Топ-5 бизнес-моделей в крипте, которые заработали более $500 млн в 2025 году

Долгое время крипторынок жил метриками хайпа и обещаний: рыночной капитализацией, TVL и даже количеством подписчиков в Твиттере. Инвесторы покупали «технологии будущего», закрывая глаза на то, что эти технологии не приносят ни цента прибыли.

Последние 2 года стали переломными. Институциональные деньги и высокие процентные ставки в мире заставили индустрию повзрослеть. Инвесторы и даже ритейл больше не ведутся на красивые презентации, токеномики и обещания изменить мир финансов. Теперь главный вопрос звучит так: сколько проект зарабатывает?

Проекты с реальной выручкой растут, привлекают новые инвестиции и внимание комьюнити, тогда как зомби-чейны без настоящих пользователей, но с миллиардной капитализацией, постепенно умирают.

В этой статье мы разбираем 5 бизнес-моделей криптопроектов, которые показали максимальную прибыль в 2025 году. В конце будет практический блок с советами, на какие метрики смотреть, если вы:

● хотите покупать токены не вслепую, а с учётом реальной стоимости проекта;

● планируете строить свой бизнес и выбираете рабочие концепции.

Пока большинство проектов продолжают продавать инвесторам «технологии будущего», в индустрии сформировался ряд протоколов, которые уже сегодня генерируют денежный поток на уровне традиционных финтех-гигантов.

Это самый скучный и одновременно самый прибыльный бизнес в истории финансов XXI века.

Как работает модель

Стейблкоин‑эмитент — это по сути частный центробанк, который:

1. Принимает депозиты (фиат или эквивалент).

2. Выпускает под них токены (USDT, USDC, A7A5).

3. Держит резервы в гособлигациях, денежных рынках, депозитах, иногда в золоте и BTC.

4. Забирает себе процентный доход с этих резервов + комиссии за выпуск/погашение.

По отчетам на 3-й квартал 2025 года совокупная прибыль Tether привысила $10 млрд. По уровню чистой прибыли Tether уже выглядит как одна из самых прибыльных финансовых компаний мира, при этом оставаясь частной структурой без публичной отчётности в формате GAAP.

Circle — это регуляторно‑чистый конкурент Tether, который по оценкам аналитиков в 2025 году заработает $1,5–1,8 млрд. В 2025‑м Circle провела IPO на NYSE, что дополнительно легитимизировало модель «стейблкоин как публичная финансовая компания».

По похожей модели (с поправкой на юрисдикцию и тип обеспечения) строится стейблкоин A7A5. Его задача не глобальная экспансия, а обслуживание конкретных расчетных коридоров (в том числе рублевых). Проект делит 50% дохода от своих резервов между держателями токена.

Блокчейны первого уровня (L1) зарабатывают на продаже места в блоке. Это классическая инфраструктурная рента.

Ethereum — «Элитный хайвей»Эфир остается блокчейном для крупного капитала. Несмотря на отток пользователей в L2-сети (Base, Arbitrum), первый уровень Ethereum генерирует колоссальную выручку за счет сложных DeFi-транзакций и NFT. Бизнес-модель Эфира уникальна тем, что часть этой выручки сжигается, уменьшая предложение токенов (дефляционная модель), что в теории напрямую обогащает держателей ETH.

Общая прибыль Ethereum за 2025 составила примерно $1.2–1.4 млрд.

Tron — «Народная железная дорога»Джастин Сан построил полную противоположность Эфиру. Это сеть с дешевыми транзакциями, которая стала главным транспортом для USDT в мире. Tron зарабатывает не на цене одной поездки, а на их безумном количестве.

В 2025 году по объему комиссий Tron неоднократно обгонял даже Bitcoin, просто обслуживая переводы стейблкоинов в развивающихся странах.

В 3 квартале 2025 года протокольная выручка Tron достигла $1,2 млрд — исторический максимум. В 30‑дневном срезе сеть генерировала около $35,4 млн протокольного дохода, почти в 4 раза больше Ethereum.Общая прибыль TRON за полный 2025 год оценивается в $2.7–3.0 млрд.

! Нужно учитывать, что комиссии этих блокчейнов — не чистая прибыль проекта. Они делятся между валидаторами, сжигаются и направляются на развитие экосистемы.

Если Ethereum — это Уолл-стрит, то Solana в 2025 году закрепила за собой статус глобального Лас-Вегаса.

Messari ввёл для Solana понятие Chain GDP — совокупная выручка приложений на сети. В I квартале 2025 года. Chain GDP Solana вырос на 20% кв/кв — с $971 млн до $1,2 млрд. Январь дал рекордные $699 млн выручки приложений, во многом благодаря буму мемкоинов (TRUMP, MELANIA и др.). Львиную долю приносили DEX‑ы, лаунчпады и кошельки, обслуживающие этот спекулятивный поток.

Самый доходный проект экосистемы — Pump.fun. Это площадка, которая дает возможность пользователям без знаний блокчейна и кодинга создать токен в пару кликов.

По данным аналитиков, к середине 2025 года совокупная выручка Pump.fun уже превышала $600 млн.

Как работает модель

За каждый запуск токена платится фиксированная комиссия и/или доля от объёма. Тысячи запусков в месяц + активная вторичная торговля → огромный поток комиссий. При этом платформа почти не берёт на себя рыночный риск (спекуляция на стороне пользователей).

Lido Finance занял нишу, которую в традиционном мире занимают депозитные банки. Сам по себе один только Lido не дотягивает до планки $500 млн из этой статьи, но он представитель куда более широкой модели.

Как работает модель

У вас есть ETH, но вы не хотите разбираться с запуском собственной ноды валидатора (для которой нужно 32 ETH). Вы отдаете эфир в Lido, они стейкают его за вас, забирают 10% от прибыли себе, а вам отдают остальные 90% и выдают ликвидный токен stETH, который можно использовать дальше.

По оценкам команды Lido протокол генерирует около $100+ млн годовой выручки за счёт комиссии с стейкинг‑наград, из которых часть идёт в казну и на развитие. Если смотреть на модель ликвидного стейкинга (Lido + EigenLayer + Ether.fi + прочие LST/LRT‑протоколы) совокупный сектор генерирует сотни миллионов долларов годовой выручки.

Настоящим открытием последних лет стали децентрализованные биржи нового поколения, и флагманом здесь выступил HyperLiquid.

Проект отказался от модели AMM (автоматических маркетмейкеров, как Uniswap) и вернул старый добрый стакан (Order Book), но сделал его полностью ончейн и быстрым.HyperLiquid предложил трейдерам опыт, как на Binance (фьючерсы, плечи, привычный интерфейс), но без регистрации, SMS и риска блокировки аккаунта.

По данным аналитики за осень, кумулятивная выручка превысила $500 млн, а в годовом исчислении перевалила за $1,2–1,3 млрд. Важный нюанс — HyperLiquid направляет 90% своих доходов на выкуп токена HYPE c рынка.

Если отбросить детали, у всех проанализированных моделей есть один общий знаменатель: они зарабатывают не на обещаниях, а на повторяющемся поведении пользователей.

Кто-то каждый день переводит доллары в стейблкоинах, кто-то бесконечно торгует фьючерсами и мемами, кто-то стейкает эфир. Эти миллионы однотипных действий превращаются в устойчивый денежный поток — комиссии, спреды, процентный доход. Собственно, именно это и отличает всерьёз живую модель от «зомби‑чейна» с красивой презентацией.

Важный вывод: успешные криптобизнесы — это инфраструктура, а не разовый продукт. Стейблкоины — это инфраструктура для долларов. L1‑сети — инфраструктура для транзакций и приложений. Ликвидный стейкинг — инфраструктура для доходности капитала. DEX с ордербуком — инфраструктура для трейдинга и хеджирования. Они берут маленькую плату «за пользование дорогой» и не зависят от очередного модного нарратива.

Главный инструмент, который имеет смысл унести из этой статьи, — не список «классных проектов», а оптика P/S (Price-to-Sales).

Смотрите не только на то, сколько стоит токен, а на то, какой денежный поток стоит за этой ценой:

1. Проекты с понятной моделью и выручкой в сотни миллионов при P/S в районе одного–двух десятков — кандидаты на долгосрочный интерес.

2. Проекты с минимальной или нулевой выручкой и космической капитализацией — это ставка не на бизнес, а на настроение толпы.

Иначе говоря, сначала задайте вопрос «сколько этот протокол зарабатывает и на чём именно?», и только потом — «сколько я готов за это заплатить».

Формула проста: доходность = кэш‑флоу + адекватная оценка риска, а не «новый нарратив + красивый тикер».

Для вас важнее другой вывод: почти любая работа с криптой в 2025 году так или иначе опирается на эти модели, даже если вы об этом не думаете.

● Принимаете оплату от клиентов в стейблкоинах — вы пользуетесь моделью «частного центробанка».

● Делаете расчёты с контрагентами в USDT через Tron или Ethereum — вы едете по их «платным дорогам».

● Держите часть оборотки в стейкинге — вы, по сути, пользуетесь децентрализованным банкингом.

Ваш главный риск уже не технологический, а операционный: санкции, AML‑проверки, 115‑ФЗ, блокировки кошельков и счетов, ошибки при выборе сети и контрагента.На этом уровне и появляется смысл в инфраструктуре вроде Grinex. Задача таких площадок — не конкурировать с Tether или Ethereum, а сшивать мир глобальных криптомоделей с реальной экономикой конкретной страны:

● превращать переводы в USDT или A7A5 в понятные рублёвые и валютные потоки

● помогать обходиться без хаоса из десятка бирж и P2P‑сделок

● фильтровать «грязную» ликвидность и снижать риск вопросов от банков и регуляторов.

По сути, если протоколы из нашего топ‑5 — это магистрали и центробанки криптомира, то Grinex — развязка, через которую реальные компании и частные клиенты безопасно въезжают на эти магистрали и выезжают обратно в фиат.

И финальный практический вывод: деньги в крипте сегодня делают те, кто либо владеет инфраструктурой, либо умеет ею грамотно пользоваться. Если вы не собираетесь строить свой Tether или Hyperliquid, ваша задача — научиться выбирать модели и интеграторов так, чтобы они работали на ваш бизнес, а не превращали его в заложника чужих рисков.