[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Никита Евдокимов", "author_type": "self", "tags": [], "comments": 12, "likes": 19, "favorites": 7, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "24069" }
Никита Евдокимов
7 547

Почему китайский производитель химикатов заплатил $1 миллиард за «говорящих кошек»

Bloomberg о странном поведении азиатских инвесторов на примере игры Talking Tom.

Поделиться

В избранное

В избранном

Само и Иза Логин

В 2009 году выпускники факультета информатики Само и Иза Логин решили открыть свою собственную студию разработки мобильных игр и приложений. Работая в словенской ИТ-компании, они накопили $250 тысяч и вместе с шестью друзьями сняли офис в столице — Любляне.

Годом ранее Стив Джобс представил App Store, и разработчики получили возможность монетизировать свои продукты. Однако первые приложения студии молодых предпринимателей, которую они назвали Outfit7, — футбольный симулятор, гид по Исландии и инструмент для обмена «электронными объятиями» — не взлетели. «Очевидно, мы делали вещи, которые были не интересны большинству пользователей», — рассуждает Само Логин.

Полгода спустя Outfit7 выпустила детскую игру под названием Talking Tom, где антропоморфный серый кот по имени Том тонким писклявым голосом повторял за пользователем фразы и слова, которые тот произносил в микрофон. Также игроки могли «ухаживать» за питомцем — кормить, гладить и расчесывать, а Том реагировал на их действия — урчал и мяукал.

Приложение мгновенно стало хитом App Store, заняв первые строчки более чем в 100 странах мира. Авторы стали развивать франшизу: с 2010 года они добавили пять новых персонажей (например, кошку по кличке Анжела), выпустили 16 приложений, три мультсериала и серию интерактивных мягких игрушек. Параллельно они перевезли офис компании в Лондон, и зарегистрировали ее на Кипре.

По данным Bloomberg, активная месячная аудитория приложений бренда Talking Tom And Friends превышает 350 миллионов человек, а канал Тома на YouTube собрал более двух миллиардов просмотров за шесть лет. За счет покупок внутри приложения и доходов от рекламы, ежегодная выручка Outfit7 превысила $100 миллионов.

В 2016 году Само и Иза Логин решили продать компанию и открыть собственный благотворительный фонд для поддержания устойчивого природопользования. Чтобы заключить сделку на наиболее выгодных условиях, они наняли специалистов группы Goldman Sachs.

​Несколько месяцев спустя появился покупатель — к удивлению Логина, это была не более успешная игровая студия или медиакомпания, но крупный производитель химикатов из Китая — Zhejiang Jinke Peroxide.

По данным Bloomberg, стоимость сделки составляла $1 миллиард. Одним из обязательных условий словенских предпринимателей было сохранить независимость Outfit7. Поскольку Само и Иза Логин не привлекали внешние инвестиции, их доля после продажи составила $600 миллионов.

«Приобретение Outfit7 выглядело странным даже по запутанным правилам китайских сделок о слиянии и поглощении. Казалось бы, что общего между производителем растворителей и анимированным котом?», — рассуждает автор Bloomberg Адам Сатариано.

Кроме того, вопросы вызывала и платежеспособность химического гиганта, который вскоре после покупки студии сменил имя на Zhejiang Jinke Entertainment Culture. По данным издания, в 2016 году прибыль компании составила $55 миллионов при выручке в $133 миллиона. Представители Jinke отказались раскрывать источник средств.

Пример Outfit7 — не уникален. В 2016 году были закрыты сразу несколько многомиллионых сделок между китайскими промышленными компаниями и западными студиями.

В январе китайский конгломерат Dalian Wanda Group приобрел за $3,5 миллиардов создателей трилогии «Темный рыцарь» — киностудию Legendary Entertainment. В ноябре шанхайский холдинг Cultural Investment, аффилированный с производителями строительных материалов, выкупил 75% акций английской студии Framestore, которая создавала спецэффекты для фильмов о Гарри Поттере, за $144,7 миллиона.

«Но самой странной сделкой стало приобретение разработчиков игры Unreal Tournament Digital Extremes и авторов игры Gears of War Splash Damage китайским птицеводческим холдингом Leyou Technologies», — пишет Сатариано.

По данным инвестиционного банка CODE Advisors, с 2015 года более 70% сделок, связанных с приобретением игровых студий, были заключены при участии китайских компаний.

По мнению автора Bloomberg, одним из наиболее крупных китайских инвесторов, заинтересованных в приобретении западных стартапов, считается Лиза Бань. Она представляет интересы конгломерата Zhongji Enterprise Group, которому принадлежат активы в сфере строительства, недвижимости, добычи руды и других индустриях.

Сотрудничество Бань и Zhongji началось два года назад, когда председатель совета директоров компании (и близкий друг ее семьи) попросил ее организовать трансформацию бизнеса, поскольку доходы конгломерата упали из-за спада экономики Китая. Бань порекомендовала приобрести несколько игровых студий.

В 2016 году Zhongji закрыла сделку с авторами популярной онлайн-игры RuneScape Jagex, заплатив $400 миллионов. По итогам 2016 года чистая прибыль студии составила $37 миллионов. В марте 2017 года Бань вновь прибыла в Лондон для завершения переговоров о покупке другой студии. Какой именно, она не сообщила.

Лиза Бань

Интерес китайских промышленников объясняют странности китайского фондового рынка, где компании получают оценки, которые многократно превышают их годовой доход. По словам инвестиционного банкира Аффана Батта, который организовывал продажу студии Jagex, капитализация некоторых китайских компаний превышает их доход в 100 раз.

«Это значит, что китайские промышленники приобретают западные компании "со скидкой". Сразу после покупки студия уровня Jagex будет стоить гораздо дороже, поскольку станет частью китайской компании. В этом случае Zhongji увидели возможность для арбитражной сделки», — рассказывает Батт.

Китайские предприниматели делают ставку на то, что после приобретения бизнеса в digital-сфере, более прибыльного, чем бизнес в сфере промышленности, стоимость акций их компаний возрастет.

Это связано с тем, что местные регуляторы тщательно следят за состоянием игроков рынка ценных бумаг. Например, чтобы попасть на шанхайскую биржу, компания должна доказать, что была прибыльной на протяжении последних трех лет.

Когда компания попадает на биржу, но не может найти новые источники прибыли, стоимость ее акций идет вниз. По словам Батта, когда китайский промышленный конгломерат покупает игровую студию, он на самом деле «покупает ее прибыль».

После того, как в июне 2016 года Zhongji приобрела Jagex, стоимость акций китайской компании выросла на 30%. После покупки Digital Extremes и Splash Damage, объем акций Leyou Technologies удвоился, а стоимость акций пароходной компании Chongqing New Century Cruise увеличилась на 600%.

«В этих сделках нет никакой промышленной логики. Но руководители замечают, как много они могут заработать, поэтому в этом нет ничего странного», — рассказывает сооснователь исследовательской компании в игровой индустрии Newzoo Тиж Хагрут.

Однако китайским промышленникам сложно приобрести иностранные активы. Горнодобывающая компания не может списать с баланса юани, обменять их на евро или доллары, и выписать чек на покупку игровой студии.

Правительство ограничивает вывод капитала за рубеж, и чтобы приобрести западную компанию, промышленникам приходится создавать фирмы-прокладки и обращаться к инвесторам, у которых есть доступ и к юаням, и к международному капиталу.

«В этом случае горнодобывающая компания может занять у них деньги под 20% годовых, или предложить выкупить свои акции со скидкой, чтобы инвесторы могли заработать на курсовой разнице после покупки», — рассказывает Лиза Бань.

Затем, если горнодобывающая компания получит одобрение регуляторов, она может приобрести студию и рассчитаться с инвесторами. Если все идет по плану, стоимость акций взлетает и все участники схемы остаются в выигрыше.

Такие сделки остаются максимально непрозрачными, поэтому практически невозможно отследить, из каких источников пришли деньги. По данным Bloomberg, первоначально студия Outfit7 была приобретена компанией United Luck Group Holdings, зарегистрированной на Британских Виргинских островах. Издание связывает ее с китайским магнатом в сфере недвижимости У Япинем.

Спустя четыре дня после покупки Outfit7, холдинг United Luck перепродал ее производителю химикатов Zhejiang Jinke. Издание Forbes выяснило, что ранее Jinke приобрел 10% холдинга United Luck по «невероятно низкой» цене — за $5 тысяч.

Недавно Jinke заявил, что сделка по продаже Outfit7 с United Luck еще не закрыта и холдингу по-прежнему принадлежат 100% акций студии. Bloomberg связывает это с тем, что производитель химикатов до сих пор не получил одобрения от китайских регуляторов.

Несмотря на это, Jinke создал дочернюю компанию под названием Zhejiang Jinke Tom Cat Network Technology, которая вместе с United Luck будет получать долю от прибыли студии Outfit7.

Собеседник Blooberg, знакомый со стратегией Jinke, сообщил, что компания не случайно заключила партнерство с холдингом United Luck, поскольку эта компания зарегистрирована вне материковой части Китая и так провести сделку проще. Среди аффилированных сторон фигурируют «группа граждан Китая, банков, пенсионных фондов и другие инвесторы».

Лондонский офис Outfit7

В июне 2016 года, когда студия Jagex объявила о сделке с китайским конгломератом Zhongji, ее сотрудники стали беспокоиться о дальнейшей судьбе бизнеса.

Однако новые владельцы организовали переезд в более просторный офис, где поместился бар, переговорные комнаты и «игровая пещера». По словам руководителя студии Фила Маншелла, представители Zhongji стараются держаться на дистанции и не вмешиваться в дела студии.

«Мы увидели, что они не собираются выжимать из студии все соки, или распродавать ее по частям. Наоборот, они хотят ее развивать», — рассказывает он. Сейчас студия планирует выход на китайский рынок игр, где «даже скромный проект может принести огромную прибыль».

Фил Маншелл

Однако иногда не все идет гладко. В 2016 году оскароносный продюсер фильмов «Далласский клуб покупателей» и «Повелитель бури» Николя Картье заключил соглашение о продаже своей компании Voltage Pictures китайскому производителю медных кабелей Anhui Xinke New Materials. Сумма сделки оценивалась в $350 миллионов.

Ранее китайская компания уже приобрела несколько голливудских студий, поэтому сделка не стала большим событием. Однако месяц спустя после анонса, Anhui отказалась от покупки, объяснив свое решение тем, что Voltage не предоставила необходимую информацию по требованию китайских регуляторов. Картье отрицает обвинения.

По мнению автора Bloomberg, опыт продюсера может отпугнуть желающих продать свой бизнес партнерам из Китая, однако у них нет альтернативы, потому что за последние несколько лет на западном игровом и медийном рынке «не было заметных слияний и поглощений», и единственным вариантом остается рынок Азии.

Генеральный партнер венчурного фонда London Venture Partners Пол Гейдон, однако, уверен, что в скором времени это может прекратиться: «Китайское правительство прекрасно понимает, что происходит. Они не уверены, что это хорошая идея, когда промышленные и горнодобывающие компании внезапно превращаются в игровые».

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Компания отказалась от email
в пользу общения при помощи мемов
Подписаться на push-уведомления