[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]
{ "author_name": "Konstantin Panphilov", "author_type": "self", "tags": ["\u043a\u043e\u043b\u043e\u043d\u043a\u0430"], "comments": 43, "likes": 36, "favorites": 19, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "24711", "is_wide": "" }
Konstantin Panphilov
22 262

«Биткоин не имеет признаков имущественных прав»

Управляющий партнер юридической компании «Зарцын, Янковский и партнеры» Людмила Харитонова о том, как суды принимают решения по делам, связанным с криптовалютой.

Поделиться

В избранное

В избранном

Понятие «криптовалюта» на сегодняшней день для многих таинственно и загадочно. Все говорят про это, но мало кто с этим работал. Поэтому реальные судебные кейсы — на вес золота.

Когда у юристов на конференциях спрашивают про биткоины с эфирами и их будущее, почти все выступления сводятся к одному: «правовой базы нет».

Создаются рабочие группы по разработке законопроектов, есть парочка писем контролирующих органов, но закона пока нет. В связи с этим суды вынуждены принимать решения, руководствуясь аналогией закона и существующей нормативной базой.

Вынесено уже огромное количество судебных решений, связанных с расчетом криптовалютой за наркотики и включением в реестр запрещенных сайтов страниц, на которых размещена информация о криптовалютах. Это именно те дела, которые создают флёр незаконности вокруг всего того, что связано с технологией блокчейна и криптовалют. Тем не менее, есть и такие решения, где содержится анализ правовой природы криптовалют.

Возврат займа криптовалютой

В споре об имущественных правах, тянущемся аж с 2015 года, суд косвенно коснулся определения понятия криптовалют.

Предмет спора – недвижимость в Хабаровске. Согласно материалам дела, в 2014 году был заключен договор купли-продажи между ИП Абрамовым А. С. и ООО «Виктория». Однако продавец утверждает, что договор он не заключал, оплату не получал и, соответственно, имущество не передавал. В деле немало деталей, в которых разберутся только профессиональные юристы, это совершенно не связано с криптовалютами, не будем углубляться.

Для нас с вами важно обратить внимание на другое: параллельно этому разбирательству шло еще одно. Сингапурская компания Magna Trading Ltd утверждала, что ИП Абрамов взял у нее заём для оплаты недвижимости, а теперь они просят его вернуть. На это Абрамов ответил, что вернул заём посредством перевода в криптовалюте. Сумма займа составила 5 000 000 долларов и выдана была наличными.

Суд был краток, но жесток «…доводы о возврате по соглашению полученных им по договору займа денежных средств, но не в виде полученных наличными 5 млн долларов, а в виде криптовалюты (виртуальных денег), оцениваются критически, так как не подтверждают факта оплаты денежных средств ответчику» (Постановление по делу № А73-6112/2015 от 28.06.2016. 6-й ААС).

Таким образом, суд посчитал, что криптовалюта — это не денежное средство, а значит, и ненадлежащая форма расчетов. Разбираться в тонкостях перевода с кошелька на кошелек и возможностях подтверждения платежа уже никто не стал.

В конечном итоге, суд встал на сторону владельца недвижимости и в апреле 2017 года, обязав горе-покупателя возместить судебные издержки на общую сумму 339 600 рублей (Резолютивная часть определения от 11 апреля 2017 г. по делу № А73-6112/2015).

Криптовалюты = электронные деньги

Осенью 2015 года Арбитражный суд Вологодской области принял к рассмотрению дело о банкротстве индивидуального предпринимателя. При рассмотрении вопросов, связанных с банкротством и поиском конкурсной массы, суд был более благосклонен и приравнял криптовалюты к электронным деньгам.

Если точнее, то в списке документов, подтверждающих материальное состояние должника, финансовый управляющий затребовал сведения об остатках на электронных счетах. В определении приведен целый список, вот выдержка из него: «…К электронным денежным средствам относятся, например: PayPal, «Яндекс.Деньги», «Деньги@Mail.ru», Webmoney, QIWI, а также различные криптовалюты: Bitcoin, Litecoin» (Определение по делу № А13-15648/2015 от 15.08.2016. АС Вологодской области).

К сожалению, никаких криптозаначек у ответчика не обнаружили, и дело не дало нам ничего, кроме этих двух строк. В итоге, ИП было признано банкротом в октябре 2016 года. К тому моменту в суде участвовало уже 11 кредиторов с требованиями на несколько миллионов рублей. После завершения торгов, они поделят между собой все имущество ответчика, а именно: УАЗ 3962 1998 года выпуска и Volkswagen Polo 2010 года.

Криптовалюты запрещены

Фермы для майнинга выглядят очень привлекательно и окупиться обещают в кратчайшие сроки. Есть у них только три недостатка:

  • цена;
  • недоступность оборудования в РФ​;
  • сложности законодательного регулирования.

В таких условиях «облачный» майнинг кажется наиболее простым и выгодным вариантом. Так, в судебном заседании должник пояснил, что все кредитные деньги ушли на майнинг. Суд такой довод не удовлетворил, и дело о банкротстве было прекращено со следующей формулировкой:

«…учитывая пояснения должника, данные им в судебном заседании, об использовании кредитных средств для занятия облачным майнингом, суд считает необходимым отметить, что поведение должника, сознательно допустившего увеличение кредиторской задолженности перед банками для целей ведения операций с криптовалютой (биткоинами), оборот которой запрещен на территории Российской Федерации (статья 27 Федерального закона от 10.07.02 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», не может быть признано судом добросовестным» (Определение по делу № А70-15360/2015 от 22.06.2016. АС Тюменской области).

Расчет криптовалютами – это натуральный обмен

Решения судов родственных нам стран бывшего СССР интересны прежде всего тем, что опираются на близкую нам нормативную базу (зачастую абсолютно идентичную). Так, украинский суд детально рассмотрел договор, по которому был осуществлен расчет криптовалютами, и признал его договором мены (Дарницкий районный суд г. Киева, дело № 753/599/16-ц). Суть дела в следующем:

  • был заключен договор оказания услуг по разработке ПО, оплата по которому должна была быть произведена в криптовалюте;
  • услуги были выполнены, а вот своих монет исполнитель не получил и обратился в суд.

Суд первой инстанции решил, что между сторонами имел место договор мены, так как криптовалюты не валюты вовсе, а цифровая продукция. И, к тому же, цифровая продукция Вitcoin не является предметом материального мира, не имеет индивидуальных признаков, а посему и не может быть объектом судебной защиты.

В этот самый момент суд переквалифицировал договор из договора оказания услуг в договор мены. Ведь договор оказания услуг подразумевает под собой предоставление услуги за плату, которая должна быть произведена денежными (платежными) средствами, коими, по мнению суда, биткоины не являются. По мнению суда, оплата криптовалютой – это скорее обмен программы на программу. Иными словами, суд посчитал, что договор изначально был неверно составлен и значение его ничтожно.

Суд апелляционной инстанции выводы поддержал и указал, что платежным средством на территории Украины является гривна. Более того, согласно указаниям Нацбанка Украины криптовалюты являются денежными суррогатами, не имеющими обеспечительной стоимости, а их купля-продажа имеет признаки финансовых пирамид.

Заключенный договор между участниками ничтожен, так как договор оказания услуг подразумевает расчет платежными средствами, в нашем случае гривнами или иностранной валютой, соответствующей законодательству страны. Учитывая всё вышеперечисленное, суд пришел к выводу, что не может обязать ответчика передать истцу что-либо нематериальное, и отказал в удовлетворении иска.

Но. Вывод суда первой инстанции о том, что цифровая продукция Вitcoin — это имущество и на него есть соответствующие права, отклонены судом как безосновательные, поскольку они не соответствуют нормам действующего законодательства Украины.

«…Имущественными правами признаются любые права, связанные с имуществом, отличные от права собственности, в том числе права, которые являются составными частями права собственности, а также другие специфические права и права требования. Биткоин не имеет признаков имущественных прав».

Отвергнув одну трактовку сущности криптовалют, другую суд, увы, не предложил.

Пока суды в рамках одного государства не могут прийти к единому мнению о сущности криптовалют, о разных странах речи не может быть. Но это не значит, что нужно все бросить и заняться чем-то более материальным. Наоборот, самое время начать формировать практику самостоятельно.

#Колонка

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Компания отказалась от email
в пользу общения при помощи мемов
Подписаться на push-уведомления