[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } } ]
{ "author_name": "Саша Мураховский", "author_type": "self", "tags": ["\u043f\u0430\u0440\u0442\u043d\u0435\u0440\u0441\u043a\u0438\u0439","advertising","\u0431\u043b\u043e\u043a\u0447\u0435\u0439\u043d"], "comments": 0, "likes": 0, "favorites": 10, "is_advertisement": true, "section_name": "default", "id": "27014", "is_wide": "" }
8 841

«90% компаний, которые привлекли деньги на ICO, скоро покажут, что ничего не смогли сделать»

Герман Клименко и Константин Шабалин о будущем блокчейн-индустрии.

Поделиться

В избранное

В избранном

Материал подготовлен при поддержке International Blockchain Forum

12 октября в Москве на Красном Октябре пройдет мероприятие International Blockchain Forum — крупнейший форум в России и СНГ, посвященный криптовалютам, блокчейну, ICO и другим смежным вопросам. Как правильно развивать и инвестировать в блокчейн, какие перспективы у майнинга — на эти и другие темы будут рассуждать более 20 спикеров, а участники смогут пообщаться с ними и обсудить важные детали.

Накануне мероприятия участники форума рассказали vc.ru о массовой децентрализации, инвестировании в криптовалюту и майнинге.

Секция: «Как блокчейн меняет мир»

Герман Клименко, советник президента РФ по вопросам Интернета

Герман Клименко

Почему правительство принимает идею блокчейна, но негативно относится к криптовалютам? Как разрешить это противоречие и когда это может произойти? Например, глава ЦБ Эльвира Набиуллина говорит, что ведомство не допустит использование криптовалют на территории РФ.

Это компетенция главы ЦБ, и она по-своему права.

Минэкономразвития говорит о том, что они будут поддерживать развитие блокчейна.

Вы видите здесь противоречие?

Криптовалюта — основа блокчейна, а блокчейн — основа криптовалюты.

Блокчейн — это обычная технология. Требование легализовать блокчейн звучит так же, как требование легализовать язык программирования C++. Нельзя легализовать технологию — она либо есть, либо ее нет.

Криптовалюта в целом — это просто анонимные кошельки. Есть WebMoney, и он для меня мало чем отличается от биткоинов с точки зрения пользователя. WebMoney реализует то же шифрование, тот же принцип секретности, разве что у них клиент — серверное решение, а у блокчейна это решение распределенное.

Есть ICO, которое вообще не привязано к теме — ни к блокчейну, ни к криптовалюте, потому что оно само по себе.

К блокчейну у чиновников нет претензий. Другое дело — криптовалюты. Надо понимать, что наиболее жаркие споры происходят между теми, кто ничего не понимает в теме. Что значит признать биткоин платежным средством? Это значит написать в гражданском кодексе, что на территории Российской Федерации, помимо рублей, принимаются к расчету биткоины.

Теперь возникает логический вопрос: почему для биткоина такое исключение? Почему мы не хотим принимать в кассу тугрики и другие валюты? Ответ уже известен: когда биткоин начинает использоваться, на него появляется спрос.

Есть единственное явление, которая кажется мне любопытным: ICO или краудинвестинг. Можно вспомнить Kickstarter: платформа появилась из-за того, что везде в мире малому бизнесу было сложно привлекать деньги из-за регулирования финансовой сферы. Монополию финансирования на себя забрали банки, а частным лицам не доверили.

История с коллективными инвестициями имеет право на жизнь с точки зрения потребностей малого бизнеса. Но нужно регулирование: нельзя привлекать более $200 тысяч с человека, чтобы он потом не рвал волосы из-за того, что заложил квартиру. Получается красивая история: государство спокойно, что человек не продаст почку для участия в ICO.

Эта история имеет право на существование, и я надеюсь, что мне удастся повторить опыт, как мы делали с телемедициной: собрать в кучку всех интересантов.

Какие государственные структуры готовы перейти на блокчейн? Где это требуется?

Почему никто из известных нам с вами коммерческих предприятий не перешел на блокчейн? Потому что это дорого.

Признаем все-таки, что государство всегда медленнее бизнеса. Но в бизнесе я пока не вижу ни одного примера внедрения, кроме абстрактной криптовалюты, которая работает на ICO.

Есть еще тема применения блокчейна в энергетике — бесконечное количество управляющих компаний считают электричество. Я позвонил в парочку с вопросом, не хотят ли они применить блокчейн, — не буду цитировать, что мне там сказали.

Что насчет майнинга? Как относитесь и выгодно ли заниматься сейчас?

Я не майнер. У меня есть 400 кВт на даче, но не такой, как у Соловьева. В Туле очень дешевое подключение к электричеству. Там теоретически можно майнить, но я не пробовал.

Майнинг — мечта миллионов: ничего не делать и получать за это деньги.

Дело в том, что халявы не бывает. Для того, чтобы ввести майнинг в правовое поле, нужное сперва ввести туда криптовалюту.

Появилось огромное количество людей, которые называют себя экспертами по блокчейну. Они регулярно проводят мероприятия с баснословной стоимостью участия. Скольких из них действительно можно считать экспертами?

Сейчас происходит то же самое, что и 20 лет назад, когда в России появился интернет. Людей, которые разбирались в интернете, были единицы. Артемий Лебедев купил домены, Аркадий Волож сделал «Яндекс», и когда мы собирались, нам негде было поговорить.

Сейчас такая же история: люди открыли для себя блокчейн и криптовалюты, а с кем разговаривать? Вокруг них никого нет — поэтому они приезжают на конференцию.

Основная задача, которой я буду заниматься — попытаюсь собрать всех юристов, которые более-менее понимают, о чем речь, чтобы юридическими терминами сформировать задачи для легализации ICO. Я думаю, мы опубликуем просьбу к сообществу, за пять-шесть дней накидаем проект закона об «альтернативно-коллективных инвестициях».

Мы очень «зарегулировали» инвестиционную возможность. Мы зарабатываем деньги, чтобы куда-то инвестировать, но нас лишили здравого смысла — мы не можем добровольно прийти и инвестировать в акции в упрощенной форме. Если человек живет на Камчатке, почему он не может вложить $300 в московский ресторанчик?

Перед нами огромный пласт задач, и я представляю себе десятки разработчиков, которые выходят самостоятельной командой, рекламируются, привлекают деньги. Где-то они работают удачно, где-то не очень. Для этого главное — создать очень легкий «вход» и легкий «выход».

Секция: «Фонды и управляющие капиталами на рынке криптовалют»

Константин Шабалин, руководитель краудинвестинговой платформы StartTrack

Константин Шабалин

Почему краудинвестинг кажется вам более удачной затеей, чем ICO?

На самом деле все это одно и то же, и является частью краудинвестинга. Единственные отличия — в организации и инструментах, которые применяются. Важный момент: если посмотреть на объем мирового рынка со словом «крауд», то он гораздо больше, чем рынок ICO. Объем мирового рынка краудинвестинга и краудлендинга за 2016 год составил $119 млрд. Рынок ICO за 2016 и первую половину 2017 года — около $2 млрд. И этот объем очень трудно подтвердить.

Идеологической разницы между ними никакой. Единственное, почему мы до конца не поддерживаем историю, связанную с криптовалютами, — это нелегитимность и те проблемы, которые могут испытывать инвесторы или компании в том случае, если привлекут деньги в биткоинах, эфире или альткоинах.

После ICO предприниматель не сможет конвертировать криптовалюту в фиатные деньги. Это может не дать достаточного толчка для развития его компании — он не сможет платить людям зарплату, закупать оборудование в обмен на криптовалюту, так как накладные расходы на обмен криптовалюты очень высокие. ICO эффективно в том случае, когда деньги привлекаются на проекты в сфере развития блокчейна, где иногда возможно обойтись без фиатных денег.

Есть мнение, что раньше инвесторы выкручивали предпринимателям руки и стремились забрать контроль над бизнесом. С появлением краудфандинга и ICO эта проблема была решена?

Контроль над компанией предприниматель сохранял и раньше, потому что нормальный инвестор никогда не заберет его — у предпринимателя должна быть мотивация развивать бизнес. Но раньше привлечь внимание к своей компании и пообщаться с большим количеством инвесторов было технологически сложно. С развитием краудинвестинговых платформ, подобных нашей, и ICO в целом, это стало гораздо проще.

Согласны ли вы, что предприниматели используют ICO, чтобы привлечь внимание к проекту, а большую часть инвестиций привлекают не в криптовалютах, а в фиатных деньгах?

Часть криптовалютных инвестиций — это конвертированные фиатные деньги для участия в ICO. По моим наблюдениям, предприниматели хотят сперва привлечь деньги, а потом уже внимание.

Как долго будет продолжаться такая ситуация?

Такая ситуация получилась потому, что был накоплен большой объем денег в виде криптовалют на счетах, которые не работали, а просто лежали. Единственный доход, который получали владельцы криптовалют — рост их стоимости.

Естественно, в какой-то момент они почувствовали себя очень богатыми людьми и решили, что могут поддерживать какие-то интересные проекты. Появилось огромное и очень консолидированное сообщество. Оно стало распространять информацию об ICO, привлекать других участников.

Поскольку с технологической точки зрения участвовать в ICO очень просто для каждого члена этого сообщества, получилось так, что ICO поддержала глобальная аудитория, которая не была ничем ограничена с точки зрения географии или права.

Но потом стали возникать сложности — очень многие стали пытаться зарабатывать на ICO, включая владельцев специализированных каналов для коммуникации: они стали поднимать цены за размещение информации о проекте. Стоимость привлечения денег для ICO существенно выросла и будет расти дальше.

Сколько составляет стоимость проведения ICO?

Зависит от компании, ее аппетитов и от того, сколько она готова потратить на это. Но в целом я знаю, что в конце лета проведение ICO стоило $500-600 тысяч. Такую сумму компания должна потратить, чтобы привлечь к себе внимание как можно большего количества потенциальных инвесторов.

Для каких проектов хорошо использовать ICO, а для каких — классический краудфандинг?

Для ICO — проекты, ориентированные на криптосообщество: связанные с развитием блокчейна, использованием специализированных токенов.

Если же речь идет о реальном секторе бизнеса и классическом ИТ, то ICO использовать нежелательно: есть масса методов, чтобы привлечь деньги иначе, и они не несут потенциальных проблем, которые могут возникнуть с ICO.

Можно подробнее о проблемах?

Например, в начале пути компания привлекла деньги на ICO. Со временем они заканчиваются, и руководитель понимает, что ему нужны еще деньги для роста. В этот момент он решает обратиться в классический венчурный фонд.

Инвесторы высоко оценивают бизнес и готовы в него вложиться, но замечают, что у компании было ICO, и у регуляторов к ней могут быть серьезные вопросы. Скорее всего, инвесторы откажутся вкладывать деньги в такую компанию.

Как человеку, который хочет принять участие в ICO, избежать лишних трат из-за комиссий при переводе фиатных денег в криптовалюту?

Никак. Перевести деньги в криптовалюту без потерь нельзя — сегодня не существует легальных механизмов. Пока приходится менять менять странными способами через странных товарищей.

Что может сделать государство, чтобы упростить этот процесс?

Сперва надо понять, что из себя представляют криптовалюты, токены, как они учитываются с точки зрения финансового учета компании и налогов. После этого уже можно будет говорить об их легитимности и возможности использовать ICO и криптовалюты как обычный инструмент для любой компании.

За какими ICO стоит понаблюдать в ближайшие полгода?

90% компаний, которые уже привлекли деньги, в скором времени покажут, что ничего не смогли сделать. Их стоимость начнет резко падать, и возникнут дискуссии, правильно или неправильно привлекать деньги в таком формате.

В ближайшее время я бы не стал вкладывать деньги в проекты, а выждал три-шесть месяцев и посмотрел, что будет потом.

Как можно распознать мошеннический проект?

Нужно идти и знакомиться с основателями, изучать не только whitepaper, но и другую отчетность. Оцените их идею, подумайте — в состоянии ли они воплотить эту идею. Также можно посмотреть на их дорожную карту. Чем больше времени нужно на воплощение и запуск сервиса, тем больше вероятность того, что авторы проекта не смогут его реализовать, даже имея на руках большие деньги.

Потому что максимально отложенный запуск проекта демонстрирует самообман основателей, очень плохо понимающих, как реализовать задуманное.

Что выгоднее — вкладывать в биткоин и эфир или в токены?

Зависит от проекта. Если авторы представят важную технологию, то стоимость их токенов и компании может вырасти значительно. Но в целом стоимость токенов очень немногих компаний в долгосрочной перспективе смогут обогнать криптовалюты вроде биткоина и эфира.

Организаторы форума дают читателям скидку 20% по промокоду vc.ru:

Узнать больше

#партнерский #блокчейн

Популярные материалы
Показать еще

Прямой эфир

Компания отказалась от email
в пользу общения при помощи мемов
Подписаться на push-уведомления