Мифы о банкротстве в 2025–2026: почему даже в РБК путаются в фактах, и что говорят цифры

Повод для этого текста прост: даже на крупных площадках периодически встречаются замечания к материалам о банкротстве, основанные не на законе и статистике, а на устойчивых мифах. Мы с этим столкнулись недавно при модерации статьи в нашем блоге на “РБК Компании”.

Проблема системная: институту банкротства граждан уже 10 лет, но массовое представление о процедуре по-прежнему строится на слухах, «страшилках» и фрагментах практики. Как участник рынка, НССД видит эту проблему изнутри. За 6 лет мы помогли списать долги более 25 000 клиентов, работая в более чем 1100 городах России. Мы ежедневно сталкиваемся с тем, что люди боятся не процедуры, а мифов вокруг нее.

Статью в итоге опубликовали – после наших объяснений по пунктам. А еще для нас редакционные мифы РБК стали хорошей фактурой для подготовки еще одного материала. Ниже отвечаем подробно на мифы и страхи со стороны редакции РБК. Надеемся, что после публикации этой статьи их (мифов и страхов) станет меньше.

В правовой логике банкротство — не «финансовый продукт» (как рефинансирование), а юридический режим, который включается при устойчивой неплатежеспособности.

Если бы банкротство было «редкой крайностью», доля самообращений была бы низкой. Но в реальности граждане сами инициируют процедуры в 96–97% случаев (2024 — 96,7%; во II кв. 2025 — 97,3%).

Люди понимают, что банкротство — не опция, а решение проблемы, к которому приходят, когда кончаются остальные варианты. Не ждите, пока сумма долга станет критической, а счета арестуют. Если вы понимаете, что через месяц платить будет нечем, консультация юриста нужна сейчас. Мы часто видим клиентов, которые потратили последние сбережения на погашение процентов, вместо того чтобы сразу начать процедуру списания.

Не ждите, пока сумма долга станет критической, а счета арестуют. Если вы понимаете, что через месяц платить будет нечем, консультация юриста нужна сейчас. Мы часто видим клиентов, которые потратили последние сбережения на погашение процентов, вместо того чтобы сразу начать процедуру списания. Каждый месяц ожидания добавляет 5–10 тыс. руб. в виде штрафов и пени. Лучше потратить деньги на профессиональную помощь, чем на пустые платежи.

Банк России прямо отмечает: корректные данные кредитной истории не подлежат изменению или удалению, кроме случаев, когда истек срок хранения.

Иными словами: «банкротство = навсегда» — неверная модель. Скоринг банка смотрит на недавние события и текущую платежную дисциплину, а не на бесконечную «черную метку».

Ваша история будет автоматически архивирована через 7 лет после завершения процедуры банкротства, и новая информация о вас (кредиты, платежи) начнет формировать чистую историю с нуля. Главное после банкротства — не совершать просрочек. Мы видим, что через 2–3 года добросовестных платежей скоринг клиента восстанавливается полностью.

Запрета нет. Есть обязанность раскрытия факта банкротства.

Это принципиально разные вещи:

На практике это означает: банки охотно дают кредиты людям, прошедшим банкротство, потому что они уже не имеют скрытых долгов и прошли процедуру очистки. Мы видим, что многие наши клиенты получают одобрение на небольшие кредитные лимиты уже через 6–12 месяцев после завершения процедуры. Банку проще выдать кредит человеку с "чистым листом" (пусть и с пометкой о банкротстве), чем заемщику с текущей высокой долговой нагрузкой.

У этого мифа есть рациональное зерно: реструктуризация действительно лучше, когда проблема временная и есть прогнозируемый доход. Но рынок в цифрах показывает, что в банкротстве граждан реабилитационные сценарии пока редки.

План реструктуризации в потребительских банкротствах применялся всего в 0,2–0,3% случаев за последние пять лет. При этом в 2025 году виден рост планов реструктуризации как отдельный тренд: суды утвердили 675 планов во II квартале (в 2,2 раза больше г/г), а за I полугодие — 1152 (рост в 2,3 раза). Но даже эти цифры на фоне сотен тысяч процедур — пока «тонкий слой».

Если реструктуризация реалистична — ее стоит считать первой линией. Но в массовом сегменте банкротства статистика показывает, что чаще речь идет о ситуации, когда гражданин объективно не может платить, а не о случаях, когда он мог бы платить, но ему просто нужна отсрочка».

Перед тем как выбирать между реструктуризацией и полным банкротством, ответьте на три вопроса: (1) у вас есть стабильный доход на следующие 3–5 лет? (2) этот доход позволит платить 30% от суммы долга в месяц? (3) вы уверены, что не потеряете работу в ближайшие годы? Если ответ на все три — "да", попробуйте реструктуризацию. Если хотя бы один "нет" — идите на полное списание. Не изводите себя иллюзиями: если платить невозможно, никакой план не поможет.

Закон закрепляет перечень требований, от которых гражданин не освобождается после завершения расчетов (так называемые «несгораемые» долги): среди них алименты, вред жизни/здоровью и ряд других личных обязательств.

Важно: налоги как класс обязательств в этом базовом перечне «несгораемых» требований не названы. На практике принцип такой: списываемость зависит от природы требования (текущие/реестровые), а также добросовестности поведения должника — но утверждение «налоги не списываются вообще никогда» некорректно уже на уровне чтения нормы.

Если вы ИП с налоговыми долгами или физлиц с задолженностью по НДФЛ и имущественным налогам — все это подлежит списанию. Единственное исключение — если ФНС докажет, что долг возник из преступных действий, что практически никогда не происходит в обычных банкротствах. Налоговые органы хорошо знают закон и не возражают против списания при процедуре банкротства — для государства важнее вернуть вас в поле налогообложения, чем преследовать старые долги.

Несмотря на регулирование деятельности коллекторских агентств законом № 230-ФЗ, практика показывает, что многие должники по-прежнему сталкиваются с превышением допустимых норм взаимодействия.

Закон ограничивает коллекторов:

Но на практике наши клиенты регулярно жалуются и на 20-30, и на 70-80 звонков в день, письма, имитирующие судебную повестку, и психологическое давление на родственников.

С момента введения процедуры банкротства (после первого судебного заседания) любое взаимодействие коллекторов с должником становится незаконным. Это не просто «снижение давления», а полный законодательный запрет на взыскание.

Если вас беспокоят звонки коллекторов, помните — сразу после первого судебного заседания по банкротству любые звонки и требования кредиторов становятся незаконными. Мы в НССД берем общение с кредиторами на себя, чтобы вы сохранили душевное спокойствие. Более того, мы подготавливаем для вас письма и свидетельства о введении процедуры, которые вы можете отправить коллекторам, чтобы они прекратили беспокойство. Часто одного письма достаточно, чтобы звонки прекратились полностью.

Банкротство граждан в России — это уже не «крайняя мера для маргиналов» и не «серая схема», а массовый институт с измеримой статистикой:

На горизонте 2026 года рынок скорее будет меняться по качеству и доступности (реклама, стоимость входа), чем «исчезнет» или «взорвется». За цифрами стоит нормальная социальная политика государства, позволяющая людям начать финансовую жизнь заново.

Если вы прочитали эту статью и узнали себя в одном из мифов — это нормально. Большинство людей, которые приходят с долгами, сначала верят в эти мифы, потом разочаровываются в рефинансировании, и только потом понимают, что банкротство — это социальный финансовый инструмент, а не катастрофа.