Презентация
серверов от Acer
До начала осталось:
Смотреть
{"id":2972,"title":"\u0412\u0435\u0431\u0438\u043d\u0430\u0440 \u043f\u043e \u0440\u0430\u0437\u0432\u0438\u0442\u0438\u044e \u0431\u0438\u0437\u043d\u0435\u0441\u0430 \u043e\u0442 Microsoft","url":"\/redirect?component=advertising&id=2972&url=https:\/\/vc.ru\/promo\/231217&hash=2af4649e2f1fb9d084608dab3d710d3891bb2460260cc7224d84dec68fae15c3"}
Смертный чайник

«Режь, мне больше нечего бояться.»

История женщины, которая 4 года, не смотря на постановления суда, не может увидеть своих детей, так как борется за свои права с мужчиной, у которого есть связи и статус, которые он приобретал находясь в браке с этой женщиной на протяжении 13 лет. Интервью мы записывали 4,5 часа. Я, как автор статьи, старалась оставаться беспристрастной, материал приняла решение публиковать от первого лица. Найдите время изучить его и может быть желание помочь предать огласке.

Юлия Ефимкина Героиня статьи.

В 7 утра я проснулась от того, что мой бывший муж выламывал дверь квартиры, которую я снимаю с тех пор, как мы расстались. Жить в страхе- для меня привычное состояние. Дверь открыла только потому, что перед соседями стыдно. Надеялась на то, что смогу его убедить уйти. События разворачивались молниеносно. Григорий прямо с порога вцепился мне в волосы и потащил по квартире. Я кричала и молила его отпустить, но было ощущение, что он меня не слышит или не хочет слышать. Так он дотащил меня до кровати, швырнул, разорвал нижнее бельё, в котором я спала, и начал снимать на телефон. Я кричала. Пыталась убежать. Тщетно.

Его глаза, они были стеклянные, не знаю из-за того ли, что адреналин зашкаливал или от того, что кроме алкоголя этой ночью он употреблял что-то ещё. Но чувство, что он может меня убить и даже не осознать этого- меня не покидало. В какой-то момент он схватил меня и высунул в окно. Держаться было не за что, до земли 11 этажей, Григорий держал меня за ноги над этой пропастью и спрашивал страшно мне или нет. Мне, естественно, было страшно. Когда мне удалось зацепиться за подоконник и я каким-то чудом оказалась в комнате, я схватила его портмоне и бросила в окно в надежде на то, что он побежит его поднимать, но он только рассмеялся.

«- Я тебя сейчас удивлю», — с хохотом произнёс Григорий и начал кому-то звонить. Как только стало понятно, что ему ответили я закричала: «- Вызовите полицию! Спасите меня! Мне страшно! Помогите!».

Григорий отшвыривал меня и разговаривал: «-Катя, приедь к дому Юли, под окном моё портмоне лежит, надо его поднять», когда он закончил разговор, я ещё не понимала кому именно он звонил.

«-Я буду делать с тобой всё, что захочу. Вот увидишь, она сейчас примчится», обратился ко мне Григорий.

Оказалось, что он звонил знакомой, которую в общем-то можно было назвать другом семьи, которая была вхожа в наш дом и которой, в общем-то я доверяла. Она перезвонила минут через 10 (то, что она так быстро приехала наводит меня на мысль, что ночь они провели вместе где-то поблизости), он включил громкую связь и я услышала на том конце провода: «- Гришечка, я уже тут, всё сделала, портмоне у меня». В этот самый момент у меня внутри всё оборвалось. Стало отчётливо понятно, что помощи ждать неоткуда, что спал он судя по всему вообще со всеми, кого я знаю и всё происходящее было похоже скорее на дурной сон, чем на действительность.

После он схватил нож и поднёс его к моей шее, шёл 4-й час издевательств. На тот момент у меня уже не осталось не сил, ни слёз и я сказала ему: «- Режь, мне больше нечего бояться».

История любви.

Мы познакомились в ночном клубе 17 лет назад и сразу влюбились друг в друга. Для меня- это точно была любовь с первого взгляда. Так-как я росла без отца и воспитала меня бабушка, мне как и многим девчонкам из таких семей- нравились сильные и мужественные ребята, Григорий был именно таким, да ещё и безумно красивым.

На момент нашего знакомства я работала в казино и могла позволить себе снимать маленькую квартиру на окраине Москвы, Григорий тогда только начинал спортивную карьеру и жил в общежитии. Год мы встречались, ходили на свидания и проводили свободное время вместе, а после- решили съехаться. Нашли квартиру со скромным ремонтом и переехали. Григорий был занят тренировками и своей карьерой, я- созданием уюта и обустройством быта. Мне кажется, что его сердце покорила моя преданность, я без остатка растворилась в нём. Я боготворила его.

Однажды, он сказал, что я должна уволиться, потому что он уверен в том, что станет чемпионом, будет хорошо зарабатывать и ему нужна женщина, которая будет его поддерживать и ждать дома, а не заниматься своей карьерой. Я согласилась. С тех пор всё своё время я посвящала нашей семье, хотя и на себя не махнула рукой, старалось выглядеть привлекательно. Через 2 года после переезда мы официально стали мужем и женой. Григорий постоянно тренировался, я верила в него и поддерживала. Завтрак, обед и ужин- подавала по расписанию и любила всё то, чем он занимается.

Когда я забеременела, впервые почувствовала, как мне одиноко. Григорий месяцами пропадал на сборах, а когда возвращался, предпочитал времени проведённому со мной- встречи с друзьями. Так у меня появились подозрения, что в наших отношениях не всё так гладко. Тогда только появлялись социальные сети и однажды я увидела на компьютере мужа сообщение в Фейсбуке от девушки, которая благодарила его за незабываемую ночь, оказалось, что таких переписок у моего мужа предостаточно. Нет слов которыми можно описать моё состояние, когда я узнала о том, что пока я вынашиваю под сердцем нашего первенца, Григорий коротает ночи на стороне. Он был убедителен, когда рассказывал о том, что это всё едва ли не инсценировка.

Я была так наивна и хотела верить в то, что всё наладится, что закрывала глаза на все факты указывающие на то, что мой муж мне изменяет. Обсуждать с кем-то это было стыдно. Хотя нашёлся человек, который всё- таки указал мне на суровую реальность, этим человеком была гинеколог, которая наблюдала меня с 17 лет и вела во время беременности, собственно тогда она и обнаружила букет из заболеваний, которыми будущий отец моего ребёнка одарил меня. Григорий всё отрицал, клялся в неземной любви и уверял в верности. Тогда моя любовь была ещё настолько сильна, что я прощала его и верила в то, что больше такого не повторится.

У нас появился первенец, мы были счастливы и остальные вопросы ушли на второй план. Карьера Григория стремительно развивалась. Вскоре я снова забеременела, узи показало, что у нас будет- дочь.

На очень многое, что происходило в тот период я не обращала внимание. Не хотела расстраиваться сама, не хотела ссориться с мужем, ведь для спортсмена очень важно находиться в спокойном эмоциональном состоянии. Я видела, что он продолжает гулять, кажется, что чем успешнее он становился, тем меньше ограничивал себя в загулах. Обо всём, что происходило в наших отношениях знала его мать, но она оправдывала сына тем, что ему достались такие гены. Мол, отец его тоже гулял, да ещё и семью бросил, по мнению мамы я должна была быть благодарной за то, что Григорий хотя бы не уходил из семьи. Кроме того, она считала, что я должна молить Бога только за то, что мне выпала честь быть женой чемпиона, а всё остальное рекомендовала списать на женскую долю, которая лёгкой быть не должна.

Всю себя я посвящала детям и мужу. О том, что происходило в наших с ним отношениях знать никто был не должен, прежде всего потому, что Григорий уже был известным человеком. Я не была никогда публичным человеком и даже сейчас не дала бы интервью. Но этот разговор- моя последняя надежда. Я боюсь говорить, боюсь придавать огласке всё это и не знаю, что со мной будет. Но терпеть то, что происходит- больше не могу. Я всю жизнь жила в страхе, я боялась даже его взгляда, он всегда мог поставить меня на место. Он так часто говорил мне, что я сумасшедшая, что я что-то придумываю и что я вообще всё всегда понимаю не так, что я и сама начала в это верить. Я была в депрессивном состоянии и помочь из него выбрать мне не мог никто.

Дети были совсем маленькими, когда я впервые застала мужа с любовницей. Это был его самый длительный роман на стороне, интрижка длинною в 7 лет (это я узнала позже), конечно, она не была единственной. В один из дней я узнала, что он поедет к ней на встречу, знала где состоится эта встреча и решила поехать туда же. По телефону муж сказал, что он в офисе и сейчас у него будут переговоры, в то время как сам был в абсолютно другом районе и обнимался в машине с любовницей. Я позвонила ему ещё раз и он убедительным голосом сказал, что всё ещё на встрече, тогда я подъехала к его машине. Он настолько опешил, что бросил трубку и ударил по газам. Я поехала за ними, так как вожу машину я отменно- догнать их и перегородить путь, мне не составило труда. Меня уже не так трогал сам факт того, что он изменяет. Мне хотелось знать, что он скажет, когда я своими глазами всё вижу- неужели снова то, что это моя выдумка? Я вышла из машины и плакала от переполняющей меня обиды на него, на то, что он постоянно врёт, на то, что вереница измен не кончается. Он же, боясь того, что наши выяснения отношений кто-то увидит, с силой затащил меня в машину и успокоил пощечинами. К нам подъехала полиция, но когда они поняли, что в машине Григорий Дрозд, чемпион мира по боксу- решили закрыть глаза на «семейный конфликт» и уехали.

Тогда стало ясно, что ничего не изменится, что он так и будет прямо при мне назначать встречи новым и новым пассиям, а я так и буду терпеть унижения. Я говорила ему, что однажды уйду… Что так в нормальной семье быть не должно… Какое-то время меня сдерживало то, что дети ещё маленькие, я сама выросла без отца и не хотела для них такой участи. Боялась осуждения. Я продолжала заниматься семейным бытом, водить детишек на секции и в школу, но ещё начала развивать свой интернет-проект, чтобы обрести какую-то независимость. Проект этот был организован как комиссионка, а товарами выставленными на продажу были люксовые вещи и украшения, оказалось, что это хороший источник дохода и желающих разместить что-то, что уже не используется- много.

Одной из таких клиенток стала Ирина Алексеева. Когда мы познакомились с ней, она сразу расположила меня к себе — очень понимающая, спокойная. У нас даже началось общение семьями. Она была нашей новой знакомой, иногда приходила в гости, и очень часто выставляла бриллианты на продажу на платформе моего проекта. На фоне сотрудничества я подружилась с ней, начала доверять. Однажды мы говорили по душам и я призналась Ире в том, что хочу уйти от мужа. Она поддержала меня и сказала, что такое отношение терпеть нельзя. После очередной ссоры, на фоне ночных похождений мужа, я подыскала квартиру и переехала туда с детьми, это произошло в мае 2017 года, о том, где я нахожусь знала только моя «подруга» Ирина. Каково было моё удивление, когда Григорий приехал по адресу и избил меня, доходчиво объяснив, чем всё это для меня может закончиться. Тогда я не могла понять как он, в тот же день, разыскал меня. Муж и раньше поднимал на меня руку, бил профессионально и никогда не оставлял следов, а после слов сказанных мне Григорием стало ясно, что идти в полицию бесполезно. Я уже поняла, что информацию ему передала та самая новая подруга Ира. Из-за всего этого я очередной раз впала в глубокую депрессию.

Всю свою жизнь я посвятила семье, детям, мужу и его карьере. Я всегда оставалась в тени и не имела права голоса. Я не заводила друзей, мне не с кем было поговорить по душам, мне некому было рассказать о своей боли, у меня нет отца или старшего брата, которые могли бы за меня заступиться. Григорий звонил и предлагал вернуться- я объясняла, что дороги назад нет, что терпеть издевательства и унижения я больше не могу. Однажды он приехал поговорить, мы сели за стол и начали думать как жить дальше. Он предложил забрать детей к себе на неделю, пока я приду в себя и восстановлюсь. Дальше мы собирались воспитывать детей вместе, а жить предполагалось они останутся со мной. Я согласилась. Но я не знала, что он замышляет.

Через 7 дней Григорий заявил, что детей оставит ещё на неделю, потом ещё и ещё… Я была против, но он меня не слушал и снова начал угрожать. Связаться с детьми я не имела возможности, так как у них забрали телефоны. Я осталась одна, не знала как жить, а воевать против человека с общественным статусом и со связями я просто боялась. Но даже предположить не могла насколько далеко он зайдёт… Всё это время с моими детьми проводилась жёсткая психологическая работа. Моим родным детям внушали, что они мне безразличны. И очень важно отметить, что Григорий Дрозд, на тот момент, уже вёл совместный быт с той самой «подругой семьи»- Ириной Алексеевой, которая как «добрая фея» «очень переживала» и твердила моим детям: «-Вашей мамы нет рядом, видимо у неё другая, более важная жизнь»…

Когда мне сказали, что дети должны сами определиться с кем они останутся, мы снова сели за стол переговоров, я была абсолютно уверена в том, что сын и дочь выберут меня, даже сомнений не было. Первым предложили высказаться старшему сыну и он пробормотал, что останется с папой, а младшая сказала, что ей ещё нужно подумать. Честное слово, в тот момент земля ушла из под моих ног. Я вышла на улицу, села в машину, выехала на МКАД и ехала 2 круга плача навзрыд, от того, что детей словно подменили, они смотрели на меня какими-то другими глазами…

Забыла сказать, что в том же 2017 году, мне позвонил следователь из Чувашии и назначил встречу. Как оказалось, Ирина Алексеева — профессиональная мошенница и уже была осуждена на 5 лет колонии за хищение средств в особо крупных размерах, а ранее- 2 года она провела под домашним арестом и в это время родила ребёнка, благодаря чему- получила отсрочку на 14 лет. Следователь приехал ко мне из-за того, что с лицевого счёта моей фирмы поступали денежные средства на счёт Алексеевой, ведь как я уже говорила- она была клиенткой моего комиссионного магазина.

В итоге, Мои дети сомневаются во мне, и живут с уголовницей, которая теперь называет моих детей- своими. Понять насколько это больно меня сможет только мать. Я родила их, воспитала и теперь не имею возможности даже встретиться. Так мы начали судиться. Не смотря на то, что суд постановил давать мне видеться с детьми регулярно- за все 4 года я видела их не больше 10-ти раз. В этом году Григорий подал на алименты. И, надо сказать, что я не против, я могу их платить, но почему мне не дают увидеть моих детей?

Я всегда успокаивала себя тем, что они подрастут и сами разберутся в этой ситуации. Но вижу, как время летит. Каждое утро я просыпаюсь и засыпаю с мольбой о том, чтобы мои дети были рядом. Почему-то в нашей стране женщина лишена прав, особенно если ей приходится судиться с мужчиной, у которого есть связи, статус и деньги. В этом случае любые аргументы будут бессмысленны.

Надо сказать, что как только мы начали судиться, Григорий и Ирина — расписались. Ведь им обоим на руку этот союз. Ирина сменила фамилию и новым знакомым будет сложнее узнать хоть что-то о её криминальном прошлом, Григорий усыновил её сына. Теперь они ведут Инстаграм по всем канонам, создавая образ идеальной семьи. Даже благотворительный фонд имени Григория Дрозда учредили, в котором предприимчивая Ирина (Алексеева) Дрозд является директором, и никакие тюремные сроки ей не помеха. Я в этом смысле- полный профан, не умею из себя что-то строить, играть на публику, а слёзы я привыкла прятать, ведь то, что мне пришлось пережить и то, что ещё предстоит- не даёт мне ни малейшего шанса на слабость.

Виктория Дергунова

Виктория Дергунова юрист, адвокат, специализация- семейное право:

«Семейный кодекс России устанавливает, что отношения между супругами должны быть построены на чувствах взаимного уважения, помощи, ответственности, а главное любви. Однако нормы об этом являются декларативными, поскольку не влекут привлечения к ответственности или наступления иных неблагоприятных последствий для обидчика ни в делах о разделе имущества (например, в целях отступления от принципа равенства долей в нем), ни в делах о воспитании детей (ведь для того, чтобы быть «хорошими» родителями не обязательно быть «хорошими» супругами).

Результаты ряда исследований позволяют сделать вывод о том, что желание уйти от автора насилия вне зависимости от его формы и проявления является провокацией еще большего насилия, в том числе психологического. Поэтому на этапе принятия такого решения принципиально важным является не только прекращение совместного проживания, ведения быта и общих дел, любого очного общения, но и обращение к профессионалам как минимум для правовой экспертизы достигнутых договоренностей и предлагаемых проектов документов для их закрепления, а как максимум — для представления интересов в переговорах и в суде (в случае необходимости).

Человек, пострадавший от домашнего насилия (будь то физическое воздействие или психологическое давление) чаще всего не имеет ресурсов и сил, эмоциональных, материальных, чтобы отстаивать свои права и интересы, держать удар и проявлять стойкость в бракоразводном процессе. Как правило, из-за страха повторения агрессии он соглашается на любые выдвигаемые обидчиком условия, лишь бы прекратить этот «ад наяву» и начать новую жизнь.

Когда Юлия Ефимкина обратилась к нам за юридической помощью, единственное, чего она хотела – получить возможность видеть своих детей. Цели судиться у нее не было. Суд стал своеобразным средством выхода на диалог с другой стороной по вопросам участия матери в жизни дочери и сына. Поэтому, когда речь зашла о мировом соглашении, мы подписали его без каких-либо серьезных правок с нашей стороны, фактически на предложенных другой стороной условиях. Соглашение было утверждено в суде, однако, насколько мне известно со слов Юлии, добровольно так и не исполняется.

По данным статистики службы судебных приставов, в 2019 году было возбуждено 12019 исполнительных производство в связи с не исполнением решений судов о порядке общения с детьми, окончено в связи с добровольным исполнением -123 (для сравнения, в 2018 из 10652 возбужденных – 98), что говорит о фактическом неравенстве родительских прав при юридическом закреплении их формального равенства.

Позиция женщин в подобных ситуациях «не травмировать детей

приставами» — с одной стороны, понятна, но с правовой точки зрения, она делает любую борьбу за участие в воспитании детей бессмысленной.

Если другая сторона противится идти в сторону решения конфликта, якобы руководствующаяся интересами детей, их мнением, желанием, ситуация априори делает подобного рода судебные решения (в том числе соглашения) неисполнимыми и всецело зависящими от воли родителя, совместно проживающего с ребенком.

Значит ли это, что нужно отказаться от борьбы за детей? Не думаю. Во-первых, дети имеют свойство расти, и, повзрослев, смогут дать самостоятельную оценку произошедшим событиям; во-вторых, системность проблемы неисполнения решений судов о воспитании детей давно требует вмешательства со стороны законодателя и более жесткого, чем административный штраф, регулирования».

{ "author_name": "Ханна Колокол", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 0, "likes": -1, "favorites": 0, "is_advertisement": false, "subsite_label": "unknown", "id": 218140, "is_wide": true, "is_ugc": true, "date": "Tue, 09 Mar 2021 13:07:41 +0300", "is_special": false }
0
0 комментариев
Популярные
По порядку

Комментарии

null