Венесуэльский нефтяной зомби — история PDVSA
После войны судного дня в 1973-м, цена на нефть выросла аж в 4 раза. Этот скачок ушатал всю западную экономику, и в Америке выстроились километровые очереди за бензином. И Венесуэла, как и прочие обладатели черного золота, моментально осознала свою круть.
И уже в 1976 власть под началом Карлоса Переса взяла да и отжала у иностранцев главную жилу страны — нефтянку. Потому что годами весь выхлоп с продажи нефти утекал прямиком в карманы западным партнерам и акционерам за океан, а бедолагам венесуэльцам отпрыскивали жалкие гроши.
За эту национализацию, правда, пришлось щедро забашлять. Венесуэла отстегнула западным корпорациям аж целый ярд зелени. Это просто овер дохера лавэ по тем временам. Но благодаря заоблачным ценам на нефть Венесуэле такое было по зубам.
Конечно, такие монстры как Exxon и Shell бодались изо всех сил. Но расклад был не в их пользу. Ведь страны участники ОПЕК имели все козыри на руках. И западники поняли, что лучше уж получить хотя бы компенсацию, чем дырку от бублика.
На все эти отжатые скважины, вышки и терминалы приколотили новую вывеску с названием PDVSA.
Сами западные конторы, впрочем, никуда не свалили. Они просто переобулись из владельцев в статус подрядчиков, потому что без ихних скилов, понималок и технологий у венесуэльцев мозгов тупо не хватало рулить всей этой махиной.
Но венесуэльское правительство глядело на PDVSA как на бездонную бочку с капустой. Вместо того чтобы пускать бабло на развитие технологий, всю прибыль отжимали в госбюджет. А он, ясен перец, работал как черная дыра, потому что эти самые нефтедоллары тут же вбухивали в развитие промышленности страны, в гигантские, но дико кривые проекты. Вся эта схема, помноженная на тотальную коррупцию, сжирала бабло с оглушительной скоростью.
Венесуэла тогда словила нефтяную лихорадку и нахватала огромную охапку большущих кредитов. Короче, швырялась баблом налево и направо. Они думали, что чёрное золото теперь вечно будет генерить бешеный выхлоп, и хотели разом превратиться из страны-нищеброда в суперразвитую страну, а разбираться с долгами они собирались когда-нибудь потом. В итоге к 1983-му их внешние долги оттопырились до астрономических 35 ЛЯРДОВ.
Власти тем временем еще и мухлевали с обменным валютным курсом, заставляя PDVSA конвертить свою долларовую выручку по какому-то сказочно низкому тарифу. В итоге доили свою нефтяную корову в три смены, похоронив, опять же, любую возможность реинвестировать в развитие, которое было, вообще-то, жизненно необходимо.
В совет директоров, вместо толковых спецов, понатыкали своих корешей из правящей верхушки, которые в нефтянке смыслили как хомяки в реакторе, зато получали оглушительные оклады и контролили финансовые потоки в интересах партийной линии.
И вот в 83-м грянула «Черная пятница», которая опрокинула боливар на дно, нефтяные доходы скукожились, от золотовалютных резервов остался пшик, и все это на фоне тотального бегства капитала, и в итоге вся экономика въехала в полный ахтунг.
Чтобы обойти удушающие правительственные тиски, PDVSA начала в спешке строгать за рубежом сеть собственных дочерних фирм-невидимок, чтобы банчить нефтью с миром не по цене мусора, а по нормальной. Пришлось упасть в тень, юзать полулегальные схемы и серую бухгалтерию, потому что нужно было как-то выживать, пока большие шишки там наверху продолжали втирать народу речи о светлом пути и независимости.
А потом МВФ внезапно прилетел с предъявой, потребовав от Венесуэлы сжать расходы и завязать с этой безумной долговой игрой. А послать их куда подальше было не вариант. Ведь МВФ это не абы кто, а банда западных гопников-банкиров, которые уже вогнали в кабалу целую кучу стран. А Венесуэла тогда была откровенным банкротом к 1989 году. Десятки миллиардов долгов отдавать было нечем, потому что нефть сьежилась в цене. А отказаться от требований МВФ означало погрузить страну в дефолт, что привело бы к окончательному краху экономики и гуманитарному АДУ.
Поэтому пришлось венесуэльцам, скрипя зубами, закручивать гайки, и начали они с бензина, который раньше стоил копейки, а теперь стал стоить как крыло от Боинга. А за ним следом подорожало все остальное. И народу, ясен перец, эта дичь пришлась очень не по нраву.
И в феврале 1989 года страну взорвал «Каракасо», когда весь народ резко подорвался бунтовать, потому что людям уже в стельку осточертело, что цены на все постоянно лезут в небеса. Но президент Перес этот кипиш со всей дури взял и подавил.
Только вот эта жестокость обернулась против него-же самого. После той бойни он превратился в настоящего политического трупа. Его авторитет молниеносно порвался в лохмотья, ведь все увидели, что он готов бессовестно убивать свой же народ по указке МВФ. В итоге его власть тупо испарилась.
Пока по всей стране творилась полная дичь и разруха, PDVSA стала чем-то вроде государства внутри государства. Этакий самостоятельный монстр с передовыми технологиями и отборными кадрами, когда вокруг один сплошной ад.
В PDVSA на правительство смотрели свысока, типа, вы там дикари сами свои головняки как-нибудь разруливайте, а нам тут нефть надо качать. Естественно, это рождало дикие терки. Внутри PDVSA была расколота надвое. Наверху сидели полит-дружки с вечным кумовством, которые обладали безупречным знанием как доить бабло. А под ними прослойка технократов, инженеров и менеджеров, которые реально крутили весь этот гигантский бизнес и орали про развитие. Только их голос глушили те самые назначенцы сверху. Весь госаппарат только тем и славился, что охотно блочил любые реинвестиции и не давал расширяться.
В какой-то момент PDVSA допетрила, что легкая нефть заканчивается и компания в 1990 году подорвалась заманивать иностранцев обратно, но уже не как обычных подрядосов, а как целых инвесторов в долю, чтобы они тащили свои технологии и бабки, в самый лакомый кусок тяжелой нефти пояса Ориноко, который им одним, естественно, было просто не реально осилить.
И в итоге в 1991-ом на эту вкусную поляну забурилась целая грядка мастодонтов типа Exxon, Chevron, Total, BP и другие. И компания поставила просто аховую цель: с 2.5 миллионов бочек в день, начать высасывать до 6.2 млн бочек к 2006 году.
Вместе с новыми партнерами PDVSA взяла и сама себя покрошила на три независимых дочки: Lagoven, Maraven и Corpoven, чтобы стравить их между собой, чтобы тем самым, породить жесткую конкуренцию, которая повысит кэпэдэ и выветрит бюрократию. И эта многоходовочка сработала вообще по красоте!
PDVSA давай со всей дури выдаивать из матушки-земли огроменные запасы сверхтяжелой нефти в поясе Ориноко, с помощью гигантских установок-апгрейдеров, которые превращали эту тугую битум массу в готовую к продаже жиденькую нефть. И дело пошло.
Компания начала высасывать из старых месторождений все до последней капли, опрокинув себестоимость с невероятных 5 долларов за бочку до вполне себе адекватных 2.5. По тем временам это был ваще отвал бошки.
В какой-то момент компания выбилась аж даже на третье место в мире по дешевизне добычи, уступив только Саудовской Аравии и Кувейту. Но тем-то ясен пень легко, они там, грубо говоря, втыкнули шланг в песок и сосут, так много ума не надо. А тут чуваки из PDVSA переплюнули даже таких монстров, как Exxon, Shell и BP. И все благодаря той самой реструктуризации на три дочки, а также благодаря новым технологиям, отточенной операционке и, как ни странно, потому что государство постоянно душило.
Те самые «назначенцы», которые окопались наверху компании и в министерствах, наблюдали за всем этим и скрежетали зубами. Для них эти технократы были отъявленными предателями, которые, по их мнению, безсовестные твари, просто взяли и продали родину с потрохами дяде Сэму. В прессе разгоралась медийная война. Патриоты орали на каждом углу, что PDVSA превратилась «государство в государстве», и без стыда и совести забыла про все социальные обязательства.
А PDVSA постоянно вбухивала бабло обратно в дело, чтобы добыча нефти стабильно росла, чтобы это противное битумное говно превращать в ароматную нежную нефть.
У Венесуэлы в тот момент были просто нереальные перспективы, они планировали к 2010 году качать аж по 6 миллионов бочек в сутки. Если бы все пошло по этому бомбезному плану, страна стала бы одной из САМЫХ БОГАТЫХ на планете. Даже Саудовская Аравия нервно бы курила в сторонке.
Но весь этот период суперэффективности резко оборвался в 1997 году, когда вдруг грянул азиатский кризис. Мировые цены на нефть резко упали на дно, рухнув до несчастных 10 долларов за бочку. Целая бочка нефти стала стоить как 3 пачки сигарет.
Государственная казна, которая только-только начала наконец наполняться, опять стала испаряться прямо на глазах. PDVSA, которая уже вошла во вкус и наметила грандиозные планы на триллионы баррелей, вдруг уперлась лбом в суровую реальность. Компании пришлось резко затянуть пояса и заморозить кучу грандиозных проектов.
Но самый мощный удар прилетел в 1998 году, когда в кресло президента триумфально запрыгнул тот самый Уго Чавес.
Народ его выбрал, потому что сердца-же требуют перемен, а Чавес как раз весь такой пламенный обещальщик-горлопан и поэтому все массово поскакали голосовать за него.
Чавес на каждом углу клеймил PDVSA как «проамериканскую олигархию» из-за её идеологии. Для него руководство PDVSA было сборищем чужеродных агентов. Он смотрел на PDVSA как на раковую опухоль страны.
Уже в 2001-ом Чавес протащил свой «Закон о гидрокарбонатах». И c этого момента PDVSA превратилась в «национальное достояние», которое должно было тотально контролироваться. Он моментально установил жесткие поборы с добычи. Сначала с 1% до 16.6%, а потом и вовсе довел до безумных 30%. У менеджеров компании глаза полезли на лоб, ведь это был настоящий грабеж. Но Чавесу было плевать, ему срочно нужно было финансировать свою социальную программу и раздавать деньги бедным. И PDVSA для него была просто тупо банкоматом.
Но Чавесу все мало и мало. Он взял и запихнул в PDVSA своих корефанов. Во главу всего этого нефтяного гиганта впиндюрил своего верного соратника и политика Гастона Парру, который обладал безупречным отсутствием каких-либо знаний в нефтянке. А в 2002 году Чавес устроил уже тотальный разгром совета директоров, засандалив туда аж пятерых своих корефанов. Для высшего менеджмента это был уже последний звонок, они поняли, что в PDVSA теперь правят не мозги, а политика и кумовство.
И в том же году вся элита страны, околдованная западом и заколебавшася от радикального Чавеса, берет и мутит против него забастовку. Это был тотальный ад по всей стране, который поддержали все нежные интеллигентики: и бизнес, и профсоюзы и журналюги. Ну и конечно же в эту суету запрыгнула сама PDVSA, высший менеджмент PDVSA, эти самые технократы и инженеры, открыто поддержали путчистов.
В результате переворота Чавеса свергли, а вместо него посадили временным президентом бизнесмена Педро Кармону, который был классической вашингтонской жополизкой. Высший менеджмент PDVSA поднимал бокалы и публично радовался, что наконец-то они чпокнули этого буйного диктатора Уго. Но это была их фатальная ошибка.
Ибо миллионы бедняков сторонников Чавеса вывалились на улицы, и путчисты просто сдулись перед этим человеческим цунами. Народ вызволил Чавеза из заточения, и со всей дури запульнул его обратно в кресло президента.
Прошло всего 47 часов, а Чавес вот так вот триумфально камбекнулся к власти. И теперь для него PDVSA стала уже не просто чуждая компания, а прямой ВРАГ НАРОДА и участник заговора.
Опозиционеры PDVSA в ответку Чавесу взяли и замутили всеобщую забастовку, которая порализовала всю нефтянку. И добыча рухнула с 3 миллионов бочек в сутки до жалких 100 тыщ! Страна в тот период просрала миллиарды. Но их цель была в том, чтобы ушатать всю экономику и тем самым принудить Чавеса уйти. Потому что без нефти батька Уго превращался в тыкву.
Но батька оказался крепким орешком. Он объявил эту заваруху не забастовкой, а откровенным саботажем и заморозил счета всем бунтовщикам, а их теплые должности отдал своим безработным корешам. И к февралю 2003 года эта забастовка сдулась.
А дальше Чавес учинил такую чистку, что у всех волосы дыбом встали. Он вышиб 18 000 сотрудников за тот самый саботаж и прогулы. Он сделал полную технократическую лоботомию над PDVSA. Всю верхушку из бунтовщиков выкосил практически под ноль. Но тем самым лишился всего толкового состава: инженеров, геологов, менеджеров и операторов.
Ушла не просто куча работяг, а сама корпоративная память. Исчезли те, кто наизусть знал каждую скважину и мог с закрытыми глазами настроить апгрейдер. А его верные боливарийцы, были полнейшими нубами в нефтянке, чьими главным KPI была не добыча, а слепая лояльность батьке.
В 2004-м Чавес превратил PDVSA в дойную корову чисто под социалку. PDVSA из нефтяной конторы мутировала в гигантский социальный фонд. А в апгрейд компании, в поиск новой нефти и в поддержку бабла совсем не было.
Старых, скиловых подрядчиков тоже кикнули, назвав их олигархами. А на их место приперлись боливарианские предпринимашки, обычно это были отставные военные или родня чинуш. Они и стали банчить тендерами на всё: от насосов до рабочей каши. Цены оверпрайс, а качество полная шняга.
А цена на нефть в 2008-м оттопырилась аж до 147 баксов за бочку, поэтому все косяки скрывались за этим золотым дождем. PDVSA тогда могла позволить себе быть неэффективной дурой, поскольку нефтедоллары затыкали любую дыру. Компания набрала долгов, как у дурака фантиков, выпуская облигации на десятки ярдов. Не для развития, а чтобы латать дыры в вечно пустом госбюджете.
Апофеозом беспредела стал 2007-й, когда Чавес проорал уже о совсем ПОЛНОЙ независимости и уже ОКОНЧАТЕЛЬНО отжал все доли у западных партнеров, национализировал у них всё до нитки. Нефтянные гиганты типа Exxon до сих пор в ярости и судятся.
Чавес тогда нащупал Китай, которому было вообще насрать на всю эту политику, им охота было чисто бабло грести и не вот это вот все. Ну, то есть, не охота им всем вокруг причинять демократию как США. До этого у Венесуэлы выбора не было, только Штаты. А с 2007 китаезы стали главными кошельками и корефанами.
А в 2013 в кресло президента запрыгнул Николас Мадуро, который к привеликой досаде США, оказался с той-же грядки огурец что и Чавес, который, чтобы выжить, продолжал все сильнее и сильнее дружить с Китаем и Россией — партнериться, торговать и кредитоваться.
Штаты увидели в Мадуре (как и в Чавесе) прокси-проект России и Китая у себя под боком. И естественно сразу подорвались от всей души награждать санкциями, отжали все активы на западе и наложили эмбарго на покупку венесуэльской нефти, чтобы перекрыть кислород тоталитарному режиму, обрушить экономику и спровоцировать очередную смену власти в свою пользу. И, конечно-же, обрести контроль над нефтяными потоками в регионе, чтобы Венесуэла не банчила ресурсами с Китаем, в обход доллара.
После этого венесуэльская нефть стала токсичной отравой. Объёмы добычи, которые в нулевые шли под 3.2 миллиона бочек, к 2020-му упали до позорных 500 тыщ.
В итоге сейчас PDVSA уже не компания, а зомби-контрабандист, который выживает только за счёт того, что гонет нефть за крипту через теневой флот за бесценок, с огромными скидками, чтобы хоть какие-то копейки отпрыскивались в казну.
Мои истории часто набирают много просмотров, но выхлоп на донышке, а труды титанические. Чтобы я не сдулся и продолжал дальше радовать вас историями о разных компаниях в такой же подаче, подпишитесь пожалуйста в телеграм-канал.
Еще больше историй в такой же подаче на моем сайте «Истории компаний»