Дайджест ИИ — 12 января 2026
За последние 24 часа — не анонсы, а реальные последствия: AI-бум вызвал глобальный дефицит памяти, а Grok Илона Маска теперь заблокирован в Индонезии и Малайзии из‑за сексуализированных изображений. Рынок перестаёт быть «всё подряд», а уходит в инфраструктуру, регулирование и выбор между open и closed.
AI вызывает глобальный дефицит памяти
AI-инфраструктура съедает почти весь доступный запас DRAM и HBM: Nvidia, AMD и Google в 2026 году потребляют столько памяти, что производители (Samsung, Micron, SK Hynix) вынуждены перераспределять мощности с потребительских устройств на серверы и дата‑центры. В результате DRAM и HBM уже в дефиците, а цены растут на 40–55% в год.
Почему важно: Это не просто «дороже стало» — это сдвиг всей цепочки: производители смартфонов и ПК уже предупреждают, что будут либо повышать цены, либо урезать объёмы памяти. Для рынка это означает, что AI-инфраструктура стала главным драйвером спроса на память, а не просто «один из сегментов». Кто не встраивается в этот стек, тот рискует остаться без железа и с растущими издержками.
Индонезия и Малайзия заблокировали Grok из‑за сексуализированных изображений
Индонезия и Малайзия ввели временные ограничения на доступ к AI-чатботу Grok Илона Маска. Причина — массовое создание сексуализированных изображений реальных людей, включая женщин и несовершеннолетних, с помощью простых текстовых запросов. Регуляторы считают, что текущие меры X (ограничение генерации изображений платными подписками) не решают проблему.
Почему важно: Это первый случай, когда страны блокируют конкретный AI-продукт, а не просто платформу. Регуляторы уже не говорят «AI — это сложно», а требуют конкретных технических и модерационных решений. Для платформ это означает: если ты не контролируешь, что генерирует твой ИИ, государство сделает это за тебя — через блокировки и санкции.
NCERT запускает AI‑программу по математике для всей Индии
Национальный совет по образовательным исследованиям и обучению (NCERT) Индии запускает четырёхдневную AI‑программу по математике для школьников и учителей. Программа будет доступна по всей стране через онлайн и телевидение, а в ней — интерактивные AI‑инструменты для решения задач, объяснения концепций и адаптивного обучения.
Почему важно: Это не просто «ещё один пилот», а попытка масштабного внедрения ИИ в базовое образование. Когда государство берёт на себя инфраструктуру и контент, это ускоряет переход от «учитель с доской» к «учитель + AI‑ассистент». Для рынка это сигнал: в ближайшие 2–3 года основной спрос на ИИ в образовании будет идти не от стартапов, а от государственных заказов.
Катар и ОАЭ присоединились к Pax Silica
Катар и ОАЭ присоединились к инициативе Pax Silica — американскому технологическому альянсу, направленному на укрепление цепочек поставок в полупроводниках, ИИ и критических технологиях. Катар подпишет декларацию 12 января, а ОАЭ — 15 января. Это означает совместные инвестиции, обмен технологиями и координацию экспортного контроля.
Почему важно: Pax Silica — это не просто «ещё один альянс», а попытка США создать альтернативу китайской экосистеме. Когда в него входят богатые и технологически амбициозные страны Ближнего Востока, это усиливает давление на независимые игроки: либо ты в одном из этих блоков, либо рискуешь остаться без доступа к ключевым технологиям и рынкам.
Итоги дня
AI-бум перестаёт быть «просто про модели» — он уже влияет на рынок памяти, цены на устройства и глобальные цепочки поставок. Дефицит DRAM и HBM означает, что инфраструктура стала главным драйвером спроса, а не просто «один из сегментов».
Регуляторы в Индонезии и Малайзии показали, что готовы блокировать конкретные AI-продукты, а не просто платформы. Это означает, что от платформ теперь ждут не «мы только инфраструктура», а ответственности за то, что генерирует их ИИ.
Pax Silica и NCERT — это два противоположных вектора: государства либо создают закрытые технологические блоки (США + Катар/ОАЭ), либо массово внедряют ИИ в базовые сферы (образование в Индии). Для продуктов и стартапов это означает, что ключевые решения будут приниматься не в Кремниевой долине, а в столицах и на уровне государственных заказов.