{ "author_name": "Никита Евдокимов", "author_type": "self", "tags": ["\u0438\u043d\u0442\u0435\u0440\u0432\u044c\u044e"], "comments": 43, "likes": 19, "favorites": 25, "is_advertisement": false, "section_name": "default", "id": "30114", "is_wide": "" }
Никита Евдокимов
7 499

«Один застройщик потратил на наш сервис чуть больше 50 тысяч рублей и продал 13 квартир»

Интервью создателей веб-виджета для бесплатной доставки клиентов на такси CallToVisit о механике продукта, выручке и будущем таргетированной рекламы.

Поделиться

В избранное

В избранном

Сергей Алумов

5 декабря издание «Коммерсантъ» сообщило о том, что бывший глава интернет-подразделения «Газпром-медиа» Владимир Марголин, акционер YouDo Николай Шестаков и бывший сотрудник компании Weborama Сергей Алумов запустили сервис CallToVisit.

Он позволяет установить на сайт виджет, с помощью которого посетители могут бесплатно вызвать такси с сайта и доехать до точки продаж. Основные клиенты компании — автодилеры, застройщики и медицинские организации.

В интервью vc.ru Алумов и Шестаков рассказали о механике сервиса, о планах по развитию и первых результатах работы.

Как возникла идея сервиса?

Сергей Алумов: Раньше я работал в компании Weborama. Она работает с данными интернет-пользователей (DMP). С ее помощью рекламодатели точнее таргетируют рекламу.

Чтобы увидеть первые результаты, им требовалось потратить много денег и времени. Мне хотелось, чтобы клиент мог получить пользу здесь и сейчас.

В начале 2017 года я ушел в отпуск на 30 дней, и в одну из январских ночей мне в голову пришла идея — что если сделать такси-виджет? С его помощью бренд мог бы установить на сайт кнопку «Заказать такси», а посетитель — бесплатно отправиться в точку продаж.

Есть виджет обратных звонков, когда человек может быстро связаться по телефону, есть онлайн-чаты, но почему бы не сделать инструмент, который свяжет онлайн и офлайн и позволит компаниям получить пользу здесь и сейчас? Меня словно ударило током, и я начал действовать.

Что именно вы делали?

Я понимал, что мне нужно заключить партнерство с сервисами такси. Написал в Wheely и Gett. А еще — личное письмо в Facebook генеральному директору «Яндекс.Такси» Тиграну Худавердяну. В то время я никого не знал в этих компаниях.

Но мне все ответили и мы договорились о встречах. Wheely и Gett мне не подошли. У Wheely автомобили для бизнес-элит, а мне было нужно доступное такси с высокой скоростью подачи.

У Gett вся разработка в Израиле, и мне было бы сложно оперативно решать вопросы по подключению их API. Поэтому в итоге я выбрал «Яндекс.Такси» — они подходили по параметрам.

Когда я впервые приехал в офис «Яндекс.Такси», чтобы презентовать проект, меня очень тепло встретили. Собралась мини-делегация, ребятам понравился сервис. Когда отношения только начинаются, ты интуитивно понимаешь, с кем нужно сотрудничать.

Потом я привлек одного близкого друга — он тоже занимается данными и считается одним из главных экспертов в России. Мы нашли разработчика и за два-три месяца создали первую версию продукта.

Расскажите подробнее, как устроена платформа.

В системе есть четыре элемента. Первый — посетитель сайта бренда. Второй — бренд. Третий — наш сервис CallToVisit. Четвертый элемент — агрегатор такси.

На сайте пользователь видит желтую кнопку с «шашечками». Когда он нажимает на нее, открывается форма. Ему нужно ввести номер телефона, указать адрес, при необходимости выбрать удобное время поездки и подтвердить заказ.

Бренд может выбирать, заказывать такси автоматически или с премодерацией — чтобы отсеять лишние лиды.

Если все проходит успешно, в CRM-системе бренда формируется заявка с информацией о лиде — номер телефона и время, через которое примерно приедет человек. Также в течение 10 секунд пользователю приходит сообщение от «Яндекс.Такси» с информацией об автомобиле, водителе и номере машины.

Пока клиент едет в офис продаж, менеджер может связаться с ним: провести презентацию или узнать о потребностях. Например, если виджет установил застройщик, менеджер может поинтересоваться, если ли у клиента дети, что ему важно при покупке квартиры, хочет ли он однокомнатную или двухкомнатную квартиру, будет ли покупать в ипотеку и так далее.

Это позволяет не терять время, а сразу сделать выгодное предложение, когда клиент прибудет на место.

С помощью виджета мы отсеиваем аудиторию и выбираем наиболее лояльных пользователей, у которых действительно есть потребность, они хотят совершить покупку и готовы подъехать в офис.

Кроме того, наш виджет — это не только сервис лояльности и конверсии, но также дополнительный инструмент для сбора номеров и других пользовательских данных.

Какие данные вы собираете?

Николай Шестаков: Например, через какой канал пришел пользователь. Для рекламодателей важно, какой рекламный источник ему привез лид. Мы можем анализировать источники трафика, с которого была совершена конверсия: Facebook, сервисы Mail.ru, Google.

Сергей Алумов: Кроме того, локация, откуда он приезжает. Например, бренд может обратить внимание, что к нему часто приезжают из определенного бизнес-центра, и разместить там рекламу.

Кроме того, у многих брендов есть задача связать офлайн с онлайном. Например, у Mail.Ru Group есть система анализа больших данных: в торговых точках устанавливается специальное устройство, которое собирает MAC-адреса посетителей (похожую систему разрабатывает оператор Wi-Fi-сетей «Максима Телеком» — vc.ru)

У нас есть офлайн-данные — номер телефона, — а поскольку виджет стоит на сайте, мы можем просматривать cookie-файлы пользователей.

Что именно это дает брендам?

Обогащает данные CRM. Есть пользователь, а вокруг него зацепки: номер телефона, электронная почта, cookie. Чем их больше, тем больше релевантных рекламных предложений ему можно сделать.

Зная, какая аудитория приезжает через виджет, можно таргетировать рекламу на look-alike-аудиторию?

Николай Шестаков: В том числе.

Сергей Алумов: Насколько я знаю, cookie «живут» в среднем 30 дней. Чтобы сделать таргетирование по look-alike, нужна большая выборка. Если у бренда действительно много поездок, запросов и трафика, то да, look-alike можно собрать хороший. Если трафик маленький, то собрать большую выборку не получится.

Николай Шестаков

Когда именно у вас появился первый клиент и кто это был?

В марте-апреле 2017 года — это был стриптиз-клуб Артема Овечкина (Овечкину принадлежат клубы Virgins и Burlesque. Предприниматель создал эффективную систему интернет-маркетинга и ретаргетинга посетителей — vc.ru). Это очень интересная сфера, и интеграция с такси здесь уместна как никогда.

Дальше мы собрали результаты, получили обратную связь. Мы видели баги, поначалу их было очень много. К лету мы доработали платформу и поняли, что ее можно продавать другим клиентам.

Главным критерием для нас был спрос. Мы увидели, что люди действительно хотят пользоваться сервисом.

Как вы отбирали клиентов?

Есть несколько критериев. У клиента должны быть сайт, офис продаж, трафик и чек от 5-10 тысяч рублей на покупку или услугу. Для себя мы выделили интересные вертикали, в которые нужно зайти в первую очередь: застройщики, медицинские центры, автосалоны автодилеры, банки и бутики.

Сотрудничаем с такими застройщиками как ONLY, PSN Group, ПИК, МИЦ. Еще с автодилером «Рольф» и «Совкомбанком». Прежде чем мы начали масштабировать продукт, у нас был виджет и около 15 клиентов. Затем мы привлекли инвестиции. Сейчас — более 50 клиентов.

Какую сумму?

Николай Шестаков: Мы не готовы разглашать. Скажу, что речь идет о нескольких сотнях тысяч долларов. Инвесторами выступили я и мой друг. Я узнал о CallToVisit через общих знакомых. Позже мы использовали виджет в рекламной механике «Рольф» (Шестаков — сооснователь рекламного агентства Adventum — vc.ru). Когда ребята привлекали инвестиции, мы решили поучаствовать в раунде — я верю в этот продукт.

Как распределились доли?

Николай Шестаков: Опять же, не могу раскрыть эту информацию. Скажу, что у основателя остался контроль над компанией. Мне и партнеру, с которым мы выступили инвесторами, принадлежит меньше 50% компании.

На что вы планируете потратить деньги?

Сергей Алумов: На автоматизацию. Мы хотим сделать такую платформу, чтобы бренды сами могли зайти на сайт, зарегистрироваться, задать настройки, сгенерировать код и поставить его к себе на сайт.

Это сложная работа, но выполнимая — мы занимаемся этим вопросом. В конце декабря все будет готово.

Николай Шестаков: Наверное, самое важное здесь то, что новая система позволит нам масштабировать бизнес: не придется делать многие вещи вручную. Клиент сможет сам без какого-либо контакта с нашими менеджерами завести компанию, оплатить, изменить настройки.

Сколько человек работает в компании и сколько у вас разработчиков?

Сергей Алумов: К проекту подключено 25 человек, среди них — шесть программистов, с учетом руководителя разработки.

Вы сказали, что у вас более 50 клиентов. На чем именно зарабатываете?

Сергей Алумов: Наш заработок складывается из двух частей. Сейчас мы зарабатываем за счет продажи лицензий на наш виджет — для бренда это стоит 15 тысяч рублей в месяц за один сайт.

Кроме того, мы принимаем платежи за такси — бренды заносят деньги на счет в личном кабинете в нашей системе, а мы переводим их «Яндексу» по мере поступления заказов. В будущем планируем брать свою комиссию.

В личном кабинете можно посмотреть статистику, кастомизировать виджет и настройки уведомлений, которые приходят менеджерам по SMS, по электронной почте и в Telegram.

Также мы делаем прогноз, сколько у бренда будет поездок, позволяем выбрать класс автомобилей, частоту поездок, радиус поездок. Например, человек из Московской области не сможет приехать в Москву, если бренд не захочет.

Поговорим о показателях. Во сколько брендам обходится привлечение с вашим сервисам, а во сколько — без?

Сергей Алумов: У нас есть опубликованный кейс с застройщиком ONLY. У нас было 58 тысяч показов виджета. 48 человек воспользовались услугой, из них 13 — заключили договор долевого участия. То есть приобрели жилье.

Средняя стоимость поездки составила 750 рублей. То есть они потратили 36 тысяч рублей плюс 15 тысяч на лицензию виджета. Всего — 51 тысячу. А продали 13 квартир. Средняя стоимость одной квартиры варьируется от 8 до 10 млн рублей.

Николай Шестаков: Для сравнения, за каждый звонок по объявлению в «Яндекс.Недвижимости» застройщик платит от 5 тысяч до 25 тысяч рублей. Человек даже не покупает — он просто звонит в колл-центр.

При этом поступает огромное количество жалоб, что нечистые на руку агентства нанимают колл-центры из Украины, чтобы обзванивать застройщиков, создавая видимость интереса к недвижимости.

Сергей Алумов: Да, звонки застройщикам стоят 25 тысяч рублей. Но надо отметить, что в эту стоимость входит и привлечение клиента. Поэтому цена такая высокая.

Наш виджет не приводит клиентов извне — тогда лицензия стоила бы не 15 тысяч рублей, а 150 тысяч рублей. Мы конвертируем тот трафик, который уже есть.

Коллеги из ONLY посчитали, сколько клиентов было в воронке и сколько из них купили только через наш сервис, не совершая звонок и никак не общаясь с брендом — три человека.

Это люди никак не связывались с брендом, зашли на его сайт, увидели наш виджет, приехали в офис и заключили договор. Мы принесли ONLY 30 млн рублей.

Если застройщик использует наш сервис умно и качественно, то мы можем повысить продажи на 20-25%. Это инструмент: некоторые бренды думают, что если они поставят виджет, то к ним сразу станет приезжать много людей.

Так не бывает: все зависит от того, насколько грамотно бренд пользуюется инструментом и управляет трафиком. Мы не двигатель, мы — закись азота, которая позволяет ускорить процесс.

Сталкивались ли вы сами с мошенничеством? Например, можно найти офис крупного застройщика неподалеку от работы и бесплатно ездить по утрам на такси.

Сергей Алумов: Это самый популярный вопрос. Если мы на него отвечаем, то нам удается продать услуги клиенту. Первое время я обрабатывал заказы лично.

Я увидел следующую закономерность: 50% заказавших виджет были готовы сразу вызвать такси. 30% хотели выбрать другое время (и позже мы добавили такую возможность).

Оставшиеся 20% — это маркетологи конкурентов, которые хотели протестировать сервис. Если бы все заказы автоматически отдавались в «Яндекс.Такси», то у бренда в половине случаев деньги списывались бы просто так.

Чтобы этого избежать, мы ввели верификацию по SMS. Когда виджет спрашивает человека, откуда его забрать, он оставляет номер телефона — верифицирует себя. Это помогает избежать сценариев, когда человек заказывает такси на чужой номер. Нам удалось минимизировать мошенничество: 98% поездок совершаются теми, кто их заказывал.

Есть другой вид мошенничества: когда злоумышленник пронюхал, что может воспользоваться сервисом и доехать до бренда, а затем уйти. У нас есть несколько решений, чтобы это пресечь.

Во-первых, бренд может на своей стороне указать частоту совершения поездок с привязкой к номеру. То есть какие-то клиенты могут ездить только раз в день, какие-то — только раз в месяц, какие-то — всегда, какие-то — никогда.

Еще ни разу не было, чтобы менеджер получил сообщение о прибытии клиента, а тот не приехал, и деньги списались. Но это обязательно рано или поздно случится. Поэтому мы добавили черные списки — менеджер может заблокировать такой номер.

После этого номер попадает в категорию «подозрительных». Если злоумышленник снова воспользуется услугой на другом сайте — его номер попадет во все черные списки, и он больше не сможет воспользоваться виджетом ни на одном сайте.

Если у вас 50 клиентов, и каждый приносит по 15 тысяч рублей, то ваша ежемесячная выручка — 750 тысяч рублей.

Сергей Алумов: Выручка значительно больше, потому что пользователи пополняют счет в личном кабинете на оплату такси.

Но вы же пока не берете комиссию, значит эти деньги списываются «Яндекс.Такси». То есть выручка у вас идет от продажи лицензий. Получается, это от 750 тысяч рублей в месяц, так?

Да, вы примерно угадали. Этих денег достаточно, чтобы окупать основной штат и постоянные затраты.

Компания прибыльная?

Смотря как считать прибыль.

Предположу: каждый месяц ваши доходы превышают расходы, но вы вкладываете деньги в масштабирование и развитие, поэтому прибыль не получаете.

Да, это так.

Кого вы считаете конкурентом?

Мы анализируем другие рынки и пока не нашли похожих сервисов. Наш сервис уникален и аналогов в мире пока не существует. В 2014 году Google получил патент на похожую систему, но дальше дело не сдвинулось.

Как вы считаете, какие тренды на рынке рекламы появятся в 2018 году?

Николай Шестаков: Важным для сервиса трендом мы видим желание бизнеса контролировать офлайновые действия клиентов (покупки, посещения офисов продаж и прочее), приведенных онлайн-маркетингом.

Если говорить про рекламные тренды в целом, то онлайн, выйдя на первое место по затратам рекламодателей, будет привлекать все большее внимание рекламодателей. Они начнут предъявлять требования к данным, которые им хотелось бы получить.

В тренде будет все, что касается качественных нацеливаний — DMP, RTB-системы для более умной сегментированной закупки медийной рекламы и так далее.

Никуда не денется тренд performance и все, что с ним связано. Также будет продолжать расти контекст. Сейчас никакой бизнес нельзя представить без контекстной рекламы на «Яндекс» и в Google.

Я бы отметил еще один тренд — не уверен, что он появится, но мне бы хотелось, чтобы он произошел. Мы консультируем много компаний в области цифровой трансформации. То есть разбираем бизнес на винтики и смотрим, что происходит внутри. Зачастую оказывается так, что огромные компании с хорошими затратами на ИТ ведут свои клиентские базы чуть ли не в Excel.

Я очень надеюсь, что компании будут обращать все больше внимания на CRM-решения, на работу с данными, данными внутри CRM. На основе этих данным компании смогут предлагать более кастомизированные предложения клиентам.

Это наша дурацкая русская черта — расти экстенсивно. Если надо вырасти, то многие планируют увеличивать рекламные бюджеты, забывая про интенсивные способы развития.

Достаточно посмотреть внутрь огромного мешка с данными, на котором ты сидишь. Мне бы очень хотелось, чтобы этот тренд возник. Аналитика внутри digital-трансформации — моя мечта.

#интервью

{ "is_needs_advanced_access": false }

Комментарии Комм.

Популярные

По порядку

0

Прямой эфир

Приложение-плацебо скачали
больше миллиона раз
Подписаться на push-уведомления
[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]