[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "disable": true, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Лена Очкова", "author_type": "self", "tags": ["\u043a\u043e\u043b\u043e\u043d\u043a\u0430","\u0441\u0442\u0430\u0440\u0442\u0430\u043f\u044b","\u0438\u043d\u0432\u0435\u0441\u0442\u0438\u0446\u0438\u0438","\u0430\u043a\u0441\u0435\u043b\u0435\u0440\u0430\u0442\u043e\u0440\u044b","\u0444\u0440\u0438\u0438","\u0430\u043c\u043f\u043b\u0438\u0444\u0435\u0440"], "comments": 18, "likes": 17, "favorites": 18, "is_advertisement": false, "section_name": "default" }
Лена Очкова
8 149

Особенности сотрудничества с ФРИИ до и после переезда компании в США

Мнение сооснователя сервиса для работы с соцсетями «Амплифер»

Поделиться

В избранное

В избранном

Нат Гаджибалаев, сооснователь сервиса для работы с соцсетями «Амплифер», рассказал vc.ru о своем опыте сотрудничества с ФРИИ и объяснил, в каких случаях стартапам стоит работать с фондом.

Недавно Даниил Пленин опубликовал интервью со мной на Firrma — мы сделали его за полчаса в Facebook Messenger, на половину вопросов я вообще отвечал с телефона. Четкие ребята из Roem.ru убрали несколько параграфов, и получилось очень некрасиво — будто из-за ФРИИ стартапы не могут поднять денег в Кремниевой долине.

Я работал с ФРИИ в 2014 году, а потом, в 2014–2015 годах, помогал им рассказывать стартапам, что такое акселератор и зачем он нужен. Давайте я и вам расскажу, как это работает и зачем нужно, как решить, сотрудничать с ними или нет, и что там с деньгами в Долине.

Образование

ФРИИ в течение трех месяцев заставляет два раза в неделю показывать результаты проверки гипотез (недавно они начали называть это HADI-циклами). По ФРИИ ходят умные ребята вроде Ильи Красинского и заставляют команды работать. Если бы я в 2014 году мог поменять одну вещь — я бы пивотнул бизнес раньше, посадил моего технического директора и frontend-разработчика с собой во ФРИИ и работал бы оттуда сутками.

Сейчас мне очень не хватает одного образа мысли с коллегами: мы думаем по-разному. Технический директор и разработчик — про продукт и технологии, я — про продукт и бизнес. Три месяца циклов по три дня круто бы научили нас работать вместе. У нас все отлично, у 99% команд нет и такого уровня понимания и логики, но хочется, чтобы все работало быстрее и лучше, и в этом ФРИИ бы помог.

Инвестиции в России

В России ФРИИ нейтрален. Я не имею опыта сделок после входа ФРИИ в компанию и не знаю, облегчает фонд этот процесс или нет. Я думаю, если ФРИИ у вас в инвесторах, то поднимать инвестиции не легче и не сложнее. В России сейчас с этим вообще никак.

ФРИИ учит инвестициям. Дмитрий Калаев и Максим Штейгервальд отлично и очень актуально рассказывают, что нужно инвесторам и как они думают. Это круто, полезно и возвращает основателей стартапа из космоса.

ФРИИ никак не блокирует ваши активы и не связывает вам руки: во время стадии pre-seed, в акселераторе, на нас не давили. Максим Штейгервальд подробно объяснял мне все детали контракта, все можно было обсудить, мы умудрились поменять несколько пунктов, которые нам совсем не нравились. То есть договориться с ФРИИ можно было даже на втором акселераторе в начале 2014 года.

В нашем случае, интеллектуальная собственность принадлежала «Злым Марсианам», под ФРИИ мы делали новую компанию и класть в нее ИП не хотелось. Для ФРИИ это не было проблемой: они согласились перенести ИП позже, когда будем оформлять следующий раунд.

Инвестиции в мире

ФРИИ вкладывает деньги в русскую компанию. Если вы умница и попали в 500Startups или YC или просто начали собирать деньги на стадии seed в Долине — у вас появляется проблема. Вам хотят дать деньги по KISS или Safe, а у вас уже есть cap table с каким-то российским окологосударственным фондом. То есть KISS и Safe просто не сработают. Надо быстро инкорпорироваться и поднять деньги, а потом думать, как поместить в совет директоров ФРИИ.

KISS и Safe — это стандартные пакеты документов для C-Corp, которые позволяют собирать convertible notes и делают для них правила игры. Это для этапа, когда компания еще не продает эквити, да и оценка ее стоимости в общем не очень понятна.

В интервью на Firrma я говорю, что тут могут быть проблемы. Если я сейчас создам Amplifr Inc, возьму у кого-нибудь денег и передам туда интеллектуальную собственность — я вроде бы кину ФРИИ, так? Или нет? Как можно перенести долю ФРИИ в новое юридическое лицо? А что говорить ребятам, которые дали мне денег? В общем, все запутанно. Сейчас я пытаюсь разобраться в этом вопросе, так что ждите статью недели через три.

Жизнь с ФРИИ в составе участников общества

Работать с ФРИИ как с юридической сущностью было достаточно просто — и в 2014 году, и сейчас. Точнее, сейчас мы с ними никак не взаимодействуем: в прошлом году они несколько раз требовали отчеты и метрики, но потом перестали. Было сложно заполнять эти метрики, потому что у меня полностью изменилась суть бизнеса.

Полезно, что административная часть ФРИИ отбрасывается (перестает просить отчеты), а люди остаются. Дмитрий Калаев, Дарья Шубина, Артем Азевич и Илья Красинский очень помогают мне лично и в делах, мы общаемся почти каждую неделю, несмотря на то, что я в США.

Нужно ли вам идти во ФРИИ

Решить это достаточно просто. Если вы планируете работать в России, у вас достаточно интересная модель и в команде есть люди, которых вы бы хотели подтянуть в понимании продукта и бизнеса, — как минимум подайте заявку. Думать, идти или нет, будете тогда, когда вас пригласят.

ФРИИ нужен не из-за денег, а из-за людей и трекинга. Деньги — бонус, но давайте говорить честно: если вы не можете заработать 800 тысяч рублей, то ФРИИ вам не очень поможет. С другой стороны, поучиться бизнесу, имея в запасе три месяца, офис и 800 тысяч рублей на зарплаты и маркетинг, очень приятно.

Если бы я начинал что-то в России с нуля — спросил бы, возьмут ли меня во второй раз.

#Колонка #стартапы #инвестиции #акселераторы #фрии #амплифер

Популярные материалы
Показать еще
{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

Прямой эфир

Приложение-плацебо скачали
больше миллиона раз
Подписаться на push-уведомления