«Европейцы будут обдирать туристов и инвесторов, учиться бесплатно и ничего не делать всю жизнь» Материал редакции

Главное из интервью основателя «Евросети» Евгения Чичваркина Елизавете Осетинской.

19 апреля 2018 года на канале Елизаветы Осетинской «Русские норм» на YouTube вышло интервью с основателем «Евросети» Евгением Чичваркиным. Предприниматель рассказал о своём новом ресторане в Лондоне, о ситуации в сфере ритейла, европейском нежелании работать и своём видении России.

Об открытии ресторана Hide в Лондоне

У нас была идея открыть заведение, где будут хорошо кормить, где будет очень хороший сервис, где не нужно ждать счета, где тебе не будут хамить и говорить с довольным лицом: «Ха, закрыто».

Здесь же для многих работа в ресторанах – вынужденная работа, чтобы оплачивать счета. Они эту работу ненавидят, считают часы и минуты, когда пойдут домой. Для них это не профессия. Мы постарались выбрать людей, для которых это профессия, страсть, которые это любят и хотят делать карьеру. У нас 15 сомелье, и у нас очень серьезные пацаны работают.

О бизнесе, который всегда окупается

Я же не идиот, владеть чем-то и ничего не менять, если это не дает прибыли. Нет, есть такие люди, если посмотреть на многих российских бизнесменов, которые все ждут, когда что-то изменится.

О воле, интеллекте и маленьких калькуляторах

В «Евросети» у нас было несколько лет убытков, но мы понимали, что в итоге капитализация растет быстрее, чем генерируются убытки. Это не так сложно посчитать. Это надо иметь определенную волю, какой-то интеллект и маленький калькулятор.

О деньгах за долю в «Евросети» и нищебродстве

(О доле в $350 млн, которую, по словам купившего «Евросеть» Александра Мамута, получили сооснователи сети — vc.ru). Я и Тимур Артемьев никогда не получали таких денег.

Наверное издания, которые называют меня миллиардером, считают в рублях. Я практически нищеброд.

О том, ради чего создаётся бизнес

Для денег делается всё. Мне смешные вопросы задают: магазин красивый, а для денег будет чего-нибудь? Чем-нибудь нормальным будешь заниматься?

Это очень смешно. Люди не верят, включая местную налоговую, которая, наверное, 13 проверок провела с начала работы. У нас огромный возврат НДС, многомиллионный возврат. Потому что мы очень много продаём за границу. До Нового года были дни, когда за границу было 70 отправок в день.

О российских и лондонских проверках

Здесь договориться абсолютно невозможно. Более того, если попытаешься договориться, то точно посадят, и надолго. Договориться невозможно, но можно доказать, а если все уперлись, то можно посудиться. До суда дело не доходило ни разу, но определенные аргументы были.

Это совершенно нормальная практика. Так как право прецедентное, то трактовки даже в налоговых правилах — это не всегда чистая математическая формула. Они понимают суть бизнеса. И у большинства из них нет задачи хапнуть больше, чем ты должен дать.

О невозможности делать малый бизнес в ритейле

Приведу слова Галицкого (Сергей Галицкий, основатель сети «Магнит» — vc.ru): в дешевом ритейле, в дискаунтерах не может быть малого бизнеса. Распределительный центр стоит 40 млн.

Без распределительного центра у тебя не будет тех издержек, при которых ты будешь конкурентоспособен. Нет малого бизнеса в дискаунт-фуд-ритейле. Бодаться с корпорациями, за которыми стоят долги, инвестиции с нулевой ставкой – бесполезно.

А бодаться там, где очень много зависит от сервиса, от репутации, от скорости, от обслуживания, я считаю, мне небесполезно, потому что мы в этом понимаем.

О самоопределении

Мне Татьяна (Татьяна Фокина, партнёр Чичваркина по Hide — vc.ru) задала вопрос: ты можешь быстро в существительных – одним существительным и двумя прилагательными – сказать, кто ты есть, например: «я владелец гедонизма», или «я русский гедонист–атеист», или «я русский норм!», или «я законченный или начатый алкоголик. Мне всю молодость говорили, что я законченный алкоголик. Я говорил: нет, я только начатый).

Я подумал секунду и сказал: «я – улучшатель этого мира». И так оно и есть. Везде, где я, все вокруг улучшается. Я купил дом – дом становится красивым. Мы начали какие-то преобразования – вся улица изменилась, все стали больше работать, лучше работать. Открыли магазин – вся винная индустрия Лондона изменилась. Лампочек довкрутили, дизайн какой-то сделали, гибче стали. Когда мы сделаем это, будет то же самое. Мы повышаем планку все время. Повышаем планку – улучшаем этот мир.

О европейском социализме и желании не работать

Все равно снижение налогов – это хороший признак. Европейцы – конченые социалисты, им это в голову не придет.

Европа – это будет музей. Они будут брать за проход на улицу, за вход в церковь. Это будет музей, где никто не будет работать. И они потом не поймут, почему Новый свет живет в три, в четыре раза богаче, чем они.

Они будут дальше бесплатно учиться и обдирать туристов и инвесторов. И ничего не делать всю жизнь. На третье поколение бездельников их начнут просто скупать с потрохами китайцы, бразильцы, малазийцы и прочие люди, которые в это время работают и зарабатывают реальные деньги в реальном секторе.

О «болении» за футбольную команду и страну

Я вообще никогда не болею, у меня нет такого понятия. Я получаю удовольствие от футбола, я не расстраиваюсь, когда играют плохо, я расстраиваюсь, когда 0:0. Когда скучно. А когда люди идут в атаку, то все равно кто. Но «Челси» мне роднее и ближе.

У меня нет вообще боления. Ни за страну, ни за команду, ни за кого.

О «русскости» и «россиянстве»

Каждые три года в человеке распадается россиянин, происходит полураспад россиянина. Так как я здесь 9 лет, пошла четвертая стадия.

Я надеюсь, во мне все меньше советского, все меньше «россиянского», но все «русское» кристаллизуется. Освобождается от этого шлака, от этого налета, зубного камня советского. Я абсолютно русский на 100%. И я норм в отличие от многих других.

О неприятии массовости

Я не люблю ни массовую культуру, ни массовые шествия, ни массовое ничто. Потому что когда люди с IQ в 140 набиваются в большой зал и плотно стоят друг к другу, их сублимированный IQ где-то 80. А когда семь человек сидят за столом, могут достигнуть показателя в 300. А когда идут и скандируют, то падает до 80 пунктов.

Поэтому любая массовая истерия вызывает у меня рвотный рефлекс. Будь то истерия по поводу Brexit, по поводу Ким Чен Ына или террористических атак в Париже.

О СМИ, которые пишут о России

Одни тупые пишут, другие тупые читают. Например, приезжает Skynews и спрашивает: «А вот скажите, а вот русские деньги, грязные деньги, русские деньги, грязные деньги, а вот у вас много русских – и вот эти грязные деньги…». Я им по полочкам объяснял. От этого в интервью осталось очень мало, потому что им нужна кровища.

А вот везет меня таксист сегодня, и он четко знает, что русские люди – хорошие. Он слушает радио и у него хватило ума сделать правильный вывод, что там нет демократии. Здесь все-таки очень образованный город. Количество людей, способных отделить зерна от плевел, достаточно большое. Я не знаю, где еще такое есть.

О вреде ассимиляции

То, что мы можем создавать подобные вещи, это именно потому, что не ассимилируемся. У нас есть масштаб, размах, видение. Если ты живешь на острове, учишься на острове, женился на острове, у тебя этот синдром узких дорожек, низких потолков, не по СНиПам выстроенных лестниц – он отражается на сознании.

Наша задача – выбрать молодых, растущих звезд с перспективой, с которыми нет культурного или понятийного барьера. И не мешать им. Там, где я настаивал на каких-то вещах, за пять лет в Hedonism Wines было два раза. И я в обоих случаях был прав. Это самая большая глупость из 90-х – учить кого-нибудь.

Об отказе от бизнеса

Мне предлагал Полонский купить башню (небоскрёб One Blackfriars в центре Лондона, проект которого разработал Сергей Полонский — vc.ru). Башня достроена, очень красивая, стоит 600 млн фунтов. Я мог забрать за 30 млн — семь лет назад, шесть лет назад. Не было времени в этом разобраться. Был страх, нежелание в этом разбираться.

Я понимал ситуативно, что это как раз то, что из 90-х из ранних 80-х, когда тебе предлагают разные бизнесы и ты хватаешься по ситуации. Кто-то куртку привез — давай куртками торговать. Когда одни люди хватаются за абсолютно разные вещи, не важно абы что, это мне очень не нравилось.

О жизни в России

Все люди не могут уехать? Тогда терпи. Тогда будь терпилой, как все.

Кому-то это искренне нравится. Кто-то стал чиновником или вписался в чиновничий бизнес, и ему кажется, что все хорошо. Но расчихвостит-то всех.

Смотрите, песня такая была – панк по сути, а не по исполнению, группа ДК в 80-е годы. Там есть великолепная песня якобы про отношения мужчины и женщины «Я буду топить». Смысл такой: я ем, что ты готовишь, от врагов тебя стерегу, я подошва под твоими ногами, я живу твоей головой и так далее. Но когда ты будешь тонуть, я не буду тебя спасать, а буду топить.

Это типичная реакция на российский матриархат, с одной стороны, и отношения между гражданином и российским, советским государством.

О планах на жизнь

Я не вернусь. Если что-то произойдет, то я буду это считать новой вводной, к которой надо будет приспосабливаться.

Я в этой жизни всем все доказал. Мне ничего больше никому доказывать не надо, включая самого себя. Мне еще раз подтвердить то, что я умный и многое знаю и многое могу? Мне не нужно ежедневного этого подтверждения.

В 43 года я перестал разбрасывать камни. Буквально два последних закинуть – и все. Когда ты понимаешь, что ты в жизни в целом разбросал камни, собрал, очень неудачно, половину не смог найти, у тебя отобрали, половину еще отдал, потом еще половину отобрали. Ты сейчас разбросал камни заново и сейчас время собирать.

{ "author_name": "Лера Михайлова", "author_type": "editor", "tags": [], "comments": 264, "likes": 137, "favorites": 89, "is_advertisement": false, "subsite_label": "flood", "id": 38267, "is_wide": false, "is_ugc": false, "date": "Fri, 18 May 2018 13:24:22 +0300", "is_special": false }
Создать объявление на vc.ru
Дизайн
Как мы заработали 1,17 млн рублей на росписи стен за три месяца
Привет. Мы компания по росписи стен за один день «Нимбус». С октября по декабрь 2019 года нам удалось заработать 1…
0
264 комментария
Популярные
По порядку
Написать комментарий...
26

много лет знал только фамилию, но за последний год его стало очень много. чванливый фрик с двойными стандартами: "все плохие, но если я делаю так же, то на то есть причины".
"да, я работал в серую, но так работали все...".
"в России все воруют, потому что тупые и быдло".

может деньги и умеет зарабатывать, но в то же время никто не отменял "в нужное время в нужном месте".

Ответить
8

Sando, так он и был в нужное время в нужном месте .. а потом оказался ненужным - вырастил кабанчика, но очень не хотел отдавать. Как у него не хватило предусмотрительности понять развитие событий _до самого последнего момента_, совсем неясно.
Процесс бронзовения, с пьедестала уже все кажутся маленькими и смешными людишками, лузерами и т.д. - а "ровней" только другие гг. миллионщики.
Я на эту тему все вспоминаю успешного девелопера, которого нашли задушенным прямо в его же башне в Мск, хотя ничто не предвещало. И ведь таких историй в Москве куча - в 2000-е первые 4-5 страниц Коммерсанта состояли из деловой хроники по взаимному отжиму бизнесов.

Ответить
–6

я именно это и имел ввиду, не хотелось так явно прописывать. человек просто попал куда нужно и на основании этого возвел себя в статус иконы. но как только реальность дала ему по море, он начал стонать как бычок на забое.
такая психология: тебя обидели - называй обидчика мудаком каждый божий день, думая, что так ты ему хуже делаешь, а по факту - копаешься в своих отходах.

Ответить
11

Что за бред? куда он попал? Таких чичваркиных были миллионы по стране - с прилавочками на вещевых рынках. Я понимаю, Михаил Прохоров какой-нибудь. Тот попал - из номенклатурной семьи, потом удачные знакомства. Но Чичваркин... Сам себя вытащил.

Ответить
8

Вот именно так. Чич - гениальный маркетолог и состоявшийся человек. Немного бронзы есть, но сейчас он более реален в своей адекватности, чем был тогда.
Сегодняшний и маркетинг 15-летней давности не имеют почти ничего общего.
Люди, которые не понимают как тогда работал бизнес, минусуют.

Ответить
–3

Ну Вы расскажите, как тогда работал бизнес и чем так уж отличается маркетинг. Как было 80% денег в Москве, так и осталось, поэтому на обороты с ритейлом как выходили, так и выходят в Мск.
 
Я в Чичваркине вижу еще одного предпринимателя 90-х, предпочитающего простые или _очень_ простые решения - иногда это проходит, но все чаще - уже нет. Было же где-то про планерки для продавцов в Евросети: "Сегодня (производитель тлф) +10% к бонусу" и что-то подобное - и вдруг вся Евросеть в едином порыве начинает продавать <производителя тлф).
 
Сама идея, что для повышения маржи надо повышать обороты - мягко говоря не очень новая .. причем все (все!) предприниматели 90-х четко знали что на каждую ступеньку роста приходятся все новые и новые _обременения_ - возникновение прямой зависимости от тех или иных фигур.

Ответить
2

«Многого из того, что говорил Морковин, Татарский просто не понимал. Единственное, что он четко уяснил из разговора, — это схему функционирования бизнеса эпохи первоначального накопления и его взаимоотношения с рекламой. - В целом, — говорил Морковин, — происходит это примерно так. Человек берет кредит. На этот кредит он снимает офис, покупает джип “чероки” и восемь ящиков “Смирновской”. Когда “Смирновская” кончается, выясняется, что джип разбит, офис заблеван, а кредит надо отдавать. Тогда берется второй кредит — в три раза больше первого. Из него гасится первый кредит, покупается джип “гранд чероки” и шестнадцать ящиков “Абсолюта”. Когда ”Абсолют”…

- Я понял, — перебил Татарский. - А что в конце?

- Два варианта. Если банк, которому человек должен, бандитский, то его в какой-то момент убивают. Поскольку других банков у нас нет, так обычно и происходит. Если человек, наоборот, сам бандит, то последний кредит перекидывается на Государственный банк, а человек объявляет себя банкротом. К нему в офис приходят судебные исполнители, описывают пустые бутылки и заблеванный факс, а он через некоторое время начинает все сначала. Правда, у Госбанка сейчас появились свои бандиты, так что ситуация чуть сложнее, но в целом картина не изменилась.

- Ага, — задумчиво сказал Татарский. - Но я не понял, какое отношение все это имеет к рекламе.

- Вот здесь и начинается самое главное. Когда примерно половина “Смирновской” или “Абсолюта” еще не выпита, джип еще ездит, а смерть кажется далекой и абстрактной, в голове у человека, который все это заварил, происходит своеобразная химическая реакция. В нем просыпается чувство безграничного величия, и он заказывает себе рекламный клип. Причем он требует, чтобы этот клип был круче, чем у других идиотов. По деньгам на это уходит примерно треть каждого кредита. Психологически все понятно. Открыл человек какое-нибудь малое предприятие “Эверест”, и так ему хочется увидеть свой логотипчик по первому каналу, где-нибудь между “БМВ” и “Кока-колой”, что хоть в петлю. Так вот, в момент, когда в голове у клиента происходит эта реакция, из кустов появляемся мы.

Ответить
0

Так там и дальше написано - что пройдя уровень бандитов с ларьками, потом бандитов с мелкими фирмочками, потом ОПГ с средними крупными фирмами (будучи включенным в ОПГ на положении "наших коммерсов" ... вот на больших оборотах и серьезных темах люди выходили на контакт (и зависимость) с настоящими хозяевами страны, получали куратора и работали только с ним (под ним).

Ответить

Прямой эфир