Мужское и женское в коллективах

В преддверии так называемых «мужских» и «женских» праздников в организациях особенно ярко откликается поле. Внешне это всего лишь дата в календаре, но если смотреть системно, то такие дни обнажают, как в организации устроены отношения между мужским и женским, как распределены места и роли, и какие бессознательные лояльности проявляются через самые, казалось бы, простые жесты – поздравления, букеты, корпоративы. Большинство социальных праздников завязаны на ролевую идентичность. Но 8 марта выделяет не столько роль, сколько факт рождения в женском теле. В расстановочном языке это опора на базовую принадлежность к энергии женского или мужского, а не на социальную маску. Мы приходим в этот мир либо как девочка, либо как мальчик. Это первое «место», которое нам даёт система: место женщины или мужчины. В каждой стране, в каждой культуре коллективное поле по‑своему регулирует разницу между мужским и женским через законы, традиции, неписаные нормы. И на работе это тоже чувствуется: организация – это такая же система, как семья, со своими порядками, иерархией и скрытыми движениями. Если посмотреть через полярность, то когда в организации поздравляют женщин, автоматически активируется другой полюс - мужской. В поле всплывает тема того, как в этой системе живёт, проявляется и чувствует себя мужское начало. Особенно это видно там, где во главе стоит мужчина‑лидер: через него проявляется не только его личная история, но и мужская линия его рода, отношение к отцу и дедам. Если лидер стоит на своём мужском месте, т.е. в контакте со своими мужскими энергиями, «мужским полюсом», в хорошем контакте с отцом и мужской линией рода, признаёт их такими, какие они были, то в поле это чувствуется как опора и ясность. Тогда поздравления обычно идут сверху вниз по иерархии: ✅ лидер лично обращается к сотрудницам, ✅ организует общее поздравление, мероприятие, букеты, ✅ проявляет своё мужское как дающее, поддерживающее, признающее. Такому лидеру естественно и радостно быть мужчиной, занимать своё место среди мужчин. Его мужской полюс не под вопросом - это факт, данный системой. Сомнению могут подвергаться только ролевые слои: «какой я лидер?», «какой я эксперт?», «какой я отец?», но не сам фундамент: «я мужчина из своего рода». Если же лидер не в контакте со своей мужественностью (в расстановочном языке – с мужской линией, с анимусом, с местом среди мужчин), то в поле появляется избегание. В такие дни ему бессознательно тяжело быть в контакте с людьми, особенно с женщинами. Праздник обесценивается, переводится в нечто формальное: «Лишь бы не мешать людям праздновать, пусть сами что‑то сделают». Тогда поздравления распадаются на уровень отдельных отделов, всё делается стихийно, как придётся. Это признак того, что верхний уровень системы (лидер) не занимает своё место в мужском ряду и не несёт опору вниз по иерархии. Потеря контакта с мужским началом тогда часто компенсируется чрезмерным упором на роли: ✅ «Я – руководитель, значит, имею право давить» – так рождаются авторитарные, жёсткие, деспотичные лидеры; ✅ или наоборот: «Я один не могу, только вместе» – и лидер прячется за коллективные решения, не выдерживая веса личной ответственности. С точки зрения поля, это попытка заменить живое мужское присутствие ролевыми конструкциями. Внутри - пустота или рана, снаружи - либо жёсткий контроль, либо избегание. Возникают и другие вопросы. Почему, например, только раз в году женщина вдруг «вспоминает», что она женщина, потому что ей подарили цветы? В системном взгляде это выглядит так, будто её связь с женским полем ослабевает на каждый день, и только внешний ритуал напоминает о том, кем она является по факту рождения. Почему женщина должна бороться за равноправие с мужчинами, если по самой конструкции поля она иная, а не «недоделанный мужчина»? Любая борьба предполагает, что кто‑то выше, кто‑то ниже, что чьё‑то место нужно отнять. Но в системах порядок другой: каждый на своём месте, мужчины – среди мужчин, женщины – среди женщин, и отсюда должно строится сотрудничество, а не война.

Продолжение в комментариях

👇👇👇