Почему атаки БПЛА на склады ВБ суды не признают форс-мажором?
Удары беспилотников по складам крупнейших маркетплейсов (включая Wildberries) стали регулярным риском для российского ритейла. Однако для продавцов и страховых компаний эти события все чаще перестают быть юридическим «форс-мажором».
Почему атаки БПЛА больше не признают форс-мажором?
Утрата признака чрезвычайности и непредвиденности
По закону форс-мажор — это событие, которое невозможно предвидеть и предотвратить. Первые атаки дронов в 2022–2023 годах подпадали под этот критерий. Сегодня, когда удары по инфраструктуре происходят регулярно, суды и логистические компании рассматривают их как систематический, прогнозируемый риск ведения бизнеса в определенных регионах.
Коммерческие обязательства маркетплейса
Wildberries и другие площадки работают по договорам оферты. Они берут на себя ответственность за сохранность переданного товара. Маркетплейс обязан:
- Обеспечить комплексную безопасность складов.
- Установить системы РЭБ (радиоэлектронной борьбы).
- Иметь четкие протоколы пожаротушения и эвакуации.
Если склад не был защищен должным образом, суды трактуют это как предпринимательский риск и халатность исполнителя, а не как непреодолимую силу.
Изменение позиции страхового рынка
Страховые компании массово пересматривают правила игры:
- Атаки БПЛА теперь вносятся в договоры как отдельные расширения, а не как автоматический форс-мажор.
- Если маркетплейс сэкономил на спецстраховании от военных рисков и терроризма, он обязан выплачивать компенсации селлерам из собственного кармана.
Судебная практика
Российские суды придерживаются позиции: отсутствие денег, падение спроса или изменение рыночной конъюнктуры из-за внешних факторов не освобождают от исполнения обязательств. Маркетплейс не может отказать в выплатах продавцам, просто сославшись на «новостную повестку». Каждое событие требует индивидуальной торгово-промышленной экспертизы, которую маркетплейсам получить будет сложно..
Информация о том, почему удары дронов по складам Wildberries не считаются форс-мажором, основана на пункте 3 статьи 401 ГК РФ, Постановлении Пленума ВС РФ № 7 от 24.03.2016 и регламенте Торгово-промышленной палаты РФ. Юридически это классифицируется как предпринимательский риск, так как компания не может доказать прямую причинно-следственную связь между пожаром и невозможностью исполнения финансовых обязательств перед продавцами. Торгово-промышленная палата РФ подтверждает, что форс-мажором признаются только обстоятельства, создающие абсолютную, физическую или юридическую невозможность исполнения обязательства.
Уголовное мошенничество или недобросовестные действия со стороны ВБ WB?
Новая редакция оферты №98, в которую Wildberries впервые добавил пункт об атаках БПЛА как о форс-мажоре (пункт 11.3.4.1), вступила в силу 7 июля 2026 года. Мошенничество? Совпадение? Недобросовестные действия? Разбираю:
Напрямую как уголовное мошенничество (ст. 159 УК РФ) суд это вряд ли квалифицирует, но в рамках гражданского процесса суд может признать этот пункт договора недействительным, а действия маркетплейса — недобросовестными. Включение такого пункта за две недели до ЧП юридически оценивается следующим образом:
Как на это посмотрит Арбитражный суд?
В гражданском и арбитражном праве у селлеров гораздо больше шансов оспорить это нововведение. Суд может применить три ключевых юридических механизма:
- Злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ): Суд может признать действия Wildberries недобросовестными. Если маркетплейс изменил оферту на фоне ухудшения обстановки в регионе, понимая неизбежность рисков, суд укажет, что компания пыталась переложить свои предпринимательские риски на заведомо более слабую сторону (продавцов). В таком случае суд просто откажет Wildberries в защите со ссылкой на этот пункт.
- Договор присоединения (ст. 428 ГК РФ): Оферта маркетплейса — это классический договор присоединения. Селлеры не могут менять его условия, они либо принимают их целиком, либо уходят с площадки. Закон защищает слабую сторону: если условия договора лишают селлера прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, или исключают ответственность маркетплейса за нарушение обязательств, суд имеет право аннулировать эти условия.
- Императивность норм о форс-мажоре: Нельзя просто написать в договоре «удар БПЛА — это форс-мажор» и автоматически освободиться от ответственности. Окончательное решение всегда принимает суд на основании заключения Торгово-промышленной палаты (ТПП). Если ТПП откажет в выдаче сертификата о форс-мажоре (а она откажет, если склад мог работать или обязательства были чисто денежными), то строчка в оферте потеряет юридическую силу.
Для уголовного дела о мошенничестве оснований недостаточно. Однако в арбитражном суде у селлеров будут очень сильные позиции, чтобы признать данное условие оферты ничтожным и взыскать деньги за товар, так как маркетплейс нарушил принцип добросовестности (ст. 1 ГК РФ) и злоупотребил своим доминирующим положением.
Маркетплейс опубликовал изменения примерно за несколько дней до этого, в начале июля. Примечательно, что отдельной предупреждающей рассылки или громкого анонса в личном кабинете для этого пункта не делалось — изменение прошло в рамках общего пакета обновлений. Спустя 11 дней после вступления оферты в силу, 18 июля 2026 года, произошла масштабная атака беспилотников, в результате которой пострадали крупные склады компании (в Электростали и Котовске).
Поскольку новая оферта действует с 7 июля, ключевым фактором в будущих судебных спорах станет дата приемки товара:
- Товар принят до 7 июля: К нему применяется старая редакция оферты №97, где пункта про БПЛА не было. По закону (ст. 425 ГК РФ) маркетплейс не имеет права в одностороннем порядке менять условия задним числом для уже хранящегося товара. Шансы взыскать компенсацию через суд здесь очень высокие.
- Товар принят после 7 июля: Здесь Wildberries будет напрямую ссылаться на подписанный вами пункт о форс-мажоре. Оспорить его будет сложнее, но возможно через признание условий договора кабальными (навязанными сильной стороной).
Удары дронов по складам — это трагическая реальность, но с юридической точки зрения это обычный операционный риск крупного логистического бизнеса. Маркетплейсы обязаны закладывать эти угрозы в свои бизнес-модели, модернизировать системы защиты и выплачивать компенсации пострадавшим партнерам в полном объеме.
Сам факт включения Wildberries пункта о БПЛА в текст договоране делает его автоматическим законом для суда. В российском праве условия договора не могут отменять или изменять императивные (обязательные) нормы Гражданского кодекса РФ.
Давайте разберем правовые норм 2026 года, которые доказывают, что новая оферта маркетплейса уязвима в суде.
1. Императивность понятия форс-мажора (ст. 401 ГК РФ)Стороны договора могут согласовать перечень форс-мажорных обстоятельств, но они не могут присвоить статус форс-мажора событию, которое не отвечает критериям закона.
- Суть нормы: Согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ, форс-мажор — это чрезвычайные и непредотвратимые обстоятельства при данных условиях.
- Позиция ВС РФ на 2026 год: Действует Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 7. Оно прямо говорит: требование чрезвычайности означает, что наступление такого обстоятельства в конкретных условиях является неочевидным и маловероятным.
- Применение к БПЛА: Поскольку атаки БПЛА на инфраструктуру в 2024–2026 годах стали регулярными и систематическими, они утратили ключевой юридический признак форс-мажора — непредвиденность. Маркетплейс, как профессиональный участник рынка, обязан знать об этих рисках и предотвращать их (строить укрытия, ставить РЭБ, менять логистику). Если он этого не сделал, это его коммерческий риск.
2. Запрет на освобождение от ответственности за умысел и халатность (ст. 401 ГК РФ)
- Суть нормы: Пункт 4 статьи 401 ГК РФ прямо запрещает заключать предварительные соглашения об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства.
- Применение к БПЛА: Если в ходе расследования выяснится, что на складе Wildberries в Электростали или Котовске не работали системы пожаротушения, были заблокированы выходы (как это часто бывает при проверках) или не были предприняты базовые меры безопасности, то суд признает это грубой неосторожностью или халатностью самого маркетплейса. В таком случае никакая строчка в оферте о БПЛА не спасет компанию от выплат.
3. Защита от кабальных условий договора присоединения (ст. 428 ГК РФ)Оферта Wildberries — это классический договор присоединения. Селлеры не могут влиять на его текст (принцип «соглашайся или уходи»).
- Суть нормы: Статья 428 ГК РФ защищает слабую сторону договора. Если договор содержит условия, которые лишают эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, либо исключают/ограничивают ответственность другой стороны, суд может изменить или расторгнуть такой договор.
- Применение к БПЛА: Селлер передает товар на склад на хранение. Базовая суть договора хранения (ГК РФ Глава 47) — хранитель отвечает за вещь. Продавец никак не может защитить товар, находящийся на закрытом складе WB. Перекладывание риска уничтожения товара на селлера через оферту — это явное злоупотребление доминирующим положением маркетплейса и нарушение баланса интересов сторон. Суды признают такие пункты ничтожными.
4. Эксклюзивное право ТПП на признание форс-мажора
Запись в оферте — это лишь декларация намерений. Чтобы суд признал удар БПЛА форс-мажором по конкретному спору, Wildberries обязан предоставить Сертификат о форс-мажоре от Торгово-промышленной палаты (ТПП) РФ.
- Позиция ТПП в 2026 году: ТПП не выдает сертификаты «оптом» на все случаи жизни. Она оценивает каждый склад и каждый договор отдельно.
- Главный тупик для WB: Для освобождения от ответственности маркетплейс должен доказать, что удар БПЛА сделал абсолютно невозможным исполнение обязательства (ст. 416 ГК РФ). Но у Wildberries обязательство перед селлером — денежное (вернуть стоимость товара). Верховный Суд РФ неоднократно подчеркивал: наступление форс-мажора не освобождает от исполнения денежных обязательств, если сама возможность перевода денег не заблокирована (например, санкциями против банков). Удар по складу не мешает Wildberries выплатить деньги со своих счетов.