{ "author_name": "Саша Мураховский", "author_type": "self", "tags": ["\u043f\u0430\u0440\u0442\u043d\u0435\u0440\u0441\u043a\u0438\u0439","advertising","dockers"], "comments": 0, "likes": 0, "favorites": 24, "is_advertisement": true, "section_name": "default", "id": "29679", "is_wide": "1" }
6 025

«Мне не интересно, сколько мы зарабатываем, важнее, какой мы вносим вклад»

Интервью с основателем сервиса для создания сайтов «Тильда» Никитой Обуховым.

Поделиться

В избранное

В избранном

Материал подготовлен при поддержке Dockers

Game Changers by Dockers — это кампания, сфокусированная на людях, меняющих мир вокруг себя. В рамках проекта vc.ru и калифорнийский бренд мужской одежды Dockers подготовили серию интервью с молодыми предпринимателями.

Никита Обухов

Саша Мураховский: Ты в дизайне уже 17 лет. Не надоело?

Никита Обухов: Да, надоело. Я стал дизайнером в 2000 году, как только поступил в университет. По этой причине и появилась «Тильда» — я понял, что устал от классической системы заказной разработки и дизайна, когда есть агентство и клиенты. В этом формате много минусов, хотя есть и плюсы. Захотелось создать свой продукт и это оказалось очень правильным решением.

Работать на клиента — ты говоришь о студии FunkyPunky?

Да.

У меня был целый блок вопросов о FunkyPunky, но потом я понял, что студии уже не существует. Или ты просто отошел от управления?

Она существует, но ею теперь занимается мой друг. Я отдал ему сайт, и он продолжает работать под этим брендом. Я же к этому не имею отношения. Название осталось, бренд остался, но состав агентства поменялся. Мне не хватает времени интересоваться нынешней деятельностью FunkyPunky.

Почему? Ты понял, что коробочное решение лучше, чем разработка продукта отдельно под каждого клиента?

Да. Ты спрашивал о том, надоел ли мне дизайн. Мне не надоел дизайн как сфера и образ мышления, поскольку сам по себе дизайн — это круто. Скорее я имел в виду рабочую модель, в которой ты — агентство или дизайнер, и делаешь работу на заказ. Мне надоела эта модель и сейчас она мне неинтересна.

Само слово «дизайн» очень классная штука. Кажется банальной вещью, поскольку название дурацкое — у него нет четкого перевода на русский язык, и каждый трактует его по–разному.

В любом случае это отрасль и образ мышления, которая предполагает создание чего-то нового. Некоторые называют дизайн инженерией. Для меня дизайн — это сплав инженерного и творческого.

Дизайн — это не художество, когда ты пытаешься выразить свой внутренний мир через творчество. И это не чисто инженерия, где есть параметры надежности, прочности, долговечности, и надо придумать что-то под эти параметры.

Создание нового — это самое крутое, что может быть.

То есть тебе надоело, что ты связан рамками пожеланий клиентов?

Нет. Я расшифрую своё видение.

В работе под клиента нет ничего плохого, потому что когда ты нанимаешь дизайнера в продукт, ты являешься клиентом. Модель эта плоха тем, что ты не отвечаешь полностью за весь продукт.

Ты не отвечаешь за бизнес-процессы, не отвечаешь за контент, за поддержку. Ты являешься частью — из-за этого все недовольство. Ты не реализуешь себя как создатель и творец, потому что все время встречаешься с кучей ограничений.

Можно придумать классный интерфейс, но непонятно, как он будет работать, будет ли правильно продвигаться и использоваться. Если это новостное издание, то какой будет контент и как его будут поддерживать?

Дизайн — это всё: дизайн процесса, дизайн коммуникаций, дизайн продаж. Самому рисованию я выделяю 5% от всего времени, несмотря на то, что занимаюсь дизайном.

Не стал ли ты сейчас скорее предпринимателем, чем дизайнером?

Это сложный вопрос. Я не вписываюсь в рамки определения должностей. Сейчас принято делить людей: ты — основатель, ты — разработчик и так далее. Я не понимаю, кто я, потому что занимаюсь и дизайном, и разработкой, и продажами. Я руковожу, создаю и участвую во всем колесе производства продукта.

Я сторонник подхода мультидисциплинарности. Чем интересна «Тильда» и почему она такая? Потому что в ней работают специалисты, каждый из которых разбирается в разных областях. Я занимаюсь абсолютно всем, и не происходит такого, что я просто руковожу, а за меня все сделают.

Всё аморфно — где-то ты делегируешь свою деятельность, где-то делаешь сам.

В «Тильде» ты занимаешься всем, плюс преподаешь в Британской высшей школе дизайна. Как получается всё успевать?

Нехватка времени — это основная проблема. Оно всегда куда-то девается. В независимости от того, чем ты занимаешься, его всегда не хватает. Существует тренд на самоотдачу: очень часто люди находят занятия по душе, и вся жизнь превращается в работу.

Методик управления временем не так много и, мне кажется, я перепробовал их все, но забыл, как они называются. Где-то использую стикеры, бывает, вообще не парюсь и держу всё в голове, потому что другие механики не сработали. Задача человека, который саморазвивается, перепробовать всё, взять, что подошло и объединить в свою новую методику.

Учитывая, что через 3-4 часа ты будешь читать лекцию в «Британке» и что ты два раза её окончил, сложный вопрос. Считаешь ли ты профессиональное образование обязательным для того, чтобы реализоваться как специалист?

Реализоваться как специалист можно без образования. Если ты талантливый и трудолюбивый, то, в конце концов, всё будет. Образование не сделает за тебя работу.

Суть образования в том, что тебе дают задачу, и ты её решаешь. Получать и решать задачи можно и без образования, если ты достаточно мотивирован, или получаешь интересные задачи, которые тебя развивают. Все зависит от контекста. По этому поводу возникает немало споров.

Моё первое образование — техническое, по сути дела, я инженер. Я долго размышлял: потратил ли я это время с пользой или можно было бы не учиться? У меня нет ответа на этот вопрос, потому что есть и плюсы, и минусы.

Иногда кажется, что это было потерей времени, а когда хорошее настроение, то думаешь, что образование — это классно: мозг работает, любая сессия — это препятствие, которое нужно решить. Я считаю, что молодым специалистам нужно совмещать учебу и работу.

Если коротко — образование помогает, но можно быть и без него.

В интервью ты говорил, что без образования человек упирается в этакий стеклянный потолок и не растёт профессионально.

Когда ты молод, через три года работы тебе кажется, что ты супергерой и уделаешь любого. А через пять лет, тебе уже кажется, что ты ничего не знаешь. Поэтому среди специалистов есть такие волны: либо, когда чувствуешь себя уверенно, либо наоборот.

К примеру, человек достиг такого профессионального уровня, когда ему хочется поделиться знаниями. Он идет преподавать и понимает, что у него нет навыков в преподавании и презентации. Он начинает развиваться в эту сторону и пытается сделать лучшую версию себя.

Если человек работает, то со временем одни и те же задачи становятся рутиной. Мозг начинает искать соседние области, например, программирование и приходится познавать снова. Например, с дизайна нужно переключаться на маркетинг и его прокачивать. С маркетинга переключаться в продажи или реализовывать себя как бизнесмен.

То есть основная мысль: человек может считать себя профессионалом, если готов постигать другие области знаний, помимо основной?

Я люблю людей, которые интересуются соседними сферами, потому что только так можно делать классные вещи, и мне бы хотелось работать с такими людьми. Мне скучно работать с теми, кто говорит: «Это не моя ответственность и задача» — людьми, которые узко специализируются на определенных вещах.

К примеру, у нас есть фронтенд-разработчик Мария. Она хотела быть дизайнером, но решила пойти в разработку. Она программирует, но в то же время у неё есть вкус и понимание того, как устроен дизайн — ей это, в первую очередь, интересно. Она не спрашивает у дизайнеров, хорошо ли решила задачу — она сама это видит.

У меня есть еще один вопрос по поводу образования. Он связан с Tilda.Education. Фактически это корпоративное медиа как, например, «Т—Ж». Его основная цель — просветительская или всё-таки продажа продукта?

Tilda.Education — это корпоративное издание в классическом виде, когда у компании есть экспертиза, и она делится ею с другими. С точки зрения денег проект неэффективен — на производство контента мы тратим больше, чем приобретаем клиентов.

Мы выпустили два курса «Дизайн в цифровой среде» и «Интернет-маркетинг с нуля». Это уникальный контент, который мы отдавали практически бесплатно.

В конечном итоге, мы поняли, что лучше создавать бесплатные курсы. Например, выпустили бесплатный курс по созданию лендингов. Пока вышла первая лекция и с периодичностью в 2-3 недели выйдут еще четыре.

На Tilda.Education я трачу свои деньги, и мне это нравится, потому что я чувствую, что это развивает общество и в этом есть благо. Некоторые создают фонды, а мне интересно создавать знания, которые могли быть доступны людям бесплатно.

Кто основная аудитория Tilda.Education? Люди, которые ничего не понимают в дизайне, но хотят чему-то обучиться, или состоявшиеся специалисты, которые хотят стать лучше?

У нас две аудитории. Одна аудитория — это начинающие или средней руки специалисты. Вторая аудитория — те, кто делают сайты для себя, и понимают, что дизайн и маркетинг для них — основной источник роста.

Классно, когда люди находят то, что им нравится и начинают этим заниматься, вкладывать в это энергию. Им нужно помогать, простым языком рассказывать, как устроен дизайн и продажи.

Сколько человек делают «Тильду?»

Не скажу.

Большая часть людей в штате или фрилансеры?

У нас все люди в штате, потому что продукт такого уровня невозможно разрабатывать с фрилансерами. «Тильда» требует полной отдачи, поскольку есть много нетривиальных задач, и бывают очень сложные решения.

А есть те, кто работают не в московском офисе?

Да. У нас классная поддержка. Большая часть этих людей находится не в Москве — они работают по всей России. На этой неделе к нам приехали три человека, которых мы не видели ни разу. Они пробыли в студии всю неделю, было очень приятно их видеть.

В «Тильду» можно попасть только через программу интернов?

Это, как оказалось на практике, единственный успешный канал привлечения — большая часть людей попали таким образом. Человек приходит на стажировку, ему даётся реальная задача. Стажировка длится три месяца, она неоплачиваемая. Фактически, мы тратим ресурс компании — когда человек делает эти задачи, за ним нужно еще дорабатывать и учить. Спустя три месяца, если человек сообразительный и мы видим в нём потенциал, то он уже с нами.

То есть состоявшийся дизайнер с опытом прийти в «Тильду» не может?

Сможет. Сейчас на рынке проблема, на мой взгляд, в нехватке специалистов — большая конкуренция. Не хватает абсолютно всех, и я готов брать в команду любого в независимости от рода деятельности.

Нехватка по той причине, потому что есть большие корпорации, которые берут людей десятками и сотнями?

Да, мне некого нанять, из-за конкуренции. Есть «Альфа-банк», «Сбербанк», «Тинькофф», Mail.Ru Group. Это, наверное, самая большая основная проблема, с которой мы столкнулись. Идей много, а реализовывать их некому.

Другая причина заключается в том, что на рынке мало людей, которые умеют работать. Кажется, что население большое, а нормальных и адекватных людей, с которыми приятно говорить и работать, категорически мало. Раньше я этого не замечал, потому что не занимался наймом. Сейчас, когда я смотрю на весь рынок в России, вижу, что первое, во что мы упираемся и почему мы не страна номер один — это малое количество правильных людей.

Ты говорил о том, что «Тильда» работает на стыке дизайна и разработки. А что из этого важнее?

И то, и другое. В продукте есть несколько основных сфер: дизайн, разработка, поддержка, контент, документация, юридическая сторона, маркетинг. Каждая из них важна. У тебя может быть классный продукт, но с плохой поддержкой всё будет рушиться. Может быть классный интерфейс, но он будет тормозить, и пользоваться продуктом будет невозможно.

Какой отдел в «Тильде» самый большой?

Давай не будем про цифры. Стандартные вопросы о том, сколько работает людей, сколько зарабатываете, сколько пользователей — это неправильные вопросы.

Я считаю, что дело не измеряется количеством людей, которые над ним работают. Наше обывательское мышление заточено под то, чем больше компания, тем она круче — это абсолютно не так.

Мне не интересно то, сколько мы зарабатываем, мне интересно — какой вклад мы вносим. В цифрах нет энергии. Энергия есть в идеях и как эти вещи влияют на общество, трансформируют индустрию и помогают людям. Это все не зависит от того, сколько кто зарабатывает.

Продукт — это сама цель, а остальное вторично. Люди приходят к нам за продуктом: они решают свои задачи и у них получается классный сайт. Это то, что им нужно. Они не должны думать о том, насколько мы успешны. Я сам себя программирую на это, потому что могу поддаться и начать размышлять о цифрах.

У нас всё нормально с цифрами, просто я не хочу акцентировать на этом внимание и занимать свой ум. Мне больше интересно заниматься сутью.

«Тильда» — это универсальный рецепт для всех? Или кому-то он может не подойти?

Универсального ничего не бывает и, конечно, «Тильда» кому-то не подходит — это нормально.

Задача команды, которая работает над продуктом, — сделать так, чтобы «Тильдой» пользовалось как можно больше людей, а также понять, где мы недорабатываем. Нужно стремиться к тому, чтобы пользовались все, но при этом понимать, что всем всё равно не угодишь.

Есть аудитория, которую вы хотите привлечь, но это либо сложно, либо непонятно, как?

В целом, аудитория у нас растёт и развивается довольно органично. Сейчас мы пытаемся понять, как привлечь тех, кто просто не знает о нас и пользуются плохими продуктами.

Что у вас сейчас с международным рынком?

Он в плане. Сейчас за рубежом «Тильдой» пользуются около 10-15% от общего числа пользователей. Все остальные из России. В следующем году планируем начать кампанию по выходу на мировой рынок.

Несмотря на то, что продукт изначально международный — у нас есть версия на русском и на английском — и мы изначально позиционируем себя как международный продукт, просто иметь два языка или английскую версию недостаточно. Нужно работать с аудиторией, которая про тебя очень мало знает.

Задача не решается просто в лоб — нельзя вложить много денег в рекламу и сразу стать популярным. Она решается нетривиальными способами, поэтому нужно изобретательство. Мы не можешь в мире появиться и сказать: «Пользуйтесь» — у проекта должна быть история.

Мы общаемся по-русски, а не по-английски, и между нами и миром есть стена, соответственно они нам не доверяют: «Почему ты такой классный, если про тебя никогда не слышал? Мне нужны корни». Так как корней нет, их нужно создавать, а это очень сложно.

К примеру, органичная история у Squarespace (американский конструктор сайтов — vc.ru). В 2006 году парень создал платформу для блогов. В течение трех лет она росла, потом он понял, что получается и начал развивать проект. Проект довольно-таки старый, но есть люди, которые с самого начала там. Или взять, к примеру, Wix, которые развиваются с 2009 года. Эта органично, когда у бизнеса такая большая история.

Если абстрагироваться от маркетинга, насколько ваш продукт серьезен и сможет ли конкурировать с аналогичными продуктами, например, в США?

С технологической и продуктовой точки зрения мы сильнее. Вопрос именно в маркетинге.

Каково твоё мнение по поводу того, что сейчас пользователям нужно не столько конструкторы сайтов, сколько конструкторы мобильных приложений?

Ни разу не слышал такого утверждения.

Тебе не кажется, что простой инструмент для создания мобильных приложений будет востребованным и ниша еще не сильно занята?

Были сервисы, которые этим занимаются. Они появились года три назад.

Мобильные приложения это абсолютно другая ниша. Приложение невозможно сделать в конструкторе. Приложение — это сервисная история. Сайты, которые делают наши пользователи, это не про сервисную, а про коммуникационную историю. Они рассказывают и презентуют себя. В приложениях же не ведется работа с контентом, они существуют для решения задач: купить билет, посмотреть почту, обработать фотографию.

Не было мысли, чтобы идти в ту сторону?

Нет. Я не вижу там, что это кому-нибудь нужно. А зачем? Такого сделать невозможно.

Возможно прототипирование?

Прототип не является финальным продуктом. А «Тильда» производит финальный продукт. Существуют программы для проектирования, но это инструменты для проектирования, которые участвуют в производстве. В них нужно собрать прототипы и продемонстрировать заказчику либо обсудить в команде, но эт не финальная версия. «Тильда» производит конечный продукт.

Какие у вас планы на будущее? Вы не мыслите огромными категориями, а просто ежечасно, ежедневно допиливайте продукт деталями , но возможно у вас есть масштабные планы?

Я недавно услышал интересную мысль о том, что человек живет в плену себя же двух-трехлетней давности. Современная «Тильда» — это, на самом деле, то, что я запланировал три года назад, а реализовал только сейчас. Эта та финальная версия, которая должна была появиться мгновенно, но на её производство потребовалось три года.

Невозможно реализовать все за один раз, поэтому задача дробится на части, и ты начинаешь работать над конкретными вещами в рамках большого плана.

В ближайшем будущем появятся два больших продукта, которые присоединятся к «Тильде» и дадут пользователям новые возможности. Но глобально следующий год мы должны потратить на качество и на то, чтобы это продукт был более гладким, отзывчивым и приятным.

То есть «Тильда» через 5-10 лет — это та же «Тильда», только лучше?

Да. Та идея, которая была изначально, уже реализована. Другие идеи, если они появятся, будут, скорее всего, реализованы в другом продукте. Мы не должны переизобретать себя. Концепция «Тильды» правильна и революционна сама по себе. Она должна просто становиться лучше.

Предела совершенству нет, но тем, что есть сейчас, я доволен.

У нас получилась классная штука, которая радует и которой можно гордиться. Приятная вещь, когда идея реализуемая, а еще приятнее, когда твой продукт востребован и им пользуются. Это лучшее, что можно пережить и о чём может думать человек, который придумывает что-то новое.

Адреса магазинов Dockers:

#партнерский #dockers

Прямой эфир

Приложение-плацебо скачали
больше миллиона раз
Подписаться на push-уведомления
[ { "id": 1, "label": "100%×150_Branding_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfl" } } }, { "id": 2, "label": "1200х400", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfn" } } }, { "id": 3, "label": "240х200 _ТГБ_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fizc" } } }, { "id": 4, "label": "240х200_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "flbq" } } }, { "id": 5, "label": "300x500_desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "ezfk" } } }, { "id": 6, "label": "1180х250_Interpool_баннер над комментариями_Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "ffyh" } } }, { "id": 7, "label": "Article Footer 100%_desktop_mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjxb" } } }, { "id": 8, "label": "Fullscreen Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjoh" } } }, { "id": 9, "label": "Fullscreen Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "auto_reload": true, "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fjog" } } }, { "id": 10, "disable": true, "label": "Native Partner Desktop", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyb" } } }, { "id": 11, "disable": true, "label": "Native Partner Mobile", "provider": "adfox", "adaptive": [ "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "clmf", "p2": "fmyc" } } }, { "id": 12, "label": "Кнопка в шапке", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "g", "ps": "bugf", "p2": "fdhx" } } }, { "id": 13, "label": "DM InPage Video PartnerCode", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox_method": "create", "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "pp": "h", "ps": "bugf", "p2": "flvn" } } }, { "id": 14, "label": "Yandex context video banner", "provider": "yandex", "yandex": { "block_id": "VI-223676-0", "render_to": "inpage_VI-223676-0-158433683", "adfox_url": "//ads.adfox.ru/228129/getCode?p1=bxbwd&p2=fpjw&puid1=&puid2=&puid3=&puid4=&puid8=&puid9=&puid21=&puid22=&puid31=&fmt=1&pr=" } }, { "id": 15, "label": "Плашка на главной", "provider": "adfox", "adaptive": [ "desktop", "tablet", "phone" ], "adfox": { "ownerId": 228129, "params": { "p1": "byudx", "p2": "ftjf" } } } ]