscanner11 сентября 2015, 11:40
Популярные статьи
Показать еще
Комментарии отсортированы
как обычно по времени по популярности

Эпичное (с точки зрения объема) интервью, респект автору. Но некоторые ответы вызывают желание расчехлить игру в буллшит-бинго:

"Я сейчас занимаюсь различными видами партнерств. Есть некие партнерства и механики, которые являются более эффективными и менее эффективными. Я не могу сказать, от каких механик я в данный момент готов оказаться. Я продолжаю экспериментировать и находить лучшие для себя"

Ну вот что это за формальная отписка (

Вообще Скайсканнер молодцы. работают лучше и удобнее Авиасейлс, да, дизайн немного топорный, но юзабилити, скорость - гуд. Скажем так, недавно долго сидел и на сканере и на сейлз - взял на сканере. Дешевле, удобнее. Это не пиар, чисто мнение и рекомендация

скайсканер лучше авиасейлс?

я лично делаю до 300 поисков в день, мои клиенты до 3000. могу я считаться минимальным экспертом по вопросу и высказать реальное положение вещей?

0

Пожалуйста, каждый свободен в своем мнении, по крайней мере в комментариях на ЦП =)

0

Какой адский лонгрид.
Вижу каунтер у кнопочки Pocket растет быстро )

1

Можно было бы в 2 раза сократить.

0

Возможность комментирования статьи доступна только в первые две недели после публикации.

Сейчас обсуждают
Andrew Boiko
interService

Ну ок, вот я проинвестировал в какую то компанию РФ, директор чего то там накосячил, ко мне что органы прийдут долги по той компании изымать ? А если этих компаний скажем 100 ? (привет Журбе)

Тут пожалуй хорошо подумаешь инвестировать в РФ или нет, рисков и так достаточно (валютные, суды ...)

Путин разрешил налоговикам требовать долги компаний с их владельцев и учредителей
0
Антон Соколов

Куда на лечение этой дуры скинуть?

Касперская объяснила своё предложение о передаче «больших данных» россиян государству
0
Alexander Kanenko

(Не перестану).

Креативный директор «Афиши» сообщил о закрытии журнала
0
Alexander Kanenko

(Шутка).

Креативный директор «Афиши» сообщил о закрытии журнала
0
Alexander Kanenko

Я тогда перестану красть HBR в супермаркетах.

Креативный директор «Афиши» сообщил о закрытии журнала
0
Показать еще