Что останется дефицитным после ИИ?

Есть популярный последнее время образ будущего, что искусственный интеллект удешевит все сферы занятости. Тексты, картинки, код, переводы, юридические черновики, медицинские объяснения, учебные планы, презентации, консультации — всё это станет почти бесплатным, мгновенным и бесконечно масштабируемым.

Справедливости ради, в этом образе много правды. Уже сейчас видно, как быстро дешевеют стандартные когнитивные результаты: читабельный текст, рабочая картинка, краткий анализ, первый вариант кода, пересказ документа, учебное пояснение. То, что раньше требовало человека, времени и денег, всё чаще превращается в простой интерфейс, в котором пишешь запрос и сразу получаешь результат.

Однако из этого часто делают слишком поспешный (и близорукий) вывод: если результат становится дешёвым, значит дефицит исчезает.

Лично я убеждён, что это ошибка.

ИИ не отменяет дефицит, скорее меняет его адрес, то есть перераспределяет.

Когда обычный текст, картинка, код или совет становятся дешёвыми, тогда дорожает более узкая вещь, чем человекочас. В этом случае дорожает доступ к человеку, которому можно доверить выбор, контекст, ответственность, внимание и подпись под результатом.

ИИ может произвести ответ. Но кто оценит и подтвердит, что этому ответу можно верить? Кто поймёт твою конкретную ситуацию, её нюансы и обстоятельства? Кто будет рядом не один запрос, а месяцы или годы? Кто несёт ответственность, если решение окажется неправильным? Кто заметит, что ты испуган, устал, выгорел или лжёшь самому себе?

Экспертность — и есть новый дефицит. Или, другими словами, доверие к результату генераций.

ИИ в первую очередь бьёт по товарным результатам — в тех областях, где покупателю нужен результат, а не его автор.

Из популярных примеров:

Во всех этих случаях человеческое происхождение результата как минимум вторично. Если картинка нужна как обложка для внутреннего документа, заказчик предпочтёт ИИ-картинку. Если нужен черновик письма, не обязательно платить копирайтеру. Если нужен первый список аргументов, не обязательно ждать аналитика.

И это уже не гипотеза скучающего ума. Исследователи Stanford GSB изучали онлайн-платформу изображений после того, как туда допустили ИИ-сгенерированные картинки. В выборке было более 3,2 млн изображений и 62 тыс. авторов, включая ИИ-операторов. После появления ИИ-изображений предложение резко выросло, продажи в целом выросли, но покупки не-ИИ изображений, напротив, упали. В товарном рынке картинок ИИ оказался реальным заменителем.

Это важный, при том совсем не романтический факт.

Нельзя просто заявить, что люди всегда будут ценить human-made. Нет, не всегда. Если результат стандартный, дешёвый, массовый, не несёт статуса, ответственности или личной связи, ИИ может просто взять скоростью и количеством.

Именно это наблюдение показывает, где начинается следующая экономика.

Если сама единица контента дешевеет, ценность переезжает туда, где продукт состоит не только в одном контенте.

Предлагаю представить два сценария.

В первом человек получает от ИИ медицинское объяснение: какие бывают причины симптома, какие анализы обычно назначают, какие есть варианты лечения.

Во втором у него есть врач, который знает анамнез, видит динамику заболевания, понимает риски, принимает решение о лечении и отвечает за последствия.

Оба сценария — простая консультация, информационная услуга. Отличие в том, что продаётся в них разное.

В первом — объяснение. Во втором — ответственность, контекст и человеческое суждение, ответственность.

Та же ситуация применима и в образовании. ИИ может объяснить алгебру, но учитель или наставник делает не только это. Учитель видит, что ребёнок перестал верить, хоть всё ещё способен учиться. Замечает стыд, избегание, усталость, конфликт с родителями, проваленную мотивацию. Помогает не только понять тему, но и остаться на плаву.

То же самое в психотерапии. Бот может быть доступен ночью, способен не осуждать, помогать проговорить состояние, давать техники. Это действительно полезно. Но терапия — это далеко не только набор нужных фраз; это отношения, границы, ответственность, диагностика риска, профессиональная этика, способность выдерживать человека во времени.

То же самое в праве. ИИ может написать черновик договора. Но когда дело серьёзное, нужен живой юрист, который понимает контекст, несёт репутационный риск и говорит: “Это подписывать нельзя”.

То же самое в искусстве и культуре. ИИ может генерировать бесконечные картинки и музыку. Но живой концерт, авторская работа, предмет с историей, человеческий голос, имя автора, происхождение вещи — всё это может становиться отдельной частью ценности.

Чем дешевле становится результат, тем важнее вопросы вокруг результата:

- кто выбрал именно это;

- кто проверил;

- кто понял контекст;

- кто несёт ответственность;

- кому я доверяю;

- кто будет рядом долго;

- кто подписывается своим именем;

- кто сделал это не просто «правильно», а для меня.

ИИ производит ответ. Человек часто продаёт не ответ, а доверие к ответу.

Есть сильная оптимистичная версия этого будущего.

В ней ИИ не заменяет человеческую помощь, а делает её масштабируемее.

Врач меньше времени тратит на бумажки и больше — на пациента. Учитель получает помощника, который объясняет базу, проверяет упражнения и готовит материалы, а сам учитель занимается мотивацией, сложными случаями и живым взаимодействием. Психолог или коуч получает инструменты мониторинга и поддержки между сессиями. Юрист быстрее готовит черновики, но больше времени тратит на стратегию и риски. Экспертная работа становится доступнее по той причине, что ИИ расширил радиус её действия.

Это близко к аргументу экономиста Дэвида Отора: ИИ потенциально может не только заменить экспертов, но и дать большему числу людей способность выполнять более сложные, экспертные задачи.

В образовании это звучит особенно оптимистично: у каждого ребёнка появляется почти персональный учитель. В медицине — базовая поддержка и навигация становятся доступнее. В психическом здоровье — человек получает помощь в моменте, а не через три месяца регулярного посещения сессий. В бедных регионах появляется хотя бы первый слой консультаций, которого раньше вообще не было.

И это не надо обесценивать.

ИИ-сервисы действительно могут помогать. Если альтернатива — ничего, бот может быть отличным планом А.

Проблемы начинаются в другом месте.

Хороший сценарий требует структуры. Нужно, чтобы ИИ был помощником человека, а не дешёвой заменой. Нужны правила для специалиста. Нужна ответственность. Нужна оплата человеческой заботы. Нужны школы, больницы, клиники и сервисы, где ИИ действительно разгружает людей.

Хороший сценарий вкратце — “каждому ИИ-помощник плюс доступ к человеку там, где важны ответственность, мотивация, контекст и экспертность”.

Теперь малость неприятная версия. Заключается он в том, что ИИ будет достаточно полезен, чтобы его можно было выдать за массовый стандарт.

Богатые получат ИИ вместе с людьми. Остальные получат ИИ вместо людей.

В образовании это может выглядеть так: у обеспеченных детей остаются живые репетиторы, наставники, консультанты по поступлению, психологи, кружки — учитывая усиление с помощью ИИ. У массового ученика есть ИИ-учитель, перегруженный, уставший учитель и… в общем-то, всё.

В медицине: обеспеченный пациент получает врача с маленьким пулом пациентов, быстрый доступ, длинный приём, персональное сопровождение — ИИ лишь как инструмент врача. Обычный пациент получает сопровождение чатбота (который может ошибаться), краткий слот и человеческий контакт только когда система посчитает его неотложным.

В психическом здоровье: у одних — терапевт, психиатр, коуч, сообщество, человеческая поддержка. У других — приложение, которое всегда доступно, всегда отвечает стерильным, “правильным” тоном и никогда не устаёт, но не является полноценной человеческой системой заботы.

В уходе за пожилыми: у одних — сиделки, врачи, домашний уход, живые люди. У других — датчики, роботы, мониторинг, голосовой агент и минимум человеческого времени.

В культуре: у одних — живые концерты, авторские предметы, локальные сообщества. У других — бесконечная синтетическая лента.

Это и есть опасность, которую можно выразить так.

Она звучит грубо, но механизм виден уже сейчас.

В США быстро растут модели первичного оказания медицинской помощи человеческими специалистами. По исследованию, которое пересказывает Johns Hopkins, с 2018 по 2023 год количество таких практик выросло на 83,1%, а число клиницистов в них подросло на 78,4%. Эти схемы продают меньшую нагрузку на врача, более длительные визиты, короткое ожидание, доступность — человеческое внимание и ответственность.

В образовании похожий паттерн уже виден без всякого ИИ. Исследование Kim, West и Goodman по частным образовательным учреждениям в США показывает: с 1997 по 2022 год число таких центров выросло примерно с 3 тыс. до 10 тыс., причём больше половины находятся в районах верхнего квартиля по доходу. Harvard GSE отдельно отмечал, что во время пандемии каждая пятая семья с высоким доходом нанимала человека для помощи ребёнку в учёбе.

То есть человеческое образовательное внимание уже распределено неравномерно.

Ключевой момент: ИИ действительно может помочь массовому ученику. Но элитный ученик получит не ИИ вместо репетитора, а репетитора вместе с ИИ. Если раньше у ребёнка не было никакой помощи, ИИ-репетитор может быть большим благом.

Неравенство не исчезает, если нижний уровень стал лучше. Оно может просто подняться на новый технологический этаж.

Самый слабый (притом популярный) аргумент критиков ИИ звучит так: “люди никогда не примут синтетическую заботу”.

Скорее всего, проверку временем такой аргумент не выдержит.

Люди примут многое, почти всё, если оно дешёвое, доступное, отвечает ночью, не требует записи, не стыдит и лучше, чем ничего.

Уже есть исследования, показывающие, что ИИ-ассистенты могут помогать бороться с одиночеством. В работе `AI Companions Reduce Loneliness` авторы пишут, что ИИ-компаньоны в экспериментах снижали одиночество, иногда на уровне взаимодействия с другим человеком. Важным наблюдением было общее ощущение пользователей, что их “услышали”.

Есть и более серьёзные клинические примеры. В Therabot — чатботу для психического здоровья — участники с депрессией, тревожностью и риском расстройств пищевого поведения показывали значительные улучшения. APA Services отметило снижение симптомов депрессии на 51%, тревожности на 31%, РПП симптомов на 19% к восьмой неделе занятий с чатботом. Участники писали в среднем 260 сообщений и проводили с ботом более шести часов. Такие внушительные числа игнорировать непросто.

Сами исследователи подчёркивают: такие системы не готовы работать автономно в области ментального здоровья — необходим надзор, стандарты, оценка рисков, эскалация к человеку. APA отдельно предупреждает: чатботы и wellness приложения не должны использоваться как замена квалифицированной помощи.

Здесь мы вновь обнаруживаем нашу проблему “тёмного” сценария. Если бот совсем плохой, его легко отвергнуть. Если бот полезен, его легко сделать стандартом для тех, кто не может купить человека.

Это аргумент против социального сценария, где “лучше, чем ничего” становится нижним этажом системы. Действительно, бот может быть лучше, чем ничего.

Но глобальная общественная цель не должна быть “дать бедным лучше, чем ничего”, а после застрять в стагнации.

Есть ещё одна ловушка: думать, что всё человеческое автоматически станет дорогим. Не станет.

Человеческое происхождение само по себе не гарантирует ценность. Если человек делает стандартную картинку хуже качеством, медленнее и дороже, чем ИИ, рынок без колебаний выберет ИИ. Если человек пишет средний SEO-текст, а ИИ пишет такой же за секунды, концепция human-made попросту исполнителя не спасёт.

Исследования искусства дают смешанную картину. С одной стороны, уже есть доказательства, что маркировка “СГЕНЕРИРОВАННО” может снижать готовность платить за произведение, как и снижать эстетическое восприятие. RSM описывал эксперимент, где разные группы участников видели одну и ту же ИИ-картину: когда она была помечена как сделанная ИИ, готовность платить и оценка креативности падали. Есть и другие работы, где human-made оценивается выше, особенно когда рядом виден, для контраста, ИИ-креатив.

С другой стороны, Stanford GSB показывает обратную сторону: на массовом рынке изображений ИИ-картинки реально конкурировали с человеческими и вытесняли часть авторов. Покупатели далеко не всегда защищают человеческое происхождение рублём, долларом или банальным кликом.

Значит, будущий human-made premium будет условным и распространится не на все сферы.

Он появится там, где важны:

Это хорошая новость для настоящих, талантливых специалистов: врачей, учителей, артистов, тренеров, терапевтов, наставников, кураторов, лидеров сообществ. При том, плохая новость для всех, чья работа была обыкновенным производством среднего результата.

Таким образом, ИИ делает видимым, где человеческое действительно было частью ценности, а где человек был просто дорогим способом произвести стандартный результат.

В разговорах о будущем работы часто звучит утешительная мысль: если ИИ автоматизирует офисную рутину, люди уйдут в более человеческие профессии — wellness, образование, здоровье, искусство, сервис, PR.

В этом есть логика.

Тем не менее, как показывает историческая практика, рост человеческих областей занятости не означает автоматически достойную экономику.

Уход за пожилыми, уход за детьми, персональное ассистентство, HoReCa, фитнес, красота, коучинг, развлечения, частное образование — конечно, всё это может расти. Но возникает вопрос: как это оплачивается, кто владеет платформами, кто получает статус, а кто просто продаёт своё время богатым людям?

В США сиделки — огромная и быстро растущая категория занятости, но традиционно остающаяся низкооплачиваемой. Brookings уже давно описывал “wealth work” — работу вокруг образа жизни богатых: тренеры, массажисты, домработницы, няни, мастера, горничные, швейцары, персональные помощники, работники сервиса. Такой сектор может расти, но часто он нестабилен, слабо оплачивается и географически привязан к местам, где живут или отдыхают богатые.

Это важный образ будущего.

Экономика эпохи пост-ИИ может означать, что одни владеют капиталом, моделями, платформами и доступом к лучшим людям, а другие обслуживают их человеческие потребности — ухаживают, сопровождают, развлекают, тренируют, консультируют, модерируют, успокаивают.

То есть работа останется — но вовсе не обязательно это будет достойная работа.

Когда обсуждают ИИ будущее, обычно задают два вопроса:

1. Будут ли рабочие места?

2. Кто будет владеть капиталом и моделями?

Оба вопроса важны, злободневны. Но есть третий вопрос, который звучит реже:

3. Кто получит доступ к людям?

Кто получит врача, который помнит историю болезни и отвечает за решение? Кто получит учителя, который видит ребёнка, а не только его ответы в приложении? Кто получит терапевта, наставника, тренера, коуча, юриста, редактора, куратора, живое сообщество? Кто получит человеческое внимание не как случайную роскошь, а как нормальную часть жизни?

Если товары, тексты, изображения, советы и базовые услуги дешевеют, политика никуда не девается, лишь перемещается.

Раньше ключевым вопросом было: кто получает продукты? Потом: кто получает деньги? Теперь всё чаще будет звучать: кто получает человеческое присутствие, ответственность и доверие?

Если оставить это рынку, ответ может быть неприятным. Рынок хорошо умеет превращать дефицит в премиум-продукт.

А человеческое внимание очень легко превращается в премиум-продукт.

Было бы благородно (но недальновидно) запретить всех ИИ-ассистентов до условной экономической катастрофы. Они могут помогать, снижать стоимость, закрывать пробелы, давать поддержку там, где раньше не было вообще ничего.

Здоровый вариант, третий путь между светлым и тёмным сценариями — не дать ИИ стать дешёвой ширмой для отказа бедным от человеческих институтов.

В образовании правильный вопрос: ИИ помогает учителю или заменяет учителя? В медицине: ИИ помогает врачу и пациенту или становится фильтром, за которым человека почти невозможно достать? В психическом здоровье: ИИ поддерживает между сессиями и направляет к специалисту или продаётся как замена терапии тем, кто не может позволить себе терапию? В уходе за пожилыми: технологии помогают людям заботиться лучше или позволяют обществу оставить пожилого человека наедине с устройством? В культуре: ИИ расширяет творческие возможности людей или превращает всё в бесконечный поток дешёвых заменителей?

Сами технологии не дают ответа, его дают институты, деньги, нормы, регулирование и политические решения.

Если мы хотим реализации хорошего сценария, нужны вещи скучные:

Возможно, после ИИ главным социальным маркером станет не наличие смартфона, не доступ к интернету и даже не доступ к модели, ведь модель будет у всех.

Вопрос — будет ли у тебя человек.

ИИ удешевляет результат, однако экспертность, напротив, становится дефицитом.

Нейросеть может сделать базовую помощь доступнее для многих миллионов. Это важно и нужно.

Но он также может создать новую норму: массовому пользователю — синтетический слой, премиальному пользователю — человек с ИИ за спиной.

И тогда главный конфликт будущего будет не между людьми и машинами, как пророчили фильмы о Терминаторе. Этот прогноз не обязательно сбудется.

Но это сценарий, который мы просто обязаны не проспать.

- Alex Imas — `What will be scarce?`

https://aleximas.substack.com/p/what-will-be-scarce

- Daniel Susskind — `What Will Remain for People to Do?`

https://knightcolumbia.org/content/what-will-remain-for-people-to-do

- David Autor — `Applying AI to Rebuild Middle Class Jobs`

https://www.nber.org/papers/w32140

- Stanford GSB — `When AI-Generated Art Enters the Market, Consumers Win — and Artists Lose`

https://www.gsb.stanford.edu/insights/when-ai-generated-art-enters-market-consumers-win-artists-lose

- Johns Hopkins Hub / Health Affairs study summary — fee-based primary care / concierge and DPC growth

https://hub.jhu.edu/2025/12/18/concierge-medicine-rising-hopkins-research/

- EdWorkingPapers — Kim, West, Goodman, `Kumon In: The Recent, Rapid Rise of Private Tutoring Centers`

https://edworkingpapers.com/ai21-367

- Harvard Graduate School of Education — `The Rapid Rise of Private Tutoring`

https://www.gse.harvard.edu/ideas/news/21/05/rapid-rise-private-tutoring

- Dartmouth — `First Therapy Chatbot Trial Yields Mental Health Benefits`

https://home.dartmouth.edu/news/2025/03/first-therapy-chatbot-trial-yields-mental-health-benefits

- APA Services — Therabot trial summary

https://www.apaservices.org/practice/business/technology/on-the-horizon/mental-health-chatbot

- APA advisory coverage — safeguards for AI in mental health

https://www.news-medical.net/news/20251113/APA-urges-safeguards-for-using-AI-in-mental-health.aspx

- `AI Companions Reduce Loneliness`

https://arxiv.org/abs/2407.19096

- RSM — `How AI-Generated Art Affects Creativity Perception and Market Value`