Марио Драги: юрист, который доказал, что в финансах закон вторичен
В 2012 году евро оказался на грани долгового кризиса. Недоверие рынков, растущие доходности гособлигаций Италии и Испании — всё указывало на то, что евро как проект может не пережить собственные правила. Тогда Марио Драги произнёс фразу, которая изменила всё:
Инвесторы ему поверили. Эта фраза спасла евро. Но куда важнее другое: она показала реальное место права в современной финансовой системе.
Что было с евро в 2012
Еврозона вошла в долговой тупик. Доходности облигаций Италии и Испании росли так, будто рынок готовился к дефолтам.
Рынки начали сомневаться в самом евро. Речь шла уже не о проблемах отдельных стран, а о выживании валютного союза. Инвесторы закладывали сценарий распада еврозоны.
У ЕЦБ не было «разрешённых» инструментов. Центральный банк не имел права напрямую финансировать государства. Формально он не мог сделать то, чего от него ждали рынки.
Лондон, 26 июля 2012. Марио Драги выступил на инвестиционном форуме в Лондоне и сказал:
«В рамках нашего мандата ЕЦБ готов сделать всё необходимое для сохранения евро. И этого будет достаточно».
Как эта фраза спасла евро
До 2012 года инвесторы сомневались:
- готов ли ЕЦБ реально защитить евро;
- есть ли у него политическая воля.
Фраза Драги в Лондоне показала, что ЕЦБ готов выкупать государственные облигации проблемных стран при необходимости.
Важно, что сами выкупы почти не потребовались. Достаточно было обещания. По сути — это был сигнал рынкам: система не будет разрушена.
Как только рынок поверил, что дефолт не допустят и евро будут защищать любой ценой — доходность облигаций начала снижаться сама по себе.
Юридическая проблема, которую нельзя было решить по закону
К моменту кризиса действовал прямой запрет:
Этот запрет был краеугольным камнем евро:
- он должен был дисциплинировать бюджеты;
- исключить «печатание денег» под долги;
- сохранить доверие к валюте.
Но именно этот запрет и стал угрозой существованию системы. Рынки понимали: если ЕЦБ не станет страховщиком последней инстанции, евро развалится.
«Whatever it takes» как правовая технология
Драги не стал менять закон. Он сделал более тонкую вещь — изменил интерпретацию мандата = по-новому прочитал, что именно закон позволяет делать.
ЕЦБ не переписал мандат, но сказал по-другому:
«Мы делаем это не чтобы финансировать страны, а чтобы сохранить работоспособность евро».
Была запущена программа OMT (Outright Monetary Transactions):
- неограниченные покупки облигаций проблемных стран;
- формально — для «восстановления трансмиссионного механизма монетарной политики»;
- фактически — гарантии против дефолта.
Когда рынки успокоились, странам просто не понадобилось активировать OMT.
Юридически:
- запрет на прямое финансирование не отменён;
- формально — соблюдение мандата.
По существу:
- ЕЦБ стал последним кредитором;
- рынок понял сигнал;
- евро был спасён даже без фактических покупок.
Что это говорит о праве в финансах
История с Драги наглядно показывает несколько вещей:
- Правила не исчезают — они становятся гибкими.
В спокойные времена закон работает буквально.
В кризис — он интерпретируется так, чтобы сохранить целое. - Решения принимаются быстрее, чем объясняются
В критические моменты система сначала решает, что нельзя допустить, и лишь потом объясняет, почему имела право так действовать. - Масштаб имеет значение
То, что невозможно для отдельного игрока, может стать допустимым, если на кону стабильность всей системы.
Вывод
Марио Драги — не герой и не злодей. Он — чистое выражение современной финансово-правовой реальности:
Когда система под угрозой, закон перестаёт быть ограничением и становится инструментом.
И в этом смысле история Драги — не про евро и не про Европу. Она про то, как на самом деле принимаются решения, когда на кону — защита валюты и финансовой системы.
Мнением автора
Формально ЕЦБ не мог покупать государственные облигации напрямую — это прямо запрещено договором. Но когда последствия бездействия угрожают всей экономике, решения принимаются иначе.
Право — инструмент. Важно понимать логику и цель нормы, чем просто следовать букве закона.
Именно так сработала история Драги: его знаменитое “Whatever it takes” стало сигналом рынкам, что центральный банк готов сделать всё, что потребуется, чтобы сохранить систему в рабочем состоянии, даже если формально это на грани правил.
Если вам интересны финансовые схемы и деловые новости простым языком, пишу об этом на канале https://t.me/voilamag.
P.S. Моё имя Вусал и я финансовый юрист из консалтинга.