[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Никита Евдокимов", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u043d\u0442\u0435\u0440\u0432\u044c\u044e"], "comments": 22, "likes": 49, "favorites": 21, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "25642" }
Никита Евдокимов
16 645

Как переводят фильмы, игры и сериалы

Совладелец компании «РуФилмс» Алексей Козуляев о ляпах в «Игре престолов» и правильной локализации.

Поделиться

В избранное

В избранном

Совладельцы «РуФилмс» Алексей Козуляев и Елена Конотопова

Алексей Козуляев и Елена Конотопова открыли компанию «РуФилмс» в 2006 году. До этого Алексей Козуляев получил профессию переводчика в Московском государственном лингвистическом университете, а позднее — режиссера в Нью-Йоркской академии киноискусств (New York Film Academy), работал в компании Worldnet Television and Film Service и занимался локализацией документальных фильмов для западных вещателей.

Столкнувшись с нехваткой переводчиков аудиовизуального контента, партнеры также открыли собственную школу аудиовизуального перевода и стали готовить их самостоятельно. «РуФилмс» занимается локализацией фильмов, игр и сериалов — в том числе для Netflix, Amazon Prime, Fox, Blizzard, а также для компании «Аэрогрупп», поставщика бортовых развлекательных программ «Аэрофлота».

Алексей Козуляев рассказал vc.ru о том, как готовится локализация контента, сколько это стоит, и какие распространенные ошибки совершают авторы.

Что такое аудиовизуальный перевод?

Это перевод фильмов, игр и сериалов. Вас, меня, других переводчиков учили в институте переводить тексты. Но в случае аудиовизуальных продуктов сознание человека занято не обработкой текстовой информации, а ее комбинированием с массой других источников. Даже тактильных, например в играх.

В 90-е годы мне пришлось столкнуться с «текстоцентризмом» — переводчик переводит текст фильма, сдает его и думает, что его еще будет править редактор. А редактору после просмотра фильма приходится заново все переделывать.

Когда мы начали работать с субтитрами, то выяснилось, что из-за серьезных ограничений по числу знаков, строк на экране, скорости чтения субтитровщик тоже вынужден был переписывать текст переводчика. И кто из них, спрашивается, становился автором перевода?

И вот тут возник вопрос — в чем отличие перевода текста от перевода фильма или сериала. И не только у нас. В 1995-1996 годах над этим задумалось огромное количество коллег за рубежом. Причем это была общемировая волна. Она, видимо, совпала с увеличением количества аудиовизуального контента и появлением интернета. Тогда интернет был еще в зачаточных формах, но аудиовизуальный контент перекочевал туда, он стал доступным широким массам. И во всем мире появилась проблема: «А что с ним делать, как его локализовывать?».

Тогда аудиовизуальный перевод начал изучаться и преподаваться как дисциплина. Он еще очень молод, но Россия в этой области совсем не отстает.

В какой момент у вас возникла идея открыть собственную компанию по локализации сериалов и игр?

«РуФилмс» существует с ноября 2006 года. В тот год мы окончательно перешли от надомного подхода к бизнесу к «промышленной» модели, увязав и аудиовизуальный перевод, и озвучивание, и субтитрирование.

Это ведь связанные операции, их нельзя, точнее, неправильно разделять потому, что так учили переводчика или так удобнее актеру. Нежелательно готовить перевод фильма «вообще» и нести его актерам «в любую» или «какую-нибудь» студию: актеры будут ругаться и плеваться, потому что локализация — это творчество коллективного автора, старающегося донести суть фильма для коллективного зрителя. Мы все — посредники в разговоре авторов фильма и целевой аудитории, к которой они обращались. Наши актеры озвучки уже привыкли к нашему стилю перевода и подачи.

Коллективный автор — это переводчик, актер озвучки, редактор и так далее. То есть все люди, которые работают над локализацией продукта. Кстати, в этом заключается принципиальная ошибка большинства кинокритиков и авторов обзоров. Например, они говорят: «перевод Петра Гланца».

​Но Петр и его коллеги не переводили фильм или сериал, они его только озвучили. При этом актерская бригада отработала прекрасно. Но на своем участке.

Есть и обратная ситуация: когда переводчики озвучивают фильмы на дому — «набубнивают». Но ведь немногие переводчики владеют навыками сценической речи — это отдельная наука. Взять мультипликационный фильм «Шрек»: если я или вы начитаем реплики главного героя, они не будут звучать так, как звучат у актера.

В 1990-е переводчик часто озвучивал фильмы, но это было не от хорошей жизни — от недостатка денег. В России прекрасная актерская школа, а сейчас появились и школы озвучивания, поскольку техника работы у микрофона также требует специфических навыков.

Расскажите подробнее о технике перевода фильмов.

Согласно международным стандартам перевод могут осуществлять только носители языка. Заказчики требуют, чтобы перевод готовили люди, владеющие актуальным русским (в нашем случае) языком.

Сегодня считается, что лексика и синтаксис языка серьезно меняется в среднем за два года. Человек, который переехал в Нью-Йорк или Берлин, через два года утрачивает актуальность языка. Потому что он находится вне живой языковой среды, которая создается национальной культурой, СМИ, соцсетями и так далее.

Благодаря соцсетям происходит языковое творчество — появляются мемы и новые лексические единицы, новые структуры. Каждый день вы узнаете что-то новое. Интернет в разы ускорил процессы изменений, происходящих в языке.

​Некоторые исследователи считают, что сегодня ежегодно обновляется до 5% повседневного словарного запаса языка.

Поэтому требование заказчиков делать перевод на территории, в ареале фактического существования языка — вполне обоснованно.

Это первое, второе правило (которое часто нарушается) — переводчики не переводят «напрямую с экрана». Для художественных фильмов это неприменимо. Во-первых, не носитель языка может не услышать какие-то вещи, или услышать, но неправильно их понять. Тут часто говорят: «Конечно, нужно брать билингва». Да, если человек владеет двумя языками, он поймет, о чем говорится на экране, но он с высокой долей вероятности не переведет это на русский. Перевод — это отдельный вид деятельности, ему надо учиться.

Например, сооснователя Google Сергея Брина увезли из России, когда ему было пять лет. Да, он говорит по-русски, у него прекрасное образование, он один из богатейших людей в мире. Но вы бы слышали этот русский.

Или другой пример. Мы для «Аэрофлота» локализовали фильм «Выкрутасы» — там вместе с Иваном Ургантом и Константином Хабенским играла Мила Йовович. Извините, лучше бы я этого не слышал — во первых, у нее очень сильный акцент, а во-вторых, она строит предложения как маленький ребенок — её увезли в США, когда ей тоже было пять лет. Но английский у нее великолепный.

Но возьмем правильный, почти идеальный вариант построения работы. В большинстве случаев он соблюдается. Особенно если компания работает с западными партнерами — тогда все придерживаются не выдуманных под себя, а международных параметров.

При подготовке перевода мы получаем видео и монтажный лист. Или диалоговый лист, где указываются диалоги с тайм-кодами, или сценарий, где все прописано по кадрам. Хуже, когда присылают так называемый режиссерский сценарий, который существовал еще до начала съемки. Работая над фильмом, режиссер мог выбросить какие-то куски, и переводить приходится зачастую «со слуха», да и на перевод уходит больше времени.

Прежде чем приступить к переводу, переводчик полностью отсматривает фильм — для него важно понять сюжет и последовательность эмоциональных состояний, через которые ему предстоит провести зрителя. Он же заново создает произведение — поэтому сперва он должен сам сесть и прочувствовать его. Иначе он начнет работу, а к середине фильма обнаружит, что делает что-то не то, — это недопустимо.

Переводчик делает эмоциональное и сюжетное картирование, наброски, проверяет героев, а потом начинает переводить. Кстати, если заранее отсмотреть картину, перевод готовится значительно быстрее — ты уже знаешь сюжетную и эмоциональную последовательность, и у тебя в голове есть целостная история.

Если перевод готовится под дубляж или закадровую озвучку, то делаешь перевод, расставляя таймкоды. При дубляже, когда оригинальная звуковая дорожка замещается русскоязычной, переводчик делает пометки, где актеру следует эмоционально окрасить ту или иную фразу. Некоторые студии этого не любят, некоторые наоборот, просят так делать. Этот момент всегда согласовывается в рабочем порядке. Часто студии просят оформлять перевод в разных шаблонах, больших различий в них нет.

После этого идет редактура. Но не всегда — некоторые клиенты экономят на этом этапе. Особенно если идет перевод документального фильма — заказчики предпочитают проверять перевод фактов, которые звучат в самом фильме.

Наши редакторы советуют переводчикам читать готовый текст вслух. Иначе можно упустить какую-нибудь неблагозвучную фразу вроде «девочка с ранчо». Звучит ужасно. Кроме того, чтение вслух помогает дать фразу нужной длины, чтобы поместиться в хронометраж реплики на исходном языке — это важно для хорошей озвучки.

Сколько в России аудиовизуальных переводчиков?

Я могу опереться только на данные о студентах нашей школы. За последние три года обучение прошло 700-800 человек по всей стране. Средний уровень конверсии — то есть количество людей, которые продолжили работать в этой сфере — 25%. Получается, что только мы в России обучили около 200-250 специалистов.

А до появления нашей школы во всей стране было 70-80 аудиовизуальных переводчиков. С 2001 года по 2012 год количество контента на всех языках, предлагаемого зрителям, выросло в 67 раз. Количество переводчиков — всего на 30%. Вот откуда в какой-то момент появились суровые машинные переводы тех же игр или не менее суровые переводы аниме.

Переводчики «РуФилмс» на первой в России международной конференции по аудиовизуальному переводу. Санкт-Петербург, август 2016 года

Сколько времени занимает перевод фильма?

Если переводим под закадровую озвучку, то на полуторачасовой художественный фильм уходит два дня. Если под дубляж — то неделя.

А почему так долго?

Потому что, как я упоминал ранее, нужно поместиться в хронометраж реплики на исходном языке. А при дубляже еще и «уложить в губы». При дубляже мультфильма, например, этого нет. Но там нужно стараться попасть в слоговые смыки — когда герой открывает и закрывает рот: чтобы в переведенном варианте было одинаковое количество слогов.

Кстати, в некоторых случаях заказчики отказываются от дубляжа. Особенно если нужно локализовать комедию. Дело в том, что при дубляже гораздо важнее мимическая синхронизация. И у переводчика возникает выбор — либо «попасть в губы», но потерять шутку, либо передать шутку, но не «попасть в губы». А на шутках в комедии построен коммерческий успех.

В том случае, если мы делаем только субтитры, обязательная задача сделать так, чтобы зритель успевал читать текст, пока он на экране.

Переводчик текстов не стесняет себя длиной: «Подумаешь, предложение в три раза длиннее, зато все смыслы передали». У нас такой роскоши нет.

Для закадровой озвучки актуальна та же задача: если переведенная фраза длиннее, актер, конечно, может начать тараторить, но это будет плохо восприниматься при просмотре.

Сколько стоит закадровый перевод фильма и дубляж фильма?

Благодаря нашей компании, переводчиков других компаний — наших коллег, стоимость удалось поднять: долгое время переводчикам аудиовизуальных продуктов платили унизительно мало. Так происходило потому, что они не могли объяснить, в чем именно заключаются особенности их работы, почему за неё нужно доплачивать.

Мы смогли обучить своих переводчиков, и в целом по рынку люди научились рассказывать о сложности своей работы, поэтому цену удалось поднять в шесть-восемь раз. Лет 7-8 назад закадровый перевод минуты фильма стоил 8-15 рублей. Сейчас минута стоит в среднем от 40 до 70 рублей. Бывают и более высокие ставки — таких заказов становится больше. Это сопоставимо со ставками за перевод текстов.

Если оценивать полную стоимость работы над проектом, то минимальная цена минуты — 250 рублей, максимальная — 700-800 рублей. В среднем — 400 рублей. Это стоимость полной локализации, в которую входят услуги всех участников процесса — от переводчиков до звукоинженеров.

При дубляже стоимость сильно разнится. Это зависит от того, есть ли в фильме песни, какие актеры озвучки привлекаются и так далее. Я не рискую ее озвучить, потому что она зависит от многих факторов. Но в разы выше обычных расценок, поэтому все переводчики мечтают работать на дубляже.

Расскажите, из чего складывается стоимость работы по переводу фильма.

В случае закадрового фильма 20% берет переводчик, а 80% — студия и актеры озвучки. Но все зависит от того, сколько актеров принимает участие. Например, когда мы делали локализацию «Игры престолов» для Fox, заказчик просил сделать перевод с участием шести актеров озвучки.

Стоимость проекта может меняться от количества актеров и присутствия «звезд». Например, Диомида Виноградова или Ольги Шороховой (известны в том числе по дубляжу мультсериала Gravity Falls — vc.ru).

«Заигранные» актеры, которые много записывают и озвучивают, стоят дороже. Но есть менее известные актеры. То же самое — есть более популярные и более дорогие переводчики.

Хотя при дубляже переводчики получают до 20% от объема бюджета, иногда их доля может быть выше, потому что некоторые еще самостоятельно делают «укладку» — чтобы переведенный текст попадал в губы, мимику и интонацию героя на экране.

Русский язык устроен так, что у нас в вопросительных и восклицательных предложениях очень сильно меняется мимика. Вы не сможете воскликнуть «через губу», а «процедить» вопрос — сможете.

В некоторых случаях переводчик может полностью замкнуть на себя все, включая создание субтитров. Но там все равно требуется контроль качества. Если на экране человек видит в титрах ошибку — отсутствие запятой или неправильную букву, — то скорость понимания происходящего на экране падает вдвое. Это подтверждено экспериментально. Зритель отвлекается на мысль: «А почему, собственно говоря, была сделана эта ошибка?»

Поэтому при субтитрировании большое значение уделяется грамотности, знанию русского языка. Не все переводчики справляются с переводом для субтитрирования: человек может готовить идеальный дубляж, но у него столько ошибок, что редактор устает править. Ну не ставит он запятые в тех местах, где надо. А переводчик — прекрасный.

Актеры озвучки у вас в штате работают?

Нет. Актер не может никому «принадлежать». Они работают с разными студиями, и в каждой студии что-то озвучивают. Поэтому когда говорят, что есть определенный актер, связанный с определенной студией, то, скорее всего, — это студия самого актера. Или таково требование телеканала или крупного заказчика.

Популярные актеры могут одновременно записываться на трех-четырех студиях. Допустим, в 7:00 утра начал писаться на одной студии, в 23:00 закончил на другой. А вот переводчики и студии работают совместно в тесном симбиозе. Поэтому актеры привыкают к переводам определенных людей и неохотно «меняют руку». Это и вопрос привычки, и вопрос времени, потраченного на озвучивание. Чтобы переводчики понимали каково актерам работается с их переводами, мы в школе устраиваем встречи с актерами озвучивания, а по возможности и экскурсии в студию. Просто наши учащиеся и уже работающие переводчики находятся в разных городах, и не всегда бывает возможность организовать такую экскурсию.

Над какими известными фильмами и сериалами вы работали?

Мы специализируемся на сериалах, телевизионных программах, фильмах для авиакомпаний, а также на локализации потокового видео для Netflix и Amazon. ​

Сейчас в пакете «Ростелекома» запускается канал Eurochannel, там наша компания сделала всю озвучку и переводы. Также есть Amazon Prime. Мы один из трех вендоров, который работает над всеми мультипликационными сериалами сервиса. Также в работе находятся несколько музыкальных сериалов Netflix. Огромную работу мы делаем по субтитрам для Netflix.

Для Fox мы делали локализацию «Игры Престолов», «Ходячих Мертвецов», «Парк Авеню, 666» и других сериалов.

Мы не работаем над локализацией фильмов для «первого экрана» — кинотеатров. В России этим занимается всего несколько компаний — например «Пифагор» или «Мосфильм-Мастер». Это связано не столько с особенностями перевода, сколько с теми требованиями, которые кинопрокатчики предъявляют к обработке звука на выходе — Dolby Surround и так далее. Поэтому количество таких студий крайне ограничено.

​То есть мы покрываем четыре сектора, а в сегменте «первый экран» работают другие игроки. Но количество фильмов, которое показывают в кинотеатрах, стабильно — этот сектор не растет.

​А эфирное, кабельное телевидение, интернет-телевидение, платформы потокового видео и бортовые развлекательные программы — секторы с хорошей динамикой роста.

Расскажите подробнее о переводческих «ляпах». Например, в «Игре престолов».

Мы начали работать над «Игрой престолов» с третьего сезона. ​Вы наверняка помните, что в официальной версии титул Дейнерис — stormborn. На русский язык он переводится как «бурерожденная». После первого сезона зрителям такой вариант понравился, они его приняли. А во втором сезоне переводчики (это была не наша компания) решили честно перевести stormborn как «шторморожденная» — и это вызвало колоссальное возмущение у аудитории. В «своих» сериях мы решили вернуться к исходному варианту. ​

Поэтому, когда переводчики работают над сериальной продукцией, они создают глоссарий — список вариантов перевода имен, фамилий, ключевых фраз и так далее.

Сейчас глоссарий считается отдельным активом — он утверждается специальными людьми, и это важный документ. Особенно если создается трансмедийный продукт — фильм, комикс, игра, связанные единым комплексом героев или «вселенной». В такой глоссарий «допускаются» представители всех сторон, работающих над продуктом: от заказчиков локализации до производителей игрушек.

Если 12-15 лет назад без глоссария обходились (вдруг сериал не будет успешным?), то сейчас глоссарий создается к любому сериалу, это обязательный элемент работы любого аудиовизуального переводчика — чтобы не получилось «шторморожденной».

Но иногда глоссарий не спасает. Вы помните знаменитую фразу «ходор», которую произносил одноименный персонаж «Игры престолов»? В конечном счете, оказалось, что у него дефект речи и hodor — это акроним от фразы hold the door (держи дверь, затвори ход).

И это было проблемой для переводчиков во всем мире — как обыграть его имя и ключевую фразу в родном языке. Потому что на любом языке фраза «закрой дверь» не похожа на имя, которое было у персонажа. (В русской версии эта фраза была переведена как «стой у входа» — vc.ru).

За все время работы над сериалом у нас был только один «ляп». Как вы помните, в сериале был такой народ — железнорожденные. К ним относились Теон и Яра Грейджой. И актриса озвучки записывала фрагмент то ли рано утром, то ли поздно вечером и оговорилась — произнесла это слово как «железнодорожные».

Это был премьерный прокат сериала, и окончательная версия видео поступала к нам за 48 часов до выхода в эфир. Мы ее переводили, озвучивали и сразу же отдавали на канал для телетрансляции. Fox начинал показ с Дальнего востока, и сразу после первого эфира раздался звонок: «Ребята, что у вас происходит? Какие "железнодорожные"? Срочно меняйте».

Следующий эфир был через два-три часа, нам нужно было все перезаписать, «пересчитать» проект. Слава богу, успели и все вовремя заменили, но состояние было предынфарктное.

А что насчет культурной адаптации терминов или явлений?

Это транскультурация, то есть адаптация фильма к особенностям культурного кода россиян. Здесь речь идет не о каких-то ценностях, а культурных отсылках. Например, иностранцы не поймут значение фразы «какая гадость эта ваша заливная рыба», даже если перевод будет корректным, пока не посмотрят «Иронию судьбы».

И наоборот — даже если русские владеют английским, они не поймут смысл фразы here is looking at you, kid, если не смотрели «Касабланку». И она переводится не как «смотрю на тебя», а «я так ждал тебя, дорогая». Для американцев это элемент культурного кода.

То же самое можно сказать о брендах. Например, в детстве все мы играли с определенными игрушками. Для меня это была приставка «Ну, погоди», где волк ловит яйца. А мой сверстник из США в это же время играл в приставку Atari. Поэтому восприятие фразы Atari console будет разным.

Или другой пример — молодой переводчице попалась фраза ancient spandex trousers. Она перевела ее как «древние штаны из спандекса». И еще удивлялась — почему древние-то? На самом деле речь идет о лосинах, которые носили в 80-е годы.

То же самое с автомобилями. Есть культовые модели для американцев — Chevrolet Impala или Chrysler De Soto 1957 года. Они считаются самыми красивыми машинами в истории американского автопрома. Для французов это Citroen DS. Но если оставить без изменений фразу «Он приехал на Citroen DS. Все охнули», русский зритель ничего не поймет. Почему охнули? Что не так с машиной? Поэтому точную модель автомобиля можно опустить и сказать «винтажном Citroen».

Также я всегда требую от переводчиков отходить от «культурного жлобства». Когда переводчик начинает «фигурять» фунтами, футами, дюймами и так далее, это либо его неспособность перевести значения в международную систему единиц, либо пренебрежение к зрителю.

Из-за этого может потеряться смысл. О чем вам говорит фраза «роскошная квартира в 220 квадратных футов»?

Ни о чем.

Звучит как размер большой квартиры и все, правильно? А если перевести футы в метры, получится чуть больше 20 м², то есть слово «роскошный» в данном случае приобретает иронический оттенок. Это же относится и к единицам измерения температуры. Дети, привозимые в приемный покой больницы с температурой в 104 градуса, меня всегда пугают. Равно как и 40-градусный пронизывающий до костей холодный ветер и красавцы мужчины ростом в шесть футов шесть дюймов. Это очень важный элемент работы переводчика — он всегда должен понимать, для кого он переводит.

Мы должны обеспечить легкий просмотр для зрителя. Он должен легко усваивать сюжет, понимать, что говорят эти люди на экране, сопереживать им, и так далее. А если вы вместо облегчения понимания гордо швыряете ему в лицо чужую культурную реалию, то у него возникает когнитивный диссонанс и пропадает удовольствие.

Если зритель не поймет ту красоту, которую написал переводчик, то прокатчик потеряет свои деньги, а зритель не прочувствует этот момент — не засмеется, не пустит слезу, и так далее. А труд стольких людей, создававших этот фильм пропадет даром, не будет правильно оценен зрителем.

А есть культурная адаптация персонажей?

Возьмем, например, фильм «Тор». В США Тор — стопроцентно положительный герой, а Локи выполняет роль стопроцентного мерзавца, подлеца и антагониста. Но русский язык имеет большую гибкость — и, не меняя слов, а меняя их порядок в предложении можно получить иронию вместо однозначного утверждения.

После первичного просмотра русские зрители обратили внимание на внешность Локи, и он показался им неоднозначным персонажем. Тогда маркетологи предложили сделать его не абсолютным злом, а трикстером — хитрецом. Была сложная задача — изменить восприятие персонажа, не меняя слов в его репликах. И это получилось, во многом благодаря хорошему актеру озвучки.

Но с точки зрения классической сценарной композиции антагонист не может вызывать симпатию, это запрещено. А здесь это сработало.

Вы также переводите игры. Над какими работали?

Например, переводили «Время Йо-Кай», которая выпускалась Viz Media. Сейчас активно сотрудничаем с Blizzard над некоторыми проектами компании. Есть и другие работы, но я не могу о них рассказывать — NDA запрещает это делать. Как и о некоторых работах по локализации фильмов и сериалов.

В чем разница при переводе игр и фильмов?

Когда мы переводим фильм или сериал, мы обеспечиваем эквивалентность viewing experience — впечатления от просмотра у российского и, скажем, американского зрителя. То есть комедия должна остаться комедией, а драма драмой. Когда переводим игру — gaming experience. Это нечто иное. В случае игры вы осуществляете определенные действия по отношению к игре, которые могут изменить ее ход.

Вы не можете одним движением менять ход фильма или сериала — хотя были проекты, когда сюжет развивался в зависимости от результатов пользовательского голосования.

В случае игры это происходит сплошь и рядом — игроку постоянно нужно делать выбор. Поэтому перевод игры называют интегрированным аудиовизуальным переводом.

Обычно переводчик включен в команду разработчиков — это и хорошо, потому что они учитывают его пожелания, и плохо — потому что у него нет возможности взглянуть на игру целиком, она появляется целиком, собственно говоря, в день глобального релиза, на всех планировавшихся языках.

Более того, иногда крупные игровые компании «вывозят» переводчиков к себе — туда, где находится штаб-квартира, офис. На одном этаже сидят разработчики, на другом — переводчики, на следующем дизайнеры и так далее. Они находятся в режиме плотного взаимодействия, и влияют на решения друг друга. Например, переводчики могут предложить очень хорошую фразу, которая не укладывается в анимацию аватара. Тогда разработчики перерисовывают движение губ героя.

Перевод игр — это интегрированный бизнес-процесс, переводчик очень сильно погружен в создание игровой атмосферы и решает вполне четкие коммерческие и маркетинговые задачи. Кстати, это одно из требований локализаторов и разработчиков игр, например Blizzard — переводчик должен быть знаком с миром игры. У них подразделения по локализации появились, насколько я помню, в 2004 году, после открытия европейского офиса. Они были пионерами в этом направлении. Из-за распространения интернета, из-за большого количества игр, способности быстро вовлекать большие массы игроков, релиз любой крупной игры стал международным. Соответственно переводчик отвечает за ее коммерческий успех.

В ближайшие годы в сфере аудиовизуального перевода будет востребовано довольно много грамотных специалистов. В том числе и в нашей компании.

#Интервью

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

0 новых

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Приложение-плацебо скачали
больше миллиона раз
Подписаться на push-уведомления